Вор

Совещание шло в плановом режиме, ни чего особенно интересного неделя не принесла. Что не могло не радовать. Рутинная работа не требовала особого контроля, а значит отпуску Дженсена ни что не угрожало. Слушая, как отчитывается один из агентов, Эклс прикрыл глаза, мысленно прикидывая что нужно будет взять с собой. Поездка к морю обещала быть очень приятной. Именно этот момент выбрал Мюррей для того чтобы ввалиться в кабинет, размахивая диском. -У нас опять выступление Тени!! Дженсен вздрогнул, распахнув глаза. -Где?! -Исторический музей! Выставка. Мюррей завозился у проектора. -Это видео нам прислали из службы безопасности страховой компании. Среди агентов пронесся шепоток. Вполне логичный, между прочим. Тень имел привычку гасить все камеры в местах, которые посещал. -Он не отключил камеру? Ну, на то он и начальник отдела, чтобы озвучивать всеобщие вопросы. -Отключил. Все на своем пути по музею. Отрубил сеть как всегда. Но эту буквально тем же вечером поставили сами страховщики, и она была беспроводная. Видимо, он о ней узнать не успел. Тут, наконец пошло видио. И у Дженсена захватило дыхание, он сразу же узнал похищенную вещь. В жизни почти тридцатипятилетнего Дженсена Росса Эклса было две больших страсти. Одной из них была совершенно безумная любовь к драгоценным камням. Дженсену порой казалось, что в прошлой жизни он был драконом. Сапфиры, изумруды, опалы, аквамарины, рубины... Он никогда в жизни не делил их на драгоценные и полудрагоценные. Какая разница сколько они стоят. Ведь самое главное - это душа, которая заключена в глубине камня. Вот на эту самую душу, Джен был готов смотреть вечно. Но считая эту страсть мягко говоря недостойной мужчины, ему естественно приходилось тягу скрывать. Сейчас камера демонстрировала шедевр древних мастеров, до недавнего времени скрывавшийся в частной коллекции. На прозрачной подставке лежал браслет. Выполненный из чистого золота дракон. Чистейшие изумруды глаз, небольшими бриллиантами выложена линия позвоночника. Но главное - в лапах дракон держал кроваво-красный рубин. Подобного Дженсену еще не встречалось. В день открытия выставки он с огромным трудом смог оторваться от витрины. А сейчас наблюдал, как в зал проник человек в обтягивающей черной одежде. Из небольшой сумки на боку он достал плоскую вещь, напоминающую шайбу, легким движением катнул ее в середину зала. На шайбе сверкнул красный огонек, из нее повалил белый дым, в котором стали видны голубоватые лучи сигнализации. Человек пару раз присел, потянулся… и скользнул вперед. Длинное, гибкое тело гнулось подобно каучуку. Парень перетекал из одной стойки в другую, то стелясь по полу, то поднимаясь на руках. Когда он, поднявшись на ладонях, прогнулся в талии назад и спокойно сел на полный шпагат, у кого-то из присутствующих вырвалось: -Гимнаст блин… В нем вообще кости есть? Дженсена правда мучило другое. При виде гибкого, обтянутого во всех нужных местах, такого идеального тела у него мгновенно встало. На мониторе мужчина добрался до витрины. Достал из сумки странную тонкую перчатку и что-то похожее на нож для пиццы. Надел перчатку на левую руку, прижал ее к стеклу, ножом провел четыре линии и легко вытащил получившийся квадрат стекла. Прилипшую, видимо намертво, перчатку вместе с квадратом оставил на полу, сунул руку в витрину, взял браслет, сунул в сумку. После чего вновь повторил свои гимнастические упражнения и исчез из зоны съемки. В кабинете стояла тишина, на Эклса уставилось восемь пар глаз. Он поправил очки. -Что же, господа, я так понимаю, перчатка, естественно, к тому моменту как все обнаружили, превратилась в лужицу желе, с которого нам отпечатки не снять. Его дымовых шайб у нас в коллекции уже восемь штук, теперь будет девятая. А еще владелец браслета будет иметь директора во все физиологические отверстия, соответственно Бивер повторит то же со мной, а я в свою очередь - с вами. Так что предлагаю сократить цепочку и, не дожидаясь начала военных действий, приступать к расследованию. Уэллинг, возьмешь с собой Мюррея