Семейное путешествие

POV Лара

      Следующие три дня прошли в относительном мире и покое, пока отрешённый от мира после похода со своим дворецким и Себастьяном Сома не подал признаки жизни и не начал оглашать округу своими рыданиями, что пора бы начинать готовится к конкурсу карри, к которому и без наивного принца демон Фантомхайва организовал подготовку сразу после приказа господина. Единственный минус, что получавшиеся блюда испытывали на мне, отчего приходилось использовать любые предлоги и сваливать из городского поместья подальше.       Идея отсидеться у Элизабет с треском провалилась, так как блондинка была полностью занята моим братом, что, кстати, тоже нацепил на нос розовые очки и таскался с Мидлфорд-младшей где только можно и нельзя; ну, во всяком случае, этим он делал огромное одолжение графу, у которого его уже бывшая невеста решила остаться на неопределённый срок, спровадив излишне приставучего Эдварда обратно домой рассказывать всё семье. Не завидую пареньку с его участью, и пусть земля ему будет пухом, если вдруг случится что-то непоправимое.       Не знаю, как на новость о разрыве помолвки отреагирует Френсис (и не хотелось бы мне находится так близко к ней, раз уж на то пошло); единственный, насчёт кого я полностью спокойна, так это отца молодой девушки — Алексиса. Он из этой семейки производит самое благоприятное впечатление, ибо полностью не соответствует напускной холодности. Хороший мужик, кстати, жаль мы с ним не имели возможности поболтать. Мне бы хотелось узнать у него о Винсанте и Рэйчел. Да и об остальном тоже.       Ой, ладно, потом с этим разберусь, иначе опять не смогу с точностью передать требовавшему наиболее развёрнутый ответ об очередном своём кулинарном шедевре Михаэлису, а это чревато неприятными последствиями; по крайней мере, Сиэль согласился на дальнейшую мою пытку при помощи карри.       Поэтому я больше всех обрадовалась, когда Сома вызвался тестировать творения рук дворецкого своего будущего «друга», и поспешила уйти в закат, прихватив по пути увесистый мешочек с деньгами, который мне (скрепя сердцем (и суставами)) передал на личные расходы его светлость.       Несколько минут, пока ждала карету, наблюдала за обнимавшимися братом и Элизабет, которые махали мне рукой — стояли в коридоре второго этажа, в тепле, в уюте, не обременённые просьбами каждые пять минут пробовать очередное… Так, меня вновь понесло! Пора завязывать, ну право сло!..       Внезапно возникшая в области затылка боль помешала закончить мысль, зато вызвала разноцветные пятна перед глазами, а потом я почувствовала соприкосновения чьих-то сильных рук с корсетом моего платья, как мою лёгкую тушку взвалили на что-то явно твёрдое и громко звякнувшее; а после накатила тьма, спокойствие и пустота, о которых за время общения с Себастьяном я только и могла делать, что мечтать.       Знаете, что первым делает человек, когда его похищают таким не очень приятным образом? Бросается в панику? Возможно, но у меня было какое-то нездоровое спокойствие; почему-то я прям-таки излучала уверенность того, что меня обязательно спасут, ибо я тут сейчас главный герой, а они помирают в редких случаях, в большинстве же продолжают жить собственной жизнью, женятся или выходят замуж, заводят детей и существуют припеваючи на белом свете. Пытаются разузнать, зачем они вдруг понадобились? Дык я это и так поняла, когда морды главных злодеев увидела после того, как открыла глаза и громко известила нехорошего дядьку о том, кем я его считаю и что о нём думаю; что обидно, моя речь не произвела на него никакого впечатления, и пришлось смириться с моей неспособностью полностью соображать, так как тупая боль в висках давала о себе знать. Обдумывают пути побега? Не-е-е, только не я; говорю ж: железная уверенность в том, что за мной притопает если не граф Фантомхайв собственной персоной, то уж демон Михаэлис — точно, но, опять-таки, по приказу небезызвестного аристократа.       