Семейное путешествие

POV Костя

      — Отойдите, пожалуйста! — вместо приветствия попросила сестрица, когда после десяти минут стука в двери бедного дома нам наконец-то открыли. — Не волнуйтесь, мы тут у Вас в шкаф спрячемся, а потом, когда надо будет, вылезем.       Молодая женщина, что стояла на пороге, вопросительно вскинула брови и непонимающе на нас посмотрела. Обратив свой взор на меня, она не добилась ровным счётом никаких объяснений. Вместо слов я просто пожал плечами и прошествовал в дом за сестрицей, которая уже искала подходящее место для того, чтобы можно было спрятаться.       — Простите, вы кто и что здесь делаете? Я прошу немедленно покинуть мой дом, или я вызову полицию!       — Полицию не нужно, — раздался графский голос от входа в дом. — Тем более, это ничего не изменит.       — Полки шкафа выдержат тридцать пять килограмм? — высунув нос из-за платьев, поинтересовалась Лара.       — Что происходит? — вконец опешила женщина, переводя взгляд с нас на аристократа и обратно.       — Спасать мы Вас пришли, — буркнул я.       Да, по словам сестрицы сегодня именно тот день, когда мадам Рэд со своим жнецом-дворецким решат убить последнюю проститутку, и Сиэль решил, что было бы целесообразным, если бы мы спрятались в доме жертвы и застали убийц врасплох. Лара, конечно, сильно сомневалась, что Грелль не почувствует присутствие других душ, однако решила, что, раз мы по времени ещё не родились, то и проблем в этой части возникнуть не должно. Да и дворецкий согласился на всякий случай нас подстраховать, правда, понятия не имею как.       Пока Фантомхайв объяснял женщине, что сегодня должно произойти, я складывал вытаскиваемые Ларой вещи из шкафа на кровать. Договор у нас с сестрицей был таковой: она прячется в шкафу, так как гораздо ниже, чем я, и займёт меньше места, а я лезу под кровать.       Выслушавший наш план предотвратить само убийство юный двенадцатилетний аристократ отрицательно покачал головой, но потом, после увещеваний дворецкого о том, что, возможно, при исполнении плана мы погибнем и избавим его от нашего присутствия и необходимости возиться со свалившимися на его голову детьми (что сам граф тоже ребёнок, никто сказать не решался), и Сиэль, прикинув плюсы и минусы такого исхода событий, в конце концов согласился, чем изрядно напугал меня и обрадовал сестрицу.       Женщина наблюдала за всем этим с неверием и едва проступающим страхом. Конечно, не каждый день узнаёшь, что тебя собираются убить из-за того, что ты отказалась от возможности иметь детей, потому что они тебе не нужны (да, Лара меня проинструктировала, как и засыпающего под её монолог графа), и что тебя приходят спасти дети в сопровождении одного взрослого высокого мужчины, который только мило улыбается и обращается к младшему из мальчишек «юный господин».       Сестра с наибольшими удобствами устроилась в шкафу и, посидев там минуты три, вылезла и кивнула графу — мол, всё в порядке, можешь не волноваться. Девчонка собственнически забрала подушку с кровати будущей жертвы и положила её в угол нижней полки шкафа. На вопросительный взгляд пояснила, что дерево слишком твёрдое.       По-моему, женщина всерьёз сомневалась в том, что мы сказали ей правду и что вообще в состоянии спасти кого-то. Но Сиэль оказался на редкость убедительным, и вскоре та сидела на кровати и раздавала советы, куда ещё можно спрятаться в доме и нет ли здесь других входов или выходов.       — Мы будем возле единственного входа, — услышал я разговор аристократа с сестрой, — если они заявятся оттуда.       — Да сколько раз можно говорить, что это бесполезно? Тем более Сатклифф Себу за версту почует — от последнего же демоном разит! — тихо взвыла Лара, но тут же отмахнулась. — Делай, что хочешь. Главное, если вдруг услышишь громкие вопли, визги или другие ультразвуки, посылай своего дворецкого вперёд, от него пользы будет больше.       — Я уже отдал нужный приказ.       — Молодец.       — Мне кажется, или Вы язвите?       — Тебе приснилось, — отозвалась девчонка и повернулась к хозяйке дома. — Вы сможете сделать вид перед убийцами, что понятия не имеете, откуда взялись дети в шкафу и под кроватью?       — Конечно, — кивнула та.       — Вот и отлично. Сколько сейчас времени, Михаэлис? — Лара высунула голову на улицу и огляделась в поисках дворецкого. — Где он?       — Недавно там стоял, — указав на место возле окна, отозвался аристократ.       — Здесь водятся кошки? — сестра приподняла брови, обращаясь к женщине.       — Да.       — Надобность в ответе отпала сама собой, — усмехнулась девчонка и вернулась к шкафу. — Так как скоро нам прятаться? Когда полночь?       — Сейчас восемь вечера, — посмотрев на часы, ответил Сиэль.       — Отлично, — Лара полезла в место своего укрытия. — Костя, завалишь меня одеждой, оʼкей?       — Можно подумать, у меня есть выбор, — вернув вещи на место, проворчал я.       Сестра отодвинула подолы платьев, улыбнулась и кивнула, удобно устроившись у стенки.       Что ж, операция «Kuro» началась. Название придумывала Лара, причём, когда оно ей пришло в голову, она почему-то начала говорить что-то о мюзиклах и песнях, которые актёры в них исполняют; на вопросы графа только качала головой, а меня и вовсе одаривала скептическими взглядами.       Я заглянул под кровать и, сделав пару вдохов, громко чихнул. Посмотрел на хозяйку и вопросительно приподнял брови:       — У Вас тряпка найдётся?       — Да, — женщина указала на тёмный угол комнаты.       Очистив себе место, заодно помыв полы, я залез под кровать и постарался улечься там так, чтобы ноги не торчали, а глаза видели происходящее в комнате. Аристократ придирчиво осмотрел дом, каждый угол, потом медленно кивнул и огласил вердикт:       — Приемлемо. Можно начинать.       — Нам как раз нужно было твоё разрешение, — раздалось из закрытого шкафа. — Вали уже к своему дворецкому; завизжу — прибежишь.       Уже хотевший было ответить граф был заткнут рукой в белоснежно-белой перчатке (Себастьян, благодарю за то, что ты прикрыл ему рот!), промычал что-то непереводимое; и через пару секунд Михаэлис, вытолкнув Фантомхайва из дома, закрыл за собой дверь. В вечерней тишине этого квартала раздался только его тихий шёпот по поводу скорого прибытия убийц; а дальше только тишина, нарушаемая нашими дыханиями.       — Вы тут пошумите часов пять для приличия, а то нас обнаружат, — тихо попросил я из-под кровати, и будущая жертва кивнула.       Скажу честно, в сидении в засаде, — то есть в шкафу и под кроватью, — интересного, равно как и благородного, мало. В основном из-за того, что все герои историй и фильмов, попадающие в похожие ситуации, обладали какими-то гаджетами будущего и могли, при необходимости, поймать убийцу с закрытыми глазами, одновременно разговаривая по телефону или делая себе маникюр.       Лара силком выпытала у графа Фантомхайва шпагу для самозащиты (тот факт, что орудовать она ей не умеет, все присутствующие тогда в комнате решили опустить), и теперь явно занималась выцарапыванием какой-то надписи на стенке шкафа жертвы изнутри. Скорее всего, это была обыденная фраза, так часто встречавшаяся в той или иной части учебника математики сестрицы, — «Здесь ничего не ясно».       Женщина поднялась с кровати и подошла к окну. Окинула взглядом пустынный проход между домами и, как мне показалось, горестно вздохнула. Неужели она решила, что мы обманываем или у нас не получится защитить её? Ну, ладно, насчёт последнего сомнения были даже у меня, однако вслух я их произносить не спешил, так как идея принадлежала, — самая малая её часть, — и мне.       Хозяйка бросила быстрый взгляд на часы — о, половина десятого, как быстро время летит! — и, решив всё-таки исполнить мою просьбу, принялась бренчать посудой, готовя себе… ужин?       Вот за что люблю старые бедные викторианские дома (и то, что я об этом узнал только недавно, не имеет никакого значения), так это за соединение всех комнат в одной: и кухня, и спальня, и гостиная, и — пардон — туалет. Так что нам с сестрицей открывался вид на всю комнату, и будущую жертву мы не выпускали из вида (да-да, звучит так, будто это мы маньяки, спасибо Ларе за комментарий).       