Кто?..

«У неё пальцы длинные, с ногтями аккуратной овальной формы». Саске свернул футон и спрятал его в шкаф. «Она отчаянно пыталась оторвать его руку от своей шеи, зажмурив глаза, из которых сочились слёзы, оставляя влажные дорожки на щеках». Он распахнул окно, запуская в комнату свежий воздух. Шум с улицы коснулся слуха, прогоняя остатки сна. Саске замер у подоконника, рассматривая открывшийся вид: узкая улочка, невысокий дом напротив с большими окнами и тёмно-зелёной черепицей, вечернее небо, казавшееся едва серым, но если чуть ближе придвинуться к стеклу и устремить взгляд вверх, то можно заметить время от времени скрываемую облаками луну — почти полную. Очень медленно он поднёс правую руку к воротнику чёрной кофты, неспешно провёл указательным пальцем по плечевому шву, спустился к левому рукаву и резко сжал пальцы на том месте, где должен быть локоть. Ткань скомкалась, протянулись небольшие складки. Саске всё стоял у окна, стараясь избавиться от неприятного осадка на душе, что оставил гнетущий сон. Взгляд то цеплялся за случайных прохожих, то фокусировался на собственном отражении в толще стекла. Пальцы по-прежнему сжимали рукав. «Прочь», — подумал он и тяжело вздохнул. Лёгкие как будто сплющило. «Она напрягала живот и жадно хватала ртом воздух, который в очень краткие промежутки времени шумно ею же выдыхался». В один миг ему показалось, что в комнате чересчур спёртый воздух. Саске разжал пальцы и потянулся к ручке окна, чтобы открыть его настежь. Лишь под конец октября спала жара, посему лица коснулся свежий, слегка прохладный воздух. Саске вдохнул полной грудью и прикрыл веки. — И надолго ты? Какаши развернул свиток с отчётом, вскользь пробежался взглядом по мелким иероглифам и что-то пометил для себя на отдельном листке бумаги. — Возможно, — уклончиво ответил Учиха, разглядывая край стола, заваленного книгами, бумагами, тонкими тетрадками и свитками. Хокаге наклонился вперёд, ставя локти на стол. Поверх пальцев, сцепленных в замок, он внимательным взглядом осмотрел Саске и негромко вздохнул. — Я надеюсь, тебе не нужно напоминать адрес проживания? В квартире, которую ему выдали после окончания войны, Саске прожил лишь чуть дольше недели. Спустя два года он мало что помнил из окрестных мест: разве что овощную лавку за углом жилого дома, расположенную недалеко от нововозведённой академии. — Нет, не нужно. — Какаши-сан, — дверь кабинета робко приоткрыла невысокая девушка в тёмно-зелёной юкате. К груди она прижимала объёмную папку чёрного цвета, — анкеты… — она запнулась, заметив Саске. — Положи на стол, займёмся ими вечером. Она торопливо подошла к столу, аккуратно положила папку поверх раскрытой книги с потрёпанными жёлтыми страницами и замерла, устремив взгляд на Хокаге. — Можешь быть свободна, — мягко проговорил мужчина и перевёл взгляд на своего бывшего ученика. — Ты тоже. Саске, в отличие от помощницы Хокаге, быстро развернулся и направился к выходу. Странно: за квартирой кто-то приглядывал. Парень был готов к тому, что его встретят почти пустые комнаты с минимальным количеством мебели, покрытой толстым слоем пыли; уже предвидел двухчасовую уборку, которая будет идти медленным ходом из-за его усталости и сонливости, но идеальная чистота немало удивила Саске. Он отвернулся от окна и опустил веки, когда недоуменное «да уж» промелькнуло в голове. Очень непривычным казалось то, что теперь он наконец-то мог отложить в сторону обязанности шиноби и в ближайшее время быть предоставленным самому себе. Как будто что-то громко щёлкнуло, и мир вокруг завращался с бешеной скоростью. Один он стоял на месте. Стены вдруг пошатнулись, комната начала уменьшаться в размерах. Воздух сгустился, а в висках будто застучали отбойные молотки. Послышался гул, сопровождаемый тихим постукиванием. Огромный единый механизм — и Саске так мал по сравнению с ним. Шестерёнки слаженно завертелись, приводя в движение что-то невероятно большое и значимое… Саске распахнул глаза и сделал шаг вперёд. Всё в порядке: стены на месте, и никакого гула нет. Ему это лишь привиделось. Только в комнате стало чуть темнее. Он снова повернулся к окну и взглянул на окна противоположного дома, в которых потихоньку загорался свет. Над деревней сгущались сумерки.

