Семейное путешествие

POV Лара

      Я в блаженстве закрыла глаза и наконец-то опустилась в джакузи, позволяя горячей воде сомкнуться под подбородком, полностью согревая моё дрожащее после долгого проведения на зимнем воздухе тело. Запах черёмухи распространился по всему помещению роскошной ванны, и я счастливо растянула губы в улыбке. Вот уж никогда б не подумала, что буду жить среди такого богатства в огромном особняке далеко за пределами родной страны; новый дом для себя и Сиэля, всё ещё остававшегося хозяином демона, пусть и без возможности исполнить контракт, Себастьян построил в Венеции. Уж не знаю, почему здесь, но, прогуливаясь по улицам и наслаждаясь видами, я была по-настоящему счастлива.       Не желая быть полностью зависимым от демона, Фантомхайв вновь основал свою кампанию, на этот раз специализирующуюся на производстве сладостей. Конечно, все бумаги и договоры были записаны на имя Михаэлиса, так как пятнадцатилетнему аристократу по закону нельзя было пока управлять бизнесом, но эти старания того стоили. Тем более что, когда граф достигнул совершеннолетия, стал полноправным владельцем. Магия Себастьяна помогла сделать так, чтобы никаких вопросов относительно чего-либо не возникло.       Да, с тех пор, как они перенеслись из викторианской Англии в Россию двадцать первого века, прошло без малого шесть долгих лет. Путешественникам во времени пришлось многому научиться, — демон освоился в мгновение ока, а вот с Сиэлем пришлось помучиться, — но это того стоило. За несколько часов, пока не вернулись родители с похорон брата, наша компания успела обсудить важные нюансы расселения. Уже к вечеру они были далеко за пределами Москвы, пообещав в скором времени навестить.       Знакомство с родителями прошло успешно; на мой тринадцатый день рождения, я, зная, что Фантомхайв со своим «опекуном» должны посетить сей скромный праздник, попросила родителей организовать всё дома: был накрыт стол с множеством яств, приглашены гости. Рассевшись, все решили начать с поздравлений. Очередная речь была прервана стуком в дверь — вежливым, негромким, и я тут же поняла, кто стоит по другую сторону, — открывать пошла мама.       На пороге, довольно-таки непривычно выглядевший в джинсах, кроссовках и футболке, стоял граф, которого так мы с Себастьяном скорее называли просто по привычке, держа в руках шикарный букет лилий. Он галантно поприветствовал мою родительницу, больше поглощённую созерцанием Михаэлиса за спиной мальчишки; и я не могла её винить. Демон, в зауженных брюках, сандалиях и просторной тунике выглядел сногсшибательно, и даже мои подруги — те, кто старше на два или три года — глазели на сие чудо природы.       Сиэль — точнее, Александр (ну, пришлось «гостям» имя сменить, чтобы не казаться помешанными, чего уж там) — представился, назвав себя моим другом, прибывшим из-за границы, подарил букет и сообщил, что забирает меня с собой, как мы ранее и договаривались. Парочка слов дворецкого — и все сопротивления и возмущения были подавлены в зародыше. Не беспокоясь о чемоданах, я решила сначала закончить с праздником, а уже после отправиться со своими любимыми персонажами. Вскоре, однако, пришлось вернуться и закончить школу, на всё лето уезжая в Венецию, а когда мне исполнилось восемнадцать, родители со вздохом позволили покинуть родную страну навсегда. Себастьян обучил меня итальянскому и английскому, — о методах я лучше умолчу, — так что проблем ни с чем не возникло.       Если честно, поначалу я была удивлена, что Фантомхайв всё же за мной вернулся, однако после всё встало на своим места: я продолжала быть связующим звеном их персон с современным миром, так как была единственной, кому, как ни странно, они могли полностью доверять. Учитывая, что я всегда путешествовала вместе с ними, неважно, куда мы направлялись, это стало богатым опытом. Так, к примеру, в мои пятнадцать мы посетили Францию и Испанию, а в семнадцать — Англию и Германию.       С братом после того дня связаться не удалось, и мы действительно отдыхали друг от друга, но всё же со временем я ловила себя на мысли, что начинаю скучать по тем безумным приключениям, что мы пережили. Тем более, интересно было узнать, как судьба поступила с ним и Элизабет; о наших разговорах с девушкой я вспоминала редко, ведь с головой в своё время окунулась в помощь пришельцам.       С недавнего времени Сиэль взял отпуск, решив побаловать и себя, и меня, и дворецкого, так что свободным временем было грех не распорядиться. И да, я сразу же решила принять джакузи. Здешний особняк не уступал размерами прошлому, конструкция была иной, что заставляло постоянно задумчиво склонять голову и долго размышлять, в какую сторону мне надо, но, со временем, ко всему привыкаешь.       