и летите в музей. Остальные по ситуации. Свободны. То, как скривилось лицо Уэллинга, Дженсен предпочел не замечать. Работать с шебутным, шумным, непредсказуемым Мюрреем не любил никто. Но как говорится - доносчику первый кнут. Агенты начали расходиться. Дженсен мудро решил навестить директора Бивера до того, как услышит рявкающий приказ зайти немедленно. В коридоре у лифта почему-то оказалось крайне много народу, причем часть что-то комментировала, а часть откровенно смеялась. Эклс протолкался сквозь толпу и тут же, услышав победный вопль, от души получил локтем по ребрам. -Какого дьявола! Зная, как страшен Дженсен в гневе, толпа мгновенно рассосалась. Перед ним стоял виновник цирка. Высокий, лохматый, вечно сутулый парень в очках. Работая в почтовом отделе, Дин Форестер являлся угрозой всему отделению ФБР. О его неуклюжести и невезучести ходили легенды. Ярким примером была текущая ситуация. Закатив в лифт тележку с креспонденцией, вытащить ее обратно парень не смог. Одно колесо провалилось в щель между дверцами и полом. А поднять металлическую, забитую посылками телегу ему явно было не по силам. Собственно финальным рывком, все же освободившим колеса, Эклс и оказался награжден. -Форестер! Я же запретил Гэмбел выпускать Вас из отдела без охраны!!! Парень резко уменьшился в размерах. -Простите сэр. Миссис Гэмбел тут ни при чем, просто мой коллега повредил ногу, и почту не кому было отвезти. Я прямо сейчас все сделаю, и вернусь назад в отдел. -Живее! И приложите все усилия к тому, чтобы во время вашего присутствия никто не пострадал и ничего не было сломано. -Да, сэр, простите, мистер Эклс. Как при таком росте он умудрился уменьшиться еще больше, было воистину загадкой. Правда, не первостепенной. Дженсен обогнул парня, и зашел в лифт. Похоже, Бивер его уже ждал. Никак иначе объяснить сочувствующий взгляд Коэн было нельзя. -Эклс! Я тебя ждал! Странно, Джим Бивер, уже пятнадцать лет занимающий кабинет директора, обычно был вспыльчив как спичка, а при такой, обещающей неприятности ситуации он был уж слишком спокоен. -Садись, что ты топчешься. Сынок, ты понимаешь, что с ними сделает Морган? Дженсен удобно устроился в предложенном кресле и кивнул. Это широкой публике не был известен владелец браслета и еще десятка игрушек с выставки. ФБР было наслышано о простом безработном Джеффри Дине Моргане. Он не утруждал себя какой-либо законной, да и незаконной деятельностью последние лет десять. А то, чем занимался ранее, принесло ему капитал, равномерно вложенный в акции всех ведущих корпораций Америки. Собственно, хуже было то, что мистер Морган был вхож почти во все кабинеты хоть как-то значимых людей. -Мне позвонили еще час назад. Морган дает нам неделю времени на поиски твоего вора, а потом начинает давить на все кнопки. Эклс поежился, в исполнении Моргана это грозило снятием голов. -Вот-вот! Вижу, ты меня правильно понял. Дженсен, ты карьеру сделал на поимке таких вороватых ублюдков, в чем проблема сейчас? Вот этого вопроса Дженсен опасался больше всего. Вор, известный как «Тень», был его головной болью последние пять лет. Ни имени, ни внешности. Даже данные о возрасте, и происхождении были сугубо теоретическими. Возраст по записям определили антропологи и хирурги, а о происхождении судили по началу преступлений. Поляк, именно в Европе он начал свое прославленное шествие. В девятнадцать лет он ограбил Национальный Банк Польши. Вошел налегке и вышел так же. Правда, на память он прихватил Казначейских облигаций на предъявителя. На сумму порядка пятнадцати миллионов. Собственно, после третьего визита, правда, в этот раз в частный дом, им заинтересовались в Интерполе. Точнее не столько им самим, сколько его оборудованием. Компактные, удобные, всегда идеально срабатывающие устройства. Они озадачивали даже видавших многое техников. Парень оставался неуловим. Свои навыки он шлифовал с каждым ограблением. Ценные бумаги, драгоценности, иногда даже данные. Исключительно небольшие но, как правило, очень ценные предметы. Тень не работал на