Семь лет тишины

      Июль выдался не по-летнему загруженным. Денис привел в свою фирму двух крупных клиентов, от чего Сергей был просто в восторге. «Дэнчик, ты молодчина! — сказал он, когда от клиентов пришла оплата аванса. — Давай еще одного, и будем говорить о том, чтобы назначить тебя партнером. В принципе, это не первый твой клиент, так что уже пора!»       Не забывал Денис и о тренировках — они начали приносить ему удовольствие, как только он заметил пусть небыстрый, но уверенный рост веса и порой останавливался дома перед зеркалом, удивляясь, как меняется его тело.       В конце июля одна из бабушек увезла Иришку в Саранск, и Денис остался один с Сашей. Она изменилась — поправилась, лицо стало унылым. Она часто шмыгала носом, время от времени уединяясь в отдельной комнате. У Дениса сжималось сердце — он не хотел признаваться себе, что уже не любит Сашу так, как раньше. Несколько раз он порывался подойти к ней и просто обнять, чтобы она почувствовала столь необходимые ей сейчас тепло и внимание мужа, но всякий раз в последний момент его что-то сдерживало. Стоило ему уйти из дома, как она принималась писать ему. Она заваливала его сообщениями о том, какой он добрый, нежный, ласковый, любимый, как она с ним счастлива даже в эту сложную для них пору. Денис отвечал редко — просто для того, чтобы дать ей услышать то, что она хотела услышать. В такие моменты он ловил себя на мысли, что ведет себя с Сашей, по сути, так же, как с ним себя вел Рома.       Денису было сложно не думать о нем. Он часто представлял своего возлюбленного рядом с собой — вот они вместе идут в магазин, вот подкачивают колесо машины, вот смотрят фильм, а вот оплачивают штраф… Когда Денис разговаривал с ним в своей голове, ему становилось хоть немного легче. Эти нелепые фантазии имитировали наркотик, к которому тянутся руки в минуты ломки. «Мальчик мой, — говорил про себя Денис, обращаясь к нечеткому образу Ромы, — как же я хочу к тебе! Твои губы, твои добрые глаза не выходят у меня из головы. Думаю о тебе, даже когда не думаю. Не хватает твоего голоса, твоих рук, пальцев в моих волосах. Даже если я просто увижу тебя со стороны… Даже если ты не будешь знать, что я тебя вижу… Мне станет легче — достаточно будет знать, что ты живой, что ты где-то рядом».       От патовой ситуации дома Сашу более-менее отвлекала предсентябрьская суета. Ириша шла в первый класс, и родители новоиспеченных первоклашек сходили с ума по малейшему поводу — начиная от того, сколько денег сдавать на прописи, и заканчивая тем, брать ли сменную обувь в первый учебный день. За тот час-полтора, что Денис проводил с Сашей дома вечером, ее «Вотсапп» пиликал без остановки — в группу писали ненормальные мамаши, а иногда и папаши. Для Саши же эта суета была своего рода отдушиной, помогающей хоть на время отвлечься от страхов за будущее семьи.       Отдушиной же для Дениса было общение с Андреем. Чем больше они общались, тем сильнее Денис поражался его острому уму и удивительной эрудиции — Андрей, казалось, читал все книги на свете, слышал все анекдоты, а знание истории удивительным образом сочеталось с пониманием основ органической химии.       Андрей скинул Денису несколько треков, на которых был записан его голос — как сольно, так и с партнершами-сопрано — из «Риголетто», «Манон», «Тоски»… Дениса его тенор пробирал до глубины души — красота голоса накладывалась на понимание того, что Денис знает человека, который это поет.       «А ты мне скинешь посмотреть видео? Наверняка на Ютубе есть?»       «Тут два момента, Львенок)) Первый — видео не так уж и много. Я прекрасно отдаю себе отчет в том, что я не Роландо Вильясон и не Петр Бечала. А второй — нуууу, ты какбэ сразу по записям и по комментам к ним узнаешь про меня усё — где родился, где женился, какая фамилия) Не то чтобы я от тебя это так прям сильно шифровал)»       «Мой милый Эндрю, не продолжай и не объясняй) Я все понимаю)) Ты же тоже не просишь меня скинуть тебе номера арбитражных дел, которые я вел) Но давай условимся — если мы увидимся, то ты мне все про себя расскажешь) А я тебе — про себя)»       «Не „если“, а „когда“, мое синеокое сокровище!»