***

Серое пыльное пончо значительно выделяло его среди других жителей деревни. Он казался… потрёпанным, простым, никак не похожим на представителя элитного клана. Небольшие разноцветные огоньки на вывесках заведений привлекали внимание. Дверцы различных баров и бистро призывно скрипели, и до каждого прохожего доносился чудный запах местных блюд — так и хотелось заглянуть внутрь, чтобы их попробовать. Людей на переулке прибавилось, и Саске ускорил шаг, чтобы побыстрее отделиться от толпы. Высокие фонари возвышались над людским потоком. Один за другим они вспыхивали пробивавшимся сквозь рельефное стекло мягким жёлтым светом, который, словно рассеиваясь и даря тепло, освещал головы и плечи сновавших внизу шиноби. Шумные разговоры, хохот и шорох одежды. Из ближайшего кафетерия доносилась приятная музыка. Небо стало уже тёмно-синим, а луна — более яркой. Саске быстро шёл и пытался сориентироваться на местности. Он свернул в узкий и почти неосвещённый переулок, лишь в конце которого, где-то из-за угла дома, теплилось тусклое свечение фонаря. Многоголосая толпа осталась за спиной. «Что-то знакомое. Сейчас нужно свернуть налево. Кажется, там должна быть академия». — Ну всё, уже поздно. Я и так задержался дольше, чем положено. По домам, быстро! — До завтра, Наруто-сан! Саске остановился, раздумывая, действительно ли он хочет зайти за угол дома и встретиться с Наруто. «Два года…» Узумаки же сейчас начнёт трещать без умолку. «Зато я узнаю о всех событиях, произошедших за время моего отсутствия». И непременно потащит его в раменную. «Я не хочу рамен». А чего хуже, примется — как и обещал — объяснять, игнорируя всякие протесты, принцип выполнения соблазнительной техники. «Не хватало ещё, чтобы меня кто-то увидел в тёмном переулке с голой блондинкой». Саске сделал шаг назад, но было уже поздно. Появился Наруто в сопровождении двух мальчишек, которые, скорее всего, ещё даже не окончили академию. — Теме? — Блондин вытянул шею и слегка приоткрыл губы, затем издал что-то похожее на изумлённый вопль и бросился к другу навстречу. — Нет, Наруто, давай без этого. — Саске отступил ещё на шаг назад и выставил руку, препятствуя объятиям бывшего товарища по команде. — Не здесь. И не сейчас, — медленно, почти по слогам проговорил он. — Учитель? — Один из мальчиков шагнул вперёд, не отводя изумлённого взгляда от Наруто. Конечно, белобрысый взрослый мужик, липнущий с воплями к другому взрослому мужику, — это не могло не вызвать у детей недоумения. — Всё в порядке. Это мой давний знакомый Учиха Саске. Вы ведь должны знать его как одного из героев… — Заткнись, — прошипел Саске, яростно сверкнув глазами. — Ба-а-а, звезда скромничает, — усмехнувшись, протянул Узумаки, а затем повернулся к мальчишкам. — Ну что, ребятня, пора бы уже по домам! Даже я в вашем возрасте до такого позднего времени не торчал около академии. Хотя я её, честно говоря, вообще терпеть не мог.