Что же касается наших отношений с аристократом… Здесь всё было предельно просто: инициатором того, что мы начали «встречаться», если такой термин уместен, стал, разумеется, Михаэлис, в очередной раз заставший нас в одной постели в процессе удушения мною графа и отвесивший много ехидных комментариев по этому поводу. Что странно, я не стала краснеть, а просто согласилась и чмокнула чутка выведенного из душевного равновесия Фантомхайва в губы. Так и началось.       Я бы и дальше наслаждалась ощущением полной свободы и безмятежности, однако шум, похожий на помехи сигнала телевизора, заставил в изумлении открыть глаза и уставиться на его источник — чуть запотевшее зеркало. Отражающая поверхность покрылась рябью, словно вода, и вскоре я увидела донельзя довольное выражение лица молодого парня, да боли похожего на моего непутёвого братца… Да и кем он ещё мог быть?!       Брат развалился на диване, а рядом с ним сидела…       — Это что ещё за пискля?! — гневно вопросила я, заставив и парня, и «писклю» подскочить и начать озираться. — Здесь я, зде-е-есь! — проклиная всё на свете, я, стараясь не показываться полностью, поближе подобралась к той стороне, где стояло зеркало, и, оперевшись руками на кафельный пол и положив на них подбородок, приподняла брови, когда меня увидел брат.       — Лара? — такого шока я на лице Кости никогда не видела; когда он увидел нашу тётю голой, и то удивления меньше было. Не подумайте чего, просто мы ездили на море, и верхнюю часть купальника с женщины смыло. — Это правда ты?       — Да, болван ты эдакий! — я, конечно, рада была встрече, но не при таких же обстоятельствах!       — Успокойся, пожалуйста, — Костя взял маленького ребёнка, лет двух от роду, на руки и повернулся к, как я поняла, тоже зеркалу. — Ты пугаешь Сэн.       — Кого? — одарив девочку раздражённым взглядом, я вздохнула. — Ты не ответил на мой вопрос.       — Это Симона — наша с Элизабет дочь, — на одном дыхании, явно боясь передумать и соврать, выдал Костя.       — Кто-о-о?.. — я вылупилась на новоиспечённого родителя, в то время как в моей голове вычислялся период зачатия и рождения. — Это вам что, восемнадцать было?       — Мне девятнадцать.       — И чем здесь гордиться?! — я дёрнулась. По закону жанра — поскользнулась.       Сделав идеальный пируэт, вскинув руки вверх, я грохнулась в воду, создав тучу брызг и услышав вскрик брата, явно насладившегося видом моих обнажённых конечностей. Вынырнув, я закашлялась и начала тереть глаза, после услышав тихий смех.       — Заткнись, — рыкнула я. — Иначе моя дорогая племянница узнает много нового о ругательствах от своей тёти. Не так ли, Сэн?       Девочка смотрела на меня круглыми глазами, а потом слезла с рук отца и выбежала в коридор, зовя маму. Вот только блондинки мне не хватало. И так нахожусь не в том положении, чтобы хотя бы на ноги встать, так здесь ещё и это исчадие воплей и визга помчалось звать второго родителя… Эх, вот именно по этой причине я не люблю детей.       — Лара, всё в порядке? — в комнату без стука вошёл Сиэль и, увидев Костю, приветственно кивнул, ни капли не удивившись. — Добрый вечер.       — Добрый… А ну-ка вышел вон! — оценив обстановку, вместо меня возмутился брат.       — Да что он там не видел, — хмыкнула я.       — Чего?! — глаз парня дёрнулся.       Не будь препятствия в виде почти двух веков на пути, зеркала и многих законов мироздания, Ковалёв-старший бы точно сжал пальцы на шее бедного Фантомхайва, севшего перед зеркалом, тем самым скрыв меня от созерцания и позволив встать, выйти из джакузи и замотаться в полотенце, опустившись рядом с аристократом.       — Не у одного тебя прогресс в отношениях.       — Надеюсь, ты сделал ей предложение? — яростный, горящий праведным гневом взгляд упёрся в Сиэля.       — Разумеется, — кивнул он.       Серьёзно, что ли? Когда это? Чего-то я это в своей биографии не помню… Может быть, прослушала? А что, я могу. Пропустила же мимо ушей лекцию Себастьяна о расположении магазинов и предприятий в Венеции, которые в любой момент времени могли мне понадобиться, и переспросила, когда он поинтересовался насчёт места, где… где будут проводить свадьбу.       Подавив желание хлопнуть себя ладонью по лицу, я поняла, что никакого предложения не было — венчание, скорее, было следующим из многих событий, случившихся ранее, фактом, и я просто не могла понять, как до меня раньше не дошло. Нужно быть внимательнее к мелочам, аристократ же наш воспитан не так, как большинство парней современного мира. Так что нет ничего удивительного в том, что Фантомхайв с Михаэлисом просто готовились к торжеству, не ставя меня в известность, так как думали, что я и так всё пойму. Умнеть нужно.       — Если ты сделаешь ей больно, я преодолею это расстояние в несколько веков и самолично отправлю твой зад в гроб, — пообещал Костя, сложив руки на груди.       — Я и сама могу о себе позаботиться!       — Знаю я, как…       Договорить брат не успел. Зеркало вновь пошло рябью, а после появилась надпись, выведенная сверкающими серебряными чернилами: «Реклама». У меня округлились глаза. Внизу зеркальной поверхности были видны несколько слов: «К вашим услугам Департамент по межпространственным связям». М-да… На удивление, мы с Сиэлем сидели и наслаждались демонстрацией нового вида способа связаться с другим веком, и у меня не осталось никаких вопросов касательно того, кто же за всем этим стоит. Ответ очевиден — шинигами.       Секунд через пятнадцать снова появился Костя, со скучающим выражением лица смотря на зеркало. Увидев меня, он вопросительно приподнял бровь, будто ожидая объяснений того, что произошло, но я покачала головой, пожала плечами и поправила сползшее полотенце. Не могу знать всё на свете, тем более, когда речь заходит о жнецах! Рон, Уильям и Гробовщик в детали не посвящали, а Грелль лишь гонялся, намереваясь убить, тем самым отправив домой.       — Ну что я могу сказать… Рад был увидеться, сестра, — вздохнул Ковалёв. — Я попробую найти нашего седовласого знакомого — вдруг получится? — и установить постоянный канал связи. Если всё пойдёт по плану, мы сможем видеться чаще.       — Идея хорошая, — согласилась. — У нас осталось определённое количество времени?       — Ты не видишь таймер? — я отрицательно покачала головой. — Две минуты тридцать семь секунд.       — У меня и у родителей всё хорошо. Они продолжают жить в Москве и, так как я посылаю им деньги, честно заработанные стараниями Себастьяна, нужды нет. Изредка мама навещает меня и Сиэля, но присутствует языковой барьер, так как, ты знаешь, она не сильна в английском; отец в последнее время в постоянных командировках по работе, но, как я слышала, у их археологического исследования наклёвывается что-то интересное, так что в этом нет ничего удивительного. Я живу в Венеции, в особняке, отстроенном демоном; здесь куча прислуги, выполняющая любой каприз. Имею образование в одиннадцать классов и вскоре иду на международные отношения. Хороший учитель у меня имеется, и Михаэлис обещал обучить меня японскому, французскому и корейскому. А что? Я продолжаю читать мангу и смотреть аниме, так что теперь могу наслаждаться новыми главами, не ожидая перевода.       — Мы с Элизабет обвенчались в её восемнадцать, и спустя восемь месяцев родился ребёнок — Симона, как ты знаешь. Френсис стала идеальной бабушкой, а Алексис на время приостановил все свои дела, посвящая огромное количество появившегося свободного времени внучке. Эдвард встал во главе твоей кампании, — кивок в сторону Фантомхайва, — и женился на… Я не выговорю её имя, простите. Ничего сверхъестественного замечено не было, всё идёт своим чередом. Правда, теперь некому выполнять приказы королевы, но в Цепном Псе нет необходимости — всё в относительном мире и порядке. Троица слуг, к сожалению, нас покинула, так как никто из их прежних нанимателей не объявился, и их судьба мне неизвестна. Зато Сома с Агни — правильно? — вернулись. Принц путешествует, так как его жизни больше ничего не угрожает.       — Одним словом, — улыбаюсь, — почти у всех всё хорошо. Спасибо за информацию.       — Пожалуйста. До встречи.       — Пока. Передавай привет жене.       Изображение гаснет, и вскоре я вновь вижу своё разочарованное и недовольное лицо в отражающей поверхности зеркала. Не стоило надеяться на долгую связь, но всё же… Я думала, нам дадут неограниченное количество времени, чтобы пообщаться, а здесь такая неприятность.       — Вернёшься в воду? — кивком головы указав на джакузи, поинтересовался аристократ, и я только сейчас обратила внимание, что он в одних плавках.       — Угу. Ты тоже?       Он согласно кивнул. Вскоре мы оказались сидящими в воде друг напротив друга, и я, хитро улыбнувшись, прекрасно понимая, что веду себя как ребёнок, плеснула немного воды в лицо умиротворённого графа. Тот фыркнул, отплёвываясь, и одарил меня грозным взглядом, а после хитрой усмешкой. Через пару мгновений мы уже топили друг друга; я смеялась во весь голос, а он лишь иногда улыбался. Ну, когда не пытался освободиться от хватки профессионала, который многих людей вот так вот окунал в речку с головой.

