White Lies

— Ты идиот? — Очень мило, что у меня это спрашивает моя собственная мать! — Денис как обычно плевался сарказмом на подобные вопросы, но внутри всё уже было изъедено, словно кислотой, таким общением с матерью, которое даже с натяжкой нельзя было назвать адекватным. Почему именно ему в жизни так «повезло» с семьёй? Любой действие с его стороны, которое было вне очень узкого кругозора родителей, и парень моментально платил за это домашним арестом. Дошло до того, что отец поставил на дверь его комнаты ручку с замком. Правда, закрывать её можно было далеко не со стороны самого Дениса. Естественно. А ключи были только у родных. Когда Стофф читал Гарри Поттера, его удивляло, сколько схожестей с его жизнью было у юного волшебника. Но если Гарри было одиннадцать, когда в его жизни произошло наконец-то какое-то глобальное изменение, то Денису, на минуточку, уже девятнадцать, но это при условии, что у него вообще ничего подобного не происходит. И парень даже перестал верить в то, что что-то может вдруг взять и поменяться в его сраной жизни. Вроде бы и в университет очень хороший поступил, и семья у них в достатке, на самом деле. Всегда есть, что покушать, всегда есть одежда и деньги на прочие нужды. Сами родители в какой-то степени значительные лица в обществе, что даёт Денису фору перед другими студентами. Правда, можно посмотреть на картину под другим углом. Насчёт выбора университета разговоров не было от слова вообще. Стофф хотел удариться в музыку, но мать даже не прилагала никаких усилий, чтобы заставить сына идти их же дорожкой, ей надо было всего лишь продержать его двоё суток в его же комнате и парню пришлось сдаться, иначе он бы просто умер от голода. К слову, смотря на свою жизнь сейчас, Денис понимает, что это был бы не такой уж и плохой вариант. Деньги то есть, но ограничиваются родителями в такой мере, в которой у парня нет элементарных карманных. Никогда не было. Но это не помешало Стоффу с помощью друзей со школы тайком купить себе гитару на собственный семнадцатый день рождения, про которую семья благополучно не знает, до сих пор. И хорошо. А фора перед другими Денису нахрен не сдалась, при том, что заниматься бизнесом не хотелось от ни в каком виде. Вот так вот. И ничего не сделаешь. Застрял на одной ступеньке, там же, где и семья. Они держат тебя и не пускают выше, ни в коем случае. Ты пытаешься вырваться из этого импровизированного капкана, но не можешь, не дают. Куда там. Так и просидишь, не сдвинувшись с места, всю жизнь. Побредешь вдоль и даже тогда, когда твои родные отстанут навсегда, ты всё равно будешь идти, потерянно и пусто и всё так же вдоль. Не очень радостная перспектива.

***

Лето… Закончилось. И надо снова вставать рано, чёрт бы побрал эти будильники и переться непонятно куда и непонятно зачем. В ушах всё ещё отдавался звон маминого голоса, которая даже поднялась к нему наверх, чтобы разбудить, потому что за опоздания у них в университете немного карают, а будильник благополучно оказался где-то далеко от комнаты и Денис его элементарно не услышал. И ещё поесть не успел, его пинками выгнали из дома, ведь до пары десять минут, а до универа четыре километра. Он по любому не успеет. Поэтому, свернув за угол, Стофф расслабленно выдохнул, заметно утихомирив свои шаги. Улицы ещё немного пустовали и было как-то странно тихо, как будто кто-то уменьшил звуки улицы до минимума, словно в какой-то игре. Пока он шёл вдоль самой, как ему всегда казалось людной улицы, мимо не проехало ни одной машины, правда, Денис это заметил немного позже и это насторожило. Светофор… Боже, что происходит? Денис нахмурился и встал на перекрёстке, наблюдая за сходящим с ума светофором, беспорядочно моргающим всеми тремя цветами. Бывает такое, что работает только жёлтый цвет, бывает, что не работает какой-то из них, бывает, что он вообще отключен, но что-то подобное раньше не наблюдалось. Денис настороженно огляделся по сторонам и даже зачем-то достал телефон и посмотрел на время. 10:23. Э, да он же сейчас опоздает ещё более глобально, если будет тут стоять и недоумевать. Правда, пройти ему снова не дали. Например, странная собака, вывернувшая из дворов через дорогу. Дениса бросило в дрожь. Животинка напоминала какого-то монстра из фантастической игры, просто огромных размеров и покрытая гладкой блестящей чёрной шерстью. Такая банальная, типично стрёмная внешность была у собаки, что у Стоффа моментально пропало желание двигаться куда-то и что-то вообще делать, хотя бы ещё и потому, что она неодобрительно скалила на него зубы и это было… Реально неприятно и страшно. Повеяло холодом. Сглотнув, Денис услышал собственное учащённое дыхание, а мозг словил панику и куда-то туда же ударила тревога, что было не очень нужно и удобно сейчас. Но внезапно, милейшее животное село на задницу и наклонив голову посмотрело на него. Денис растерялся. А собаке прекрасно. Заставив кого-то пересраться с её вида, она, видимо, осталась очень довольна содеянным и теперь сидела и радовалась. А потом просто взяла и ушла обратно, завернув в ближайший двор. Стофф, оцепеневший от реально жуткой собаки простоял на ровном месте ещё минуты две, собираясь с мыслями и с частями тела, чтобы наконец-то робко сдвинуться и пойти дальше, проводив светофор курильщика уже не таким удивлённым взглядом.