***

— Всё ещё не могу поверить, что такого идиота, как ты, приняли на должность инструктора, — Саске прикрыл глаза и улыбнулся. Они с Наруто медленно наворачивали круги вокруг академии. — Первое время Ирука-сенсей меня во многом наставлял… Погоди-ка. Ты кого это здесь идиотом назвал?! — Узумаки скрестил руки на груди и смерил брюнета недовольным взглядом. — Кстати, что это за лохмотья на тебе? — Не важно. — Саске слегка откинул голову назад. — Ладно, не важно. А руку ты будешь восстанавливать? — Наруто потянулся к чужому предплечью и поверх пончо сжал пальцами локоть. — Ой, э-хе-хе, не та рука. Прости, те… — он заткнулся, заметив раздражённую гримасу друга. — Хорошо-хорошо! Я понял. Ты у нас важный экспонат, прикасаться вообще нельзя. — Время для восстановления ещё не пришло. — Пару раз Саске глубоко вдохнул, и лицо его приняло прежнее бесстрастное выражение. — Почему? — Что за допрос? — Он не хотел говорить о том, что это всякий раз служило ему напоминанием. Напоминанием о содеянном ранее и всех неправильных поступках. — Ладненько, раз уж ты не настроен на диалог, то я сам тебе обо всём расскажу. Ты же столько всего пропустил! Они отошли от академии и вышли к резиденции Хокаге. Затем, слившись с толпой, направились к центральной дороге, что вела к главным воротам. Если поначалу Саске и пытался прислушиваться к безудержному потоку слов, вырывавшихся из уст Наруто, то вскоре ему это надоело: очень много воды. Мелкие детали и впечатления. Фразы, слова, буквы перевоплотились в гул механизма. В висках отдало болью. — …Сакура… — Что? — Саске резко остановился и схватился за левое плечо. — Я говорю, Сакура в это время из госпиталя домой возвращается. Она, кстати, всегда откуда-то знает, когда придут твои отчёты. — После нескольких столкновений с прохожими брюнет возобновил шаг. — Это что-то сверхъестественное! Ты понимаешь, утром я малышню учу на улице, а она в больницу направляется. Подходит такая и говорит: «Сегодня прекрасный день». Что-то спрашивает, общается с детьми, а потом прощается и как будто между прочим добавляет: «Думаю, сегодня отчёт придёт». И вечером он приходит! И так каждый раз! Она какой-то эксрт… эсктра… экстрасенс, даттебайо! — Время идёт, а Наруто так и не научился правильно произносить слова, — ухмыльнулся Саске. — Да ну тебя! Я сейчас вообще в «Ичираку» хотел зайти. Ты со мной? Только хорошенько подумай. Дядя Теучи устроил тридцатипроцентную скидку на выходных. — Сегодня суббота? — Да. Так что, идёшь? Я угощаю. Мы же давно не виделись, нужно ещё о многом тебе рассказать! — Нет. Я домой. Воодушевлённый Наруто мигом стушевался, услышав отказ. — Но потом мы обязательно всей компанией отметим твоё возвращение! Пока, теме! Саске не был толком уверен в том, что остальных обрадует его компания. Наруто после своего прощания ещё минут пять рассказывал что-то о перестройке главных ворот, пока Учихе эта болтовня порядком не осточертела. Он развернулся и направился к резиденции Хокаге, чтобы потом свернуть к академии и дойти до своего дома. Наруто пару раз окликнул его, а затем отправился в сторону раменной. Саске обернулся и заметил, как к другу пристали две молодые куноичи, что-то громко и восхищённо рассказывая. — Наруто-кун! Наруто-кун!.. И прибавилось же у этого усуратонкачи популярности среди девчонок… Саске был несказанно рад, что ему никто не вешался на шею, но стоило оторвать взгляд от собственных сандалий и оглянуться… Множество девушек, в глазах которых плескался интерес, оценивающе его разглядывали. Разглядывали — и не более. Ученик легендарного саннина, герой Четвёртой мировой войны Ниндзя. Но общество по-прежнему не питало к нему доверия. Чего скрывать, некоторые до сих пор считали его опасным. Взгляд выцепил из толпы невысокую фигуру. Кто?.. Бледное лицо, обрамлённое густыми прядями розовых волос, почти достающих до плеч. Мех капюшона касается ушей. Она смеётся и откидывает голову назад. Замок красной куртки застёгнут под самый подбородок. Слегка покрасневшие щёки и задорный блеск в глазах. Она подносит указательный палец к лицу, чтобы вытереть слёзы от смеха, скопившиеся в самых уголках глаз. Сакура далеко от него — она стояла около цветочного магазина вместе с Ино, что-то говорила ей и вскидывала руки вверх, разводя их в стороны. На этот раз смеялась блондинка. Будто почувствовав чужой взгляд, Сакура приподняла плечи и оглядела проходящих мимо шиноби, сжала губы в тонкую полоску и прищурилась, будто искала его. Но он слишком далеко. Так и оставшись незамеченным, Саске отвернулся и нырнул в один из закоулков, тянущихся поперёк центральной дороги. Он не мог точно сказать, что почувствовал, увидев свою бывшую сокомандницу. Вспомнил их прощание два года назад. Она снова обрезала волосы.

