Выбор

Несмотря на поздний час, Граймсы не спали. И были несказанно удивлены визиту Кэрол и Дэрила, которые с порога заявили, что пришли серьёзно поговорить о Карле. — Что он успел натворить? — тут же вскинулась Лори, которая будто только и ждала возможности высказать хоть кому-то то, что накопилось у неё в душе в эти дни. — Расскажи, что ты услышал от Софии, — попросила Кэрол Дэрила. И он, вздохнув, повиновался. На самом деле, то ли Карл Софии рассказал немного, то ли она Дэрилу, то ли сам Дэрил половину забыл, но информации было мало. Только то, что Губернатор предложил мальчику встретиться с подругой, провёл его в свой дом и впустил в комнату Лиззи, которая была очень рада гостю и сумела полностью очаровать его за какой-нибудь час. — Господи, — охнула Лори, сидящая на диване рядом с мужем и с ужасом взирающая на гостей, устроившихся в креслах напротив. Кулаки Рика сжались и побелели. — Позови Карла, — попросил он жену. Она, неглупая все же женщина, прекрасно знала, когда нужно просто промолчать и послушаться, направилась в сторону детской. — Это, наверное, дело семейное, — неуверенно произнесла Кэрол, делая попытку подняться с места. Но Рик её задержал, жестом попросив снова сесть. — Конечно, это дело семейное и Карлу вряд ли будет приятно ваше присутствие при разговоре, но в данной ситуации я предпочел, чтобы ему было не приятно, а стыдно. И я прекрасно понимаю твое состояние сейчас, Кэрол. Ведь если Блейк так просто увел к себе моего сына, то твоя дочь тоже находится в опасности. Ты имеешь право знать все подробности. — Спасибо, Рик. Недоумевающему Карлу, которого Лори, судя по всему, привела без объяснений, хватило всего одного взгляда в сторону Кэрол, чтобы понять, что именно произошло. — Предательница, — презрительно прошептал он, очевидно, имея в виду Софию. — Как я вижу, ты уже понял, зачем мы тебя позвали, — произнёс Рик, не предлагая сыну сесть. Карл кивнул, всем своим видом показывая, что никакой вины он за собой не признает. Наоборот — одно лишь геройство. Это и казалось самым страшным в сложившейся ситуации. То, что Губернатор, человек, наделенный властью и потому пользующийся авторитетом среди детей, склоняет их на свою сторону, задуривая мозги и непонятно, для чего именно. Конечно, им, скучающим в отсутствие телевизионных передач и компьютерных игр, гораздо интересней слушать не предостерегающих от опасности родителей, а того, кто говорит им, что бояться нечего. — Я слышал, ты сегодня был в гостях, — продолжил Рик. — Я был у Губернатора! И что? — Милый, но разве мы с тобой не договаривались ещё давным-давно и крепко-накрепко, чтобы ты никогда не шёл в дом к чужому человеку, что бы он тебе ни обещал? — покачала головой Лори, которая внезапно сменила гнев на милость и говорила с сыном предельно ласково. — Но это же не чужой человек! Он же Губернатор! Он главный! К нему всегда можно! — искренне не понимал проблемы Карл. — Слышь, пацан, если ты реально так думаешь, то какого хрена родителям было не похвастаться, что у самого Губернатора на хате был? Нахрена тайну делать? — вступил вдруг в разговор Дэрил. И все показное непонимание с мальчика мгновенно слетело. — Как оказалось, девчонки тайны хранить не могут! Такие, как София, не могут! — А такие, как Лиззи? — мягко поинтересовалась Кэрол. — Лиззи другая. Она умная. Она понимает побольше вашего! — И что же она такого понимает, сын? — вздохнул Рик. — Расскажи, о чем вы общались. — Ни о чем. — В самом деле? Ледяные нотки в голосе отца заставили Карла поежиться. — Она мне рассказывала об опытах Милтона. У него в лаборатории есть настоящая голова