Большие перемены

Эвори открыла дверь. Множество разбитых осколков на полу и лужица воды сразу же бросились ей в глаза. Художница отложила чехол с эскизами и перевела взгляд на кровать Фриск. Соседка лежала, свернувшись калачиком, а её ступни заходились в нервной тряске. — Фри-и-иск? — позвала Эвори. Но та лишь спрятала лицо в ладонях. Художница, минуя битое стекло, аккуратно присела на край койки. Она похлопала девушку по плечу. — Что здесь случилось? — Голос Эвори был очень тихим, но Фриск всё равно услышала. Она убрала руки от лица и поднялась. — Я не знаю, — Фриск посмотрела на ладони, — Рина просто ударила меня. — Она изумлённо взглянула на соседку. Та подняла очки. Через несколько секунд молчания Фриск спросила: — Ты говорила, что вы не ладите. Почему? Эвори отвернулась и сжала губы. Фриск почувствовала себя неловко. Похоже, что её вопрос пробудил в художнице неприятные воспоминания. Но всё же она ответила: — Так было не всегда. Сначала мы неплохо уживались. Обе поступили в том году. И были как принц и нищий. — Она улыбнулась. — Рина — дочь богатого и одинокого отца, я же — из бедной семьи. Мне, порой, и ткани не хватало, чтобы сшить себе какую-нибудь одежду. Эвори потёрла пальцами подол своей туники. — Но Рина была щедрой. Она делилась одеждой и приносила материал для того, чтобы я скроила новую. — В глазах девушки читалась неподдельная радость. — Я сшила ей несколько вещей, от которых она была в восторге. Так продолжалось полгода. Фриск заметила, как радость соседки заволокло облако мрачности. — Избалованность Рины давала о себе знать. Она привыкла получать всё, что хочет. Ей понравился один парень — местная знаменитость. Ты наверняка успела с ним познакомиться. — Бен, — поняла Фриск. Эвори кивнула. — Именно. Но он был равнодушен. Бен лишь наслаждался своей популярностью и пользовался Риной. Постепенно он начал манипулировать, а та, поддавшись влиянию, выполняла все его «задания». Когда она возвращалась домой, то постоянно болтала об этом «Булле» и о том, как мечтает в него вступить. Эвори вздохнула и продолжила: — Одним из таких «заданий» было, говоря словами Бена, «отказ от прошлой Рины». Он сказал, что… — Эвори сморщилась. — Что все «помойные вещи» она должна сжечь. Прилюдно. Во дворе общежития. Фриск вжала голову в плечи. Художница не прервала свой рассказ: — Помню, как Рина в охапку сгребла всё, что я когда-то сшила ей. И даже листки с эскизами её будущей одежды. Она сложила это на улице в горку. Вокруг собралась толпа булловцев. Под их аплодисменты я из окна смотрела на то, как огонь пожирает все плоды нашей с Риной дружбы. Бен поцеловал её, она была счастлива. И даже не догадывалась, что так её дружок мстит мне. — За что? — Фриск наклонилась. — Рина не знала, что на следующую неделю после моего поступления он предложил мне встречаться. — Эвори нахмурилась. — Я ничего к нему не чувствовала, поэтому отказала. Это его выбесило. Он, как и Рина, из богатой семьи и тоже привык добиваться всего, что когда-либо пожелал. Его статус высок, он является владельцем элитного университетского клуба, а тут какая-то провинциалка посмела ему отказать. Когда Бен узнал, что Рина, которая так долго бегала за ним — моя соседка, он решил этим воспользоваться и, наконец, обратил на неё внимание. — Ты рассказала ей об этом? — Конечно! — Голос Эвори прозвучал непривычно громко. Затем она с горечью опустила глаза. — Только я сделала это слишком поздно. Рина не поверила мне. Решила, что я обозлилась на неё за это демонстративное сожжение. С тех пор мы не общались. Она каждую пятницу уходила в «Булл», а возвращалась ужасно раздражённой. Мне кажется, у неё так ничего и не вышло с Беном. Фриск вспомнила двух девушек, жмущихся к главе «Булла» в тот вечер. Ни одна из них не была Риной. «Но чем же её оскорбил Санс?» — И всё же, она ходит туда всегда. Её отношение к жизни сильно поменялось. Я догадывалась, что члены клуба далеко не чаи распивают, обсуждая литературу, но когда ты сказала о наркотиках, я сначала поверить не могла. Мне казалось, что это слишком… — Эвори посмотрела на девушку. — У неё была хоть какая-то причина бить тебя? Фриск покачала головой. — Не помню ничего, после разговора с братом Бена. До этого я даже не видела Рину. Эвори испуганно приложила ладонь ко рту. — Вернон! Ты разговаривала с Верноном?! — Художница распахнула глаза. — Да, а что? — Фриск напряглась от эмоций соседки. — Этот человек опасен. Он брат Бена и самый верный его пёс. Все паскудные вещи случались в университете по его вине. Он подставлял студентов, которые чем-то не угодили «Буллу». Обвинял их в краже, насилии, просто портил отношения. — Эвори резко замолчала. — Правда все эти истории доходили до меня лишь в виде слухов, но я склонна им верить. У Фриск в голове вертелось лишь два вопроса. — Эвори, почему ты не переселилась в другую комнату, после случая с Риной? — Я пыталась, но мне нужно было поменяться с кем-то. О Рине гремела нехорошая слава, поэтому никто не хотел жить с ней, — объяснила девушка. — Я с головой ушла в дизайн одежды, уделяя этому ночное время, а ближе к утру ложилась спать. Поэтому наши с ней биоритмы почти не пересекаются. У Фриск остался последний вопрос: — И ещё, помнишь, когда мы с тобой только познакомились, Рина пришла в комнату и спросила о приглашении в «Булл». Почему ты не предупредила меня об опасности со стороны его главы? Эвори молчала. Она стыдливо опустила глаза и отвернулась, тихо бросив: — Прости, я не доверяю малознакомым людям. Теперь. В этот момент Фриск явственно ощутила ту пропасть, что разделяла её, воспитанную монстрами в доброте и милосердии, от людей, которым, хотят они того или нет, жизнь говорит заботиться лишь о собственном благе. Фриск не винила Эвори. Она вспомнила, что людской мир живёт по правилу: «Всем наплевать». Фриск поднялась и вышла из комнаты, оставив соседку наедине с совестью. Эвори бессильно стукнула кулаком по колену.