***

В коридоре он провозился всего минуту около распределительного щитка. Нужно было включить свет. В квартире тихо. Теперь на кухне еле слышно гудел холодильник. Пустой холодильник. Саске так и не закупился продуктами. Но голода он не чувствовал. Парень разулся и прошёл в спальню, на ходу стягивая с себя верхнюю одежду. Замер перед зеркалом, приметив что-то странное. Это… это… Саске протянул вперёд руку и соприкоснулся кончиками пальцев с холодной зеркальной поверхностью. Отражение не повторило его действий. Мало того, оно было не его, а Итачи. Брат смотрел ему прямо в глаза. И никаких эмоций на лице. Раздался скромный стук в дверь. На миг Саске отвёл взгляд — брат тут же исчез. — Саске… — послышался немного взволнованный женский голос. Похож на голос Сакуры. «Можно я пойду с тобой?» — немного нежнее, но это точно она. Он прикрыл глаза и шумно выдохнул, прислушиваясь к звукам бешено колотящегося о грудную клетку сердца. Из зеркала на него смотрел… Саске. Просто Саске, кожа которого чуть бледнее обычного, а губы приоткрыты в удивлении. Или испуге. Он вздохнул, приводя свои эмоции в порядок, и направился в коридор. Вспоминая сон, провёл правой рукой по левому плечу и поморщился, словно от зубной боли. На один миг Саске задумался, стоило ли открывать дверь. После долгого отсутствия он вообще усомнился в своих чувствах к другим людям. Хотел ли он видеть Сакуру? Похожее сомнение одолевало его возле академии, когда он прислушивался к шагам Наруто. — Прости за поздний визит, — выпалила Сакура, как только брюнет открыл дверь. — Я встретила Наруто возле раменной… Он сказал о твоём возвращении, и я… и я… — она замялась, прикусив нижнюю губу. — Я… Можно мне войти? Саске молча отошёл в сторону, пропуская девушку в квартиру, и лишь тогда заметил у неё в руке небольшой бумажный пакет, который тут же был поставлен на тумбу. Сакура разулась и расстегнула куртку. Парень протянул ей плечики. — У тебя в квартире прохладно, — тихо сказала она, вцепившись пальцами в рукава своей кофты. Светло-зелёная, под цвет её глаз. Сакура начала приглаживать волосы, робко поглядывая на Саске, часто моргая и переводя взор с одного предмета на другой. Сам Саске в некоторой степени предвидел её приход, но и подумать не мог, что, заявившись к нему домой, она будет избегать его взгляда. Сакура пока ещё ни разу не посмотрела ему в глаза. — Зачем ты пришла? — он сам удивился тому, насколько холодным и даже резким был его тон. Харуно едва заметно вздрогнула и зажмурилась. Со стороны выглядело так, будто она перед ним сильно виновата. — Во время твоего отсутствия я приглядывала за квартирой, — совсем тихо сказала она. — И я подумала, что, возможно, тебе понадобится помощь, чтобы обжиться. И ещё я подумала, что ты захотел бы поужинать… — Сакура потянулась рукой к пакету и открыла его — там были продукты. — Ясно. — Да… Она прижала пакет к груди и направилась в сторону кухни. Саске ещё некоторое время стоял неподвижно у двери, осмысливая сложившуюся ситуацию. Затем прошёл на кухню следом за Сакурой, откуда уже доносились шорохи пакета, негромкое копошение и звон посуды.

