Течка как намёк природы

Хината был единственным парнем-омегой в волейбольной команде Карасуно. Даже Хитока Ячи была бетой, а уж сама команда — сплошные альфы. Только Киоко могла понять бедного Шоё, поскольку сама была омегой. Что такое быть единственным омегой в большом обществе красивых, спортивных и сильных альф, рыжик знал не понаслышке. Каково это — течка во время спортивного лагеря,когда кругом лишь альфы, а омег раз, два — и обчёлся — узнал лишь сейчас. Он побоялся даже просто выходить из ванной комнаты, чтобы не натолкнуться на презрительные или, что хуже, — пошлые взгляды сокомандников. — Ты зря так волнуешься, — вздыхала Киоко, протягивая парню воду и таблетки, — Они за тебя переживают. — Конечно, переживают, — хмыкнул рыжеволосый, проглатывая таблетки, — Боятся, что я за течкой отдамся кому-нибудь и опозорю школу. Парень вздохнул. Таблетки должны были действовать шесть часов. Этого должно было хватить на парочку тренировочных матчей, но после ему придётся опять всю ночь проводить время в закрытой ванне вместе с белым другом, выплёвывая желчь. Всё-таки желудок не переносил такие кардинальные средства, чтобы избавиться от природы омеги. — Зачем тебе эта гадость? — присела рядом девушка, сочувственно глядя на Хинату, — Тебе же так трудно и неприятно это есть. — Я не зря приехал сюда. Я должен заниматься. Потом, на следующей неделе, можно будет сходить с ума от желания и похоти, а сейчас все мои мысли и порывы должны быть о волейболе, — выдохнул сквозь сжатые зубы Шоё, вставая, — Мне легче. Проводишь меня до зала? — Конечно, — улыбнулась девушка, — Но ты уверен, что… — Да, я в порядке, — кивнул Хината, — Мне нужно заниматься. Не время расслабляться. Парень вышел из ванной с гордо поднятой головой. — Ты слишком зациклен на долге, Шоё, — вздохнула Киоко, вставая, — тебе не нужно так напрягаться по пустякам. Но парень её не слышал. Слишком мало способов остановить того, кто сам рвётся в бой с самим собой и природой. *** Течка захлестнула неожиданно. Это было так, словно огонь прошёлся по нервам и со всей силы ударил в мозг. Именно в этот момент у них с Кагеямой почти получилось провести новую быструю атаку. Хината приложился коленями о деревянный пол и завыл. Боль немного освежила голову. Он понял, что с ним сейчас может произойти и боялся засомневаться даже на секунду. Он знал одно — надо бить, чтобы прорваться к себе и закрыться. Возможно, он увидит среди нападающих свою команду, но нельзя думать о них как о знакомых. Они будут абсолютно посторонними людьми и точка! Но было слишком тихо. Шоё напряжён, готов для удара. Рядом с ним стоял Кагеяма, и рыжеволосый понимал, что если тот сделает хоть шаг к нему, то двинутся и остальные. Но вот произошёл этот шаг, который в оглушительной тишине был слишком громким. Потом ещё один. Никто больше не двинулся с места. Подняв голову, Шоё увидел напущено-спокойное лицо сеттера. — Я отведу его в нашу комнату, — тихо, но в плотной тишине зала громоподобно произнёс брюнет, — Вставай давай, пока они ещё держатся. Хината подчинился. Вокруг было оглушительно тихо и чересчур неподвижно. Казалось, что если кто-то сделает хотя бы маленький шажок, то рухнет это оглушительное спокойствие, лопнут туго натянутые нервы. Из зала они вышли, сопровождаемые только гулом собственных шагов. *** — … Ты даже не болван, ты — болванище! — рявкнул Кагеяма, когда они с Хинатой вошли в их комнату. Шоё сразу же полетел в их ванную — его резко затошнило. — Если у тебя течка, то ты должен отсиживаться дома, а не заниматься! — орал брюнет, расхаживая по комнате. — Волнуешься? — хрипло спросил рыжеволосый, выглядывая из ванной, — Если да, то лучше подай полотенце, воды и ещё таблеток. Их действие не должно было так быстро закончиться. — Вот! Даже сама природа против твоих выкрутасов! Не смей идти против природы, ты должен проходить все свои течки вовремя, иначе нарушится твой гормональный фон, и ты станешь бетой или вообще потеряешь свою сущность! — Хорошо было бы, — выдохнул Шоё, присаживаясь на стул. Тобио медленно развернулся с таким лицом, что, если бы Хинате было хотя бы чуточку лучше, то он бы обязательно запаниковал. А так он просто слегка удивился. — Ты не понимаешь, что смена сущности несёт за собой скорую смерть обладателя такой жуткой мутации? — зашипел брюнет, стремительно приближаясь к блокирующему и нависая над ним, — Ты просто-напросто умрёшь через пару дней. У меня отец врач… — А я омега, который переживает с десяти лет свои течки в одиночестве. Ты знаешь, что больше трёх лет нельзя так делать? Я и так в группе риска. Умру и умру, не так уж и страшно. Хината старался не смотреть на лицо сеттера. Это было выше его сил и возможностей. Он множество раз терпел болезненные течки, но такой подвиг как посмотреть в лицо злому альфе был не для него. — Дурак, — рыкнул Кагеяма, поджав губы. Через секунду он наклонился к рыжеволосому и впился ему в губы собственническим поцелуем. Хината опешил, но ему не дала одуматься его сущность омеги. Почувствовав сильного альфу, она захватила верх над разумом Шоё. Дальше всё было как в тумане. В тумане боли, похоти и наслаждения, граничащего… а нет, дарящего эйфорию бедному телу Хинаты. *** Об их маленькой интрижке не знал никто из команды. Даже то, что Кагеяма вернулся на поле только через час и в помятом состоянии, он списал на успокоение буйного омеги. Правда, за это он получил затрещину от рыжеволосого центрального блокирующего, но кого это волнует? Главное, что Хината был в порядке и больше не пропускал тренировки. Только родители парней знали о том, что их дети начали встречаться… А команда узнала об этом, когда через пять лет им пришло приглашение на свадьбу…