А вот кто пробовал с первых же минут действовать похитителям на нервы, рискуя добровольно записаться в клуб самоубийц? Явно только или очень тупые, попрощавшиеся с мозгами в лучшем случае сразу после похищения, или храбрые, смирившиеся с тем, что их рано или поздно убьют. Я же принадлежала к особому разделу: плевать я хотела на ваши угрозы и на вас самих, так как знаю то, от чего у вас будут большие проблемы со здоровьем; если они вообще будут после встречи с Сиэлем или Себастьяном.       И я совершенно забыла о своём любимой идиоте-братце, который точно примчится со спасителями в качестве группы поддержки, скандируя разные слоганы наподобие «Отпустите её!» или «Вам не жить!»; к сожалению, на большее его фантазии просто не хватит. А жаль, неглупый парень. За редким исключением. Но скромный, ведь даже отношения с Лиззи пришлось строить мне.       Глава любителей похищать путешественников из другого мира, походу, просто пребывал в состоянии медленного офигевания, широко распахнутыми глазами любуясь моей спокойной рожей и вялыми попытками ослабить верёвки на руках хоть чуть-чуть, а то натирают же, чтоб их! Находившиеся рядом с ним люди тоже не знали как себя вести. Один было попытался начать запугивать, используя банальное:       — Кричать бесполезно, здесь тебя никто не услышит, — но он явно не надеялся получить в ответ:       — Прекрасно. Тогда вы не против, если я посплю? А то дела-дела… Не высыпаюсь.       К моему огромному несчастью, удобно устроиться на полу и подремать до прибытия группы спасения мне не дали; похитители вспомнили, кем они являются, и решили взять себя в руки, хотя задававший вопрос и глава были выведены из строя этак секунд на пятнадцать. Что было мне на руку, так как я успела оценить сложившеюся ситуацию и горько пожалеть о своём решении пойти навестить Гробовщика и поинтересоваться у него о возможных способах возвращения. Ведь братец же должен был что-то откопать, раз уж искать перестал.       Два нехороших человека, которых в простонародье назвали бы иначе, по приказу самого плохого перетащили меня из, судя по всему, гостиной в чулан и закрыли там, благо, развязав руки, чтобы я смогла нормально поесть. Перед этим кто-то любезно пожертвовал продукты со склада, и передо мной красовалась мечта вегетарианца — корзинка с морковкой, салатом, огурцами, свёклой, редькой и яблоками. Исключительно свежими и, в эти времена, экологически чистыми. Эх, жаль немытые — вон, песок видно.       Свет оставили включённым, так что куковать в темноте не пришлось, а вот занять себя чем-то было нужно, иначе велик был риск сорваться на первом встречном. Хорошо ещё, если это будет незнакомый мне человек, а если граф, Элизабет, братец или любой другой персонаж данной истории? Вот это будет хуже. Но да ладно, русские всегда найдут выход из сложившейся ситуации, и если хоть не сделают своё пребывание лучше, так достанут врагов. Что ж, пожалуй, начнём?       Я поудобнее уселась, откинулась к стенке, чуть вновь не стукнувшись затылком, которому сегодня и так досталось, согнула одну ногу в колене, другую вытянула, взяла в руку немытое яблоко, одарила его презрительным взглядом, вздохнула и громко затянула народную песню, стараясь выть как можно противнее, но не фальшивить:       — Эх, чёрный ворон, чёрный ворон, что ж ты вьёшься надо мной? — услышала чей-то стон за дверью и тихий вопрос на непонятном мне языке. — А ты добычи не дождёшься, ведь, чёрный ворон, я не твой! — яблоко полетело в дверь, в которую настойчиво постучали с просьбой немедленно заткнуться.       