заказ и не совершал ошибок. Ему минул двадцать один год, а Интерпол объявил его одним из самых разыскиваемых преступников. Чем, видимо, крайне обидел. За последующий год он нанес ряд визитов в самые неприступные хранилища стран Евросоюза, чем поднял себя в рейтинге преступников в первую пятерку. Стоило ли удивляться, что когда Тень вдруг резко перебрался в Америку, Европейское бюро Интерпола едва ли не рыдало от счастья. Видимо, именно из-за этого они так быстро и легко поделились с ФБР своими данными по неуловимому вору. Увы, ФБР за пять лет удача тоже ни разу не улыбнулась. Зато визит, который Тень два года назад нанес в Федеральную резервную систему, где «одолжил» у государства около пятидесяти миллионов долларов, все в тех же казначейских облигациях, стоил предшественнику Дженсена места. -Проблема в том, Джим, что он нелогичен и непредсказуем. А значит, я не могу его просчитать. Но мы его возьмем. -Я надеюсь на это, сынок. Ты же понимаешь, что никакой отпуск тебе не светит? По крайней мере, пока на нас давит Морган? А вот это был уже удар. Дженсен стиснул кулаки и кивнул. -Я могу идти? Бивер кивнул. -Иди, и поймайте этого мудака в кратчайшие сроки! Работа, работа и еще раз работа. Дженсен был вымотан и зол. А учитывая, что вместо отпуска ему светило совершенно безнадежное дело, на пути его автомобиля было лучше не попадаться. Остановился он лишь у большого современного особняка за городом. Три часа езды. Да и не похоже это место было на обиталище государственного служащего. Что не мешало Дженсену своим пультом открыть ворота гаража. Среди высококлассных машин явно выделялась простая, далеко не новая Ауди. Ее вид почему-то взбесил Эклса еще сильнее. По лестнице он почти взлетел. В доме царила тишина. На большой открытой веранде сиротливо лежал коврик для йоги, на столике в гостиной полупустая бутылка воды. -Ты где!!! Рычание Эклса могло дать фору взрослому гризли. -Привет, не надо так шуметь. В спальню из ванной вышел высокий мужчина. Рельефный торс, насмешливые тигриные глаза, влажные волосы, зачесанные назад и, чуть вьющиеся на концах. -Сука! Ты чего натворил!!! Дженсен похоже себя не контролировал и, сбросив пиджак на пол, кинулся к мужчине. Тот увернулся легким, плавным движением. Раз, другой. Эклс напоминал боксера, пытающегося нанести удар, его партнер, казалось, просто исполнял балетные па. -Джен, возьми себя в руки. Дженсен опять издал рык, сверкнул глазами и, извернувшись, толкнул противника в грудь. Тот очень удачно упал прямо на кровать, Эклс тут же припечатал его собой. Но вместо ожидаемого удара жадно накрыл губы поцелуем. Не похоже было, чтобы парень сопротивлялся. Поцелуи, больше похожие на укусы, судорожные движения. Особой подготовкой Дженсен себя не утруждал. Сорвать с партнера пижамные брюки, на миг отстраниться, расстегнуть ширинку. Но этого мига свободы парню хватило, чтобы, перевернувшись на живот, подтянуть под себя колени и замереть в максимально открытой позе полного подчинения и доверия. Эклсу собственно было все равно, схватив партнера за бедра, он резким толчком вошел сразу на всю длину. Значительно позже, истратив всю оставшуюся энергию, Дженсен лежал глядя в потолок и тяжело дыша. -Джен, я конечно ничего не имею против жесткого секса и трех оргазмов подряд. Но в честь чего этот праздник? Голос с соседней подушки вернул Эклса к реалиям дня. -На кой черт ты залез в музей, Джаред? Вот объясни мне. Тебя сняла одна из камер. -Я уже в курсе. Но ведь там нет ничего нового. Дженсен повернул голову, глядя в лицо вора, которого безрезультатно разыскивали последние десять лет. Эклс занял свое место отнюдь не за красивые глаза. Как логику ему просто не было равных. Ни во время учебы, ни сейчас. Еще пять лет назад, собрав воедино все то, что прислали из Интерпола, и свои наблюдения по двум ограблениям Тени в Америке, он просчитал восемь различных схем действий вора. И через месяц ждал его на крыше здания, на пути отхода. Да, это было глупо. Да, нужно было поставить в известность руководство и действовать