Вечная осень

      Стояла тишина. Ничто не нарушало царственный покой увядающей природы, ни единый звук извне. Редкие порывы ветра шелестели кронами деревьев, охваченных пламенем осени. Багряные и нежно-золотые листья кружились в вальсе с ветром, чтобы потом медленно опуститься на мощённую дорожку или в траву, к другим листьям.       Парк был пустынен. Ни единая живая душа не присутствовала при всём этом великолепии, кроме одного-единственного человека. Он сидел на скамье, сложив руки на коленях и запрокинув голову назад. Большая шапка с блестящими, словно живые, глазами покоилась рядом, а ветер шевелил его волосы. Фран вдыхал свежий воздух с примесью аромата прелой листвы. Непередаваемый запах одновременно тлена и вечности.       Послышались шаги. Кто-то шёл прямо по траве, загребая листья ногами и явно наслаждаясь воспроизводимым тихим шорохом. Повернув голову, мальчик с волосами цвета летней зелени увидел человека, немногим старше себя, в чёрном плаще. В его светло-карамельных волосах блестела диадема – уже по-осеннему холодное солнце играло светом на всех изгибах и гранях этого украшения.       Бельфегор опустился рядом. Он тоже хранил молчание, даже не посмеиваясь своим тихим шелестящим смехом. Скосив глаза, Фран увидел в его по-королевски изящных руках рубиново-красный лист. Что ещё мог подобрать Бельфегор? Только то, что ассоциировалось у него с его фетишем – кровью.       Тишина... И лёгкое касание губ. Бельфегор не ждал инициативы от внешне равнодушного иллюзиониста, зная, что тот умрёт, но её не проявит. Прервав затянувшийся поцелуй, вынырнув из сияющих вод блаженства, принц придвинулся поближе, прижимаясь плечом к плечу Франа. От этого простого касания становилось очень тепло на душе и спокойно.       Они сидели так ещё очень долго — наслаждаясь багряно-золотой роскошью торжественной осени, близостью друг друга, не говоря друг другу ни слова. Зачем слова? Впереди ещё целая вечность.       Листья падали на скамью и на колени задремавшего Бельфегора, а Фран любовался милым и безмятежным во сне лицом принца. Только в такие моменты он был действительно мил и напоминал обыкновенного ребёнка. А листья всё падали...