Я - мое личное чудовище.

Утро… Я ненавижу это время суток, а может, люблю. Кто меня знает. Ночь приносит облегчение. Некому смотреть, некому жалеть. Последняя сигарета выкурена. Домой. - Эй! Чудовище, ты сегодня в клубе будешь? - Васильев. Скока раз те сказано - не твое это дело, где я, с кем я… - Куда, зачем, почем… Мне просто интересно, могу я сегодня нормально оторваться или ты опять все внимание на себя перетянешь? - Не обещаю, но и врать не стану. До вечера! Приятно видеть его озабоченную мордочку. Все-таки Васс один из немногих, кто может называть меня так вслух. Чудовище. Ему можно, ведь это у него в прозекторской и началась моя новая жизнь. Олег Васильев, или просто Васс, дежурил в морге в ту ночь, когда мое тело привезли из реанимации. Все шло, как положено - бирочки, каталочки. Ровно до того момента, который сам Васс описывает так: "Беру я тя, стало быть, за руку. А ты меня за горло хвать и вопрошаешь: "За что?". Ну дык, понятно, я чуть и не об…" Дальше Инга его всегда затыкает и пытается всех уверить, что заикание и мат появились в лексиконе у Олега исключительно в ту самую ночь и никогда ранее им не использовались. Инга. Золотая ты моя девочка. Хороший мой человечек. Ты вытаскивала меня на этот свет по кусочкам, по каплям, заставляла жить. Чтоб тебя, такую хорошую, да и… На кой тебе это понадобилось? Человеколюб хренов, ведь мне теперь жить… Мне. А как все было бы проще, если бы не эти двое. Теперь они называют себя моими вторыми родителями. Гы, мамочка и папочка Франкенштейн. Ладно, не будем о родителях, это святое, они тебя любят. Любят, любят - уж как они нас любят. Так, опять меня понесло. Накидываю капюшон толстовки и, махнув рукой, начинаю свой марш-бросок к дому. Главное - не попасться на глаза Марь Васильне - этой упертой собачнице, которая выгуливает своих мопсов в такую рань, что мне стыдно за все остальное человечество. Если мне повезет, то прорвусь без потерь и не придется полчаса выслушивать жалостные причитания старушки о том, что надо было сделать с тем подонком, который "ТАКОЕ" со мной сотворил, и о том, как бы она его и его родителей… Наивная бабулька. Все уже сделано. Не мной, но с моим участием. Да, я чудовище не только внешне, внутри все еще страшней и гаже. Мысли, мысли. Прорвались, ура, вот и подъезд. Набираю код и втекаю в гулкую пустоту своей многоэтажки. Пара этажей, и я в своем логове. Спать. Отключиться от мира. Где моя волшебная кнопка, вырубающая мозги? *** *** *** Десять лет назад. Весна была в самом разгаре, день выдался солнечным, и парк аттракционов был битком набит людьми. Все старались весело провести этот теплый выходной денек. Паренек лет четырнадцати шел, слегка прихрамывая, рядом с девушкой, которой на вид было лет восемнадцати. - Маме мы ничего говорить не станем, понял? - взгляд девушки был решителен, а тон сказанного показывал, что она не потерпит возражений. - Не надо ей знать, что ее дочь ввязывается в уличные драки. - Но ведь ты меня защищала! - парень дергает ее за руку и смотрит взглядом, полным восхищения. - Драка - последнее дело. Любой вопрос нужно сперва попытаться решить словами, а у меня на это терпения не хватает. Да и потом, как ты влип-то, это ж дебилы, им все равно кого бить, лишь бы бить! - Прости. Один из них сказал о тебе гадость, вот я и не сдержался. - Ну что за дети пошли. Иди сюда, рыцарь, - девушка остановилась и, достав из кармана платок, стала вытирать кровь с лица парня, - надо тебя привести в божеский вид. - Как ты их всех раскидала! Вот бы мне так! - хозяин темно-серых глаз переминался с ноги на ногу и иногда тихонько шипел, как котенок, когда нежные пальцы девушки все-таки причиняли боль. - Стой смирно. Подрастешь и научишься, хотя это не самое важное в жизни, - изящные пальцы спасительницы держали лицо парня за подбородок и поворачивали его, давая рассмотреть повреждения. Внезапно их взгляды встретились. - Когда я вырасту, выйду за тебя замуж, - слова сорвались внезапно, но сказаны были решительно, и темно серые глаза смотрели уверенно. С тем непреклонным выражением, с которым говорят правду. - Это должно звучать немного по-другому, но ты расти, а я подумаю, - девушка пристально вгляделась в эти созвездия, полные твердой решимости. В этот взгляд, полный звездного сияния. Весна набирала обороты, жизнь шла своей чередой, а дети - они часто дают обещания, разве стоит всему верить?