За пылью веков

Саша стояла у раскрытой двери холодильника и, запрокинув голову, смотрела на возвышающегося над ней мужчину. - Что случилось, Хведрунг? – она повела рукой, закрывая дверцу, из-за которой в спину несло холодом. - Как тебе спальня Анджея? Понравилась? – он чуть подался вперед, упираясь руками в холодильник и перекрывая ей пути к отступлению. - Не пугай девушку, - в дверях появился Донар и прошел через кухню, остановившись у стола. Хведрунг усмехнулся и, опустив руки, отступил от нее на шаг. Саша быстро скользнула в сторону, выбираясь из этого своеобразного капкана. Огромное желание сбежать из кухни куда подальше было зарублено на корню – просто не выпустят. Тогда она окинула взглядом кухню в поисках места для дислокации и не придумала ничего лучше, как усесться на стул и подобрать под себя ноги. - У нас что, внеочередное собрание? – Саша старалась сохранить спокойную мину и не выдать своего волнения. – В таком случае, предлагаю сначала по чаю! - Саша, зачем вы сегодня вечером ходили в комнату Анджея? – Донар уселся напротив, а Хведрунг занял позицию у женщины за спиной. Как на допросе. - Я… - Я хочу знать, зачем вы туда ходили, - Саша почувствовала металл в голосе Донара и ощутила, как от волнения у нее вспотели руки. - Мне не спалось, посмотреть фильм не получилось, потому я решила себя хоть чем-то занять, чтобы не сидеть и не смотреть в темноту. Все равно этот отчет делать мне, так какая разница, когда я начну? Комната была открыта, я зашла, разобрала завал из бумаг на столе. Сейчас они лежат в более-менее нормальном порядке, можно приступать к следующему этапу сортировки. Потом включила ноутбук. Он оказался адаптирован под польский язык, потому я пощелкала немножко и выключила – надо будет попросить техников перевести на английский. Я с техникой не очень дружу, потому сама не полезла. В общем-то, и все. Саша безразлично пожала плечами, опустив взгляд вправо и снова взглянув Донару в глаза. А что, ей действительно не спалось, и она решила начать работу, что называется, заранее. Брать выходной или нет – ее личное дело, в конце концов. - Нашли что-то интересное? – Донар положил руки на стол, сцепив пальцы в замок, и пристально посмотрел на сидящую напротив женщину. - Только кучу записей. Я в них особо не вникала, решила разобрать днем, - Саша откинулась на спинку стула и повторила его движение, словно закрываясь от собеседника. – Донар, я не совсем понимаю, в чем проблема? Согласна, было несколько эксцентрично с моей стороны начинать исследование среди ночи. Я уже не спрашиваю, откуда вы узнали о том, что я была в комнате Анджея… - Вас зафиксировали датчики движения. Они были включены, как только Анджей покинул базу, - он потер рукой подбородок, глядя поверх Сашиной головы. Стоящий за ее спиной Хведрунг кивнул, показав на женщину глазами. - Не стоит так больше делать. Я не хотел думать о вас плохо, Александра. Извините, - он поднялся, протягивая женщине через стол ладонь, которую она с улыбкой пожала, - Если вам вздумается снова побродить ночью по дому, выберите более… общественные места. Ту же лабораторию. Хорошо? - Я поняла вас, Донар, - Саша вежливо улыбнулась и поднялась со стула. – Думаю, что мне лучше пойти к себе. Доброй ночи. Она кивнула Донару, затем все еще продолжающему стоять за ее спиной Хведрунгу, и покинула кухню. Быстро прошла через темную гостиную и почти бегом поднялась по лестнице. Пронесло. Какая же она все-таки идиотка! Попасть в такую глупую ситуацию, побывать чуть не на допросе у начальника и… Твою мать!!! Хведрунг! Он просил посмотреть архивы вместе, а она пообещала и сломя голову кинулась рыться в бумагах Анджея. Теперь он как минимум обидится. Она бы обиделась. Как нехорошо… Надо будет извиниться утром. И предложить писать этот отчет вместе. С мотивацией, что раз уж они начали работать в команде, то почему бы и не продолжить