по их приказам. Но… Дженсен этого не сделал. -Стоять, на землю, лицом вниз, или я буду стрелять! Дженсен, собственно, уже мог считать себя счастливчиком. Спустившийся на крышу вор, еще до того как заметил агента, снял с лица маску. И сейчас тряхнув волосами, лучезарно улыбнулся. -Стреляй! Но руки все же поднял. И убрал за голову. Дженсен медленно приближался к подозреваемому, пытаясь на всякий случай в деталях запомнить его лицо. Даже если сбежит, можно будет составить фоторобот. -Ну что? Стрелять-то будешь? Парень опять улыбнулся и чуть повернулся, отступая на шаг назад. Дженсен замер пораженный. Глаза. Вот что в этом воре казалось необычным. Сначала они показались золотисто-коричневыми, как тигровый глаз. Потом на свету стали отливать дымчато-зеленым цветом нефрита. И вот опять сменили цвет. Сейчас парень смотрел на мир глубоким янтарным взором. -Как ты это делаешь? – выдохнул Эклс. -Делаю что? Парень опустил руки и сделал шаг уже навстречу агенту. Дженсен буквально утонул насыщенном зеленом цвете редчайших хризолитов. Они были вместе больше четырех лет. С цветом глаз своего любовника Эклс так и не смог определится. Но зато знал многое другое. И что с возрастом было угадано фактически верно. Первое ограбление Джаред совершил в восемнадцать лет. И с происхождением было почти точно. Поляк по линии отца Джаред Тристан Падалецкий вырос в семье профессиональных воров. Правда, идея играть по-крупному пришла в голову ему первому. С юных лет его тренировали и учили, передавая семейное мастерство. Уже позже Джею откровенно повезло познакомиться, а главное - подружиться с крайне малоразговорчивым и на редкость замкнутым Эриком Крипке. Тот оказался гениальным инженером и создателем. С блеском закончивший университет и попавший сразу в Пентагон, Эрик был уволен оттуда за полное неумение работать в команде, нежелание делится идеями и наработками с государством. Джареду было все равно что и как делал Эрик. Зато из него бил фонтан идей на тему того, что могло улучшить работу профессионального вора. Должным образом профинансированный и простимулированный сложными задачками Эрик осуществлял задумки Падалецкого. Вместе они оказались страшной силой. Когда Европа, на взгляд Джареда, стала тесной и скучной, он, бросил взгляд на родину матери-американки. Оказавшись в стране свободы, Джаред буквально родился заново. В рекордные сроки получил гражданство, как оказалось, этот товар легко продается, и еще легче покупается. Слегка видоизменил фамилию, превратившись из сложно произносимого Падалецкого в более упрощенного Падалеки. И принялся за освоение новых просторов. Тут-то он и попался. -Морган не успокоится, пока мы тебя не поймаем. А это в свою очередь означает, что мой отпуск накрылся. -Нет. Думаю, Морган уже завтра утром передумает столь настойчиво меня искать. А значит, наш отпуск все же состоится. Дженсен сел на кровати, удивленно посмотрев на любовника. -Ты что, это все заранее запланировал? Точно, ты же готов был! Наконец-то вспомнил о том, что к постельному буйству Джаред в определенном плане явно подготовил себя заранее. Падалеки только усмехнулся и перевернулся на спину. -Джен, я очень хорошо тебя знаю. И я видел тебя днем. Учитывая, что наорал ты на меня уже в конторе, значит, к вечеру все должно было стать только хуже. А ярость ты можешь выпустить или в драке или в сексе. Вторая идея мне понравилась больше. -И все же - зачем? Этот вопрос мучил Эклса с самого утра. Джаред не мог не играть, в воровстве была его жизнь. Но обеспечив любовнику столь желанное повышение по службе, он занимался лишь мелочами. Все же в тюрьму ему не очень хотелось. -Скажи, а завтра уже наступило? Дженсен повернулся к будильнику стоящему на его тумбочке. -Да, уже половина первого. Легкий шорох, и на колени Эклса упал сверток. -С днем рождения, Джен. Развернув подарочную бумагу, новорожденный встретился взглядом с изумрудными глазами дракона. Что же, первая страсть Дженсена Эклса всегда знала, как удовлетворить его вторую страсть. И охотно это делала.