Багровое лезвие: Отродье зла

      Что ожидал увидеть Лью позади себя? Изуродованного человека, иссохшего с годами от голода, полысевшего убийцу с многочисленными дефектами? В первую очередь он ожидал увидеть брата. Лью медленно повернулся назад, слушая биение собственного сердца, которое на миг, казалось, остановилось при одном взгляде Лью на брата. Джефф держал между большим и указательным пальцами жучок, сигнал от которого и высветился на экране телефона блондина. Он не глядя на предмет раздавил и отбросил тот в сторону, спрятав руки в карманы балахона. Джефф и Лью с минуту молча рассматривали друг друга, словно не решаясь заговорить от волнения первыми, но в отличие от Лью, Джефф смотрел на своего брата с резким презрением, Лью же закрепил на своем лице сдержанную улыбку. Старший брат должен быть во всем первым, поэтому Лью решился на первый шаг.        — Отлично выглядишь, Джефф! Должен признать, что представлял тебя несколько меньше, во всех отношениях. — Лью грустно усмехнулся, осознав, что младший брат выше него на половину головы, и крупнее в полтора раза.        — Чего нельзя сказать о тебе. Выглядишь как манекен из долбанного секс-магазина, что за прикид? Ты продаешь офисную бумагу по квартирам!? Хотя ты всегда был слабаком, даже в разговоре с Ренди и его ублюдками ты предпочел отдать кошелек, чем сломать им шеи. Ты жалок и слаб. — Джефф брезгливо сплюнул брату под ноги.        — Сила не только в физических ее проявлениях, Джефф. Я долго искал тебя, я могу помочь тебе. Мы можем попытаться жить как раньше, ты, я, твой сын и твоя девушка, жить как нормальные люди.        — Я сам решу как мне жить, мне и моему сыну, не тебе, дерьмо в костюме, учить меня этому! — Джефф тронулся с места и медленно обошел брата, Лью обернулся к нему.        — А твоя девушка?        — Пха-ха, она тоже, неужели это настолько не очевидно, что мне стоит говорить об этом!? Ну-ка расскажи мне перед смертью свой недальновидный план. Хотя погоди, я сам. — он состроил задумчивый вид, приложив палец к губам — Ты планируешь посещать со мной занятия с психологами, наверное с самыми лучшими, иначе ты бы не был так уверен. Дальше я вылечусь, мы попытаемся наладить мои дела с полицией, может даже переедем в новое место. Там мы будем воспитывать моего сына, я женюсь на Блэйз и напложу еще несколько мелких Вудсов... Только вот не все так радужно, как может показаться. Ты организуешь встречу с психологами не ради меня. Ты добьешься от них подтверждения, что я больной на всю свою крашенную голову, этим ты обозначишь меня недееспособным к воспитанию сына, и оформишь опеку над ним на себя, лживая тварь, а меня и Блэйз в лучшем случае заколят хуйней в какой-нибудь психушке! — в руке парня блеснуло лезвие ножа, показавшегося из кармана балахона.       Улыбка сошла с лица Лью, а тяжелый ком подступил к горлу, лишая его возможности что-либо отрицать. Он вспомнил слова Евы: « Оно гораздо разумнее нас с тобой вместе взятых, его логике бы позавидовал Эйнштейн... »       Лью виновато посмотрел на брата, раскусившего его план. Но как? Конечно в трактовке Джеффа не все сходилось, к примеру Лью бы сперва попытался вылечить брата, и в случае провала воспитывал бы Дэмиена сам, Блэйз он планировал посадить за решетку сразу, мать слишком опасна тем, что живет в здравом рассудке и недееспособной ее явно не признают. И что остается Лью теперь, когда Джефф напрямую угрожает ему ножом? Блондин достал из пиджака заряженный пистолет и направил его на брата, взгляд которого больше подошел бы бешеному голодному зверю. Секунды, казалось, сменялись минутами, оба мужчины не сводили взгляда друг с друга, держа наготове оружие. Лью не стрелял по вполне объяснимым причинам, он не хотел смерти брата, не ради этого он проделал весь этот путь к нему. Джефф же не двигался с места из-за пистолета, каким бы гением убийца не был, но знать наверняка о меткости и скорости Лью он не мог, а расстояние