ходячего. Ну, там какой-то дедок умер недавно и завещал себя для исследований. Это Губернатор его попросил и он согласился. Но чтоб такие, как вы, не боялись, они оставили только голову. И представьте себе, этот сверхчеловек все равно жив! Только голова, но она живая! И Лиззи видела его! И я хочу посмотреть! — Это че, Блейк поклонник Ницше? — хмыкнул Дэрил и, словив на себе удивленные взгляды Кэрол и Рика, смущённо пожал плечами. — Че только Мэрл в туалете не оставит почитать. — Что? Какой Ниццы? — не понял Карл. — Дэрил хотел спросить: слово сверхчеловек это Губернатор употребил? Или ты сам придумал? — Это Лиззи их так называет! А Губернатор и Милтон ходячими, как вы. Лори, утерев набежавшие на глаза слёзы, приподнялась и притянула Карла к себе, на диван, обнимая его. — Милый, о чем тебе ещё рассказывали? — Больше ни о чем! И теперь не расскажут, если вы шум поднимете! — зло выкрикнул Карл, глядя на Кэрол. — Лиззи сказала, что у неё есть ещё секреты, но она пока не уверена, можно мне их говорить или нет. — И ты даже не догадываешься, что ещё за секреты могут у неё быть? — поинтересовался Рик. — Не знаю, но уж точно интересней того, чему учат в этой вашей дурацкой школе! Ну все? Вы у меня все выпытали, можно мне уже уйти спать? Вопросительного взглянув на Рика, Лори ласково потрепала отстранившегося сына по волосам. — Иди, сынок, я через несколько минут зайду поцеловать тебя на ночь. — Обойдусь, — заявил он и выскочил из комнаты. — Подростки, — посочувствовала Кэрол подруге, стараясь не думать о том, что устроит ей София, когда узнает, что доверенный ей секрет они с Дэрилом не сохранили. Но, может быть, Карл не будет держать зла и все обойдётся? В любом случае, София девочка умная и послушная, она все обязательно поймёт. Попрощавшись с Граймсами, горячо благодарившими их за информацию, Кэрол с Дэрилом ушли к себе. Рик обещал обязательно серьёзно поговорить с Блейком завтра. Хотелось верить, что этот разговор действительно поможет и ни один из детей без ведома родителей или опекунов в гостях у Лиззи, которую не только не лечат от ее сумасшедших идей, но ещё и питают новыми, не окажется.

***

На следующий день в школу не явилась не только Лори, но ещё и Карл. Может быть, Граймсы теперь вообще опасались отпускать мальчика, пока Рик не поговорит с Блейком. А возможности ему такой пока не представилось. Кэрол успела на большом перерыве, оставив детей на Бет, заглянуть к нему, чтобы с разочарованием убедиться, что никакой информации он ещё не получил. После школы Кэрол отвела Софию домой и шутливо вскинула руки вверх, когда дочка приказала: — А теперь иди отдыхай! Мы будем готовы через сорок минут, да, Дэрил? — А? — уточнил он, отрываясь от книги. Не Ницше, конечно. Всего лишь Чейз. — Ну сколько нам времени на обед понадобится? Когда маме возвращаться? — спросила София, уже проворно доставшая с полки рис. — Да хрен его, сколько ты свою кашу варить будешь, — пожал он плечами. — А я мясо уже сделал, пока вас не было. — Ну вот! Так нечестно! Тогда помогай мне с кашей! Улыбнувшись, Кэрол покинула кухню. Эти двое ещё за завтраком каким-то чудесным образом договорились до того, что узнали, что Дэрил отлично готовит мясо, а София, с раннего детства наблюдавшая за матерью, чувствует в себе задатки великого кулинара. Что ж, будет интересно попробовать их совместную стряпню. А освободившееся время Кэрол знала, чем занять. Уйдя из дома и невольно оглянувшись на окно кухни, чтобы убедиться, что пожара там ещё не произошло, она быстро пересекла улицу и оказалась на пороге дома Диксонов. Постучала и услышала в ответ только