такое сотрудничество и при написании отчета? Вдруг и вправду что интересное найдут! Про скачанные с ноутбука файлы Саша по какому-то наитию решила не говорить ни Донару, ни Хведрунгу. Как-то очень быстро они ее вычислили. Датчики движения эти… Странно. Она в доме даже камер нигде не видела, кроме как на входах-выходах. Ну, и в рабочих блоках, естественно. А она-то решила, пока читала импровизированное письмо, что у Анджея мания преследования. Даже если она и имела место, то не без оснований… Задумавшись, Саша проскочила мимо своей комнаты и затормозила почти в конце коридора. Чертыхнувшись про себя, она заметила, что дверь в комнату, напротив которой она стояла, чуть приоткрыта. А ведь это комната Хведрунга. Везет ей сегодня на открытые двери! Она решительно повернула назад и скрылась в своей комнате. - Она не врет, Тор, - Хведрунг оперся руками на спинку стула. - Она все рассказала? – второй продолжал сидеть неподвижно, глядя в глаза собеседнику. - Все. Ты здорово ее напугал, у нее прям мысли путались, - он ухмыльнулся, выпрямляясь. - Это ты ее напугал. Зачем надо было вжимать эту смертную в холодильник? – Тор проследил глазами за перемещающимся по кухне братом и подумал о том, что стало бы с Александрой, не появись он вовремя. Ничего хорошего, надо полагать – Локи не был настроен на дружественную беседу. - Ничего бы с ней не стало, - он покинул кухню с гордо поднятой головой, оставив Тора в раздумьях. Эта женщина, Саша. Умница, конечно, ничего не скажешь. Для смертной мозги у нее работают отлично. Но она, как и все женщины, очень эмоциональна. Понятно, что сегодняшнее происшествие на нее сильно повлияло. То, что она пошла в комнату этого Анджея ночью, тоже, в принципе, характерно для смертных – она не может управлять своими эмоциями на должном уровне и с легкостью им поддается. Ну, пришла в комнату. Разложила бумаги по кучкам, покопалась в ноутбуке. Она и так должна была это делать, потому не суть важно, когда она начала. Она явно волновалась, когда он начал задавать ей вопросы о том, что она делала в комнате разбившегося парня. Локи отслеживал ее мысли во время разговора и сказал, что она не врет. Но не врет ли сам Локи? Почему он так быстро ушел? Тору не хотелось задумываться о том, что его брат может ему врать и вести какую-то свою игру. Но, учитывая предыдущий опыт, такой возможности не исключал. Вытащив Локи из темницы, он целенаправленно забрал его в Мидгард, дабы ни он, ни отец снова не натворили дел. Да, без сил и магии, по сути, в теле обычного человека, но жив, цел и свободен. Уже не так плохо. Гораздо лучше, нежели сидеть прикованным к скале где-то за гранью возможного. Придется пока поверить ему на слово. И пристально понаблюдать за тем, как она будет работать с материалами Анджея. Локи явно не упустит момента и тоже встрянет в эту работу. Вопрос – как. Он ненавязчиво втирается в доверие к Саше. Надо отдать ему должное – его поведение идеально соответствует человеческой модели. Конечно, гораздо проще было шарахнуть Мьелльниром эту скалу и снести ее к Хель, но… «Никого нельзя лишать шанса на развитие, Тор. Люди пока слабы и мелочны, они погрязли в войнах за власть и гонках по созданию оружия, убивающего их сотнями и тысячами. Но рано или поздно они достигнут того уровня, когда смогут воспринять информацию со Скалы Равновесия и использовать ее во благо. Мы не вправе лишать этот мир такого знания. Однажды мы не смогли предотвратить катастрофу, и мы не должны ошибиться второй раз», - голос отца эхом отдался в голове Донара. Да, мы не вправе вмешиваться в развитие этого мира. Мы можем только предостеречь, не допустить. Именно поэтому Старк не должен прочитать руны. А Щ.И.