Озадаченный

***

Это был пазл. Поверхность поцарапанного кухонного стола, очищенного от лабораторного оборудования, была усеяна несметным количеством его миниатюрных фрагментов. Джон понятия не имел, откуда он взялся и почему внезапно занял столько пространства в их доме. Он не наблюдал поблизости никаких коробок, хотя наличие упаковки вряд ли бы что-то объяснило. И Джон не видел ничего похожего на картинку-образец, да к тому же на глянцевой поверхности множества фрагментов и не было никакого изображения. Все они были чёрными. − Чем это ты занимаешься? − спросил он Шерлока. Тот, в растянутой футболке, сползшей с одного плеча, сидел в кресле, поджав под себя ноги. − Эксперимент. − Чем на этот раз ты сводишь себя с ума? − спросил Джон, но тут же прикусил губу, напомнив себе, что альтернативой этого странного занятия, скорее всего, были бы новые пулевые отверстия в стене. По крайней мере, сейчас Шерлок выглядел спокойным и относительно довольным. − Ладно, забудь. Я должен идти на работу. Развлекайся. Единственной реакцией Шерлока стало тихое хмыканье, и Джон, прежде чем сбежать вниз по лестнице, в ответ лишь покачал головой. Скорей всего, у друга сейчас просто такой период. Заскучав или увлёкшись новым расследованием, Шерлок забудет про пазл, и Джону, вероятно, останется только избавиться от этих невразумительных кусочков глянцевого картона. В общем, это обычная жизнь на Бейкер-стрит.

***

Может быть, это было какой-то навязчивостью? Джон вынужден был признать, что одна из главных особенностей личности Шерлока − одержимость, поэтому его блестящий мозг так притягивали головоломки и загадки. Он ожидал, что Шерлок потеряет интерес к пазлу, но и сейчас, несколько дней спустя, детектива приводило в восторг его весьма странное занятие. Он не возился с пазлом постоянно, но время от времени Джон обнаруживал, как Шерлок исследует формы отдельных фрагментов или вставляет ничем не отличающийся от других чёрный кусочек на одному ему предназначенное место. Это было похоже на то, как опытный грабитель сдвигает рычажок в наисложнейшем замке́. Возвращаясь с очередного расследования, Шерлок первым делом подходил к столу и разглядывал картину на его поверхности, в то время как Джон заказывал еду и заваривал чай. Тем не менее, однако, сколько Джон ни требовал у него объяснений, ответа так и не получил. − Это − своего рода код? − спросил однажды вечером Джон, сидя перед своим ноутбуком и делая вид, что печатает сообщение в блоге, хотя на самом деле всё это время пристально наблюдал за Шерлоком, уверенно собирающим головоломку. − Или какой-то ключ? − Это − игра, Джон. Люди всё время в них играют. − Из них должна собраться картинка. В этом весь смысл. − Нет, визуализация только мешает, не позволяя искать альтернативы, которые помогут решению. − Ловкие пальцы Шерлока скользили по разбросанным вокруг него кусочкам пазла, выбирая нужные. Это выглядело так торжественно, как будто он извлекает ноты симфонии. − Пазлы − о взаимосвязях. Картинка на их поверхности не что иное, как украшение. Джон сосредоточенно нахмурился, призывая себя переключить внимание на монитор. Он и близко не стал бы возиться с чем-то столь заумным. У него никогда не хватало терпения на стандартные пазлы с изображёнными на них домиками или какими-либо предметами. Что уж говорить про тот, с которым сейчас занимался Шерлок. − Но ведь в нём нет никакого смысла. Когда ты закончишь, у тебя не будет даже картинки. Просто пятно чёрного цвета. − Многие философы сказали бы тебе, что удовольствие при осуществлении любой цели состоит в движении, а не в пункте назначения, − пробормотал Шерлок. Тон его голоса был равнодушным, как будто он только краем уха слушал то, что говорил Джон. Покачав головой, Джон сдался. Представление Шерлока о развлечениях всегда было за пределами понимания среднего человека. Обычно они включали химикаты и кровь, части тела и убийства. Всё это вряд ли можно было назвать привлекательным. Кроме того, Шерлок жаждал динамики и движения. И на фоне этого складывание пазла выглядело совершенно тихо и невинно − и именно это беспокоило Джона. Он никогда не подумал бы, что будет скучать по тем временам, когда голова в холодильнике была обычным явлением.

