Милка — это как шоколад

      — Постарались сегодня, молодцы! Управились раньше обычного, — в гримерку зашел Паша, оглядывая импровизаторов. — Трем из вас нужно остаться на монтаж, — аккуратно сказал он, как два человека незамедлительно подали голос.       — Чур, не я! — синхронно ответили Юля с Антоном. Первая подняла голову и встретилась с Шастуном взглядом. Он довольно улыбался, когда Сергей, Дима и Арсений надулись, скрестив руки на груди.       — Нечестно, — выдал Сергей, вставая с дивана.       — Надо было быстрее говорить, — Юля похлопала Матвиенко по плечу, усмехаясь. А потом, уставившись в телефон, подошла к Антону. — Подвезешь меня? — получив в ответ утвердительный кивок, добавила. — А если еще заедем в магазин, то я тебя приглашу к себе и накормлю чем-нибудь вкусным, — она улыбнулась. Антон только открыл рот для ответа, как телефон в руке Юли завибрировал, оповещая о звонке по вайберу. Извинившись перед ним, она вышла из гримерки, поднимая трубку.       — Юля? — Кремник узнала голос Саши. Отойдя подальше от шума, она ответила.       — Да, это я.       — Не отвлекаю?       — Нет, — Кремник хотела звучать как можно более серьезно. — Ты что-то хотел?       — Да, я хотел извиниться. Вчера я повел себя как последний ублюдок. Прости меня, — она вздохнула. Сейчас было слишком сложно что-то сообразить. Потерев переносицу, Юля посмотрела в пол.       — Все сейчас слишком сложно, — она прикусила губу. Повисло неловкое молчание. — Слушай, мы ведь все еще… мы? Да? — С опаской спросила она.        — Конечно, кот, — подтвердил парень, тяжело вздыхая.       — Я собираюсь скоро приехать в Гомель на пару дней, — она немного улыбнулась, вспоминая лица людей, которых давно не видела. — Я тебе напишу. Сейчас с работы ехать надо.       — Хорошо, я буду ждать, — и кинул трубку. Так просто. Это был самый короткий их с Сашей разговор. Бросив телефон в сумку, Юля вернулась в гримерку.       Там уже собранный и полностью готовый, ждал Антон. Накинув на себя пиджак, Кремник взяла в руку сумку, вздохнув. Последний год их отношения с Сашей были на волоске, там же и висят на данный момент. Знаете это чувство, когда ты надолго уезжаешь от любимого человека и все время только и думаешь о встрече и с ним? Первый год она только об этом и думала. А потом становилось все легче, она уже не так думала о парне, с которым встречалась так долго. Уже не так скучала.       — Милка! — поглощенная своими мыслями, девушка даже не заметила Антона, который уже некоторое время махал рукой перед её глазами. — Зависла?       — М? — Она подняла глаза на Шастуна, хлопая ресницами. — Да, прости, ты прав. Что ты хотел?       — Ничего особенного. Поехали? — Она и не заметила, как они с Антоном вышли из павильона и стояли прямо у машины парня. Юля, несколько подтупив, кивнула. Шастун открыл перед ней дверь и девушка села, пристегивая ремень безопасности. Сейчас Антон был человеком, который помогал отвлечься от внешних проблем. Ей действительно нравилась компания импровизатора, ей было так легко, что даже когда они вчера гуляли, Юля полностью забыла о проблемах с Сашей.