***

На кухне лампочка была не такой яркой, как в комнате, и Сакуре приходилось низко склоняться над доской, чтобы, нарезая кольцами лук, ненароком не лишить себя пальцев. На плите стояла небольшая алюминиевая кастрюля, вода в которой подходила к стадии закипания. Саске сел за стол, опёрся на него локтем и вытянул ноги. Спиной он чувствовал прохладу стены. Сакура почти не обращала на него внимания. Пропала и робость в её движениях. Она ловко доставала из пакета всё больше и больше разных продуктов, металась от раковины к плите, стучала дверцами шкафчиков в поисках необходимой посуды. Вода закипела — девушка засыпала в кастрюлю промытый заранее рис, сразу же засекла время и выставила на свободные конфорки ещё две кастрюли. Несколько раз она замирала, прекращая готовку и, кажется, хотела обернуться к Саске — её плечи опускались, а сама она чуть-чуть поворачивала голову вправо и слегка прогибалась в пояснице. И каждый раз до слуха брюнета доносились звуки неровного, сбитого дыхания. Но тут же, словно опомнившись, Сакура опускала голову. И снова нож стучал о разделочную доску, и снова Харуно успокаивалась, а Саске снова отгонял от себя мысли о своём сне. Девушка засыпала в кипящую воду овощи и принялась чистить рыбу. — Я не особо-то и голодный. Не стоило так много всего покупать. Деньги за продукты отдам, только чуть позже, — всё-таки он заговорил первым. Сакура промолчала. Она лишь на секунду замерла, прислушиваясь к его словам, а затем продолжила снимать чешую.

***

— Он никогда не получался рассыпчатым, — разочарованно выдохнула Сакура, вываливая в тарелку разварившийся рис и накладывая сверху обжаренную в яйце рыбу и овощи, сваренные на пару. — Прости, что так долго. — Она поставила тарелку перед Саске и положила сверху палочки. — Ничего, — коротко бросил он. На самом деле есть совершенно не хотелось, да и приготовленная Сакурой стряпня не выглядела особо аппетитно, комья же слипшегося риса и вовсе вызывали лёгкое отвращение. Саске посмотрел на девушку, усевшуюся возле окна, будто бы она боялась, что испортит его трапезу, если опустится на стул рядом с ним. Сакура не отрывала глаз от ладоней, лежащих поверх плотно сдвинутых коленок. Её щёки покрыл румянец, и она снова учащённо задышала. Учиха зажал палочками кружочек моркови и положил его в рот. Потом рыбу. И рис. Сакура взволновано посмотрела на чужое лицо и шумно выдохнула. — Невкусно? — Рыба пересолена. Про рис ты сама знаешь. — Лишь после сказанного он задумался о том, что, возможно, было бы лучше солгать. — Никакая из меня хозяйка. Ты прости… И не накормила, и лишь отвлекла тебя от дел. — Я не был занят, — спокойно ответил Саске и отставил в сторону тарелку. На долгих пять минут в комнате воцарилось неловкое молчание. Брюнет перевёл взгляд на окно, хотя на улице была такая темень, что он и сам не знал, что хотел там разглядеть. Чувствовал на себе взгляд Сакуры. — Я, наверное, пойду. — Она резко встала со стула и схватила пустой пакет. — Извини, если что… — Быстрым шагом вышла из кухни. Саске по-прежнему сидел за столом, прислушиваясь к возне в коридоре — Сакура надевала куртку и обувалась. Всё происходило… как-то неправильно. Он точно не знал, как сейчас нужно вести себя по отношению к бывшей сокоманднице. У него не было желания грубить ей или отторгать её. Но она всё равно стояла в коридоре и наверняка считала свой вечерний визит ошибкой. — Закрой за мной, пожалуйста. Саске встал со стула, ножки которого проехались по полу, издав неприятный скрипящий звук, и вышел к девушке. Она сложила пакет вчетверо и засунула его в карман. Стараясь не смотреть на парня, быстро открыла дверь и выскользнула на лестничную площадку. — Спасибо, — выдавил он из себя. Сакура шумно засопела и устремила на него удивлённый взгляд. Впервые за этот вечер она посмотрела ему в глаза. Губы растянулись в вымученной улыбке. — Наруто сказал, что ты изменился. — В чём? — Стал более эмоциональным. И внешне ты сильно повзрослел… Доброй ночи, Саске. Пока. — Девушка развернулась и направилась вниз по лестнице. «Стал более эмоциональным»? Но это заметил лишь Наруто. Сакуре он этого не показал. Она выглядела разочарованно.

