ВО ВСЕМ ВИНОВАТА ФРЭЙ

***

      Дождь лил в полную силу, обрамляя все вокруг серой густой пеленой из воды. Он был сейчас кстати, потому что охлаждал мой жар и пыл. Притуплял жгучее раздражение и беспокойство.       Фрэй.       Во всем виновата Фрэй.       Как и всегда.       Я снова тяжело вздыхаю, нервно проводя рукой по своим волосам. Как эта девчонка умудрялась будить во мне такие противоречивые чувства? Ну, вот как? Тяжелые косые капли дождя задевают меня, несмотря на то, что я стою под навесом. Дождь льет стеной, и я рад тому, что после того как мы с примитивной выбрались из-под этой разбушевавшейся стихии, я теперь мог смотреть на него со стороны. Чувствовать эту прохладу, которая теперь не душила, а обволакивала горячую кровь.       Фрэй.       Как она могла влезть между мной и демоном? Как осмелилась?!       Зло ударяю ладонью по колонне рядом с собой, и начинаю нервно мерить шагами крыльцо.       Фрэй ничего не боялась.       До безрассудства.       И не это меня в ней так раздражало. Нет.       Просто я узнавал в ней парабатая. И я ненавижу себя за это.       За то, что вижу в ней его.       Та же необузданная энергия и безрассудное поведение. То же ярое стремление всех спасти, игнорируя риски и тем самым только усугубляя ситуацию. Накаляя ее до предела.       Я видел в ней Джейса, и это выводило меня из себя.       Ей далеко до кого-то из нас и тем более до него. Она не одна из нас, и не должна отражать в себе Джейса. Нашего Джейса. Не должна!       Черт.       Я снова мученически сжимаю голову руками, запустив пальцы в отросшие волосы.       Или это я не должен был видеть в ней его?       Все было так сложно. Для меня все с ее появлением стало сложным. Пропала стабильность. Пропала уверенность в завтрашнем дне. И усугубилось мое одиночество.       Грудь снова сдавливает тяжелый камень, на котором наверняка уже выбито имя примитивной, и мне приходится выйти из-под навеса навстречу беспокойной стихии. Такой же неспокойной, каким был я.       Каким был с ней. Без нее. Неважно. Важно то, что всегда из-за нее. Из-за Фрэй.       Тяжело дыша, подставляю себя под стену воды, позволяя каплям дождя спадать по моему лицу. Стекать по коже, спускаясь до темной кожаной куртки бешенным водопадом.       Я сходил с ума.       Не мог держать себя в руках и все из-за нее.       Фрэй.       Во всем виновата Фрэй.       Я обещал Джейсу и Изабель, что присмотрю за ней. Что не дам примитивной пропасть из вида. Они отправились в Идрис со спокойной душой, не понимая, что оставляют меня со скрытой тревогой. За Фрэй невозможно было уследить. И в отличие от них, я это понимал. Признавал. И я с этим боролся. Я хотел ее приручить. Оправдывая это тем, что так будет спокойней всему Институту. Так будет спокойней мне.       Но Фрэй не поддавалась.       Она была магнитом, притягивающим к себе неприятности, и она была катализатором всех моих бед. Все тяготы пребывания в институте и нервы из-за обозлившихся последователей Валентина, были ее заслугой. И моей проблемой.       Я пошел с примитивной на встречу с неугомонным и до ужаса болтливым Саймоном только потому, что понимал, что не могу не пойти. Не смогу бросить ее, зная, что эти двое обязательно навлекут друг на друга беду. Так и случилось.       Сдавленно опускаю голову и медленно возвращаюсь на крыльцо, скрываясь от неистовых капель дождя. И прислонившись к колонне, снова закрываю глаза, вымученно сложив руки на груди.       Фрэй.       Во всем виновата Фрэй.       Я наблюдал за ней весь проклятый вечер. Обводя взглядом каждую деталь во внешности и одежде примитивной, я только сильнее раздражался, не понимая, что служит причиной. Я не ненавидел ее. Фрэй просто выводила меня из себя. Всегда. Даже когда была в стороне от меня.       Она улыбалась всем его шуткам. Смеялась, когда тот нелепо изображал Рафаэля или грубо фыркал, оборачиваясь ко мне. Я отвечал ему тем, что холодно выгибал бровь. Он раздражал меня. Но иначе чем примитивная и я не могу объяснить разницу между ними. Просто чувствовал ее. Признавал.       Фрэй вела себя с ним так, как ведет себя со мной Изабель. Она дорожила Саймоном. Заботилась о нем. И не бросала. Фрэй … Фрэй никого не бросала.       Мы уже собирались уходить, так как застали неожиданный ливень, как появились они. Уродливые и бросающие нам вызов. Демоны. И они окружили нас из-за нее.       Фрэй.       Во всем виновата Фрэй.       