***

      — По-твоему так удивителен тот факт, что я предпочитаю пиво, а не вино? — Юля повернула ключ три раза, открывая перед Антоном дверь в квартиру. Шастун прошел в прихожую, оглядывая небольшую двушку. Поставив большой пакет на пол, он помог снять Юле пиджак и спросил:       — Куда нести продукты? Юля пальцем указала на кухню.       — И еще, — начала она, хмурясь. В комнату, что рядом с кухней — не ногой. Я только переоденусь, — и скрылась за дверью. Запрет на комнату у Шастуна ассоциировался только с фильмом «Пятьдесят Оттенков Серого», но выкинув эти глупые мысли из головы, он взял в руки пакет и направился на кухню. Помыв в раковине руки, он сел на стул и начал рассматривать комнату.       Через минуту, в спортивных штанах, забавных носках, в широкой майке и с пучком на голове, на кухню зашла Юля. На лице Шастуна невольно выступила глупая улыбка. Она была такой шустрой, маленькой, быстро расставляла продукты по полкам, клала в холодильник, что-то ставила на разморозку. Тут она остановилась, и повернулась к нему, хитро улыбаясь.       — А ведь тебе пиво нельзя, ты обратно за рулем едешь, — осенило её славную головушку.       — Вот блин! — огорченно опустил голову парень, с завистью смотря на то, как Кремник открывает маленькую бутылочку вишневого пива, и делает глоток.        — Ну хоть ка-а-апельку.       — Неа.

***

      Минут через сорок на столе стояли две тарелки с куриными крыльями, здоровая миска салата, со стороны Юли недопитая бутылка пива, а Антона…, а у Антона — сок.       — Приятного, — улыбнулась Кремник. Антон пожелал ей того же, и они принялись ужинать. Десять минут в молчании, пустые тарелки, сытые животы, два счастливых человека. Антону не хватало только чего-нибудь запить это все дело, Юля же была полностью удовлетворена. В приятной компании она в очередной раз отвлеклась от проблем. Откинувшись на спинку стула, она сладко потянулась.       — Почему мне нельзя заходить в ту комнату? — неожиданно спросил Антон, указывая в сторону закрытой мастерской. Кремник нервно усмехнулась.       — Меньше знаешь — крепче спишь.       Шастун улыбнулся. Юля быстро перевела разговор в другое русло, и еще два часа они сидели и просто разговаривали, смеялись, находились в такой непринужденной обстановке. Антон всего за два часа узнал столько о Юле, что вся информация просто не умещалась в голове. К примеру тот факт, что для того, чтобы уснуть, Юле нужно кого-то обнимать. Или ей постоянно холодно в руках, хоть сами руки и теплые. А еще то, что в детстве она разрисовала маркерами новый телевизор.       Антон уже собирался уходить. Юля подкинула ему в руки его бутылку пива, готовая уже закрывать за ним дверь, как Шастун произнес:       — Мы с ребятами в пятницу собрались в клуб. Пойдешь с нами?       — Нет, спасибо. Это не моё. К тому же, парни будут удивлены видеть меня.       — Они будут рады тебя увидеть, — не унимался Антон.       — Спасибо, но я правда не особо хочу, — девушка мягко улыбнулась.       — Скучно ты живешь, Милка, — он несколько опечаленно улыбнулся. — Напиши, если вдруг передумаешь.       — Ладно, — она улыбнулась, облокотившись на дверь. — Спасибо за вечер.       — Доброй ночи, Милка, — подмигнул он, прощаясь с Юлей и, дождавшись того, пока она закроет дверь, начал спускаться по ступенькам, к машине.

***

      Юля помыла посуду, сходила в душ, уместилась на кровати и, открыв ноутбук, написала Лизе о том, что Шастун позвал её в клуб с другими импровизаторами. Лиза незамедлительно включила капс и начала писать, чтобы она пошла. Её подруга была согласна со словами Шастуна о том, что живет Юля абсолютно скучно, и что сходить в клуб будет хорошей идеей. На что Кремник пожаловалась, что это не понравится Саше. Лиза же, полностью уставшая от всех этих «Саш», которым ничего не нравится, послала его на все четыре стороны и сказала, что если Милка не пойдет в клуб, то Лиза собственноручно свяжет её и отнесет прямо к клубу, передаст в руки Антону и не разрешит выпускать до утра. А потом сказала, что Антон хорошо действует на Юлю, мол она начала больше улыбаться, забывать о проблемах, вести активный образ жизни, начала улыбаться и действительно выглядеть счастливой.       А что Юля? После весомого аргумента она сдалась.       Дальше пошел диалог с Сашей. И опять весьма короткий. Он сказал, что скучает, она ответила. Сказал, что ждет, когда она приедет. Она сказала, что тоже. А потом она написала «Тому высокому», что передумала, и поедет в клуб.

