Оur Kite

~Наш воздушный змей~

      Море сегодня не спокойно, как и я. Мне бы хотелось соврать тебе, что со мной всё в порядке, но я не могу. Не могу лгать только тебе. Смотрю на твою улыбку и стараюсь улыбаться в ответ. Ты же поняла уже, что мне нужно тебе рассказать кое-что, да? Конечно, ведь ты знаешь меня лучше, чем кто-либо. Крик чаек разносится по всему берегу; солнце светит так ярко, что ты мило щуришься. Выставляешь перед собой руку, закрывая лицо от солнца, разводишь пальцы, пропуская через них тёплые солнечные лучи. Иногда мне кажется, что ты теплее, чем огненная звезда, дающая жизнь всей планете. Порой ты бываешь грустной, грубой и чересчур прямолинейной, но твоя душа всегда нараспашку. Ты настоящая и не пытаешься под кого-либо подстраиваться или угодить. Это мне в тебе безумно нравится. Садишься, снимаешь кеды и сразу зарываешься пальцами в песок, затем испускаешь восторженный вздох. Знаю, ты давно хотела на море. Прости, что я так поздно с исполнениями твоих желаний.       — Давай, — хлопаешь по песку, приглашая рядом присесть, — снимай свои галоши. — Смеёшься. — Между прочим, отличный пилинг, к тому же бесплатный. Или ты вытянул меня посреди занятий, чтобы просто так постоять?       Да. Постоять и посмотреть на тебя. На то, как ты улыбаешься и как ты счастлива простым давно желанным мелочам. Я молча снимаю с плеча рюкзак и сажусь рядом, тоже снимаю кроссовки. Мелкие песчинки приятно щекочут ступни. Песок тёплый и приятный. Небольшие волны неспешно набегают на песчаный берег и тут же убегают обратно, словно озорливые забияки — дразнят и дают дёру. Красивый пейзаж и свежий морской бриз заставляют волнение отступить. Я лезу в рюкзак и достаю воздушного змея.       — Помнишь? — с улыбкой говорю тебе и поднимаюсь на ноги.       Синий змей, старенький и потрёпанный временем. Мы часто пускали его с тобой, когда родители привозили нас на море. Но он всё ещё цел. Ты не представляешь насколько бережно я его хранил, чтобы однажды этот момент наступил. Удивление на твоём лице смешивается с детским восторгом, как тогда впервые, когда я показал его тебе. Эти чистые эмоции маленькой девочки я не забуду никогда.       — Он до сих пор у тебя? — выхватываешь его у меня из рук и внимательно рассматриваешь. Проверяешь надпись, которую когда-то мы написали вместе: «Давай взлетим вместе, осуществляя мечты». Это было так наивно, так по-детски. Но я всё ещё помню, как будто мы писали это только вчера. Ты трепетно проводишь пальцами по выцветшей надписи, написанной маркером, и мило улыбаешься, утопая в воспоминаниях. — Чондэ, не могу поверить, что ты его сохранил…       Ты поднимаешь свои прекрасные глаза, в которых сверкает радость, словно встретила старого доброго друга, которого долго желала увидеть. Я отвожу взгляд на бескрайнюю полосу горизонта. Я смущён, моё сердце бьётся, как сумасшедшее, когда ты вот так улыбаешься и смотришь на меня. Я сажусь рядом, непринуждённо вздёргиваю плечами и с гордостью произношу:       — Конечно, — протягиваю я, — как же я мог выкинуть такую важную вещицу? Рука не поднялась.       Ты воодушевлённо поднимаешься на ноги и тянешь меня за руку, заставляя встать. Обычное прикосновение, но оно вызывает у меня трепет с лёгким смущением. Нежные и хрупкие девичьи руки — такие любимые, что хочется заставить время остановиться и дольше ощущать это щекотливое чувство неловкого трепета, вызванное влюблённостью.       — Я хочу его запустить сейчас, — говоришь ты, с нотой командного тона.       Я никогда не мог тебе отказать, о чём бы ты меня не просила. Слишком уж много власти имеешь над моим сердцем и разумом, буквально заполняя их собой, не оставляя никому больше места. Я коротко киваю и поднимаюсь.       Ты быстро разматываешь катушку с нитью. Такая нетерпеливая. Всегда такой была. Тебе нужно всё и сразу, ты никогда не умела ждать и постоянно начинаешь сходить с ума от ожидания. Каждое Рождество бежишь самая первая, словно неугомонный ребёнок, открывать подарки, которые оставляют под ёлкой. Стало немного грустно, что мы уже взрослые и не встречаем Рождество, как в детстве, вместе с нашими семьями.       — Давай помогу, а то со своим ажиотажем пораниться можешь.       Беру из твоих рук катушку, поднимаю змея с земли.       — Скорее запускай, — улыбаешься ты, топчась босыми ногами на песке.       — Сейчас всё будет. Не торопи.       