S.O.S.

Самым большим разочарованием в моей жизни, наверное, было то, что все эти люди умерли лишь из-за того, что чем-то не угодили Эзре. Мы убили их. Я сидел перед бумагами и читал одну строчку за другой. Этот был должен крупную сумму, тот грозил перехватить нужные Эзре акции. Он убивал своих врагов каждый день. Мы его оружие. А ещё одна страшная вещь во всём это то, что он воспитал в нас жестокость. Нас с детства учили убивать. Нам нравилось убивать, мы любили этим заниматься. Но даже мне, человеку, который нож научился держать раньше, чем ложку, было жутко от всего этого. Мурашки отбивали чечётку на моём позвоночнике, и я понимал, что следует убираться отсюда. Сложив все бумаги так, как они лежали до моего прихода, я покинул комнату. Завтра я покажу это ребятам. Мои мысли путались вместе с ногами и даже приятная прохлада одеяла не смогла меня успокоить. «Люди не делятся на добрых и злых, — слова Лиама пробегают в моей голове, точно титры в конце детектива, на который очень похожа моя жизнь прямо сейчас, — на лживых и честных, богатых и бедных, и даже на счастливых или несчастных они не делятся. Люди делятся на свободных и на тех, кто скован чувством долга перед кем-либо или перед чем-либо». Раньше эти слова служили для меня молитвой, я заливал этими словами и грусть и счастье, боль и ещё много каких напастей. Но сейчас, сейчас всё изменилось. С такими тревожными мыслями я заснул. На следующий день мои биологические часы разбудили меня раньше всех в этом доме. Я наспех оделся, и, гонимый тревогой и страхом, направился в ту комнату, где хранились наши жизни. Дверь была заперта. На мгновение сердце ударилось об пол. Может быть Эзра дома? -Эзра! — я крикнул, оглядываясь по сторонам в поисках мужчины. Соседняя дверь открылась и оттуда вылез сонный Зейн. -Какой Эзра? Найл, сейчас всего лишь пол девятого, он приедет только завтра, неотложные дела. Иди спать. В доме только мы. — Зейн зевал через каждое слово и когда ему надоело, он махнул рукой и ушёл к себе в комнату. Я пошёл к себе и залез под ещё сохранившее моё тепло одеяло, сон, разумеется, не шёл. Я знал, что не оставил за собой ничего такого, что могло обнаружить моё нахождение там, но тревога, распространившаяся по всему телу, мешала дышать. Телефон на тумбочке издал оглушительный звон, и я подпрыгнул от неожиданности. «Ты кое-что забрал у меня». Мне никогда в жизни ещё не было так страшно, но я не понимал, что этому человеку нужно от меня. Около телефона лежал сложенный в несколько раз листок, я развернул его. Даниель Пизер. Двадцать четыре года.. Я не брал! Как это произошло? Кто это сделал? Стоит ли рассказывать парням? А если это опасно? О чём я говорю, опасность дышит нам в затылок каждый день. Но я должен сам с этим разобраться. Не знаю как, но я заснул. Чувство тревоги и ощущение, что дверь была открыта не просто так, не покидало меня даже во сне. Когда я проснулся на часах было без четверти двенадцать. Я посмотрел «входящие» в надежде на то, что это всё мне приснилось, но увы. Я оделся на скорую руку и спустился вниз. Ребята смотрели новости, Гарри готовил завтрак. -О, ты как раз вовремя, - Луи заметил меня первым и похлопал по стулу рядом с собой, я сел. Лиам и Зейн сидели вместе, значит помирились, только синяки на шеи Малика напоминали о том, что кто-то вчера повздорил. Совсем чуть-чуть. Скоро должны начаться новости. Можно считать это нашим хобби: смотреть новости, после очередного убийства. Интересно же, что будет болтать репортёр на этот раз. «Недалеко от центра, в частном доме были найдены тела мужчины и женщины, — тараторила девушка со светлыми волосами, — мужчине было нанесено ножовое ранение в спину, женщину убили во сне, перерезав горло. Родственники нашли пару утром, по их словам из дома пропали серебряные столовые приборы. Что это было: ограбление или умышленное убийство? Следствие продолжается». Лиам выключил телевизор, и все мы уставились на Лу, который жевал свой завтрак и делал вид, что понятие не имеет о том, что произошло. Гарри кашлянул. -Что вы на меня так смотрите? — Луи поднял голову, выглядел он растерянным. -Зачем ты взял приборы? — стукнув по столу кулаком, обратился Гарри к Томлинсону. -Я не брал. -Опять ты врёшь, — закатил глаза Зейн. -Послушайте, но они же серебряные, с уникальной гравировкой! Я продам их двум Джонам за приличную цену, — стал защищаться Лу. -Ты хочешь, чтобы я заснул это тебе в зад? — поинтересовался Гарри, рассматривая ложку у себя в руках, Лу помотал головой, — значит беги! Гарри и Луис бегали вокруг стола, мы с Зейном смеялись, а Лиам игрался со складным ножиком. -А ну перестань! Я возьму тебя в долю! — кричал Луи, Гарри хотел было что-то ответить, но.. Маленький ножик со свистом воткнулся в деревянный шкафчик в пару сантиметрах от уха Луи, тот даже не подал виду, что испугался, обычное дело. Ли у нас любит ножичками покидаться. -Лиам! А если бы ты промахнулся? — возмутился Гарри. -Он никогда не промахивается, — Зейн спрыгнул со стула и положив посуду в раковину, поднялся наверх. -Если бы я знал, что промахнусь, то не кинул бы, — отмахнулся Лиам и ушёл вслед за Зейном. -Пойду верну ему ножик, — ехидно произнёс Луи и удалился вслед за парнями. Я помог Гарри собрать посуду и составить всё это в раковину. -Можно поинтересоваться? — поинтересовался я у Стайлса, вытирая очередную тарелку. -Да, конечно, — не отрываясь от своего занятия, ответил он. -Расскажи мне о Даниель, — Гарри выпустил тарелку из рук и непонимающе уставился на меня, — пожалуйста.