Пока я ворочался под кроватью, наткнулся на старую фотографию почти в самом углу у самой стенки. Я там даже полы не мыл, а тут нате — рамка с порядком обесцвеченной картинкой. Поднеся её к самому носу, я увидел сделанную красивым подчерком надпись перьевой ручкой: «Мэри Келли». Это так эту женщину зовут, да? Сестра об этом ничего не говорила, хотя с Сиэлем что-то там по этой теме обсуждала. Но мне, конечно же, никто ничего не сказал, впрочем, как всегда.       Вытолкнув фотографию из-под кровати, я кашлянул, и Мэри подняла её, тихо поблагодарив. Потерянное (или просто закатившееся в неведомые дали) было возвращено на тумбочку, и женщина вернулась к тарелкам. По-моему, я даже отсюда услышал, как у сестры заурчал живот. Проголодалась, наверное, бедная, ведь её кормили только в шесть часов вечера, а, цитирую: «…растущий детский организм нуждается в постоянной пище».       Да-да, от темы, из-за которой мы здесь собрались, я отошёл, приношу свои извинения, и пора бы к ней возвращаться, потому что начались кульминационные события вечера или развязка дела об убийце — легендарном (у нас, в нашем мире, по крайней мере) Джеке-Потрошителе. Хотелось бы, конечно, узнать, кто на самом деле был Потрошителем, так как на этот счёт мнения разнятся, но довольствоваться будет мадам Рэд и Греллем Сатклиффом. Судя по замечаниям сестрицы, поймаем, если её не убьёт сообщник, мы только Анжелину. За шинигами придёт кто-то, кому я заранее сочувствую, так как фанатичный блеск в глазах Лары говорит о многом.       Минут через пять после того, как женщина перестала греметь посудой, я вдруг понял, что засыпаю. И отключился.       Как оказалось, надолго и зря. Проснулся от громкого не то визга, не то вопля сестры, которая, уже покинув шкаф, старалась создать подобие хаоса, чтобы притворяющаяся спящей Мэри могла бежать. Кстати, хозяйке дома всё же удалось оказаться на улице, столкнувшись в дверях с Себастьяном.       Застигнутые врасплох и ничего не понимающие гореубийцы несколько мгновений переводили непонимающие взгляды с Лары на демона, а потом, переглянувшись, решили отбиваться. Ну да, двенадцатилетняя девчонка, которая, можно сказать, только-только отпраздновала свой день рождения, не представляет никакой опасности, и к сестре направилась мадам Рэд с удобно перехваченным ножом.       Грелль же, всё ещё в наряде дворецкого, с невинным видом потопал к Михаэлису.       Пока я выбирался из-под кровати, то пропустил большую часть диалогов Рэд и Лары, Сатклиффа и Себастьяна. Зато как только оказался на ногах и бросился на Анжелину, повалив её рядом с всё ещё вопящей сестрой, так тут же различил:       — Как убедительно Вы играли свою роль…       Теперь сестра не кричала, а визжала. Причём не от страха, а от предвкушения, тут же позабыв, что её пару секунд назад хотели убить. На эту метаморфозу я отвлёкся, чем и воспользовалась мадам Рэд. Ударив локтем меня по трахее и добившись того, что я начал задыхаться, отчаянно пытаясь глотнуть воздуха, женщина поднялась на ноги и одним резким движением притянула несопротивляющуюся и чутка ошалевшую Лару к себе, приставив холодное остриё ножа к горлу девчонки.       Я замер, боясь пошевелиться, когда боль поутихла и я смог дышать; сестра замолчала, и на возникшую тишину обратили внимание личный демон графа, улыбающийся своей вежливой улыбкой, и красноволосое нечто, ранее бывшее, судя по всему, дворецким мадам. Последний оскалил в улыбке акульи зубы и поудобнее перехватил в руках бензопилу. Длинные, ухоженные, покрытые красным лаком ногти стукнули о лезвие, и мужчина бросил быстрый взгляд в нашу сторону.       — Ну же, мадам, чего Вы ждёте? — приподнял брови он, цокнув языком. — Убейте её!       — Не смейте! — прохрипел я, морщась от боли.       — Не трогайте, — резко бросил оказавшийся в дверях дома Фантомхайв. — Она невинный ребёнок.       Судя по выражению лица сестры, сказать она была готова многое, однако ограничилась только закатыванием глаз. Девчонка нервно сглотнула, стараясь не коснуться лезвия кожей, и ещё сильнее прижалась к Анжелине, стараясь отдалиться от ножа.       — Она тебе дорога, Сиэль? — медленно двигаясь мимо всех нас на выход, не давая Ларе сбежать, поинтересовалась у племянника мадам Рэд.       — Она мой информатор, — фыркнул мальчик. — Не хочу лишаться столь ценного кадра.       — Тогда я окрашу её в прекрасный алый цвет! — вновь улыбнулся Грелль, в мгновение ока оказываясь рядом с державшейся в стороне Мэри.       Не успела бедная, глупая (конечно, понимаю, любопытно, чем всё закончится, но на кону твоя жизнь! Убегать надо отсюда как можно дальше, а не по сторонам смотреть!) женщина вскрикнуть, как Сатклифф завёл свою Косу Смерти. Один быстрый взмах, и тело бывшей проститутки безвольно упало на камни тротуара. Из сквозной раны в груди, не переставая, шла кровь.       Граф никакого удивления или сожаления не выказал, да и всё его внимание было уделено Ларе и мадам. Мэри же удостоилась только равнодушным взором синего глаза.       Я же был не таким стойким и бесчувственным, как Сиэль, а посему меня начало мутить сразу после того, как лезвие пилы проникло сквозь плоть женщины. Стало дурно, голова закружилась, но оклик сестры заставил вернуться в реальность и наконец-то оторваться от созерцания трупа.       К слову, Михаэлис не делал никаких попыток спасти Лару, да и вообще делал вид, что происходящее его не касается. По крайней мере, он «очнулся» только после того, как Фантомхайв бросил короткое:       — Покончи с ним.       Демон улыбнулся. Его глаза маниакально сверкнули, и я невольно пожалел красноволосого шинигами. Быть тем, кого в скором будущем собирается кокнуть Себастьян, удовольствие малоприятное.       — Теперь твоя очередь, — Рэд, имея заложника, благополучно оказалась на улице и склонила голову. — Ну зачем же вам нужно было вмешиваться, Сиэль?       — Таков приказ королевы, — мальчик вздохнул. — Сейчас, — спустя несколько минут молчания, произнёс он.       Лара быстро, а — главное — неожиданно со всей силы наступила каблуком на носок туфли Анжелины, одновременно с этим отстраняя её руку от своего горла и оказываясь рядом с графом. Через пару секунд в правой ладони сестры оказался эфес шпаги, одолженной ранее у Фантомхайва, и девчонка стала в боевую стойку, остриём оружия указав на мадам Рэд.       — Простите, — усмехнулась она, — но у Вас есть отрицательная черта: Вы слишком долго любите болтать. Прикончили бы меня раньше — этого бы не случилось, — хоть говорила она смело, дрожащие руки выдавали её страх с головой. — А теперь, «Джек», Вам пора в тюрьму.       Всё казалось слишком простым, такого в реальной жизни быть не может. Обязательно в конечном итоге будет определённая подлянка, которая сразу или перечеркнёт все ранние усилия, либо обернёт всё не в нашу пользу. Но пока всё было хорошо.       Словно в подтверждение моих мыслей, за нашими спинами раздался глухой стук, на который мы и отвлеклись. Оказалось, Грелль умудрился впечатать Себастьяна в стену близстоящего дома, когда демон оказался стоящим на луже свежей крови, и теперь лезвие пилы зависло в опасной близости от лица Михаэлиса.       — Смотрите, Уилл! — не знаю, на что Лара надеялась, выкрикивая это, когда кроме нас здесь никого не было, но это подействовало. Во всяком случае, Сатклифф испуганно заозирался по сторонам, чего демону хватило для ответного удара.       Аловолосый шинигами отлетел назад, с ненавистью посмотрев на мою сестрицу, которая (поражаюсь ей!) показала мужчине язык.       — Где граф?! — отражая удар Косы, вопросил у нас демон.       — Куда-то ушёл с мадам! — отозвалась Лара, оглядываясь. — Я за ними!       — Стой! — схватив девчонку за рукав платья, я вытаращился на неё. — Ты с ума сошла?!       — Она убьёт его!       — Скорее он её, — отозвался Мхаэлис. — Но леди Ковалёва права, их нужно найти.       — Скоро должен прийти Уильям, — уведомила сестрица, направляясь в сторону единственного возможного выхода отсюда, — так что держись. И постарайся не прибить Актрису.       Девчонка схватила меня за рукав костюма и потащила за собой. Когда я начал её обгонять, она отцепилась и тут же остановилась, не достигая поворота, дёрнула меня назад и приложила палец к губам. Поначалу я ничего не слышал, но потом раздались два отчётливых голоса: юношеский и женский.       — Почему они так легко отказывались от того, чего я не могла иметь?! — срывающийся голос мадам раздавался в ночной тишине. — Они должны были понести наказание!       — Что происходит? — шёпотом спросил я.       — Она попала в аварию, лишилась мужа и ребёнка, не имеет возможности больше беременеть, вот и мстит тем, кто так легко отказывается от материнства.       — Это так важно для женщин?       — Понятия не имею.       — Ты ж женщина.       — Мне двенадцать.       Очередной мой глупый вопрос заглушил звук выстрела, вскрик, а когда мы оказались рядом с графом, тот с ужасом смотрел на Анжелину и находящегося рядом с ней Грелля. Пистолет был использован Фантомхайвом, но стрелял он, как оказалось, в аловолосого.       — Вы были слишком медлительны, мадам, Вы отказались его убивать. А, значит, больше не представляете для меня интереса. Вас я убивать не буду, — оглядев нас, — троих детей, — решил шинигами, разворачиваясь и удаляясь, цокая каблуками по мостовой.       — Где Себастьян? — оглядывалась сестра.       — Вы волнуетесь? — из тени вышел дворецкий, держась за плечо. Глубокий порез кровоточил, и выглядел демон не лучшим образом.       — Нет, думала всё же заказать у Гробовщика гроб, — отозвалась Лара. — Ты как?       — Почему он ещё жив, Себастьян? — не дав Михаэлису ответить, осведомился Сиэль. — У тебя приказ убить Джека Потрошителя, а вторая его половина сейчас уйдёт.       — А я же не хотел вас убивать, — по-моему, даже с грустью отозвался Сатклифф, вновь хватаясь за пилу.       Однако ничего не успел сделать, так как что-то сверкнуло в свете луны, и шинигами оказался сидящем на камнях тротуара, потирая макушку. Через секунду рядом с ним оказался мужчина в строгом костюме, с секатором в руках, пальцами свободной руки поправляя очки.       — Уильям Ти Спирс, — облегчённо выдохнула сестрица, повиснув на мне.       — Прошу меня простить за то, что вмешиваюсь, — теперь одной рукой держа секатор, а другой что-то наподобие записной книжки, произнёс новоприбывший. — Позволь…       — Уилл! — отлипнув от меня, Лара направилась к мужчине, которого так некультурно перебила. — Где ты торчал? Так долго искал сбежавшего сотрудника? У вас в отделе что, никого больше нет, нэ? — на неё с удивлением воззрились все, кроме меня. Говорил же, что ничего хорошего из этого не выйдет и мне жаль того, кто придёт.       — Простите? — изогнул бровь мужчина.       — Прощаю, — фыркнула Лара. — Ладно, давай визитку, извинения твои за «неудобства», — она ткнула пальцем в Сатклиффа, — мы принимаем, и на сим спешу попрощаться. Ещё увидимся, — она чмокнула обалдевшего (судя по тому, что новоприбывший стоял столбом) шинигами в щёку и повернулась к нам. — Пора домой, — забрав у Ти Спирса визитку и положив её в карман (интересно, что на ней пишут охотники за душами?), Лара повернулась к нам. — Идём.       Оставив двух мужчин с удивлением смотреть нам вслед, я, сестра, граф и демон отправились пешим ходом в городское поместье Фантомхайва. Путь предстоял неблизкий, и за время прогулки у нас появилось желание поболтать.       Сиэль расспрашивал Лару о том, кем был второй мужчина и почему мы так просто их оставили; одновременно с этим мальчишка умудрялся высказывать своё недовольство Михаэлису — ну, тот же сверхъестественное существо, почему раньше не понял, что Грелль тоже не простой смертный; я же шёл в отдалении и пытался осмыслить произошедшее, а конкретнее: сестра действительно могла умереть. Всё, что здесь происходит, напрямую влияет на наши жизни, это не игра и не сон.       И если с нами что-то случится в этом мире, то родители больше никогда не увидят своих детей. А посему пора начинать искать способы возвращаться в своё время, в свой век, в свою Россию, в свою прежнюю и безынтересную, но безопасную жизнь. Как бы только об этом Ларе намекнуть, она ведь мечтала попасть сюда. А рушить счастье любимой сестрицы ох как не хочется… Но ради нашей безопасности — надо.