***

По оконному стеклу глухо тарабанили капли проливного дождя. Фонарная лампочка собиралась перегореть — мигающий с переменной частотой оранжевый свет невыносимо бил в глаза. На полу сидеть было прохладно, и пальцы на руке уже закоченели, но Саске не собирался менять своего положения. В доме напротив все окна зияли чернотой: шиноби спали. Правильно. Только он в три часа ночи не мог избавиться от навязчивых мыслей. Он никогда так подолгу не раздумывал о своих поступках. Ещё никогда… Возвращаясь в деревню, Саске и сам не знал, чего ожидал. Возвращаясь домой… Но у него нет дома. Квартал клана Учиха после разрушения Пейном Конохи так и не отстроили. Эта квартира… Его здесь ничего не держит: теперь и она кажется временным пристанищем. Впервые за столько лет он желал вернуться домой. Именно в то место, очертания которого хранились в его детских воспоминаниях. Саске был бы не против осмотреть реликвии своего клана. Он бы хотел постоять в комнате родителей, подержать в руке одежду брата, вытереть пыль с немногочисленных фото. Поскорбеть об утраченном. Он здесь. В промёрзлой квартире и со своими призраками. В зеркале, что висит на одной из стен, иногда мелькает тёмный силуэт брата. Лишь однажды волосы Саске отросли ниже плеч — он их тут же остриг, чтобы не подвязывать в низкий хвост, когда они мешали. Чтобы не быть похожим на брата. Чтобы не сдерживать слёзы, стоя перед зеркалом. Холодные руки дотрагивались до его плеч — родители с ним. Нет упрёка или обвинения. Нет одобрения в их взгляде. Они просто перед ним. Они просто рядом. Но ему от этого не становилось легче. Он желал вернуться в свой дом и почувствовать хоть что-то тёплое. Но ему холодно. Холодно как никогда и нет желания видеть собственные иллюзии, вызванные одиночеством. Фонарь за окном два раза мигнул. Саске обратил взгляд на тени от веток клёна, растущего перед его домом. Чёрные и колючие, они растянулись на полу. На улице порывы ночного ветра их докучливо тревожили — те то и дело пошатывались вверх и вниз. В прохладной комнате, на полу, тени от ветвей повторяли это движение. Вверх — будто подползали к Саске, сидящему у самой стены. Вниз — отступали к окну. Снова и снова. В голове представлялся зверь, готовящийся к прыжку. Вновь образ брата в зеркале. Фонарная лампочка быстро-быстро мигала на протяжении пяти секунд, а затем отключилась. Саске, прежде чем закрыть глаза, увидел, как тени потянулись к нему, не сдерживаемые больше ничем. Они накрыли его. Окутали тоской и мнимым страхом, что своими холодными пальцами сжал горло. Тёмное сердце прикоснулось к сгустившейся мгле. С наступлением абсолютной темноты в голову ворвалась сотня воспоминаний.

***

Кто?.. Её острые локотки едва касаются его спины. Ему кажется. Саске перевернулся на другой бок и обнаружил, что никакой Сакуры рядом нет. За окном потихоньку светало. Дождь прекратил свой отбойный ритм ещё около пяти часов утра. Парень так и не сомкнул глаз за всю ночь. Ни разу. На душе скверно. Сам себя добивая, он снова посмотрел в зеркало: брат чему-то улыбался. Саске слышал, как на кухне вода капала из крана. Кто?.. Она нарезает морковь, склонившись над доской. Нож слегка тупой, но девушка не просит его заточить. Волосы она заправляет за уши, чтобы не лезли в глаза и, чего хуже, не попали в еду. Выпрямляет спину, собирает нарезанные овощи и перекладывает их в глубокую тарелку. Вода ещё не вскипела. Он так и не доел приготовленный ею ужин. Всё ещё не голодный вылез из постели и отправился на кухню. Так и не включив свет, сел за стол и придвинул к себе чашку. Небо уже стало серым, а вдали горела тонкая нежно-розовая полоса. Скоро солнце выглянет из-за горизонта. — Отвратно, — сказал он сам себе, разжёвывая рыбу. На губах появилась усмешка, и Саске продолжил заталкивать в себя холодный, слипшийся в один комок рис. Кто?.. Несколько раз он хочет спросить, отчего же она так волнуется. Это очевидно. Сакура выросла, но никуда не делась её любовь к нему. По-прежнему наивна. По-прежнему теряется, завидев его. И куда-то пропадает вся её бойкость и весёлость. В какой-то степени она осталась смущённой двенадцатилетней девочкой, сердце которой стучит вдвое быстрее, стоит Саске оказаться рядом. Сакура тихо говорит какие-то глупости, на полуслове запинаясь и забывая, что хотела сказать. Саске закрыл глаза, и тут же вспомнился сон. Длинные пальцы и ногти аккуратной овальной формы. — Мне жаль. Сакура плакала и пыталась отнять его руку от своей шеи. — Это лишь сон. Это ничего не значит. Она вытирала слёзы смеха и что-то рассказывала Ино, активно жестикулируя. — Когда я не говорю тебе гадостей и не поступаю неправильно по отношению к тебе, ты выглядишь счастливой. Опустила взгляд на руки, лежащие поверх сдвинутых коленок, и прикусила нижнюю губу, стараясь унять едва заметную дрожь. «Невкусно?» — Прости, нужно было солгать. Два года она его трепетно ждала. Её любовь к нему безгранична — он понял это ещё тогда, когда отправился в своё путешествие. Он редко вспоминал её и Наруто. Но пытаться убедить себя в том, что его совершенно не заботило, ждал его кто-то или нет, — совершенно глупая затея. Да, Саске редко вспоминал, но с каким же предвкушением он заходил на территорию деревни! И почему-то не смог сказать совершенно ничего стоящего тем, кого так хотел увидеть. Именно сейчас, в пять утра, сидя на кухне и дожёвывая слипшийся рис, он ненавидел себя за свою чёрствость.