Притягивая к себе нежить и охотников, она умело настраивала против себя обозлившихся демонов. Я не удивился тому, что и сейчас они испортили нам вечер, я лишь разозлился на примитивную за то, что снова притянула к себе неприятности. Создала нам проблемы. Ведь если бы эта девчонка послушала меня и осталась в институте, мы бы не оказались здесь в такой ситуации. Она бы не заставила меня волноваться за ее жизнь. Так, как я не волновался даже за свою. И это тоже … злило.       Саймон мало чем помогал, будучи необученным вампиром, но не мешал мне, за что я был ему уже благодарен. Я взял их всех на себя, отдав примитивной лишь одного, самого щуплого демона. Не потому что я не справился бы сам. А потому что я знал, что она все равно влезет! И пусть лучше она будет действовать по моему плану, чем снова импульсивно испортит свой.       Мы почти справились, если бы не Саймон. Он подвел. И я инстинктивно отвлекся на примитивную, чтобы оттащить ее и прикрыть. Я действовал быстро, не обдумывая поступок, что, по сути, противоречило мне. Но только не когда я был рядом с ней. Не когда я был с Фрэй.       Я всегда ее защищал. Потому что должен. Потому что вынужден. И потому что …. Да, черт возьми, потому что не мог по-другому.       В отчаянном жесте закрываю лицо руками в надежде не дать стыду вырваться.       Я переживал за нее. Я переживал за Фрэй. И я защищал ее не потому, что мог, а потому что это было каким-то инстинктом. Необузданным, необоснованным и непонятым мне инстинктом, который пугал меня и не поддавался контролю.       Мне не нужна была благодарность Фрэй за то, что я прикрываю ее и спасаю ее рыжую голову от неминуемой смерти. Я ненавидел эти моменты должной благодарности, и тайно ждал другого. Я хотел, чтобы она это ценила. Пока не понял, что примитивная благодарит меня не потому, что должна, а потому что она ценила это с первого дня. Фрэй ценила. Несмотря на то, как я вел себя с ней. Она ценила.       И я ненавидел себя за то, какое тепло это вызывает у меня в сердце. Ненавидел за то, что именно Фрэй вызывала у меня этот трепет. Этот покой. Поэтому злился на нее еще сильнее.       Фрэй.       Во всем виновата Фрэй.       Потому что когда я бросился спасать ее неугомонного друга, подставляя себя под удар, Фрэй прикрыла меня. Не дала демону прорубить во мне дырку. Примитивная действовала так, словно это было инстинктом. Защитить меня. Меня, а не Саймона.       И если бы Фрэй была чуть-чуть сильнее и опытней, она бы защитила и себя. Но этого не случилось.       Истерично бью кулаком о стену в отчаянном желании выплеснуть эти чувства. Эти противоречивые чувства пожирающие меня изнутри. Я как отчаявшийся путник прикладываю избитые ладони к стене, опираясь на нее всем своим весом. Опустив голову, смотрю в пол, игнорируя прозрачные капли воды, спадающие с моих темных волос. Они падают вниз отчаянно и безвозвратно, медленно унося с собой мой контроль.       Перед моими глазами все еще стояла примитивная. Упав на нас с Саймоном, она не смогла до конца отразить удар, что позволило демону ранить ее. Я реагировал тем, что толкнув в сторону неловкого Саймона, подхватываю примитивную и завершаю удар Клэри. Мысленно впадая в пронзивший меня ужас, когда побледневшая и раненая Фрэй вымученно улыбается мне, перед тем как закрыть глаза.       И тогда в глухом переулке снова остались только мы. Я, Саймон и … Фрэй. Раненная Фрэй.       Тогда я понял то, что окончательно лишило меня контроля.       Я все еще видел в ней Джейса, но сейчас… когда Фрэй безрассудно бросилась к нам в попытке защитить… я увидел, что Фрэй отличается.       Джейс грешил самомнением. Самооценкой, которая не спадала ни под каким предлогом. А Фрэй не страдала эгоистичными срывами. Джейс знал себе цену. А Фрэй даже не догадывалась, что она бесценна. Джейс был эгоистичен в том, в чем был заинтересован, а Фрэй отличалась. Жертвенность и геройство сопровождали каждый ее мотив.       И сегодня я наконец-то увидел в примитивной — ее саму.       Я увидел Клэри.       Самое страшное для меня заключалось в другом.       Я увидел, что она … лучше.       Сжимаю ладони в кулаки и мученически прижимаюсь головой к ним. Неправильно. Это все было неправильно! Я ужасался той ясной и отчетливой мысли в своей голове. Потому что не мог больше списывать ее со счетов.       Фрэй свергла Джейса с моего пьедестала.       Свергла.       И осторожно вступила на него сама.       Боязливо, неловко и, черт побери, как-то заслуженно?