Позднее…

      — Девочка, — Костя и Элизабет по одну сторону телевизионного экрана в сотый раз повторяли одну и ту же фразу, когда связь между мирами вновь была установлена и мы с Фантомхайвом сидели в просторной гостиной. Моя голова покоилась на коленях супруга, ставшего мне оным год назад, и его пальцы перебирали пряди моих окрашенных в тёмно-бордовый цвет волос.       — Мальчик, — качал головой Сиэль.       — А я говорю, что девочка.       — Согласна с мужем, — я бросила взгляд на свой большой и круглый живот, сомневаясь, что стану хорошей мамой, но искренне надеясь на помощь многочисленных горничных и, как ни странно, демона, прожившего много столетий на белом свете и знавшего, как обращаться с новорождёнными детьми. Наверное.       — Спросите у Себастьяна, он должен знать, — скрестил руки на груди мой дорогой братец, поглаживая по голове Симону. Она, кстати, тоже была уверена, что у меня в животе её маленькая двоюродная сестрёнка.       — Его нет дома, — помотал из стороны в сторону головой аристократ. — Дела кампании, которые разрешить могут только его… знания в области убеждения.       — Не удивлён.       Костя нашёл способ устанавливать связь в любое время дня и ночи. Точнее, Ковалёв нашёл Гробовщика, а уже он, в свою очередь, сделал всю остальную работу, заставив моего братца себя рассмешить. Каким образом последнему это удалось сделать, я не имела ни малейшего понятия; мне ничего не говорили, и я, смирившись, больше не спрашивала. Так что теперь я могла в любое время и в любом месте лицезреть Костю вне зависимости от того, удобно то было или нет. Единственная радость — в обратную сторону работало так же, и мы могли связаться с Англией. Позднее решено было модернизировать канал связи и добавить звук звонка, в чём, опять-таки, помог седовласый шинигами, и в последнее время никто никого зря не беспокоил. Могли ответить — отвечали, нет — оставляли приятную мелодию без внимания. В общем, довольно удобная технология. Точнее, магия.       Поборов желание застонать, я еле как поднялась на ноги, направившись в свою комнату. Рожать решено было дома, так как больницам Сиэль категорически не доверял, пусть в современном мире и было много препаратов, которые могут сделать роды не такими болезненными, и обученных людей, с лёгкостью справившихся с поставленной задачей — помочь появиться на свет малышу. Но приглашён был специалист, которому заплатили такую сумму, что, когда её озвучили, я тут же отказалась от услуг доктора, но было уже поздно. Так что оставалось только ждать.       Спустя два дня я родила. Двойняшек. Рэйчел и Викто́р. Девочку и мальчика, так что ни одна из сторон, почти разругавшихся на этой почве, не была права. Все радовались и поздравляли, в то время как Михаэлис был единственным, кого можно было попросить спрятать меня ото всех на время, что он и выполнил с большим удовольствием. Ему было меньше забот, а я вместе с детьми отдохнула в тишине и спокойствии.       Жизнь была прекрасна, бизнес, благодаря всё той же магии демона, креп и процветал, привыкшие к роскоши мы ни в чём не нуждались и даже к Себастьяну обращались не так часто, как обычно. В итоге у всех была спокойная размеренная жизнь.       Спустя ещё пять лет я с братом, да и он со мной, стали связываться только по праздникам или по дням рождения, так как у каждого из нас была своя жизнь. Дети росли, и нужно было решить, в какую школу мы хотим их отдать, какое образование дать и приплести ли к этому демона… Времени на ежедневную болтовню просто не оставалось, и, пусть это и печалило, но мы смирились.       Родители всё же стали чаще посещать Венецию, мама специально выучила язык; они нарадоваться не могли на подрастающее поколение, но не проводили с ним достаточное количество времени, так как тоже были заняты: работа, дом, отдых, который мы с Сиэлем им устраивали.       Жизнь текла своим чередом, никто ни в чём не нуждался, и я искренне радовалась, что когда-то с братом попала в мир «Тёмного Дворецкого» и что наша судьба так изменилась.

Конец.

P.S. — А где во время наших встреч был Себастьян? — За средствами от аллергии ходил. Он завёл кошку.