Я разбегаюсь, и поток ветра буквально выхватывает у меня из рук нашего змея, вознося его к облакам. Ты стоишь и радостно хлопаешь в ладоши этой маленькой победе. Раньше у нас никогда не получалось с первого раза. Я и сам рад этому, как маленький мальчишка. А видеть тебя счастливую приятней всего на свете. Я протягиваю одну руку и треплю тебя по макушке, ты хмуришь брови и опускаешь глаза, замираешь на месте. На секунду приходишь в замешательство. Смущаешься?..       — Прекрати так делать, я уже не маленькая… — бурчишь себе под нос.       — Для меня ты всегда останешься маленькой и вредной непоседой, — в ответ смеюсь я.       Змей неподвижно завис в небе, лишь разноцветные ленточки хвоста подавали признаки жизни, активно развиваясь на ветру. Я с улыбкой смотрю на него, вспоминая былые времена. Я влюбился в тебя ещё в начальной школе, когда ты подошла со спины и безжалостно огрела меня по голове рюкзаком, перепутав с парнишкой, который задирал тебя всё время. Ты была такой злой букой, волосы, собранные в хвост, торчали в разные стороны, школьная форма была испачкана молоком, из-за этого от тебя приятно пахло клубникой. Ты в прямом смысле пыхтела от злости. Тот мальчуган вылил в столовой на твою одежду целую упаковку клубничного молока. После удара у меня в голове закружились звёздочки, теперь я уже не знаю от чего это было — из-за влюблённости, которая нагрянула нежданно или всё-таки от полного рюкзака с учебниками. Прошло столько лет, но ничего не поменялось: ни ты, ни мои чувства к тебе, которые с каждым годом становятся только крепче. Я хочу, чтобы ты всегда была со мной рядом, в каждом прожитом дне и каждом мгновении моей жизни.       Ты с недовольной моськой толкаешь меня в плечо.       — Эй, Ким ЧонДэ, я тоже хочу!       — Чего хочешь? — удивлённо спрашиваю я, пряча свои сокровенные желания и воспоминания в душе, как пират свой сундук с сокровищем на самое дно океана.       — Дай сюда, — протягиваешь ладонь и киваешь в сторону катушки с нитками.       Отдаю её тебе, и на твоём лице опять просияла неподдельная радость. То ли ты не понравилась ветру, то ли некомфортно в твоих руках стало змею, он забунтовал и задёргался, снижаясь вниз. Я встал сзади тебя и натянул нить, в попытке выровнять и не дать упасть синему бунтарю. Ты смутилась, об этом сказали твои действия: ты чуть поддалась вперёд, исключая тесные прикосновения моей груди к твоей спине. Я усмехнулся и взял твою руку с катушкой в свою, чтобы намотать на неё лишнюю нить. Ты вздрогнула.       Почему ты себя ведёшь так? Мне стоит тебе признаться? Ты видишь во мне парня, а не друга?..       — Кажется, ты совсем забыла, как с ним обращаться.       Я улыбнулся, говоря тебе это почти на ухо. Ветер развевает твои волосы, они лезут мне в лицо. Я чувствую приятный аромат твоего шампуня и шоколадно-цветочный парфюм на шее.       — Наверное… — неуверенно произносишь ты.       — А ты приятно пахнешь, впрочем как всегда.       — Спасибо. Может быть, ты тогда меня отпустишь?       Ты в кольце моих рук, бежать тебе не куда. И отпускать тебя не имею желания.       — Не хочу. Мне и так нравится, а тебе нет? — я задаю провокационный вопрос. — Подумай, прежде чем ответить. Твой ответ сейчас может изменить абсолютно всё…       Ты поворачиваешь голову и удивлённо смотришь на меня. Не ожидала? Давай же, скажи, что я тебе нравлюсь. Не стесняйся, дай волю своей прямолинейности. Мне будет неприятно услышать от тебя отказ, но это лучше, чем прибывать в неведенье или мучить себя догадками. Если хочешь, то можешь врать мне когда угодно, и я буду всё равно тебе слепо верить, но прошу, скажи сейчас мне правду. Только сейчас.       — ЧонДэ…       — Что? Я тебе совсем не нравлюсь? — на моем лице появляется горькая полуулыбка.       — Нет… Это не так.       Ты отворачиваешься, и я чувствую, как твои хрупкие руки крепче сжимают катушку. Скажи как есть, я не обижусь. Честное слово. Твой ответ ничего не изменит, я не стану любить тебя меньше или после этого заставлять чувствовать себя неловко. Пройдёт немного времени, и я сделаю всё, чтобы ты была моей, пускай не сейчас. Если я в чём-то плох, то приложу все усилия, чтобы стать лучше, исправлю свои недостатки, чтобы стать для тебя идеальным мужчиной.       — А как?.. Я не обижусь, говори честно.       — Ты… Я… ты больше, чем просто нравишься, ЧонДэ.       Ветер усилился, туго натянув нить. Я сжимаю твои руки, ты пытаешься смотать нить, но она обрывается. Вероятно, нить уже прогнила от старости и не выдержала, отпуская змея в вольный полёт над океаном, словно птицу из клетки. Ты выпускаешь из рук катушку и кидаешься вслед за улетающей игрушкой, пытаясь ухватить остатки нити. Но я догоняю тебя, беру за руку и останавливаю перед тем, как ты собираешься ступить в холодную морскую воду.       — Остановись, глупая, — я разворачиваю тебя к себе. — Ты можешь заболеть.       — Но он улетел, — ты смотришь то на меня, то поворачиваешься в сторону улетевшего змея, который становится всё дальше и выше. — Нужно поймать его!       — Он для тебя так дорог?       — Конечно! Ты же сам его сделал. Пусти, я попробую сама достать его.        Твой тон стал решительным и командным. Ты пытаешь освободить свою руку, но я держу крепко.       — С ума сошла? — смеюсь я. — В холодную воду полезешь?       — Думаешь, нет что ли?       Всегда поражался твоей решительности. Если ты что-то решила или задумала, то тебя не остановить, прёшь как танк на пролом. Сколько раз ты попадала из-за своего бесстрашного характера, мне уже и не сосчитать. Или ты таким образом пытаешься убежать после того, что сказала несколько секунд назад? Нет уж, милая, мы не договорили, и я не сказал тебе самого главного. Того, ради чего привёз тебя сюда. Я беру тебя за плечи и смотрю прямо в глаза.       — Во-первых, я не хочу, чтобы пренебрегала ради старой игрушки своим здоровьем. Во-вторых, если хочешь, то я сделаю для тебя миллион таких. Хочешь? Но не вздумай рисковать собой, просто попроси и всё. И в-третьих, — я широко улыбнулся, — он был символом нашим желаний. Помнишь, как перед тем как сделать ту надпись, мы договорились загадать самое заветное желание? Я не знаю, что ты тогда загадала, но я пожелал, чтобы ты всегда была со мной рядом, что бы ни случилось, и полюбила меня точно так же, как я тебя… Моё желание сбылось — он выполнил свою миссию. Я очень сильно люблю тебя. Любил всегда и буду любить до тех пор, пока моё сердце не перестанет биться.       Ты стоишь с широко раскрытыми глазами. Только не делай вид, что тебя это шокировало. Ты же догадывалась? Ведь так.       — ЧонДэ, это неожиданно, что ты решил признат…       Я не даю тебе договорить, к чёрту слова, здесь и так всё понятно. Притягиваю тебя к себе и касаюсь твоих губ своими. Твои губы такие желанные, такие нежные и мягкие, со вкусом вишнёвого ароматизатора гигиенической помады и привкусом фруктово-мятной жвачки. Поцелуй нежный, ненавязчивый. Ты робко и неуверенно отвечаешь на него. Я запускаю руку с твои мягкие волосы на затылке, а другой обнимаю за талию и притягиваю ближе к себе. Ты становишься более настойчивой, проникаешь своим языком в мой рот, осторожно исследуя его; обвиваешь шею руками, прижимаясь ко мне своим маленьким хрупким телом. Поцелуй тягучий и сладкий, словно мёд. Ты возносишь меня до самых облаков, я чувствую себя, словно наш воздушный змей, парящий над линией горизонта в небесах. Не могу насладиться его сладостью. Не могу насладиться тобой. Дыхание рваными вдохами вырывается сквозь поцелуй, который с каждой секундой становится всё горячей и требовательней.       — Ты вор, — обрывая поцелуй, шепчешь мне в губы. — Бессовестный вор.       — Почему? — моя улыбка натягивается до ушей.       Поднимаю взгляд с твоих покрасневших губ в глаза.       — Ты украл мой первый поцелуй. Не слишком ли нагло с твоей стороны?       Твои руки с шеи опускаются на грудь, и ты делаешь маленький шаг назад, затем прячешь их за спину.       — Нет, — отрицательно мотаю головой, — я не считаю это наглостью. Или ты думала, что я до тридцати лет буду водить тебя за руку? — я засмеялся. — Могу сказать больше, я заберу не только твой первый поцелуй, но и всё остальное.       — Конечно я так не думала, — разворачиваешься и идёшь в сторону наших вещей, а я следом за тобой. — А по поводу всего остального, то это ещё посмотрим, кто у кого и что заберёт первым, — ухмыляешься ты.       — Ты обиделась? — я ровняюсь с тобой и вижу на лице довольную ухмылку. — Боже, да и как я только мог об этом подумать?..       — Я слышала тут недалеко отличный ресторанчик. Хочу сашими, угостишь свою девушку? — спрашиваешь с улыбкой, надевая обувь.       — Разумеется. Можно считать это за первое свидание?       Я надеваю кеды и закидываю лямку рюкзака на плечо. Ты киваешь в ответ и берёшь меня за руку. Для тебя сделаю всё что угодно, порой мне кажется, что я рождён, чтобы исполнять твои прихоти. Я не жалуюсь, мне действительно это нравится. Напоследок кидаю взгляд на синего змея, высоко парящего под куполом неба. Сколько он продержится? Он стал символом моего сокровенного мечтания. Надеюсь, он не падёт, руша мою мечту, и будет парить ещё долго, как наши отношения. Побег нашего змея буду считать, как благословение небес и благополучного исполнения того, чего больше всего желал.