***

Она слишком многого от него ожидала. Сакура питала надежды на отношения, но он не мог ей этого дать. Наруто — его соперник с самого детства и единственный друг. Сакура — одна из его преданных фанаток, которой посчастливилось попасть в одну команду с ним. Он не знал, как точно описать свои чувства к ней. Это абсолютно не та дружба, которая связывала его и Наруто. Но и не то холодное равнодушие, которое он испытывал, встречаясь с заинтересованными взглядами девушек. Просто сам факт того, что она на протяжении стольких лет хранила в своём сердце любовь к нему, поражал Саске. «Эта девочка, которую ты чуть не убил, всё ещё плачет, думая о тебе, потому что любит тебя настолько сильно, что это причиняет ей боль», — вспомнились ему слова Какаши. И снова он стоял перед зеркалом. И снова смотрел брату в глаза и недоумевал, почему тот ухмылялся. В комнате уже светло, но на улице тихо. Раннее утро… Неожиданно в голову пришла мысль: «Возможно, я рано вернулся? Все они от меня чего-то ждут, но я не могу им этого дать». И рукой он потянулся к катане, что стояла около двери. На спинке стула висело его пончо. Собраться. Зайти утром к Какаши. Получить новую миссию… И снова убежать ото всех. Снова попытаться убежать от самого себя. Снова построить из себя совершенно другого человека. Саске посмотрел в зеркало. Итачи отрицательно качал головой, а в ушах снова неясно загудело. — Неправильно, — пробормотал он, и рукоять меча выскользнула из его руки. — Хватит этого всего. Ты лишь иллюзия. Ты плод моего воображения! — он кричал в сторону зеркала. И брат, усмехнувшись напоследок, пропал. Саске посмотрел на своё отражение: вымученное бледное лицо, часто вздымающаяся и опускающаяся грудная клетка. Вверх-вниз... Родители тоже исчезли. Но он заметил в отражении девушку, стоявшую у него за спиной, у самой двери. — Ты. И ты, — Саске резко отвернулся от зеркала и направился к Сакуре, — хватит мне являться! — Тремя широкими шагами пересёк комнату и схватил девушку за плечо. — Прекрати сниться! И не нужно на кухне… ночью… — он умолк, осознав, что действительно сжимал рукой её плечо. И она не плод его воображения. Кто?.. Такая Сакура, слегка запыхавшаяся, с тревожным блеском в глазах и покрасневшими щеками. Она стоит перед ним. Настоящая. — Я испугалась… — выдохнула Сакура и подалась вперёд, обнимая парня. Он замер, прислушиваясь к её быстрому дыханию. — Я подумала, что ты уйдёшь... Это была лишь его краткая мысль, которую сознание тут же отвергло, но откуда Сакура узнала? Она внезапно отстранилась и выдохнула: — То, что я сейчас хочу сказать… Я об этом долго думала. И даже пару раз репетировала эту речь перед зеркалом — так глупо... — Губы дрогнули, и Сакура улыбнулась. — Я чувствую себя виноватой. Я ведь знаю, какой ты. Тебе сложно проявлять эмоции, и ты не будешь излагать мне в ответ высокопарные речи… И мне сейчас очень трудно сдерживать себя и продолжать говорить, потому что я… боюсь разбиться о границы твоего безразличия. Хотя это будет не так страшно, если ты просто исчезнешь из деревни. Снова. Надолго. И снова лишь предсказуемые официальные отчёты. Дни, недели и месяцы, проведённые мною в одиночестве и ожидании... — Сакура громко вздохнула и, не отводя глаз от лица Саске, быстро продолжила, наверное, боясь того, что он её прервёт. — И я с вечера