голос Эми, прозвучавший издалека. Неуверенно коснулась дверной ручки и обнаружила, что дом не заперт. Впрочем, в Сине это было обычной практикой: обычно запирались только на ночь и то не все. И только в дни, когда на горизонте появлялся Неуловимый, жители вспоминали о мерах предосторожности и наличии дверных замков. — Ты что, одна? Кэрол нашла Эми в спальне, которая, наверное, с помощью Андреа, преобразилась и сверкала чистотой и уютом. Постель была свежая, как и занавески на окнах, что сделало комнату непривычно светлой. На тумбочке у кровати лежали женские журналы и любовные романы и стояла вазочка с печеньем, которое увлеченно поглощала улыбающаяся Эми. — Одна, — восторженно кивнула она. — Так классно! — Ты убила Мэрла с Андреа? Кэрол не представляла, как ещё можно было бы от них избавиться. — Нет, ты что, — рассмеялась Эми и с улыбкой призналась: — Хотя знаешь, иногда чертовски хотелось это сделать! Но я все же сдержалась, вспоминая слова доктора о том, что мне нельзя резко и много двигаться и носить тяжести. А как иначе я избавилась бы от трупов? Нет, на самом деле все гораздо проще: я смогла уговорить Андреа оставить нас с Мэрлом в покое. Она обиделась. Но я уверена, она поймёт меня однажды. И знаешь… мне даже стыдиться того, что я обидела сестру, гораздо легче, чем слушать все то, что тут происходило в последние дни. У меня даже кровь совсем-совсем прошла! И живот почти не тянет больше! — Это замечательно. А Мэрл где? — Он ушёл узнать, что как в городе, а то ведь давно не появлялся. Может, у… у Блейка, — с трудом выговорила Эми ненавистное имя, — есть для него какая-то работа. Но, знаешь, это все предлог! На самом деле он пошёл совсем за другим! Её лицо вновь озарила счастливая улыбка. — За чем же? — не смогла не улыбнуться в ответ Кэрол. — Утром я услышала из окна, как кто-то обсуждал клубнику, и громко удивилась, что она уже поспела и что она вообще здесь была посажена, а я и не знала. Я практически уверена, что Мэрл пошел именно за ней! Знаешь, когда его никто, кроме меня, не видит, он бывает сногсшибательно милым. Понимаю, поверить сложно, но это так! Он, конечно, и тем ещё мудаком тоже бывает, но все же… Ты, как и Андреа, считаешь, что я дура, да, Кэрол? — Нет, — Кэрол вздохнула и пожала плечами. — Пока причин не вижу. Но скажу тебе откровенно, как та самая дура, которая много лет прожила как раз с полным мудаком, который, кстати, иногда становился чертовски милым: если он тебя хоть раз ударит или начнёт унижать, запрещать самые естественные вещи и убивать твою самооценку, а ты, вместо того чтобы послать его куда подальше, останешься с ним и будешь это терпеть, тогда ты станешь дурой. Не раньше, дорогая. — Мэрл… мне хочется верить, что он не такой. Но я понимаю, что я не знаю. Не знаю его ещё так хорошо. Но я хочу узнать. И хочу, если он все же такой, убедиться в этом лично и тогда уже уйти. Я хочу, чтобы это было моим решением, а не решением тех, кому он просто не нравится. — Что ж, мне это кажется довольно логичным. Эми удовлетворенно кивнула и откинулась на подушку, взглянув на Кэрол с лукавой улыбкой. — Наверное, ты меня так хорошо понимаешь, потому что… — Потому что — что? — Дэрил. Я слышала, он живёт с тобой? Кэрол с улыбкой покачала головой. — Он живёт у меня, а не со мной, так будет правильней. Его трепетная душевная организация не выдержала того, что происходило в этом доме, и он решил переждать бурю у нас с Софией. — Ну, если все действительно так просто, то можешь передать ему, что буря уже миновала и он может возвращаться домой, — сказала Эми. И Кэрол, распрощавшаяся с ней через несколько