***

− Просто чёрный? Сложив руки на груди, Джон кивнул, пытаясь не выдать того, что догадывается о подозрениях Грега. − Он почти его закончил. Я ожидаю апокалипсиса, когда он положит на место последний фрагмент. Они оба наблюдали, как Шерлок нарезает круги возле трупа в своей обычной стремительной, но величественной манере. Мысль Джона о том, что он находит столь живой интерес Шерлока к очередному мертвецу успокоительно-нормальным, была удручающей. − Его брат знает? Взглянув на Грега, Джон увидел, что инспектор сам задумался над собственным вопросом, болезненно морщась. − А как я ему об этом скажу? «Кстати, Майкрофт, Шерлок начал собирать пазл, который невозможно собрать». Он не скажет ничего такого, из-за чего я почувствую себя лучше. Он подумает, что я параноик или... − Или что? Джон пожал плечами. Действительно, он почти сказал Грегу про собственное наихудшее подозрение. Шерлок всегда делал много странных вещей, и, чёрт возьми, какая должна быть причина, что именно это его занятие должно выделяться среди пантеона таких же? Джон сталкивался с массой странных вещей каждый день. Но почему именно складывание пазла так его беспокоило и раздражало? − Я не знаю. Я не уверен, что беспокоит меня больше − то, что он его вообще собирает или то, с каким увлечением и лёгкостью он это делает. Мне потребовались бы годы, чтобы собрать его. − Однажды у меня была трехмерная головоломка с моделью земного шара, − почесав шею, сознался Грег, когда Шерлок отпустил какое-то замечание Андерсону, и лицо того приобрело свекольный оттенок. − Я тогда думал, что нужно быть гением, чтобы её собрать. Главным образом, из-за водной поверхности. Оказалось, фрагменты имели на обороте цифры. То есть путь был указан. Возможно, здесь − то же самое? − Я уже проверил. Гладкие и чистые на одной стороне, белые на другой. Нет ничего, они просто... – Скривившись, он пожал плечами, когда повторил слово, которое, казалось, застряло в его голове.− ...чёрные. − Не бери в голову, а? − сочувствующе сказал Грег. − По крайней мере, это тихое, спокойное занятие. − Иди сюда, Джон! С этим словами Шерлок оставил в покое Андерсона, и Джон, как всегда, последовал за другом. Реальность требовала решительных действий, преследования и погони, и все мысли о странных чёрных фрагментах покинули Джона, когда он присоединился к Шерлоку.