переживала, что лишь всё испортила и что моя оплошность подтолкнёт тебя к скорому уходу. Осень осыпала бы лужи листьями, а в моей квартире быстро темнело, и я… негромко сгорала бы в своём одиночестве. И снова бы загадывала сны с тобой. Не первый раз я говорю тебе подобное и сейчас снова боюсь расплакаться. Потому что так было всегда. Наверное, у тебя складывается впечатление, будто я пытаюсь давить на жалость. И знаешь… Я забыла половину всего, что хотела сказать. Возможно, оно и к лучшему, но это не меняет сути: я несу полнейшую несуразицу. Хотя всё это могло бы уместиться в двух предложениях: «Я была уверена в том, что ты уйдёшь. И в такую рань я пришла, чтобы сказать тебе… Попросить остаться, потому что я тебя…» Сакура не договорила. Саске знал, что она сейчас скажет. Каждый раз под конец своих невинных признаний она чуть ли не кричала от волнения о том, что любит его. Но эти слова так и не сорвались с её губ. Брюнет резко протянул руку и схватил её ладонь. Сакура отрывисто, со свистящим звуком втянула воздух в лёгкие и широко распахнула глаза. Саске приложил чужую ладошку к своей груди. Её рука была намного теплее его. Нет смысла отрицать, что у него есть к Сакуре какие-то чувства. Отбросив в сторону все сомнения, отшвырнув свои дурацкие принципы… Он точно не знал, что такое любовь к девушке, но все эти странные события и эмоции... Его мысли и поступки, страхи и тоска... Он точно не знал, что такое любовь к девушке. Но единственное объяснение всему происходящему — любовь. Саске никогда не скажет Сакуре о том, как же прекрасны её глаза и что он готов в них утонуть. Он не перечислит ей всех своих поступков, за которые ему перед ней стыдно. Не сможет ей прочитать стихи, написанные собственной рукой, и не будет строчить слащавые письма. Сейчас он мог лишь надеяться, что девушка уловит звук его быстро бьющегося сердца, поймёт, что он как никогда взволнован её словами. И он чертовски рад тому, что засомневался в себе. Чертовски рад, что Сакура это почувствовала. Когда он первый раз уходил из Конохи, она пыталась его остановить. И позже она пыталась это сделать не один раз. Но он всё упрямо шёл вперёд, слепо веря, что так надо. Возможно, сейчас самое время приостановиться и согласиться с тем, что он устал. — Не плачь. — Саске сильнее прижал к груди её руку и посмотрел в заплаканные глаза. — Я ведь никуда не ухожу. И Сакура неуверенно его обняла. Он почувствовал, как мелкая дрожь пробирала её тело. Рука легла на девичью талию. Это было мгновенно: как будто стукнули по огромной кнопке, и монотонное тихое гудение, что на протяжении долгого времени сбивало его мысли, утихло. Кто?.. Харуно Сакура. Она поймёт, что Саске ещё долгое время не сможет её поцеловать. Харуно Сакура не будет закатывать истерики и спрашивать его, почему он не так романтичен, как герои из популярных женских книжек. Харуно Сакура, которая знает его как облупленного, но всё же находит поводы сомневаться, тем не менее всегда готова мириться с его странностями. Ему очень далеко до неё, но он сейчас рад: кажется, Саске почувствовал малую долю того, что Сакура называла любовью. И он вдохнул аромат её волос, прислушался к её частому дыханию. Скосил взгляд на зеркало и с удивлением рассмотрел своё смущённое, слегка покрасневшее лицо. Кто?.. Харуно Сакура делает с ним такое.