***

В комнате Санса гулял сквозняк. Фриск поняла это по характерному гулу, доносившемуся под дверью. Девушка толкнула её и заглянула за порог. Санс стоял у раскрытого окна, упершись руками в подоконник и почёсывая ногу тапочком. Когда Фриск зашла, ветер захлопнул дверь так, что в комнате затряслись стены. Санс резко обернулся: его глаз полыхал синим пламенем. Но когда монстр увидел подругу, быстро успокоился и пригладил вздыбившиеся волосы. — малая, ты напугала меня до самых костей, — улыбнулся скелет. Та пошутила: — Что? Наконец пора менять штанишки? — не дождёшься, — ухмыльнулся тот. — чего не спишь-то? Фриск села за стол. Её взгляд мгновенно помрачнел. Санс заметил это и устроился рядом. — надо же. стоило ненадолго выпустить тебя из поля зрения, как что-то успело случиться, — иронично произнёс монстр. Фриск выдохнула: — На меня напала соседка и сказала, что ты её оскорбил. Это Рина. Скелет напрягся: — напала? Фриск не хотелось вдаваться в подробности. — Толкнула и прокричала что-то о том, что не простит тебя. В ту пятницу в «Булле», что ты сделал ей, Санс? Во взгляде скелета скользила волна непонимания. Он нахмурился. — я даже не имею представления о том, как эта твоя соседка выглядит. — Высокая брюнетка с волосами чуть ниже плеч. — Девушка показала основные приметы Рины на себе. Монстр продолжал напряжённо думать, но кроме бешеной ярости на Бена и Вернона не вспомнил ничего. «погодите?» «когда всё началось, я столкнул с себя кого-то».

***

В ясеневом парке Рина сидела на спинке скамьи и курила, завернувшись в чёрную толстовку. Мысли скакали из стороны в сторону. Брюнетка и сама не понимала, почему так сорвалась, но её безумно раздражало воспоминание о том, как она села на колени беловолосому, чтобы вызвать у Бена ревность. Но этот Санс настолько грубо оттолкнул её от себя, что Рина неловко упала на пол. А когда она повернулась к главе «Булла», то прочла на его лице лишь насмешку. Кто-то из членов клуба потом говорил ей: — Что, Рина, сдаёшь позиции? Шлюхи быстро стареют. Не переживай, это в порядке вещей. Девушка злобно бросила окурок на землю.

***

Санса осенило. Он понял, кого мог невольно обидеть. Но с другой стороны, та девка нагло села на него, явно собираясь проделать то же самое, чем тогда занимались остальные члены «Булла». Да ещё и в тот момент, когда все мысли Санса были полностью заняты поиском Фриск. «малая не знает. и не должна знать». — прости, но совершенно не могу понять, чем обидел твою соседку, — Монстр пожал плечами. — всё, что я могу сделать — это поговорить с ней позже. Девушка кивнула. Рина была выше и сильнее её. Фриск не собиралась быть грушей для битья ни за что. — правда я крайне разозлён тем, что она толкнула тебя, — сказал Санс сквозь зубы. — пусть не удивляется, если я тоже буду с ней жесток. Девушка, спеша урезонить друга, замахала руками: — Нет, Санс, не нужно этого! — Она умоляюще посмотрела на скелета. Монстр взглянул на неё. — малая, куда растеряла свой боевой настрой? андайн этого не одобрит. Фриск сжалась и опустила взгляд. — Знаешь, люди ведь действительно сложнее, чем мы думали. Я забыла об этом, — тихо проговорила она. — тебя ещё что-то гложет? — спросил скелет. На секунду он почувствовал нерешительное пошатывание сердца подруги. Она молчала. — хэй, малая! кто сюда бороться приехал? — Монстр придвинул свой стул к Фриск и хлопнул руками по её плечам. Но та не проронила ни слова. Она не знала, что сказать и как говорить. Санс же растерянно смотрел на неё. Сам того не замечая, он постепенно сменил легкие хлопки на поглаживания. Фриск наклонилась и опустила голову на колени скелета. Он придвинулся так, чтобы ей было удобно, и запустил руку в её волосы. Фриск смотрела в пустоту. Всё, что нужно было сейчас — это поддержка друга. Этого хватит. — ну что, я теперь как мамка тебе буду? — усмехнулся Санс, продолжая гладить девушку по голове. Та с улыбкой произнесла: — Санс, ты мне всё. И мама, и папа, и брат, и лучший друг… — Она опустила руку, проведя пальцами по полу. Впервые у Санса было неприятно на душе от простой шутки. Фриск так и уснула: одновременно сидя на стуле и с головой на коленях скелета. Потом положил её на свою кровать, а сам закрыл окно и сел на подоконник, смотря в ночное небо Столицы, по-прежнему затянутое тучами. «надо что-то менять».