между ними было критически близким, настолько, что даже Джефф не выживет, попади пуля в его тело. Ева шла настолько тихо, что не задень она открытую дверь, Блэйз бы проспала ее приход. Да, именно проспала, матерью быть сложно, особенно когда одному ребенку четыре года, а другому здоровому лбу двадцать четыре. Девушка не спеша потянулась на коробках и съехала на пол, встав на ноги. Шатенка остановилась возле той самой двери и прислушалась. Блэйз перехватила и обезвредила Еву, когда та проверяла склад. Что самое удивительное, но Блэйз ничуть не смутилась пуле, пролетевшей в миллиметре от ее лица. Она выбила оружие из рук подруги и ударила ту в затылок рукоятью ножа, отключив ее. Перед выходом Джефф поведал Блэйз план Лью на счет Дэмиена, приписав от себя и Еву. Маньяк давно догадывался о слабых местах пассии, однако применить их на практике не мог. Одним махом он натравил девушку и на брата, и на подругу, стоило лишь упомянуть в разговоре горячо любимого сына, который, кстати, тоже находился на территории завода. Малыш не имел возможности вступать в происходящий бедлам, Блэйз оставила ребенка в небольшой комнате, в которой спали охранники. К удивлению Блэйз даже в этом клоповнике присутствовали элементы скрытого декора. Односпальная кровать с прогнутым каркасом, несколько пыльных железных полок с музыкальными дисками и один шкаф, все это убранство выглядело убого, но после жизни с маньяком начинаешь ценить даже подобные мелочи. Журналы с полуголыми женщинами не особо интересовали ребенка, а вот звук выстрела стал сигналом действий для всей семьи. Дэмиен подорвался с кровати и путем немалых усилий проложил себе дорогу к свободе, дотянувшись до дверной ручки и повернув ее. Джефф, услышав выстрел со второго этажа, кинулся на Лью и едва успел пригнуться перед первым выстрелом брата, он выронил нож и выругался, решив не останавливаться и действовать вручную. Лью задел плечо Джеффа и сделал выпад влево, вновь нажимая на курок. Младший брат хоть и выглядел грузно и неповоротливо, но мать вашу бегал и уворачивался не хуже любого паркурщика. Он схватил запястье с пистолетом Лью и попытался сломать его, однако брат оказался куда более сильным, чем казался на первый взгляд. Лью ударил Джеффа кулаком в нос, но тот и глазом не повел, лишь ухмыльнулся и оттолкнул брата за ограду. Пол за ней отсутствовал и Лью мог свернуть себе шею, упав с высоты примерно в тринадцать метров, если бы не застрял при этом в переплетениях из труб разной толщины. Лью успел зацепиться за одну из них и оказался на самых толстых, встав на ноги. Джефф перепрыгнул к брату и замер на пошатнувшихся трубах, явно не блещущих прочностью, однако уверенно шагнул к Лью и замахнулся на того кулаком, желая сбросить того вниз. Лью увернулся от удара и перепрыгнул на соседние трубы, в последний момент удержав равновесие. Их номер вполне мог бы подойти для выступления в цирке, если бы двое людей не бились на смерть. Тем временем Дэмиен вышел в длинный коридор и пошел к выходу из завода. Он обошел трупы охранников и увидел припаркованную машину Лью и Евы возле ограды, которую его отец вскрыл едва ли не вручную. Малыш решил самостоятельно отогнать машину на новое место, чтоб в случае побега пара не смогла сбежать на ней от отца. Его восторгу не было предела, когда он забрался на переднее сиденье и обнаружил в бардачке ключи от машины. Винить водителя не было необходимости, он наверняка сделал это учитывая возможный побег, якобы не потерять ключи по дороге и не тратить время на открытие машины. Блэйз бережно оттащила тело Евы на склад и уложила ее между коробками, заранее отобрав пистолет подруги. Конечно она не убила ее, лишь сделала очередную попытку избавить ее от встречи с Джеффом, исход которой одинаковый для всех жертв. Звук сирен с улицы привлек брюнетку. Она подошла к окну и открыла шторы. Не менее четырех полицейских машин неслись в сторону завода, в котором жизнь кипела живее