***

      На следующий день Лиза подогнала Юле свое старое зеленое платье, которое за несколько лет стало ей весьма мало, но на фигуру Кремник пошло идеально. Лиза прямо загорелась похудеть, чтобы снова выглядеть в таких обтягивающих вещах так элегантно. Зеленое, скорее изумрудное платье было чуть выше колена, круглый вырез, рукав три четверти, а сзади наполовину открытая спина. Юля долго возмущалась, нельзя ли ей пойти в чем-то более удобном, ведь такое платье она надевала только второй раз в жизни, а первый и тот был на спор. Но подруга напрочь отказывалась искать что-то другое, разрешать надеть что-то другое, ведь по её словами, не будь Лиза лучшей подругой Юли, увидь она её в баре, безоговорочно сменила бы ориентацию.       Юля сказала, что такого эффекта она добиваться не хотела. Лиза ответила, что хотела бы она.

***

      На следующий день, в восемь вечера, за Юлей заехал Антон. «Я подъехал, жду тебя» «Беру ключи и спускаюсь». Юля в последний раз посмотрела на свое отражение. Лиза специально ушла с работы раньше, чтобы приехать к подруге, накрасить её, поправить платье в нужных местах, помочь подобрать сумку и отвезти туфли с бижутерией, которые она нашла, идеально подходящие под платье. Кремник поняла, что в этом платье действительно выглядит потрясающе: платье подчеркивало все изгибы её тела, аккуратно облегая на бедрах, открывая отличный вид на выступающие ключицы и спину, в некоторых местах покрытую родинками. Белые туфли на небольшом каблуке. Белый клатч в руках, волосы аккуратно уложены, заколоты изумрудной заколкой, а макияж не слишком яркий, подчеркивающий глаза и скулы. «Я не прошу тебя забыть о том, что у тебя есть парень. Я прошу тебя пойти в клуб и понять, готова ли ты оставаться в таких серьезных отношениях. Ты не усугубишь ситуацию, а лишь прояснишь все сама для себя. Ты мне последний год со своим Сашей мозг проедала»: говорила ей Лиза, прежде чем уйти. Сейчас, смотря на её старания, Юля удивляется, почему подруга пошла на журналиста, а не на визажиста. Собравшись с мыслями и написав Саше, что всю ночь проведет у Лизы, она закрыла дверь, спускаясь к Антону.       — Хэй, — окликнула она парня, который стоял, оперившись на бампер машины, и докуривая сигарету. Антон повернулся в сторону окликнувшей и замер, широко раскрыв глаза. На нем были темные джинсы, белая футболка, черный пиджак, а на руках прижившиеся браслеты.— Не смотри на меня, словно…       — … я хочу съесть тебя? — усмехнулся Шастун, потушив окурок и кидая его в мусор. — О да, я хочу, — он вскинул брови, рассмеялся, когда Юля, смущаясь, опустила глаза. — Потрясно выглядишь, — Шастун взял её руку, легонько коснулся кисти губами, а потом открыл опешившей девушке дверь машины. — Прошу.       — Спасибо, — тихо пробубнила она, садясь. В сердце что-то кольнуло. То ли от того, что Саша не знает, что только что её руку поцеловал другой парень, то ли от того, что Саша никогда так не делал.

