Охваченный Жаждой

"-Как много снега"

Девушка, по телу которой без остановки бегали мурашки, а все тело тряслось, шла просто вперед, каждый раз наступая на красноватый снег, который в тени деревьев обретал свой естественный белоснежный цвет. Ее ноги уже не чувствовали холода, просто было больно, будто идешь по сточенным кончикам плотно прижатых иголок. Кончики пальцев буквально окаменели, по ее рукам чувствительно бегала кровь, которая пыталась хоть как-то сыграть свою роль в терморегуляции. Но тело девушки уже давно приобрело более низкую температуру, чем нужно, и из-за этого казалось, что на улице было просто прохладно, хотя части тела, скрытые за тонким платьем, все еще ощущали весь холод данного места. Вокруг все еще продолжал идти слабый снег, который изредка падал на лицо девушки, но уже не растаивал так быстро, как раньше. Будто героиня превращается в ледяную статую, игрушку для этого ледяного мира. Надо же, а ведь такими темпами наша Фриск замерзнет куда быстрее, да и вряд ли она куда-то успеет, ведь ее ноги ели-ели отрываются и прикасаются к покрытой белоснежной пеленой земле. Но ей повезло: где то возле горизонта дорога заканчивалась и была развилка, с левой стороны которой виднелось что-то огромное и деревянное. Фриск, слабым взглядом заприметивши построение, чуть приободрилась и стала ускоряться, что бы как-нибудь не замерзнуть по дороге. Последний раз тяжело вздохнув, девушка тесно прижала к себе руки.

"-Быстрее, нужно идти еще быстрее"

Ее шаги перешли на слабый бег, дыхание участилось, дрожь проскакивала реже. Все ближе и ближе был поворот, на снеге перед которым были какие-то массивные лапы, но Фриск это не волновало. Все, вот тут развилка, можно останавливаться, можно перейти на шаг. Именно это и сделала героиня, и вот через несколько секунд перед ней была деревянная дверь, фиолетовая краска которой просто сыпалась, потому дверь была полу-фиолетовой полу-коричневая. Ее оплетали зеленые подсохшие лианы, которые хорошо удерживали под замком вход, и даже когда Фриск попыталась выломать дверь, она не поддалась ей. С каждым разом усилия Фриск увеличивались, с каждым разом двери приоткрывались все больше, но на определенном моменте лианы прекратили поддаваться, и теперь дверь нельзя было открыть на большее расстояние, чем лишь рука какого-нибудь монстра. Но ведь руки не достаточно для того что бы выбраться из... Резкий грохот. Фриск с непониманием отскочила назад и, не приметивши камень, упала назад, затем испуганно уставилась на дверь, которая теперь стала шататься в разные стороны, все сильнее и сильнее. Затем, что то за дверью блеснуло, стук прекратился. Шокированная девушка дрожащим, как осиновый лист, тихим голоском произнесла что-то вроде: -К-к-кто здесь?.. В ответ тишина. Сначала в воздухе витало напряжение, но через пару секунд послышался мягкий и очень усталый голос. -Д-дитя?...Это т-ты?... Фриск, внимательно уставившись на дверь, аккуратно поднялась со снега и немного приблизилась к двери. Неизвестно почему, но ее страх куда-то стух. -Кто ты? -Ох, извини...Дитя...я Ториэль...просто Ториэль. Дежавю. Это имя уже знакомо Фриск. Это имя знакомо ей как имя произнесенное из уст спасителя, который помог этим именем остановить процесс ее "приготовления". Значит, именно это имя помогло ей не умереть. Хотелось бы рассуждать и дальше, но и этого ей было достаточно, что бы продолжить разговор в большой персоной, чья тень отражалась за дверью. -Это...это ведь ты не дала тому монстру убить меня, ведь так? Почему ты это сделала? Почему меня хотели превратить в фрикадельки? Послышался глубокий вздох. Дверь вновь шатнулась, но теперь она лишь приоткрылась шире, стало видно что-то белое и явно пушистое. Мягкие слова прозвучали из уст Ториэль, но строки были пропитаны грустью и отчаянием. -Этот мир сгнил, Дитя мое. Мы уже не те, кем были раньше. Сейчас, все мы убиваем, что бы жить. Даже я...даже я убивала. Мы слишком долго были одни, нас слишком долго не кормили. А тебя я пытаюсь спасти...но...мы просто все сошли с ума....пожалуйста, Дитя. Пообещай мне, что ты спасешь моих друзей... что освободишь нас... Весьма странная просьба спаси кого-либо, если ты его вообще не знаешь. Но отказ мог бы стать последним словом Фриск, и та решила согласиться. -Обеща... -Нет! Неожиданное перебивание Ториэль просто поставило Фриск в ступор. Нет? В смысле нет? Что она хочет? Девушка приблизилась к двери и мягкая белая лапа аккуратно легла на плечо девушки, затем резко пододвинула ее ближе, но теперь лапа задрожала. -Смотри мне в глаза. Фриск посмотрела в разъем двери...и увидела нечто жуткое: за дверью выглядывала мордочка монстра, похожая на козью, чьи уши лежали вниз, маленькие рога торчали вверх и...ярко неоновые глаза, с которых по пушистой щеке катились прозрачные слезы. Взгляд был пропитан болью и ужасом, в них было видно весь тот кошмар наяву, что произошел тут. -Пообещай, что спасешь нас. Я Не ХоЧу ТуТ УмЕрЕтЬ. Каждое слово как копье вонзалось в сердце Фриск, горечь Ториэль перешла на героиню. Дрожащая лапа монстра сжала сильнее плечо девушки, и та, аккуратно положив свою руку на лапу и слабо улыбнувшись, прошептала:

"-обещаю"

Наконец, она поняла, куда исчезли люди, куда исчезли монстры. Все это время, монстры пытались выжить, в то время как люди начали спускаться и убивать их. Все это время, люди ставали едой для тех, кто хотел выжить. А самое страшное то, что не все ненавидели людей, а некоторым они были как родные, и под землей, пока люди наверху прознавали, царил каннибализм. И вот тут, Фриск поверила в ад - прямо сейчас, она находилась именно там, под землей. Ведь все думают, что ад где-то наверху, что в аду жарко, что там бегают черти и сажают грешников на кол -так вот нет. Запомните, тут до смерти холодно, тут вместо чертей ходят монстры, и вместо копья правосудия ты просто пытаешься жить. А жить хотят ВСЕ. И для жизни вам нужно стать каннибалом и убивать. Мне кажется, именно по этой идее и создавались "Голодные игры". Только на месте, где была Фриск, преимущество просто переваливало на сторону магических существ. Ториэль мягко улыбнулась в ответ, она заплакала еще сильнее. Теперь, у нее появилась хоть капля надежды на спасение, теперь, у нее тот, в кого верить - Фриск. Затем пушистая лапа отпустила девушку и взялась за дверь, глаза монстра закрылись, и сама она скрылась за тенью двери. -Запомни, Дитя, ты должна продолжать жить. Извини, я не смогу помочь, я уже и так получила за эти года. Но...твоя улыбка...она великолепна. Пожалуйста, улыбайся, улыбайся всегда. И может именно она спасет твою жизнь. Дверь закрылась за мгновение после слов. Фриск не успела попрощаться, еще раз поблагодарить. Но она просто улыбалась. Стояла и улыбалась. Ее душа была полна решимости, она готова снова вернуться назад для того, что бы пойти вперед. Теперь, у нее была миссия - спасти всех монстров. Всех до единого. Даже скелета, даже незнакомца, даже цветок - абсолютно всех. И они поднимутся наверх. И они будут счастливы. И Фриск обязательно выполнит эту миссию, даже согласившись на то, что она умрет. Кстати о теме смерти - девушка все еще без обуви, без нормальной одежды, в оборванном платье в разгар вечной Зимы. Что ж, здесь можно сказать одно - добро пожаловать в персональный ад. Для того, что бы выбраться, вам всего лишь нужно не умереть, не замерзнуть и спасти всех монстров подземелья. Миссия ясна - теперь просто идем вперед. Отвернувшись от двери, Фриск плотнее прижала к себе руки и быстрым шагом отправилась туда, откуда она увидела развилку. В ее планах было пойти, где она еще не была, потому девушка повернула в сторону неизведанной тропы. Наверное, бесполезно опять описывать, насколько нашей героине сейчас было холодно. А если хотите узнать - просто оденьте синтетическую майку, какие-нибудь короткие шорты и выйдите на улицу зимой в -15 градусов. Надето, проверено, написано. Если у вас большая чувствительность к холоду- не повторять. Хотя психам можно за ваше здоровье не ручаюсь Надо же, Фриск, хоть и получая кратковременные судороги от переохлаждения, уже прошла достаточно много, ей на пути стали встречаться все больше и больше пятен крови как мило, следы лишь изредка появлялись где-то за деревом. Но вот, к Фриск "пришла" новая проблема - ее живот безумно стонал в просьбах дать ему хоть снега пожевать, но девушка и так замерзла, вряд ли это стало бы хорошей идеей. Продолжая идти уже не только с переохлаждением, а еще и с пустым желудком, где-то за деревьями девушка увидела сверкающую парящую звездочку - точно такую же, что была в помещении, когда она встретила Скелета. Фриск мигом бросилась к источнику света, и аккуратно прислонив тонкие пальцы к краям, прикрыла глаза. Все ее тело наполнилось теплом, стало так спокойно и приятно, будто она попала домой...но, к сожалению, этого тепла не было достаточно надолго, и вскоре лишь руки согревались, остальные части тела открыто замерзали на снегу, и решившись пойти далее, девушка снова вышла на тропу. После такого короткого, но времени согревания, можно было забыть о времени ее полного замерзания, поэтому Фриск стала решительно делать шаги вперед.