***

В аудитории не было даже лёгкого гула. Лишь едва слышимый мягкий скрип ручек, шорох тетрадной бумаги и где-то наверху чириканье чьих-то пальцев по клавишам ноутбука. Редкие вздохи студентов и ветра в стекло за окном. Изредка твёрдый голос преподавателя, меряющего медленными стучащими шагами расстояние от двери до высокого окна. Можно было назвать это каким-то собственным видом тишины, бывшей только в таких местах. Но иногда, такая «своя» идиллия нарушается приходом опоздавших, привносящих в спокойствие лёгкую панику, торопливость и учащённое дыхание. Звонкий, но выдохшийся голос разрезает воздух и несколько человек равнодушно поднимают головы, смотря на немного взволнованного одногруппника, а затем снова погружаются в мысли о конспекте и о синих словах на линованной бумаге перед ними. Нервно пройдя на своё место, Денис устало оглядел римскую аудиторию где он сидел почти на самом верхнем ряду, где, почему-то, было меньше всего людей сегодня. Обычно тут словно страна для беженцев — сидит половина их и половина паралелльной группы и только редкие студенты коротали время на первых партах, активно взаимодействуя с преподавателем. Сегодня все как-то равномерно распределились. Взялись за них что ли? Неважно. Надо чем-то заняться. Например, новой песней. Вчера вечером Денис слишком поздно вернулся домой, чтобы мог позволить измотавшемуся мозгу и организму сесть что-то дописывать. Он мог только разрешить себе уснуть в обнимку с холодной подушкой, в пол-уха слушая вопли матери на первом этаже. Немного посидев над текстом и задумчиво покрутив ручку пальцами, Денис начал проваливаться в ту часть его личной атмосферы, где он обычно искал вдохновение. Но его отвлекло какое-то мелькание, которого на этой паре быть не могло. Здесь их не пускали выйти куда-то или вообще ходить по аудитории. Стофф поднял взгляд и заметил кого-то у входа, прямо у приоткрытой двери. Какой-то парень, примерно его возраста, но Денис не помнил его. Ни у них в группе, ни в той, с которой их объединили сегодня, но и в общем во всем университете. А Денис, к слову, смело мог похвастать, что лично общается с половиной всего университета, как-то так вышло, что тут и пара старых знакомых была и много единомышленников, что было чересчур странно или ещё что-то. Но вот этот экземпляр в его памяти не всплывал. Вторая странная вещь заключалась в том, что его приход был проигнорирован даже преподавателем, стоявшим к нему в пол-оборота. То есть, он точно видел его, но… Он как будто намеренно не обращал внимания. Что? Ну, а третье Дениса добило, потому что парень до этого хмурился и гулял внимательным взглядом по партам и лицам людей, видимо, выискивая кого-то, а когда наткнулся на него, то остановился и размеренно пошёл в его сторону. Денис опустил взгляд в парту, что-то начав черкать в тетради ручкой, делая вид, что ничего не заметил. Секунды через две на парту опустились две руки в татуировках, а ещё капельку позже, тот самый кто-то сел рядом с ним, но Стофф, уже хотевший повернуться в его сторону был прерван. — Так. Короче. Если не хочешь, чтобы тебя приняли за шизофреника, не поворачивайся в мою сторону и не говори мне ничего. Тебе это не нужно сейчас. Слушай внимательно, — Денис замер в лёгком оцепенении. На парня вдруг севшего рядом с ним никто до сих пор не реагировал, и это заставляло чувствовать себя удручённо и очень