Она

Орки были еще совсем молоды - коричневатая шерсть надо лбами золотилась пушком, а в узких глазенках вместо злобных огоньков мерцало лишь удивление жестокому миру, в котором они были вынуждены жить. Да еще страх. - Врешь ты все, - сказал тот, что был постарше, - стариковские байки. - А вот и не вру, - орчонок помоложе вытер нос грязной ладонью, - там ОНА... Хыгыр посмеялся надо мной, сказал, что я струсил. Один пошел. И пропал, нет его. - Глаурунгу на корм пошел твой Хыгыр, - ответил старший, но уже без особой уверенности, - кто еще знает, что он ходил в тот тоннель? - Только я и знаю, - младший орчонок оскалил клыки в ответ на дерзкую ухмылку на лице старшего, - он мне сам сказал. "Огыр, - говорит, - я пойду в тот тоннель, погляжу чего там..." И не вернулся. - Врешь! - старший уже начинал верить. - Клянусь камнями в короне Властелина! - Огыр огляделся по сторонам, и ударил себя в грудь кулаком, - ОНА его задушила. А его ж предупреждали. Старуха Хотара, когда нажралась мухоморов, сказала нашей матери: твой сын умрет от его Руки. Старший орчонок лязгнул зубами. - И он все таки пошел? Вот так Хыгыр... Багыр, однако... Храбрый орк. - Вот и я хочу пойти. Проверить. Ты со мной, Хилар? Хилар колебался. Но, поглядев на решительную морду собеседника, вздохнул и сказал. - После отбоя. Идем. После того, как все в Ангбанде, кроме часовых и вечно голодного Глаурунга, заснули мирным сном, двое товарищей осторожно выбрались из пещеры-казармы и подались темными переходами влево и вверх. Огыр дорогу знал - по его словам он сопровождал брата до ступеней, ведущих к последнему тоннелю. Вооружены оба приятеля были копьями, а Хилар прихватил с собой еще и нож. - Вот они, ступени, - наконец сказал мокрый от волнения и страха Огыр, - здесь брат меня оставил.Поднялся вверх. И не вернулся. Орки изготовили копья и осторожно стали подниматься по истертым каменным ступеням. Ступени вывели их в еще один тоннель, из которого явственно тянуло сквозняком. - Под ноги смотри, - прошипел Огыр, - ОНА с виду, должно быть, не больше крысы. И бегает так же, как и они. Башорг как-то видел ее в коридоре между казармой и загоном для волков. Бежала быстро, он не успел даже копье метнуть. В тоннеле что-то зашуршало. Хилар заорал и метнул копье в направлении звука. - А-а, ты, тупомордый квен! - закричал Огыр, - зачем поспешил? Чем теперь отбиваться будешь? - Кто квен, я - квен? - взвизгнул Хилар, - ты сам похож на квена! Нет, на их бабу! - Кто, я? Через секунду орки уже дрались, с визгом катаясь по полу. Хилару удалось обезоружить Огыра - старший орк был крупнее и сильнее младшего. Шерсть летела клочьями, кожаные нагрудники трещали, орки кусались, царапались и верещали так громко, что тревога не поднялась благодаря лишь отдаленности тоннеля от жилых помещений Твердыни Севера. В конце концов Хилар придавил Огыра к полу и сказал: - Я багыр! Я победил! - Ты багыр... - прохрипел побежденный, - отпусти меня. Хилар отпустил приятеля, и они стали ползать по полу, отыскивая копья. Копий так и не нашли, зато сквозняк явно усилился. В драке орки подкатились к плохо прикрытой двери, за которой свистел ветер. - Ладно, - сказал Хилар, - у меня еще нож есть. Открываем. Орки толкнули дверь, и она открылась в пустоту. За дверью был лишь небольшой каменный порожек, обрывавшийся в бездну. - Там цепь, - прохрипел Огыр, - выгляни, может ОНА там? - Сам выгляни!, - фыркнул Хилар. - Дай нож!- потребовал Огыр - Не дам! - Хилар осторожно высунулся из двери, сжимая в руке нож. Он увидел поверхность скалы, черную, блестящую, увидел кольцо со ржавой цепью, вбитое в скалу сбоку. В наручнике ничего не было. - Ее здесь... - начал было Хилар, - но тут пинок в спину сбросил его с порожка, и последнее, что увидел злосчастный орк, была ухмыляющаяся морда Огыра. - Сдохни, - сказал Огыр с удовольствием слушая вопль, бьющийся о скалы, - не ты первый... Говорят - Огыр слабак, Огыр драться не умеет. Огыр думать умеет. Вот Хыгыр меня лупцевал кожаным ремнем - и где теперь Хыгыр? Зогыр отбирал у меня еду - где теперь Зогыр? Хилар не считал меня настоящим орком, и где теперь Хилар со всей его силой? Нет тут ничего. И старая Хотара глупа, никто от его Руки не умрет. *** Через много лет, во время штурма крепости под названием Химринг, орк, который к тому времени вырос, возмужал и был приставлен к военному делу, лез по лестнице на стену и яростно визжал, превозмогая страх и отчаяние. Квены сопротивлялись бешено, несмотря на огонь, выпущенный Властелином из недр Тангородрима и помощь Глаурунга. Вот и эта твердыня и не думала сдаваться. Огыр спрыгнул на стену и очутился перед высоким квеном, который вертел клинком так, что лезвие казалось одной серебристой полосой. Прежде, чем орк успел что-то предпринять, высокий эльф одним ударом с левой разрубил его наискось, не зная, что тем самым исполняется видение старой, объевшейся мухоморами орчанки Хотары, предсказавшей когда-то матери Огыра смерть сына от его руки, но не назвавшей по имени того, кто должен был умереть.