House of cards

Кто знает, чем живет город, когда последний огонек витрины гаснет? Открываются всевозможные игорные заведения, бордели, клубы. Город по ночам преображается в совершенное иное место, куда детям путь закрыт. Элитное казино открывается у черного входа в самый дорогой клуб. Там собираются только богатые игроки, каждый вечер в переулке не протолкнуться от шикарных иномарок, которые только потом отъезжают на безопасное расстояние. В этом клубе собирается сердце преступного и нелегального бизнеса Сеула. Каждый раз ставки не ограничиваются парой сотен тысяч. Конечно, в таком кругу есть своя легенда. Не было и дня, чтобы он проиграл. Успешный блеф и умелые руки картежника творили чудеса на зеленом покрывале круглого стола для покера. Наверху играет музыка, а в подвале большого офисного здания стоит гробовая тишина. Наверху напившиеся малолетки снимают шлюх, ширяются в туалетах и вливают выпивку в свое тело сотнями литров. В этом клубе эксклюзивная публика. Дети богатых людей, президентов компаний, банкиров и прочих. Только немногие приближенные знают, что происходит в хорошо обустроенном подвале. Вокруг множество круглых столов, в помещении так накурено, что даже свет немногочисленных ламп кажется таким тусклым, что вот-вот померкнет. Над каждым из столешниц только одна лампа. Она освещает только саму игру, лица игроков скрыты темнотой, пока они сами не решат, что им это нужно. Вот только в центре зала за самым большим игральным столом разворачивалась игра совсем другого уровня. Здесь собрались самые богатые и вместе с тем самые опытные игроки. Со всех сторон слышался звук вертевшейся рулетки, радостные возгласы тех, кто ставил на «черные» и отзвуки басов сверху. Черная дверь наверху открывается и музыка из клуба становится громче, несколько мужчин оборачиваются на него. Белая рубашка застегнута всего на несколько пуговиц, в меру обтягивающие черные джинсы и крепленая сигарета в зубах, он выпускает облако сизого дыма и спускается по лестнице из нескольких ступенек. Он идет по залу, лохматит пальцами свои кремовые волосы и усмехается. Он прекрасно знает игру, видит победителя, только раз взглянув на карты и расклад. Он зачесывает большую часть волос на одну сторону так, что стало видно шоколадного цвета корни. Он здоровается всего с несколькими парнями из своего окружения и проходит дальше. В каждой игре есть свои легенды. Вот именно таким человеком и был Намджун. У него был самый элитный в городе бордель, самые умелые шлюхи и, конечно, достойный сервис. Там принимали далеко не самых обычных клиентов. У каждого второго жена или муж заграницей, а то и в этой стране, в соседнем доме или в соседней комнате, трахается с очередным сладким мальчиком. Работников выбирает лично Намджун. Ему подходит не каждый, а для его клиентуры подойдет только истинный эксклюзив. Бордель назывался «Семь смертных грехов». Название себя ничем не выдавало, и заведение было почти легальным. Но цифра в названии вовсе не значит, что мальчиков было именно столько. Было семь фаворитов Намджуна, а все остальные были с более низким уровнем подготовки, умений и с не такой исключительной внешностью. Джун проходит мимо каждого покерного стола и останавливается именно возле того, что находится по центру. Парень усмехается и садится на свободный стул рядом с другим юношей, что в этот момент делал ставку. — А, Намджун, рад тебя видеть. Раздай-ка ему карты. Делай ставки, парень. — Один толстяк перегнулся через стол и пожал ему руку, растягивая губы в почти, что безумной улыбке. Затем мужчина посмотрел на раздающего карты. — И я рад тебя видеть. Ты ведь еще заглянешь в мое заведение, Туан? — Намджун закинул ногу на ногу и затушил окурок о ловко подставленную крупье пепельницу. — Конечно, но хотелось бы обновления состава. Твои мальчики самые покорные и умелые, но новых лиц не помешает. — Толстяк вновь широко улыбнулся и сделал ставку на пятьсот тысяч долларов. Все ставки проводились в долларах, поскольку он являлся стабильной и международной валютой. — Я постараюсь не терять такого клиента, как ты. — Намджун усмехнулся, заказав у подошедшего официанта виски, и абсолютно спокойно произнес — Ставлю семьсот тысяч долларов. — Ах, ты ж чертяка. Снова ведь выиграешь. — Парень, что сидел напротив, закурил свои любимые сигареты и поставил триста тысяч долларов. Для таких людей деньги не имели цены. Такая сумма не обанкротит их корпорации и фирмы, это для них только хорошая забава. — Если у тебя не хватит денег на следующий визит ко мне, то я готов сделать тебе скидку. Вот только и мальчики будут соответственные. — Намджун просмотрел свои карты и как всегда оглядел своими хитрыми глазами с неизвестной никому искрой в них, произнося свои привычные слова. — All-in. — Хочешь сегодня так быстро? — Еще один парень показался в свете лампы над столом. Вихры черных волос были закреплены гелем в определенную прическу. — Да, я хочу сегодня немного поиграть в основном зале. — Намджун оглянулся на соседние столы и заприметил одного паренька. Он был стройный, высокий, широкоплечий. Он только заходил в зал, спускался по лестнице. Взгляд остановился на пухлых губах, они так и манили впиться в них жгучим поцелуем, оттянуть и заставить раскрываться в тихих стонах наслаждения. Он просто идеален, его черты лица были выгодно подчеркнуты едва уловимым прикосновением кисточки с пудрой и карандаша для подводки. Парень был одет в обтягивающие черные кожаные штаны, они так выгодно подчеркивали его округлые бедра и упругие ягодицы, синий вязаный свитер спущен с одного