Ишь ты, не нравится им, как я пою! А мне тут больше делать нечего, бесплатный Wi-Fi или доступ к телефону или телевизору мне так и не предоставили, ироды, так что теперь отдувайтесь! Сами виноваты, что мне скучно; а когда мне скучно, даже родители спешили куда-нибудь смыться, оставляя Костю как козла отпущения.       — Не нравится, да?! — громко спросила я человека за дверью. — Громко?!       — Да! — на повышенных тонах ответили мне и вежливо повторили просьбу захлопнуть рот.       — Размечтался! — фыркнула я, прокашлялась и вновь заголосила: — Ты скажи, ты скажи, чё вам надо, чё вам надо, — победно растянула губы в улыбке, начиная орать, когда за дверью послышались характерные стуки головой об пол, — может дам, может дам, чё вам там надо, иродам… — задумалась, что явно отошла от прямого текста, и тут же подняла голову, так как кладовку отперли, и в неё ввалился тот самый главный злодей.       — Слушайте, мадам, — начал он с порога, даже не удосужившись поприветствовать, и хотел было открыть рот, чтобы продолжить, но я прервала его:       — Никакого уважения к пленным! Представься сначала, несчастный, пока не получил кару яблоком по голове или морковкой в… ну ты понял, — демонстрируя указанные фрукт и овощ, я прищурилась, вновь лицезря культурный (или просто молчаливый) шок.       — Милочка, вы здесь в плену, — по-моему, с какой-то надеждой уточнил мужчина, кидая взгляд на подошедшего сообщника.       — А я-то думала, что на курорте, — картинно удивилась я.       — Серьёзно? — поднял брови редиска*.       — Ага, — согласно кивнула. — Слушайте, ну зачем я вам, а? Некрасивая, молодая, так что статья точно будет, — вздохнула. — Или смерть, смотря, кто вас первым найдёт: Фантомхайв или полиция.       — О, значит, ты признаёшь, что знаешь графа Фантомхайва? — оживился дядька, спросив одновременно с помощником.       — С чего вы так решили? Я знаю его по слухам так же, как и вы.       — Не ври, — второй подал голос первым. — Мы следили за этим мальчишкой, и ты часто была вместе с ним.       — И что? — подняла брови. — Вы проверяли, что я делала? Может быть, передавала письмо? Или информацию? Или просто интересовалась здоровьем Элизабет?       — Так, всё! — рявкнул самый плохой из двух присутствующих, ударив кулаком по стене так, что я нервно дёрнулась, впервые ощутив страх. — Если не уймёшься, живой не уйдёшь!       — А вы собирались меня отпустить?       — Да, — честно ответил главный злодей. — Как только получим ответ от Фантомхайва, что он не будет принимать участие в конкурсе.       — Ой, ребята, вы его плохо знаете, — склонила голову я, прикрывая глаза и массируя виски. — Он никогда не отступится от своих целей ради спасения какой-то девчонки, пусть даже велика вероятность того, что она умрёт.       — То есть ты для нас бесполезна? — не поверил ушам редиска.       — Чёй-то сразу бесполезна? — обиделась я. — Между прочим, умею готовить, стирать, убирать, действовать на нервы…       — Закрой рот! — не выдержал второй из присутствующих дядек. — Босс, ну можно ей всё-таки отрезать язык?       — Нельзя, — поставил точку в разговоре главный злодей. — Сиди тихо, тогда отпустим.       — Разумеется, как мышка, — согласно кивнула я. — Только одеяло с подушкой дайте, я ж всё-таки спать хочу.       — Знаешь, возможно, это не такая плохая идея — навечно сделать её немой, — задумался первый, и второй активно закивал.       — Не возникаю, — в примирительном жесте подняла руки я, прикусывая язык.       Однако всё же запрашиваемое получила, плюс ко всему несколько книжек — явно чтоб больше не горланила народные песни под аккомпанемент стонов бедного охранника той непримечательной комнаты, в которой меня оставили гнить.

