Мой личный учитель

      — Ты ещё кто такая??!! — над ухом девушки прозвучал грубый мужской голос, после чего Хартфилия почувствовала, как из под неё медленно исчезает одеяло. В следующую же секунду она летит на пол и оказывается у ног высокого блондина. Люси знала, кто он, а вот Лексус — нет. Он не помнил ничего, что было связано с златовласой особой, в то время как девушка снова и снова прокручивала в голове их общие воспоминания и тихонько впадала в отчаяние. Быстро сориентировавшись, Хартфилия вытерла слёзы с глаз, вскочила на ноги и предстала перед Дреяром во всей своей красе. Волосы растрёпаны, рубашка парня как из жопы, глаза красные, а сам вид златовласки напоминал дворового бомжа-наркомана, — Эй, бесстыжая, я у кого спрашиваю???       — Ты кого бесстыжей назвал, индюк ряженый!!! Я между прочим живу здесь, и имею полное право тут спать, понял??!! Одеяло вернул на кроватку и утопал отсюдова!! — стряхнув с себя пыль, девушка гордо вырвала из рук парня своё одеяло и накинув его себе на плечи, улеглась обратно на кровать, зарывшись с головой в теплоту. Офигев от такого хамства, блондин застыл на месте всё ещё с протянутыми руками, в которых раньше наблюдалось одеяло.       — Хамло...ну ничего... — потоптавшись возле кровати, Лексус вышел из комнаты, направившись на кухню. Его план был весьма коварен, но прост. Один раз с ним так поступил Лилейный, когда Лексус закрылся в своей комнате и не хотел выходить оттуда. Стоило громовому волшебнику учуять запах своего любимого блюда, как он тут же забыл обо всём и шуриком побежал на встречу божественному запаху. Блондин конечно сомневался, что сможет угадать и приготовить именно то блюдо, которое понравится девушке. Но заглянув в холодильник, он понял, что выбор не велик и придётся варганить из того, что есть. Тем временем, пока парень ловко орудовал кухонными приборами, девушка валялась на кровати и не могла привести мысли в покой.       И какого чёрта он вернулся именно сейчас??? Только очнулся, а уже домой припёрся, что за человек!!! Действительно, умница Люси, почему парень пришёл в свой же дом, вот загадка века! Так, раз уж я способна на сарказм, значит не всё ещё потеряно и у меня крышак пока не поехал. И как прикажете мне жить с ним в одном доме и одновременно выполнять задание того хмыря, если Лексус меня даже не помнит, не то, что я. Это жестоко по отношению ко мне, слишком жестоко! Что мне теперь делать...</i> — сжавшись в комок и прижавшись спиной к стене, Люси уткнулась носом в рукава рубашки, вдыхая приятный запах мужского одеколона, который уже почти выветрился, и теперь к слабому аромату примешался запах самой девушки.       Сквозь ткань Хартфилия почувствовала приятный, сладкий запах выпечки. Усмехнувшись, златовласка откинула одеяло и вышла из комнаты, пройдя на кухню. Там уже во всю пахло всякими вкусностями, которые девушка просто обожала с самого детства. Она могла питаться разными булочками хоть всю жизнь, при этом не толстея, что всегда удивляло её знакомых. Запах любимого лакомства дразнил душу, но девушка догадывалась, для чего это всё делалось. План Дреяра заключался в том, чтобы выпереть девушка из дома, хоть и весьма необычным способом. Видимо он принял Люси за бомжиху, которая поселилась в его обители на то время, что Лексус отсутствовал, и теперь не хочет уходить. В такой ситуации подходят два варианта: первый — просто взять за шкирку и выкинуть из дома, а второй — накормить, чтобы потом с лёгкой душой можно было выгнать. В любом случае она окажется на улице, что было бы очень проблематично для златовласки.       — Выползла наконец-то. Садись есть и иди отсюда, мне не нужен новый сожитель. — водрузив перед волшебницей тарелку больших пончиков с кремом и блинчики с ореховой пастой, громовой убийца взял в руки кружку с кофе и облокотился о барную стойку. С подозрением наблюдая за тем, как девушка садится за стол и начинает уплатить угощение, блондин не заметил, как непроизвольно засмотрелся, всё ещё держа кружку у рта. Заметив такое внимание к своей скромной персоне, Люси подняла глаза на волшебника, от чего он поперхнулся кофе и чуть не уронил чашку. Теперь настала очередь златовласки пристально пялиться на блондина, который нервно вытирал с себя остатки напитка, впитавшегося в белую рубашку. Наблюдая за всём этим цирком, у Хартфилии начался непрерывный смех.       — Ты чё ржёшь, куропатка!!! Я значит её кормлю, а она издевается! Когда вернусь — шкуру с тебя сдеру! — чашка грациозно полетела в раковину, а сам громовой убийца скрылся за дверью комнаты.       — И этот человек ещё меня хамкой называл, вот петух!!! Кормит он, ты смотри какой благотворитель! Не зря я у него рубашку свинтила, не заслужил!!! Вот доем пончик и не уйду!!! — злобно запихнув в рот остаток еды, Люси закинул посуду в мойку и достала из холодильника молоко. В то время, как девушка запивала съеденное, в соседней комнате послышался грохот и злой голос парня.       — Какого чёрта?? Где моя чёрная рубашка??! Какая скотина… — от шока у блондинки открылся рот и из него полилось молоко, прямо на ту самую пропавшую рубашку. Вслед за этим в комнату влетел парень с оголённым торсом и заметив на блондинке одну примечательную деталь своего гардероба, находившуюся в плачевном виде, застыл в шоке.       — Ты что сделала, мать? Погоди, это что, моя рубашка? — взгляд парня скользнул по златовласке и остановился на белом пятне, уже впитавшемся в дорогую ткань. В этот момент Люси поняла, что вся эта ситуация крайне плачевна для неё. Сначала он принимает её за бродяжку, залезшую в его дом, теперь эта ситуация, которая точно убьёт девушку. Хартфилия могла ещё с самого начала собрать вещички и свалить к себе домой, но она не могла этого сделать по двум причинам: первая, и самая главная, — это сам Дреяр, который, сам того не осознавая, влюбил в себя волшебницу; вторая — это безвыходное положение, в которое её поставил таинственный брюнет, имя которого Люси до сих пор не знала.       — С какого это перепуга, то, что на мне, всё моё! Если что-то прошлёпал, не надо сваливать на других, одна головная боль от тебя. — демонстративно поправив на себе рубашку, волшебница сложила руки на груди и с подозрением уставилась на блондина.       Вот почему я теперь не могу слышать его мысли? Знала бы, что он замышляет с такой хитрой мордой, не брала бы его рубашку. Жадина!       — Охренеть... — златовласка ещё никогда не пугалась парня, но его следующие действия повергли её в шок. Блондин молча сдвинулся с места и приблизился к Хартфилия буквально лоб в лоб, странно косясь на девушку и не моргая. Не привыкшая к такому маленькому кусочку пространства, Люси отодвинулась в сторону, чтобы аккуратно обойти волшебника, но он успел её остановить, перехватив тонкое запястье.       — Ты чего делаешь? — повернув голову, Люси встретилась с горящими глазами блондина. То ли он был взволнован, что появился такой блеск, то ли зол, но это слегка напрягло заклинательницу духов. Выдернуть руку никак не получалось, а когда вторая рука парня полезла за шиворот рубашки, спокойствие блондинки тихо помахало ручкой и сматыляло куда подальше, оставив свою хозяйку на произвол судьбы.       — Проверяю, моя это рубашка, или нет. Так что стой смирно, я всего лишь посмотрю. — придвинувшись к девушке поближе, чтобы было удобнее, Лексус скользнул руками по шее Хартфилии. Почувствовав на своей коже холодные прикосновения, златовласка вздрогнула, ведь шея была её слабым местом, к которому она никому не позволяла прикасаться. Там, где проскальзывали длинные пальцы волшебника, оставались горячие следы, а его дыхание обжигало ухо. Эта ситуация казалась девушке уж слишком интимной и тут же залилась краской. Казалось бы, что такого, но если бы не её чувства к блондину, она бы уже давно влепила ему пощёчину или того хуже, огрела молнией, хотя и это бы не помогло, его боженька бережёт.       — Ты мог бы...отодвинуться? Слишком близко, не находишь? — на просьбу девушки парень отреагировал неожиданно: видимо голос златовласки отвлёк его от увлекательного рассматривания бирки на рубахе, вот он и придвинулся ещё ближе к её лицу, оказавшись на расстоянии 5 сантиметров и уставившись волшебнице в глаза с невинным вопросом.       — Что? А, точно, забыл... — Дреяр ещё не закончил говорить, как дверь вышив синий комок шерсти, врезавшийся прямо в парочку и чуть не сбивший с ног Люси, если бы Лексус не держал её за плечи. Как ни странно, кот очухался быстрее всех и запрыгнув блондину на плечо, завопил что есть мочи, чуть ли не захлёбываясь собственными слезами.       — Люсиииии, Лексууууус, моего Нацу похитилииии!!!!! Святая рыбка!!!