странно. — Сегодня, после универа, ты не идёшь домой, ты идёшь в парк в соседнем районе вашего города. Его называют Южным вроде бы, — только боковым взглядом Стофф мог видеть бритый бок и светлые длинные волосы, с вплетёнными в них дредами. Парень на секунду задумался, — да. Ты должен прийти туда и ждать меня у входа. Не задерживайся и не уходи с пар пораньше из-за этого. Всему своё время, — не просидев и нескольких секунд, дредастый вальяжно поднялся, обходя с прохода парту и вдруг вставая прямо перед Денисом, уперев руки в деревянную поверхность, явно намекая, что голову уже поднять можно и нужно, что Денис и сделал, сталкиваясь взглядами, — а если ты не придёшь вообще, то меня не затруднит найти твой дом и наказать тебя за плохое поведение, — вкрадчиво и как-то очень хищно произнёс парень и откинувшись назад вместе со своими дредами, он их поправил и развернулся, быстро выходя из кабинета. Его слишком довольная ухмылка явно запомнится… Надолго. И не только это. Ещё запах одеколона, почему-то. Он витал где-то вокруг, таким призрачным шлейфом. Собственно как и мысли Дениса, только с теми было всё гораздо хуже. Образ незнакомого парня клеймом отпечатался в голове, и все какие-то связные догадки и идеи, словно электроны вокруг ядра вращались вокруг него. Он как появился моментально, словно молния, так и исчез с такой же скоростью, обратив при этом себя ноль внимания, это поражало сильнее всего. Стофф уверенно, минуты две, поддерживал мысль, что он настолько не выспался, что его очень сильно глюкануло, но… А вдруг нет? Тряхнув головой, парень протёр глаза и попытался сосредоточиться на голосе их преподавателя, что было весьма и весьма затруднительно после такого маленького, но сводящего всё внимание на себя, а относительно занятия, на ноль, события. *** Странные тёмные тучи собирались на небе, поглощая голубую кромку, висевшую ещё сегодня утром. Было тупое предчувствие того, что, несмотря на сгущающиеся краски, дождя не будет. Денис уже начал считать сегодняшний день самым… Интересным за последние года два в его жизни. Сначала тот дредастый парень, потом его однокурсник с параллели разговаривающий с пустым местом в коридоре, но об этом позже. Его не пугало происходящее, а вызывало чистое и искреннее любопытство: а что же будет дальше? И так как Денис очень любопытный, как уже стало ясно, в парк он даже не думал идти, решив узнать, что его ждёт. Мысль о том, что ему привиделось всё ещё была актуальна и чуть ли не сильнее всех остальных его предположений насчёт произошедшего. Всю дорогу до дома Денис бродил в глубоких размышлениях и приводил у себя в голове собственно придуманные аргументы к такой же выдуманной логике для этой ситуации. Вот, пойдёт он не в парк, а домой. Нарушит приказанное. Даже если тот блондин его убьёт, Стофф только рад будет, всяко получше перспектива, чем вся его будущая жизнь. А ещё… Эта его фраза «Меня не затруднит найти твой дом…» Каким образом? Денис вдруг улыбнулся. Хотя, если он смог зайти к ним на пару как будто в мантии невидимке, то, наверное, это не единственный фокус, который он может выкинуть. Что ж, интересно. Посмотрим. Стофф даже как-то оживился и приободрился. На носу какое-то событие, очень нагло выбивающееся из его жизненного расписания, и это не могло не будоражить. Даже если оно будет плохим, Денис будет счастлив, как ребёнок, вообще любым переменам.