воды в чайнике, но кое-что еще привлекло ее внимание. Она увидела в незнакомой машине у ограды движение чего-то маленького, и каков был ее ужас, когда она узнала в этом Дэмиена, малыш завел машину и спустился с сиденья к педалям, не в силах дотянуться до них сидя. Она попыталась докричаться до ребенка, но ее крик так и не был услышан мальчиком, а может просто проигнорирован. Тогда она со всех ног кинулась к лестнице, в надежде успеть остановить сына до приезда полиции и до того, как он разобьется в машине. Лью и Джефф одновременно потеряли равновесие на вновь пошатнувшихся трубах, но даже здесь убийца не растерялся. Он оттолкнулся от холодной поверхности труб прямо на упавшего брата и придавил того к твердой холодной поверхности, сжав руки на его горле.        — Теперь ты точно сдохнешь, ублюдок! Надо было расчленить тебя еще в ту ночь, но по своей неопытности я не додумался до этого, брат. Go to sleep!       Лью с ужасом смотрел в глаза родного брата, но не находил в нем сочувствия и понимания, на которые так рассчитывал. Он пытался столкнуть с себя тело брата, но все тщетно. В последние секунды к нему вновь вернулась надежда, ведь он вспомнил Джеффа в молодости, но в какой-то момент лицо маньяка вновь заменило его. Перед глазами Лью начало темнеть, воздуха в легких катастрофически не хватало, он безмолвно просил Джефф остановиться, шевеля губами, но брат был опьянен приближающимся концом жертвы, умирающей от рук родного человека. И тут оба услышали женский голос, девушка звала ребенка. Джефф выругался в голос и поднялся с брата, так и не закончив начатое. Лью перевернулся на живот и принялся жадно хватать воздух губами, ощущение хватки на шее до сих пор осталось на ней, и Лью машинально сжал это место собственной рукой. Тем временем Джефф быстро, насколько позволяло место, пересек чертов лабиринт из ржавых труб под ногами и выбежал в коридор. Прямо возле него пробежала Блэйз к выходу из завода, отчаянно окликающая Дэмиена. Только сейчас Джефф услышал звуки полицейских машин снаружи, убийца бросился за девушкой. Дэмиен восторженно воскликнул, почувствовав движение машины. Он уверенно повернул руль вправо, затем влево, даже не глядя на дорогу, однако она больше не могла тронуться с места, так как Дэмиен убрал ногу с газа. Ему пришлось опять съехать вниз на педаль, в этот момент машина резко тронулась с места и выехала на дорогу прямо перед полицейской машиной. Последнее что услышал Дэмиен, был крик матери. Полицейская машина врезалась прямо в бок водительского места и протащила ту несколько метров. Дверь машины вдавило внутрь, стекло рассыпалось мелкими осколками, опадая в салон. Блэйз кинулась к ним, но Джефф схватил девушку сзади и несмотря на ее сопротивление затащил обратно в здание, закрывая за собой дверь. Он тащил плачущую Блэйз, буквально рвущую на нем одежду, до самого цеха, за которым должен был находиться запасной выход. Убийца отшвырнул Блэйз к стене и резко ударил ее по лицу ладонью, заставляя заткнуться, но она лишь сильнее заколотила его по груди. Тогда он крепко прижал ее к себе и вцепился в затылок пальцами, вжимая девушку в свое тело. Он говорил ей в макушку четко и громко, будто убеждая самого себя в правдивости своих слов.        — Успокойся, Блэйз, мать твою! Он жив! Он жив, я знаю! Мы вернемся за ним, я обещаю тебе! Нам надо сваливать, надо уходить, слышишь? Хватит реветь и помоги мне спасти наши задницы, иначе кто вернется за ним!?       Он притянул ее лицо к себе и поцеловал девушку в соленые и влажные от плача губы, попутно грубо вытирая ее слезы на щеках. Джефф крепко ухватил ее за руку и потащил за собой к выходу, проклиная все живое на свете за свою никчемность и неудачливость, но даже среди этих мыслей крутилась одна единственная светлая, мысль о ребенке заставляла его идти дальше. Джефф вышел с девушкой на задний двор и кинулся к городу, впервые за столько лет надеясь на чудо : «Лишь бы он выжил!»