***

Пазл был закончен. Рассматривая матовую поверхность, занявшую большую часть кухонного стола, Джон рассеянно потёр синяк под глазом. Преследование преступника прошлой ночью было долгим и утомительным, и, придя домой, он собирался, кое-как приведя себя в порядок, упасть в кровать. Шерлок же, казалось, спать не собирался. Вместо этого он снова занялся пазлом. Сейчас, когда головоломка была собрана, он заснул, положив голову на руку, другая же рука расслаблено лежала на глянцевой чёрной поверхности. Джон вздохнул, заметив на виске Шерлока корочку на глубокой ране, полученной в драке накануне ночью. Он, вероятно, даже не потрудился её очистить. Джон наклонился, чтобы повнимательней рассмотреть рану, и тут его взгляд привлекло что-то ещё. Там, где лежала тёплая ладонь Шерлока, чёрная пустота изменилась. Ничем не примечательный чёрный цвет мерцал белым и зеленовато-голубым, фиолетовым и другими, красивыми и ледяными оттенками. Джон бережно обхватил тонкое запястье Шерлока и переместил его руку так, чтобы увидеть больше. Было трудно понять, что это. На первый взгляд всё выглядело как точки, соединённые тусклыми линиями, напоминающими инверсионный след от самолёта. Пока Джон смотрел, изображение начало исчезать, а цвета стали терять интенсивность, в конце концов опять превратившись в ничем не примечательную черноту. Нахмурившись, Джон положил свою руку на середину пазла и оставил её там. Постепенно поверхность стала тёплой, а когда он убрал руку, на нём остался идеальный контур пальцев и ладони. А внутри находилось изображение знакомого созвездия: это был Орион. Это была не фотография, а нечто более художественное, с тонкими абрисами туманностей и мерцающими в глубине точками сверхновых. Ореолы света и хрупкие серебряные нити, соединяясь с крупными звёздами, превращались в изображение охотника. − Невероятно! − невольно воскликнул Джон и, спохватившись, покосился на спящего друга. Тот не шевельнулся, и Джон отважился прикоснуться к другим тёмным областям, чтобы узнать, что скрывается под ними. Пазл, скорей всего, был сделан с помощью термочувствительных химикатов, которым нужно было больше, чем мимолётное прикосновение теплых рук, чтобы проступило изображение, иначе Джон увидел бы всё это ещё тогда, когда Шерлок собирал его. Джон сомневался, что такой пазл можно купить в магазине, но он легко мог вообразить, как Шерлок создаёт на монохромном холсте изображения невидимыми красками. Он, несомненно, был способен на такое. Он всегда видел больше, много больше, чем другие. − И ты говорил, что ничего не знаешь о звёздах, − прошептал Джон. − Я и не знал, − хриплым спросонья голосом произнёс Шерлок. В этот момент Джон с удивлением поймал себя на том, что, пытаясь разгадать скрытое изображение, наклонился над своим соседом по квартире так, что почти касается грудью его спины. − Ты думал, что это важно. − Но не для раскрытия убийств, нет. Не для твоей работы. − Но ты же считаешь это важным? − Шерлок слегка потянулся и откашлялся, прежде чем указать пальцем туда, где под прикосновением Джона показала себя Большая Медведица. − Альтернативные методы обучения создают более прочные связи. Такие вещи тяжелее удалить. Джон быстро заморгал, а сердце затрепетало где-то в горле, когда он начал понимать значение того, что сделал Шерлок. Это не было простой головоломкой, чтобы занять себя − это было цементирование знания. Из всего, что он собирался оставить в своём великолепном мозгу навсегда, он выбрал не что-нибудь вроде ядов или табачного пепла, а это. Вселенную, или, по крайней мере, часть её, которая украшает небо над их головами каждую ночь. Это был шаг, который Джон не мог даже представить; жест, который другим может показаться несущественным, но он знал Шерлока достаточно хорошо, чтобы думать иначе. Они делили жилую площадь и вместе занимались расследованиями, но в том, что сделал Шерлок, не было места практичности и Работе. Это было чем-то очень личным. Может быть, это был способ сказать, что, в отличие от всех остальных его знакомых, у Джона было что-то, что он хотел тоже узнать, чтобы разделить с ним? Это было знание о Солнечной системе и отдалённых уголках галактики за её пределами − или о чём-то поближе к дому, на что Шерлок взглянул по-новому? Иногда нужно совсем немного времени, чтобы всё изменилось. Чернота отступила под натиском тепла ладоней, призвав разгоняющий её свет, чтобы открыть совершенно новый путь для тех, кто достаточно храбр, чтобы на него вступить. Джон не был уверен в том, что ему сейчас предлагалось, какие обещания сияли в глубине глаз Шерлока или были заключены в созвездиях, выложенных на столе − но сейчас он больше, чем когда-либо, был готов это узнать. И началом этого пути было сбившееся дыхание, никому не слышные, кроме них двоих, слова, звук поцелуя − и в зыбком сиянии звёзд мир изменился к лучшему.