Багровое лезвие: Отродье зла

      Получив ключи от номера, Лью направился в сторону лифта в надежде отдохнуть с дороги перед основными делами, но не успел он поднять голову, как из лифта тайфуном прошествовали Ева и Сидни, оттолкнув мужчину. Не то что бы Лью был социопатом или женоненавистником, но здешний контингент людей чуть ли не вгонял беднягу в ступор, каждый норовит его либо толкнуть, либо тронуть. Хотя брата убийцы можно смело назвать мужчиной с большой буквы. Он нес себя горделиво, хоть и устало, вышагивая по коридору как король какой-нибудь африканской страны. И ноги у него были стройные и длинные, и задница, хм, поджарая, прямо таки птица пушистая, девушки порою затаивали дыхание настолько явно, что лоб сие Ален Делона покрывался испариной, а привычная сосредоточенность махала ему задницей, оставляя Лью наедине с этими фуриями. Мужчина завернул за угол и встретился лицом к лицу с уборщицей, едва успев одернуть ногу назад до того, как на ее место упала внушительная капля моющего средства.        ― Если я не умру раньше встречи с Джеффом или этой Блэйз, то буду считать это знаком свыше и свалю подальше от этого чертового города! прошу прощения, виноват. ― он поспешил обогнуть недовольную уборщицу и пройти в свой номер, дверь которой открыл едва не на ходу.       Лью поставил сумку за шкафом, снимая с себя пиджак и бросая на кровать галстук. Он придирчиво осмотрел номер, будто выискивая следы слежения, и спокойно выдохнул, растрепав волосы руками, не найдя камер. Нет, он не был заядлым параноиком с манией внимания, всего лишь едва не убитый собственным братом человек, искавший Джеффа по всей стране, собирая информацию, встречаясь с психологами, пытаясь найти лекарство для брата, с каждым годом отчаиваясь все больше, пока не натолкнулся на психолога-криминалиста, согласившегося взять на себя ответственность и провести независимые занятия с Джеффом, не осведомляя начальство. Лью пришлось немало потрудиться чтоб уговорить психолога, несколько месяцев упорной службы на побегушках сделали свое дело и психолог подписал договор о неразглашении, дело за малым ― найти чекнутого братца, явно ставшего еще более сильным и диким за эти годы. Но одно беспокоило и одновременно интересовало Лью не меньше брата ― Блэйз Хэмминг. Покопавшись в архивах отца Ив, Лью смог найти едва ли не анкету ее жизни, заставившую Лью задуматься об адекватности брата, который при всей своей дикости и безумии... влюбился в такую девушку? Ведь несмотря на то, что происходило в жизни Блэйз или Молли, но та и та оставались в своем уме и здравом рассудке, если верить описанным характеристикам двух девушек, которые, по сути, один человек. Это напрягает. Лью расстегнул рубашку и подошел к зеркалу, чуть расправляя рубашку у места заросшего шрама на груди, куда ударил ножом Джефф в ту ночь. Почему-то увидев лицо брата в больнице, Лью знал исход событий, поэтому смог избежать прямого попадания ножа в сердце, куда изначально целился обезумивший брат. Он был еще жив, но не подавал никаких признаков жизни, когда Джефф оставил его тело и осознал что натворил. Если бы Лью тогда не услышал этого, то не стал искать брата в надежде помочь, посчитав это дело провальным, но Джефф тогда упал на колени и заплакал в голос, срываясь на крик. Он бил себя по голове руками, сжимая пальцами сухие волосы.        ― УБИЙЦА! ЧЕРТОВ УБИЙЦАА~А! ЧТО ТЫ НАДЕЛАЛ? ЧТО. ТЫ. НАДЕЛАЛ!? ― Джефф упал на пол, ударив по нему кулаками, истерично смеясь и плача одновременно ― Господи...господи...Лью, родители, я всех убил! ВСЕХ! Я!       Лью видел, как Джефф вытер слезы и поднялся с пола, ехидно посмеиваясь охрипшим голоском, так сильно он орал на самого себя. Он поднял с пола багровое лезвие и провел по поверхности языком, пробуя остатки крови на вкус. Его тело шаталось из стороны в сторону словно ленивая туша медведя, когда Джефф подошел к телу брата и направил нож на сердце, желая вырезать то из груди. Как бы Лью не было страшно за себя, но он не двинулся с места, надеясь на оставшийся здравый рассудок младшего брата...       Лью встрепенулся и застегнул рубашку, хватит с него ностальгии, она лишь усугубит ситуацию. Мужчина потянул руки к потолку, похрустывая суставами на пальцах. Его задачей было найти Блэйз, где бы она не была. Черт, знал бы он что она буквально этажом ниже, точно бы свихнулся от своей удачливости, не говоря уже о том, что она была первым человеком, встретившим его у входа в отель.       