***

Ключи тихо брякнули о тумбу в прихожей, где пахло чем-то неприятным. Видимо, мать снова и очень тщетно решила побыть на кухне главной, что всегда, без исключений, заканчивалось очень плачевно. Именно поэтому, у них был свой повар — в семье никто не умел готовить, а есть то что-то надо. Голова на секунду закружилась от резкого запаха, когда Денис проходил мимо кухни и он чуть ли не упал прямо в коридоре. Это ужасно, где Стивен? Почему она выгнала его с кухни опять, знает же, что не умеет ничего по этой части. Воспитание не то. Тихий вздох и Стофф, морщась, зашёл в ванную, сразу же запираясь и смотря на своё отражение в зеркале и зачем-то лениво оборачиваясь. Как будто там кто-то мог быть. Во всяких фильмах ужасов, да и не только ужасов обычно что-то в этот момент происходило. Ну, а вдруг? Сегодня же очень странный день, вдруг случится что-то ещё непонятное и примерно такое же необъяснимое, как характеры его родителей и их желание сжечь в нём любую индивидуальность и самостоятельность своими действиями. Мало ли. Но позади никого не было, естественно. Видимо, на подозрительных тучах на улице закончились все необычности сегодняшнего дня. Только он успел подумать об этом, как всё-таки это произошло. В зеркале был не он один, и Денис даже не шелохнулся почти, лишь слабо вздрогнул и почувствовал, как что-то дёрнуло внутри, словно током, от неожиданности. Или он ожидал этого…? Как банально это, всё-таки, несмторя на абсурдность этой фразы здесь. Лицо второго человека было не очень довольным и его оценивающий взгляд незаметно прошёлся по Стоффу. Тот быстро обернулся, но ничего не поменялось — дредастый парень по-прежнему был за стеклом, но теперь он уже не добро ухмылялся. — Я в зеркале, можешь успокоиться. Но вот когда я приду к тебе, то побояться стоит, потому что я, помнится, обещал тебе наказание, — Денис сглотнул, даже не зная, что говорить. Горло словно заткнули куском ваты, страх всё-таки ненадолго, но очень слабо сковал его, — а ты дерзкий, однако. Не боишься? — Его хищный взгляд посылал волны мурашек где-то на спине. Вроде бы жутко: говорить с зеркалом, а вроде и безумно интересно, чем всё это закончится, если оно имеет конец вообще. — Нет, — услышал свой сдавленный голос Денис, спустя секунду исправляя маленькую оплошность, — с чего мне бояться тебя? — Вау. А мои способности не смутили тебя? — он сложил руки перед грудью, перед этим небрежно смахнув мешающиеся волосы, — не думал, что я могу и что-то похуже сделать? — Не особо, — Стофф тихо усмехнулся, открывая дверцу шкафчика и тем самым отворачивая зеркало с парнем от себя и с любопытством ожидая его действий. В шкафу ему ничего не надо было. Это просто интерес. — Ты доигрался, — снова тем же соблазнительно хищным тоном произнёс голос и после этого, аккуратно наступила тишина. Не было слышно не единого звука даже за дверью. Стоффу показалось, что ему включили сегодняшнее утро, когда ему чуть ли плохо не стало от внезапной звенящей тишины почти в центре города. Это он её включил? Вполне возможно. Ощущение, когда чувствуешь себя огромным идиотом, только потому что конкретно не знаешь и не понимаешь чего-то — одна из самых неприятных вещей в мире. Именно это сейчас испытывал Денис. Естественно, когда зеркало было повёрнуто обратно, то никого там не оказалось. Лишь лицо самого парня, дверь за спиной и вешалка с полотенцами. В дикой прострации выйдя из ванной комнаты, Денис задумчиво щёлкнул выключателем и поплёлся к себе, даже почти не реагируя на разгулявшийся уже по всему дому омерзительный запах. Что его ждёт сейчас? Тихо пройдя к себе в комнату, парень плотно, насколько это можно было сделать, прикрыл дверь. Что-то странно щёлкнуло тут же, где-то снаружи, на уровне… Замка. Этот звук обычно был, когда его закрывали, но… В коридоре же никого не было? Денис подёргал ручку и с перепугу чуть паниковать не начал, но тут же вспомнил про «наказание» его нового знакомого. Видимо, всё-таки он решил его убить. Вздохнув, Стофф смиренно повернулся в сторону комнаты и тут же тихо вскрикнул, автоматом попятившись к двери, прижимаясь к ней спиной и прикрывая рот рукой. — О, нет.