Т. не должен узнать о Скале Равновесия вообще. Если Фьюри узнает об этих исследованиях, ему придется просто стереть с лица земли этот лагерь и уничтожить всех, кто владеет хоть какой-то информацией. Всех, включая Тони Старка. Это можно было сделать еще в самом начале, но он очень заметная фигура для этого мира… Да и не хотелось Тору применять силу до тех пор, пока можно обойтись мирными методами. Пусть даже эти методы куда сложнее. Как говорится, ломать - не строить. Саша прикрыла за собой дверь комнаты и забралась с ногами на подоконник, смахнув на стол бумаги. Прижавшись лбом к холодному стеклу, она задумалась над тем, что натворила. Стыдно-то как! Пообещала человеку, а сама сорвалась исследовать бумаги и комнату за его спиной. Покопалась в бумагах, в ноутбуке, содрала данные себе в телефон и убежала. Потом еще и курить поперлась на кухню. Как он так быстро ее вычислил, интересно? Ведь появился на кухне раньше Донара и явно ее ждал. Ему сказал начальник? Или… он мог просто увидеть, как она прошла по коридору в комнату Анджея. Просто, банально проследить от приоткрытой двери. Или тихо пройти по коридору и увидеть свет от лампы под дверью. Саше стало противно от самой себя. Надо извиниться. Не ждать до утра, а пойти и извиниться прямо сейчас. Она спрыгнула на пол и направилась вниз, стараясь не растерять свою решимость. В кухне было темно и безлюдно. Ясно, разошлись. Саша постояла у косяка, дергая себя за прядь волос. Подняться к нему в комнату? Как-то неудобно, ночь на дворе… Хотя, вряд ли он спит – она ушла с кухни минут двадцать назад, а они чуть позже. Женщина поежилась и медленно пошла наверх, стараясь ступать как можно тише. Подойдя к двери Хведрунга, она замерла в нерешительности. Постучать? Или все-таки отложить до утра? Нет, дорогая, нечего откладывать. Накосячила – имей мужество извиниться сразу. Она сделала шаг вперед и тихонько постучала в дверь. Звук разнесся по темному коридору, словно гром, и заставил ее нервно вздрогнуть. Спустя несколько секунд дверь распахнулась и перед ней предстал чем-то жутко недовольный Хведрунг, одетый в одни брюки. Рубашки, как и обуви, на нем не было. Саша ойкнула про себя и усилием воли заставила отвести взгляд от словно выточенного скульптором торса. Однако… А в рубашке он смотрится совсем иначе. Рядом с Донаром – так вообще худышкой. - Зачем пришла? – пропитанный недовольством голос оторвал ее от этих мыслей и заставил снова поднять взгляд. - Я… я пришла перед тобой извиниться. Я обещала тебе, что мы вместе разберем этот архив, а сама рванула туда, как школьница за приключениями. Мне очень стыдно, - она нервно сглотнула, стоя с запрокинутой головой и заставляя себя смотреть ему в глаза, не отвлекаясь на другие подробности. - Проходи, - он отступил в сторону, приглашая Сашу войти в комнату, освещенную неярким теплым светом. Заставляя себя не пялиться, Саша проскользнула мимо и огляделась. Комната отличалась от ее жилища и комнаты Анджея. Другая мебель – гораздо дороже, чем в ее комнате, тяжелые шторы, стол из темного дерева. На столе – черный, как облитый лаком ноутбук и дорогущий письменный набор. Огромная кровать, застеленная темно-зеленым покрывалом. Интересно, а за какие заслуги Хведрунг получил такую комнату? Старк вроде декларировал, что все участники группы равны… Хотя, Старк много чего декларировал. - Садись, – мужчина кивнул ей на одно из стоящих у стола кресел, а сам сел во второе. Саша хотела сделать замечание о том, что неплохо бы одеться, но сдержалась. В конце концов, это она пришла извиняться, и нечего устанавливать тут свои правила. - Так за что ты пришла извиниться? – зеленые глаза пристально уставились на Сашу, заставив поежиться от ощущения, что ее сканируют. - Я обещала тебе, что мы вместе разберем архив. И сама поперлась в комнату к Анджею. Мне жутко стыдно, я не знаю, что на меня нашло… - Саша спрятала ладони между коленками, опустив глаза и ощущая, как у нее краснеют щеки. Она ощущала себя нашкодившей школьницей, сидящей перед грозным, но ироничным директором. И ей было действительно