А Солнце светило и было прекрасно...

Здравствуй друг мой давнишний, вот мы вновь и свиделись. Вижу, прежней жизнию ты уже насытился. Вот стоишь у берега, весь в своих раздумиях, Харон тянет медленно руку, как у мумии. Друг, о чем жалеешь ты и о чем печалишься? Знаешь, ведь Танату ты вроде даже нравишься, Но не стоит горестно взгляд бросать за спину, Мир из грёз и праздностей ты уже покинул. Грустно и безропотно пёс ложится рядом, Верный друг до гроба он, может, даже дальше. Тихо и неслышимо лодка в даль вплывает, Путь назад под ивою ветки закрывают. Песня колокольни тихо в водах свищет, Ветер горько-сладкий стены трав колышет. Друг мой, тает свечка — будь спокоен ныне, Дух зловонной злобности с воем кровь покинет. Здравствуй, друг мой давнишний, здравствуй — до свидания. Может быть, останусь я лишь в воспоминаниях. Жаль с тобой не встретимся больше и отныне, Жить с тобой было мне, честно, не впервые. Первые мгновения я старался тихо Быть с тобою рядом, но не совсем уж близко. Во втором этапе мне было тяжелее, но, поверь мне, люди так любят лишь сильнее. Ты почти не слушал, но пел я колыбельные В дни, когда сводило сердце в одиноком трепете. Если только мог бы я вновь твоим быть стражем… Но, увы, небесный суд мне иное скажет. Ты стоишь на берегу. Пес сидит покорно. Огонек в свечи сгорит, свет погаснет скоро. Спи, мой друг, душа твоя вновь чиста отныне. В отражении воды видно только крылья.