минут, за обедом честно поведала Дэрилу от том, что Андреа покинула их с Мэрлом дом, в котором теперь воцарился полный покой. А вот о том, что Эми зовёт его обратно, она говорить не стала. Не захотела. Но эта маленькая хитрость, конечно же, не сработала. — Эта крикливая точно свалила? — настороженно переспросил он, с сомнением глядя на подгоревший рис в своей тарелке и мужественно отправляя его в рот под настойчивым взглядом Софии. Первая каша у неё не удалась. Но Кэрол не огорчалась: конечно, умение приготовить себе еду лишним никогда не будет, но и главным его считать не стоит. Вот она отлично готовила и чего добилась этим? Мужа-тирана и всю жизнь на кухне? К счастью, Дэрил утром не соврал: он действительно отлично умел готовить мясо, которое таяло прямо во рту и за которым даже подгоревший рис казался не таким уж противным. — Эми сказала, что да, — пожала плечами Кэрол. — Ну тогда можно возвращаться. — Возвращаться? — переспросила София, которая честно поглощала свою порцию, несмотря на явное отвращение к чёрного цвета рису. — Домой, — кивнул слегка напрягшийся от понимания, что девочка сейчас непременно обидится, Дэрил. — Значит, ты бросишь нас? Он беспомощно взглянул на Кэрол, и она поспешила на помощь. — Милая, ты ведь помнишь, что Дэрил переехал к нам не навсегда, а на время, пока у него дома не станет спокойней. Он пожил у нас, сколько ему нужно, и теперь возвращается. Я уверена, что он обязательно будет иногда обедать или ужинать с нами. Правда, Дэрил? — Угу, — поспешно подтвердил он, отправляя в рот последний кусок слипшейся каши и с наслаждением запивая её чаем. — Вот видишь. Все будет по-прежнему, ты все так же сможешь общаться с Дэрилом каждый день. — Кэрол подумала, не ставит ли она бедному Дэрилу невыполнимые рамки, и пожала плечами. — Ну, или почти каждый. — Угу, — снова кивнул Дэрил. Подумав и поковырявшись ещё в тарелке, София со вздохом согласилась. — Ну ладно. Как хочешь. Увидев, что допивший чай Дэрил уже встал и собрался идти по направлению к выходу, она подскочила за ним. Да и Кэрол сидеть не осталась. Вещей у Дэрила почти не было, так что сборы вышли недолгими. — Ну это, — пробормотал он, стоя у двери. — Спасибо. — Не за что, Дэрил, обращайся, — улыбнулась Кэрол. А София вместо слов кинулась ему на шею и висела там, пока Дэрил не обнял её в ответ, неловко потрепав по макушке. — А маму поцеловать? — возмутились она, когда он, сочтя свою миссию по прощанию выполненной, развернулся к двери. — Чего? Дэрил, который, несмотря на прошлый опыт, каждый раз считал Софию неспособной задавать столь непростые вопросы, наивно решил, что ослышался. — Маму надо поцеловать! Вот Глен и Мэгги всегда целуются при встрече и на прощание! — Так они это… — Любят друг друга, — договорила за него София и прямодушно спросила: — А ты разве маму не любишь? В этот раз Кэрол не спешила приходить ему на помощь, сколько бы молящих взглядов он ни посылал в её сторону. Она лишь приподняла брови в знак того, что тоже хочет услышать ответ. Но Дэрил пожал плечами и, торопливо кивнув на прощание, вышел. А София разочарованно повернулась к Кэрол и очень серьёзно сказала: — Знаешь, мама, Дэрил хороший и мне он очень-очень нравится. Но я много думала и поняла такую вещь: зачем изо всех сил стараться понравиться тому, кто сам не знает, чего хочет? Вот Морган прямо говорит и показывает, что ты ему нравишься. И он бы не ушёл, если бы ты его позвала. И поцеловал бы тоже. Может быть, стоит выбрать Моргана — так будет проще. Почему-то Кэрол показалось, что сейчас дочка говорила не только о ней и Моргане, но ещё и о себе… и ком?