Блэйз обежала все ближайшие кварталы, опросила прохожих, полицейских, осмотрела детские площадки и опросила водителей нескольких автобусов, но ребенка в джинсовом комбинезоне никто не видел. У нее не укладывалось в голове равнодушие людей к судьбам других, как можно не заметить ребенка в легкой одежде в середине осени? Девушка шла вдоль велосипедной дорожки в парке, уже в открытую плача. Ее подбородок то и дело вздрагивал от плача, на который никто не обрашал внимания. Блэйз ненавидела их всех. Она бессиленно упала на скамейку под дубом, позволяя его листьям ложиться к ней на колени. Ее голова неподвижно лежала на спинке лавочки, а сама девушка немигающим взглядом высчитывала опадающие листья. Девушка потянула к уху зазвонивший телефон и ответила не глядя, это была Сидни. В этот момент девушки вернулись в свой старый дом и там блондинка получила доступ к управлению отслеживающими жучками, которые она незаметно вшивала в карман каждых брюк ребенка. Вспоминая о параноиках, то Сидни можно совершенно точто отнести к группе особо двинувшихся.        ― Блэйз, он в двух кварталах от частного сектора за парком!       Девушка вновь оказалась на ногах, смахивая на ходу желтые листья и бегом направляясь в сторону частного сектора, и тут поперла лафа, люди подтвердили слова подруги и указали в сторону старых пятиэтажек, в одну из которых вошел ребенок. Девушка бросилась к указанному дому с таким выражением лица, что дремавший бомж возле этого дома поспешил накрыть коробкой все тело, лишь бы одичавшая девка не заприметила его. Блэйз вошла в подъезд, стучась во все двери кулаком, на четвертом этаже ей указали на верх на самую последнюю дверь. Джефф ухмыльнулся, услышав тяжелый топот в коридоре, приближающийся к их двери. Мужчина пересадил ребенка с колен на стул, поднимаясь на встречу девушки, шаги которой больше походили на топот слона, но в их принадлежности именно ей он не сомневался. Блэйз подошла к двери и коснулась рукой ее шершавой поверхности, проверяя на крепкость. Джефф едва успел отскочить в сторону, когда дверь с треском открылась, можно сказать, отлетела и врезалась в стену. В дверном проеме показалась стройная маленькая Блэйз, глаза которой горели лютой ненавистью к Джеффу, радушно раскинувшему руки для объятий.        ― Детка, сколько лет не проходит, а ты все не меняешься! Даже взгляд такой же... выразительный, как в наши встречи! ― он сделал шаг на встречу девушке, но тут же уклонился назад, зажимая нос рукой от боли. Блэйз ударила Джеффа кулаком в нос.       Она вошла в квартиру и прошла в соседнюю комнату, подхватывая сына на руки. Она крепко поцеловала ребенка в висок, прижимая его голову к плечу.        ― Зачем ты это сделал? Зачем ты ушел один? Он делал тебе больно? Что он говорил?! ― мать осыпала ребенка вопросами как нехер делать, в тот момент в комнату вошел Джефф, облокотившись плечом на дверной косяк. Блэйз смерила мужчину злобным взглядом и поставила ребенка на пол, обращаясь к Джеффу ― Можно поговорить с ТОБОЙ, а не с тем Джеффом, который, якобы, вернул власть над телом!        ― Само собой, крошка, моя обитель в твоем распоряжении! ― он насмешливо галантно пригласил Блэйз пройти с ним в ванну и закрыл за ними дверь.       В первую секунду он перехватил руку девушки, дернувшуюся для очередного удара, и оттолкнул ее к раковине, с которой слетели вещи прежних владельцев. Дэмиен заинтересованно прислушивался к погрому за дверью, то и дело посмеиваясь своим мыслям. Блэйз ударила Джеффа ногой в живот, едва не завалившись в саму ванну, но крепкие руки вновь коснулись ее тела и удержали на весу.        ― Не смей касаться меня и сына, животное!       Для Джеффа, казалось, происходящее было игрой. Он одной рукой держал зажатые запястья брыкающейся Блэйз, повисшей спиной над дном ванны. Мужчина тряхнул ее словно куклу за ниточки, успокаивая. С лица убийцы не сходило явное удовольствие от происходящего, а его пах приятно напрягался от каждого резкого движения девушки. Одним рывком он поднял Блэйз и прижал девушку к своему телу, наконец обретая прежнюю власть над ее телом и губами, между которыми вклинился языком, проскальзывая в рот оробевшей девушки. Блэйз опешила и на какое-то мгновение поддалась соблазну ощутить себя вновь желанной, но это состояние быстро улетучилось, заменяясь прежним негативом. Она оттолкнула от себя мужчину, вытирая губы.        ― Животное!        ― Стерва! Вот и поздоровались. А теперь к делу. Как ты уже поняла, сын ластиться ко мне с нездоровым интересом, чему я, не стану скрывать, очень рад. Да-да, моя невыносимая, ты же помнишь почему я согласился оставить ребенка? С условием на равноправное воспитание и принятие участия в его жизни, крошка. Но не скажу что я не изменился. Серьезно, Блэйз, не иметь тебя рядом и в пошлом смысле не иметь кое-что донесло до меня, надо быть более сдержанным, что у меня неплохо получается. Взгляни на сына, он не боится меня! Не потому ли, что я ничего не предпринимаю по отношению к нему? Я для него авторитет, ядрена мать!        ― Ты убийца, ты псих и каннибал, такому как ты не место рядом с ребенком! Не надо мне рассказывать о своей выдержке, ее в тебе не больше чем во мне удовольствия находиться рядом с тобой!        ― Могу поспорить, что ты привела неудачный пример, сладкая. ― он тихо прошипел предложение себе под нос словно змея, вглядываясь в лицо собеседницы.        ― Мне плевать, что ты можешь. Я говорю как есть! — она угрожающе сузила глаза.        ― Япона мать, так что же ты смутилась как в первый раз?        ― Черт возьми, мы сейчас не обо мне говорим, а о моем сыне!        ― НАШЕМ! Нашем сыне! Он и мой ребенок тоже, а я его отец, а уже каким отцом мне быть, это я сам решу. Но могу заверить тебя в одном, Блэйз, ни тебе, ни Дэмиену, вам обоим ничего не грозит. Я не стану применять физическую силу в воспитании Дэмиена, НО, я буду его отцом, а ты останешься его матерью и опять будешь моей женщиной! Это мое условие! ― он ткнул указательным пальцем в лоб Блэйз, грубо отталкивая ее голову назад.        ― Тогда вот мое условие. Ты сваливаешь из города, забываешь все, что когда-то нас связывало и связывает, обматываешь веревку вокруг шеи и вешаешься нахрен! ― Блэйз попыталась схватить Джеффа за палец, но не успела.       Да, Джефф действительно научился сдерживать свои порывы и желания убивать, но он не избавился от прекрасных воспоминаний об эйфории, заполняющей его тело от вида крови, криков жертвы, ее страха, который пронизывал до кончиков пальцев, заставляя маньяка придумывать все более изощренные способы убийства. И черт возьми, он должен сдерживать это в присутствии проклятой суки и ребенка, но если это необходимо для того, чтоб иметь возможность трахать свою девочку и растить опытного убийцу из сына, тогда он потерпит... временно, пока Блэйз сама не согласится смириться с его сущностью. Он схватил Блэйз за горло, сдавив то мертвой хваткой, и прижал жертву к холодной плитке на стене как букашку.        ― Никогда не смей говорить со мной как с ничтожеством, мразь. Если я даю слово, то я его держу, но если будешь нарываться, будешь испытывать мое терпение, я заставлю ползать тебя передо мной на коленях, буду лупить тебя по заднице до синяков до тех пор, пока не станешь моей ласковой сучкой, тебе все ясно?        ― Пошел ты! ― Блэйз еле-еле пропищала через крепкую хватку, не желая сдаваться так легко.        ― Меня заводит твоя непокорность, Блэйз. ― он провел горячим скользким языком по открытым губам Блэйз, пробуя ее на вкус ― И тебя это заводит.       Он отпустил девушку, подхватив ее тело. Блэйз беспомощно повисла на его руках, откашливаясь. Чего греха таить, он был прав, низ ее живота постоянно ныл на протяжении всего разговора, а ноги стали словно ватными, ей хотелось замурлыкать в его руках, прижаться к паху низом живота и почувствовать его возбужденный орган, но гордость и страх за сына связали ее по рукам и ногам. Но Джефф не был бы Джеффом, не будь он проницательным. Он читал Блэйз как раскрытую книгу, оставаясь довольным после каждого предложения. Убийца коснулся губами ее макушки, что-то прошептав. Блэйз поняла, что он не оставит их в покое, будет преследовать повсюду, пока не добьется своего, но и оставить его с сыном она не могла, значит она тоже должна остаться и наблюдать, как обычно дожидаясь удачного момента для удара. Она выпрямилась и встала на ноги, освобождая Джеффа от необходимости держать ее жиры на весу. Убийца насмешливо искривился, сузив раненые веки, кожа вокруг которых так и осталась темной и деформированной, но уже не была схожа с болячкой, она стала более эластичной, что позволяло парню моргать чаще, но все равно оставалась шершавой и грубой. Дэмиен покорно ожидал родителей возле ванны, игнорируя желание подслушать разговор, и он был неслыханно рад, увидев руку отца на талии матери, когда дверь в ванну открылась.