***

Прошло около 40 минут. Фриск все еще продолжала идти, хотя это было больше похоже на передвижение ленивца по дереву. Уж теперь о словах, сказанных ранее, можно было забыть - сейчас ее тело перенесло столько стресса, что оно уже отказывало функционировать. Еще и это кровавая луна нагнетала обстановку, хотя, если подумать, то тут было более "белее", чем на месте, где она очнулась. Пейзаж в принципе не менялся - все те же ели, все тот же снег, все та же луна. И, конечно же, все та же девчушка в ободранном фиолетовом платье, которая уже буквально стояла, не в силах идти. Однако, она уже настолько хотела есть, что даже ее организм сам почувствовал какой-то странный запах какой-то еды. Но еды! И не Спагетти! Так что долго думать не пришлось - собравшись с не имеющимися силами, Фриск стала "перетаскивать" свои ноги далее, на запах, вперед. И сразу же за снежным бугром она заметила самую примитивную сторожевую будку, построенную из обычного дерева, и то, не качественно. Однако именно от туда доставался запах еды. Теперь можно было почувствовать слабый аромат мяса, который заманил решительную героиню поближе к будке. Но, только подойдя вплотную к деревянному построению, она заметила, что все вокруг было в крови, а сверху были подвешены... пальчики... отрезанные пальчики уж явно не монстра. Аппетит, хоть и не пропал, но явно стал меньше, атмосфера в полной тишине с трупными пальчиками напрягала. И еще страшнее стало, когда из темноты послышался тихий смех, а затем уже знакомый низкий голос заговорил с девушкой. - Ну здравствуй, малыш. Я вижу, ты голодный. Я как раз сделал прекрасный хот-дог, не желаешь попробовать? Внутри будки загорелся кровавый глаз, затем протянулась костлявая рука, запачканная то ли в крови, то ли в кетчупе. Костяные пальцы нежно сжимали не сильно-то и ароматный хот-дог, но сейчас Фриск хотелось лишь согреться и сесть что-то. Сглотнув, ее рука аккуратно потянулась к еде. Резко произошло что-то неожиданное: рука, держащая хот-дог, схватила жертву за руку и буквально заломила ее на стол. Наконец, показался и тот самый незнакомец: это был скелет с только одним горящим левым глазом, дырой в черепе с той же стороны и с безумной улыбкой, которая сейчас внушала ужас. Капюшон и рукава темно-синей, даже насыщенно-серой куртки были с крупным мохнатым серым мехом, через не застегнутую куртку было видно пропитанную кровью светло-серую футболку. Остальное не было видно, да и разглядеть не хватило времени, ведь через несколько милисекунд секунды вторая рука скелета вознесла над шеей Фриск не хилых размеров кровавый топор. -Один ХЕД-ДОГ на подходе! Замах.Крик.Тишина. По уже окровавленному снегу покатилась отрубленная голова, на лице которой отразился ужас. Тело все еще продолжало дергаться, но вскоре оно просто лежало на столе сторожевой будки, где сейчас, с улыбкой, скелет отрезал пальцы с руки девушки, с хрустом ломая кости и не обращая на брызги крови в разные стороны. Это просто доставляло ему удовольствие. Это просто было его развлечением, даже не жизненно необходимой целью. Просто он был монстром. А что случилось с Фриск? Сначала тот самый монстр, затем нестерпимая боль. А потом просто черный квадрат, посередине которого было красное сердечко. В ближайшие секунды оно начало трескаться, затем, с тихим хлопком, развалилось на части.