***

      — Не будь я женат, я бы такую не пропустил, — своеобразно сделал комплимент Арсений, увидев Юлю. — Ты что, нашу Милку подменил? — первое, что спросил Матвиенко, когда Шастун и Кремник подошли к уже ожидавшей их компании. — А слова Арсения не бери в голову, он уже бухой.       Антон посмотрела на Юлю, вымолвил «Почти», и улыбнулся. Им осталось дождаться Димы. К слову, у Юли словно гора с плеч упала, когда она узнала, что тот придет с женой. Выходит, одной девушкой в этой компании быть не придется. Позовы приехали почти сразу. Юле не составило труда подружиться с женой Димы, ведь, как оказалось, импровизатор очень даже расхваливал Кремник перед супругой.       Антон, как истинный джентльмен, подставил Юле руку, со словами «Позволите?». Милка, вспомнив слова Лизы, глубоко вздохнула и с улыбкой согласилась.

***

      Юля почувствовала свободу. Она никогда так смело не стояла на ненавистных каблуках, никогда так не чувствовала музыку, никогда не двигалась в ритм. Сердце билось с бешеной скоростью, на лбу выступали капельки пота, но Кремник почти без передышки танцевала два часа подряд, рядом с Антоном. Она чувствовала кровь в венах. Слышала каждый стук своего сердца. Этот стук отдавался эхом по всему телу. Ту-дум. Ту-дум. А Антон танцевал рядом. Танцевал, смотрел на Юлю, танцевал рядом, отдыхал, пил, снова танцевал. Казалось, что вокруг ничего нет. Музыка, она.       И Шастун понимал, что испытывает к Юле нечто большее, чем просто эти дружеские отношения. Не просто друг, не коллега. Он заворожено смотрел в её темные глаза, следил за каждым её движением, а когда она села выпить, дождался медленного танца.       — Разрешите? — Он подошел к Юле, протягивая ей руку.       Кремник задумалась, а потом вздохнула.       — Почему бы и нет?       Она вложила свою маленькую ладошку в его руку, аккуратно, чтобы не задрать платье, слезла с барного стула, положила сводобную руку Шастуну на плечо. Ощутила, как его рука медленно обхватывает её узкую талию, чувствует, как они оба покачиваются в ритм мелодии. Видит, как недалеко от них, обнявшись, танцуют Дима и Катя и улыбается.       — Что-то смешное увидела? — Тихо задал вопрос Антон.       — Просто интересно, — начала она, поднимая голову, — удобно ли танцевать с такой низкой девушкой? — Улыбка осветила её лицо, Антон сам не заметил, как медленно начал наклоняться к её губам.       — Очень, — тихо прошептал он, наклоняясь совсем близко, собираясь поцеловать. Но Юля прикусывает губу и опускает глаза.       — Не надо.       — Почему нет? — и в нем говорит далеко не алкоголь.       — Антон, все слишком сложно, — начинает она, на что Шастун обреченно мычит.       — Что сложно, Юль? Наши отношения?       — Мои, — выдает она. Антон хмурит брови в недоумении. — Антон, у меня в Гомеле есть парень.       Минута молчания. Она смотрит в пол. Он смотрит ей в затылок. Они не танцуют. Рука Антона, которая лежала на талии девушки, медленно опускается.       — Охренеть .       Он отходит, беря в руку её подбородок и медленно поднимая лицо девушки, чтобы их глаза встретились. Её — полные вины. Его — полные отчаяния.       — Ты серьезно?       Она молчит. А потом вздыхает.       — Твою мать, Юля, — её словно бьет током. Не «Милка». Юля. — Знаешь, я хочу знать больше, но сейчас я слишком пьян, чтобы что-то воспринять.       Он смотрит в её глаза, медленно отпуская вторую руку девушки, вскидывая брови, потянувшись к сигаретам в заднем кармане. И уходит.       Разворачивается спиной и уходит.       Юля понимает, что сделала что-то ужасное. Она хочет его догнать, но теряет в толпе. А когда выходит из клуба, Антона нигде нет.