очень стыдно. - Ты все доходчиво объяснила Донару, я не обижен,- спокойный голос с хорошей долей сарказма словно хлестнул ее. – Хотя, пожалуй, я возьму с тебя виру* за обиду. - Что, прости? – Саша чуть склоня голову, приподнимаясь и отрывая спину от спинки кресла. - Виру. Объяснить, что это? – до Саши дошел смысл слова, и она улыбнулась в ответ. - Не стоит. Так что я тебе должна? – она выбила пальцами дробь по подлокотнику кресла и снова в него откинулась. - Желание. На мой выбор,- улыбка сидящего напротив полуголого мужчины сделалась поистине иезуитской, а фраза эта была произнесена таким тоном, что у Саши невольно побежали мурашки. - Хорошо. Только в рамках уголовного кодекса, - она ухмыльнулась в ответ, толчком поднимаясь из кресла. – Я прощена? - Я подумаю. Спокойной ночи, - поднялся ей на встречу, и Саша который раз почувствовала себя кнопкой. Она никогда не комплексовала из-за своего роста, но рядом с Хведрунгом казалась уж совсем миниатюрной. - И тебе хороших снов, - она улыбнулась и вышла за дверь. Оказавшись в темноте коридора, она тихонько выдохнула. Надо же, как оно обернулось. Теперь она еще и в долгу у этого… а он очень даже ничего. Широкие плечи, узкие бедра, рельефные, но не перекачанные мышцы. В сочетании со светлым оттенком кожи, темными волосами и зелеными глазами – очень даже ничего парень! Так, стоп. Саша хорошенько выругалась про себя, положив руку на ручку двери своей комнаты. Не туда ее понесло, конкретно не туда. Черт его знает, что он там себе придумает. Будем надеяться, что обойдется очередной песней. Хоть персональным концертом, черт с ним. Главное, что она извинилась, и эти извинения явно приняты. Ну, и слава богу. Она приняла душ и с каким-то умиротворением забралась под одеяло, прижимая к себе умильно урчащего кота. Том улегся повыше и мурчал где-то под левым боком, согревая хозяйку и навевая ей сон. Мягкие, теплые пальцы гладили Сашу по спине, заставляя нервно вздрагивать от прикосновений. Нет, они ей нравились, очень нравились… Но она не видела того, кто к ней прикасается. Пальцы перешли на живот и поднялись выше, нежно касаясь кожи, то чуть усиливая нажим, то отпуская и начиная скользить словно перышко. Саша ощутила тепло дыхания на щеке, и на секунду ей показалось, что этот кто-то улыбается. Она ощутила легкое прикосновение губ к шее и ниже. Это ощущение, странное, но безумно приятное, заставило ее задышать чаще и улыбнуться. Пальцы продолжали перемещаться по ее коже, заставляя то вздрагивать, то расслабляться. Ощущения, возникшие из легких, невесомых прикосновений, становились все сильнее и заставляли женщину податься навстречу их источнику. Она запрокинула голову и снова ощутила дыхание. Саша потянулась ему навстречу, чуть приоткрыв губы, как вдруг на её живот упало что-то тяжелое, перекатилось по нему и издало дикий рев. Резко открыв глаза, она подпрыгнула и увидела Тома, стоящего на кровати в нескольких сантиметрах от нее. Шерсть кота стояла дыбом, глаза мерцали, словно два зеленых угля. Он шипел и пятился от хозяйки, пытаясь ударить ее лапой с выпущенными когтями. Саша затравленно оглянулась и, никого в комнате не увидев, потянулась к рассерженному животному. - Ну, ты чего? Кис-кис-кис! Тоооом, ну ты чего! Взяв кота на руки, она начала его баюкать, постепенно успокаиваясь сама. Дааа… такими темпами не то, что у кота, у нее самой март начнется. Как в сентябре послала подальше очередного ухажера, так и все – с котом только и обнимается. Еще и Хведрунг сегодня… блин, надо ж было так удачно к нему постучаться! Саша залезла под одеяло, не выпуская Тома, улеглась поудобнее и постаралась уснуть, выкинув из головы все мысли. Утро вечера мудренее. *древнерусская и древнескандинавская мера наказания за убийство, выражавшаяся во взыскании с виновника денежного возмещения. Также вирой именовалось денежное возмещение за другие преступления.