***

      — Вы только полюбуйтесь, она до сих пор спит, — сквозь пелену сна пробивался раздражительный голос брата, и я наконец-то поняла чувства тех бедных людей, кто слышал мои песни.       — Ты меня и во сне будешь доставать? — сильнее укутавшись в выданное тёплое одеяло и накрывшись им с головой, я уткнулась носом в подушку и постаралась вернуться в сон.       — Не-е, вы слышали?! — возмутился голос, и до меня дошло, что поспать не выйдет. — Лара, совесть твою несуществующую, подними свою задницу с пола и поблагодари оторванных от дел ради твоего спасения людей!       — Мне и тут хорошо, можете возвращаться, раз уж это было так накладно, — перевернувшись на другой бок и продемонстрировав пятую точку наглому брату, я зевнула.       — Да ты издеваешься?! — взорвался Ковалёв, явно желая добавить что-то ещё, однако вмешался ещё один до боли знакомый голос:       — Тихо. Раздражаешь, — голова попрощалась с подушкой мгновенно, и уже через несколько минут я любовалась графом Фантомхайвом собственной персоной.       И не только им. Рядом с господином, с улыбкой кота, обожравшегося сметаной, стоял в непринуждённой позе Себастьян Михаэлис, от которого исходил запах крови. Так-с, ясно, хана похитителям.       — Спасибо, что пришли, — поднялась я на ноги и зевнула. — Как там с Сомой и Агни и карри?       — Всё так, как ты рассказала, — вздохнул Сиэль, протягивая мне свой плащ.       Ну да, на улице ж холодно.       — А как вы?.. Ох, глупый вопрос. Зачем вы меня спасли?       — Твой брат действовал на нервы, — пожал плечами аристократ и кивком головы указал в сторону выхода. — Если ты не против, мы возвращаемся в поместье.       — Если только сразу в основное.       — Да, мы уезжаем из города, — кивнул граф, выходя из дома и подходя к карете, подождав, пока дворецкий откроет перед ним дверь. После почему-то повернулся ко мне и подал руку; поблагодарив, я приняла её и забралась в экипаж. Следом заполз братец, а после и сам Фантомхайв.       Мы с аристократом оказались по одну сторону, и я посмотрела в окошко. Ох, теперь ясно, чего меня так в сон клонит — вон, глубокая ночь на дворе. Ясное дело, что поскорее хочется добраться до кроватки и явить себя миру ближе к обеду следующего дня. А лучше месяца…       Под мерное покачивание кареты я вдруг поняла, что ещё немного — и точно познакомлю свою многострадальную головушку со стенкой экипажа. Посему забралась на сидение с ногами, благо с согнутыми это было вполне возможно, устроила голову на коленях у опешившего от такой наглости Сиэля, сонно улыбнулась ему и опять зевнула, закрыв глаза и приготовившись спать.       На счастье, аристократ только устало вздохнул, положил свою прохладную ладонь мне на горячий лоб и провёл пальцами по голове, пропуская сквозь них пряди волос. После немедля руку убрал, но от отправки моей тушки на пол отказался, позволив и дальше эксплуатировать свои колени.       Я не помню, как мы доехали и о чём тихо переговаривались Фантомхайв с братом, как я оказалась в своей комнате и чем закончилась история с карри, кроме как полным уничтожением людей того человека, кто забрал с собой Мину, и победой графа. Помню только, как кто-то заботливо укрывал одеялом, как использовала руку этого кого-то вместо плюшевого мишки и как окончательно провалилась в глубокий сон.       А ведь интересно складывается сюжетная линия… С какого перепугу злодеям пришло в голову, что Сиэля можно как-то шантажировать посредством меня? У них что, совсем голова не варит? Вот наоборот — пожалуйста, за этого самовлюблённого эгоистичного мальчишку я пойду даже в Ад к Себастьяну, чтобы вернуть душу аристократа, но в обратную сторону такое работать не будет; если встанет выбор между чем-то действительно нужным и мной — Фантомхайв выберет первое, не раздумывая. Ведь он и Лиззи спасал только потому, что то требовалось.       В эту ночь меня посещали только самые сладкие и приятные сновидения, словно решили скрасить впечатление от дня; я чувствовала лёгкость и счастье, внезапно свалившееся на меня, и улыбалась — искренне и тепло, заменяя обычную фальшивую и саркастичную.       Ну что сказать? Похоже, у меня тоже начали появляться первые догадки, каким способом можно вернуться домой. Однако… Это будет несправедливо по отношению и к Элизабет, и к Сиэлю, к остальным героям манги, да и ко мне с братцем тоже, ведь нельзя просто так отказаться от всего пережитого за довольно-таки продолжительный срок и вернуться в свой мир как ни в чём не бывало. И я искренне понадеюсь, что Костя со мной согласится.