плеча, его широкий вырез открывает вид на девственно белую кожу, без единого следа и на острую ключицу, которую выгодно подчеркивает приглушенное освещение помещения. Среднего размера цепочка обвивает шею и спускается куда-то за пределами взгляда. Черные с зеленым отливом на макушке волосы уложены гелем в почти, что хаотичном порядке. Смотрелось в целом довольно мило, если не сказать большего. Юноша выглядел похлеще, чем шлюха из его борделя. Глаза слегка подведены черным карандашом, аккуратные брови смотрятся просто прелестно на его кукольном лице. Парень пошатывается, но шагает дальше пьяной походкой, держа в руке бокал на вид с двойным Мартини. Несколько сережек поблескивали в ушах. Он сделал еще два глотка из бокала и поставил его на один из столиков. Намджун встряхнул головой и повернулся к столу, вновь окунаясь в игру. Уже несколько игроков спасовали перед его суммой и авторитетом, но толстяк Туан оставался в игре. — Карты на стол. Ваш ход. — Крупье смотрел в упор на Намджуна и ожидал его внимания. Ким отпил из своего бокала и аккуратно выложил свои карты на стол. — Фул хаус. — Мужчина усмехнулся, выкладывая по очереди десятку треф, бубен и король треф, бубен и черв. Он увидел крайнюю тревогу на лице Джуна, как забегали его глаза и чуть расширились зрачки. — На этот раз ты проиграл, старина. Лучший игрок в городе продул? — Он тешился, забирая по одной фишке из общей кучки. — Мне тебя жаль. У меня покер. — Намджун усмехнулся, останавливая руку старого знакомого. Этот мужчина держал самый лучший из всех наркопритонов города. У него всегда было полно качественной и сильной «дури». Как раз то, что нужно для его борделя. Большинство клиентов зачастую любили «пожестче» и нередко калечили парней. А обезболивающее средство нынче не в моде. Парень выкладывает на стол четыре туза и крутит меж пальцев последнюю и самую сильную карту — джокера. — Черт возьми. — Туан раздосадовано опустил руки и подтолкнул к нему все фишки, что успел забрать. — Большое спасибо. Куплю специально для тебя новую шлюшку, пышечка. Не пропадай. — Намджун цокнул языком, забрал всю сумму чуть больше, чем один миллион пятьсот тысяч долларов и подмигнул всем за столом. Парень допил одним махом, оставшийся виски и встал со стула. Это был его минимальный «заработок» за одну игру. Парень поправляет воротник своей рубашки и отдает кейс с деньгами своим телохранителям за спиной. Он делает знак рукой и потягивается, расслабляясь полностью. Он вновь лохматит пальцами свои волосы и заказывает еще виски. Вокруг столько напряженных лиц, столько дыма от сигарет и пышных нарядов, светских дам, что так и стреляют глазками направо и налево за спиной своих мужей. Для такого общества это давно не редкость. Намджун видел и не таких дамочек, некоторые предлагают себя за просто смешную сумму. Конечно, у него были в наличии и дамы легкого поведения. Их было совсем немного, но они считались эксклюзивом и ценились вдвое дороже. Клиентов у них было не шибко много, но каждый из них покрывал даже полную стоимость одного сладкого мальчика на всю ночь. Никто их не бил в организации Намджуна. Их кормили, поили, мыли и иногда выводили на прогулки по ночному городу. Ким оглядывает помещение, он хочет найти того самого парня взглядом и не замечает, как внутрь отправляются еще пять бокалов крепкого виски. Он не садится, а буквально, падает на стул за первый попавшийся игральный стол. Он не пьян, он просто знает, что именно здесь сейчас делает ставку тот самый юноша. — Раздай мне карты. — Намджун обращается к крупье и вновь закуривает, проводя пальцами по волосам, зачесывает их назад. Он не сводит взгляда с парня сидящего напротив. Ким ведь даже не знает его имени, но это к лучшему. Познакомится с ним, когда выиграет. Он же просто не может проиграть. Паренек в черном жилете, классических черных брюках и чистой, хорошо выглаженной рубашке. Даже сквозь плотную ткань было видно шикарное тело парня, но Намджун расценивал его только как товар и даже планировал купить для своего борделя. Он просто уверен, что в этом подвале ему платят чуть ли не наполовину меньше, чем платили бы в борделе. Ким усмехается, вновь обращая свой взгляд на сидящего напротив него. Тот в это время напоказ обхватил своими пухлыми розовыми губами трубочку для коктейля. Ставки сделаны и игра начинается. Каждому раздают по две закрытые карты и начинается первый раунд игры. Несколько человек пасуют и остаются только трое из пяти. В том числе Намджун и тот милый паренек. Он напряженно смотрит на свои карты, как будто надеется, что за последнюю секунду тройка станет джокером. Джун только хмыкает и затягивается сигаретой, Он впускает дым в легкие, держит его там мгновение и выпускает тонким облаком наружу, он стряхивает пепел и поднимает ставки до десяти тысяч. — Рейз. — Коротко произносит крупье и выкладывает на стол четвертую и пятую карты. Ким закуривает вторую сигарету и вновь смотрит на свои карты, изредка поднимая взгляд на сидящего напротив парня. Тот тоже не сводил с него взгляда и провел кончиком языка по нижней губе. Он приоткрывает ротик в тихом выдохе и вновь опускает взгляд. Парни берут карты для нужных сильных комбинаций и пасует еще один игрок. Намджун усмехается и вновь выпускает струю дыма, который поднимается к потолку помещения и растворяется через мгновение. Юноша, которого Ким заприметил, поднимает свою ставку до пяти тысяч и открывает свои карты. — Каре. Четыре туза и девятка черв. — Оглашает крупье и переводит взгляд на Джуна, что как раз положил свои карты на стол и прикрыл ладонью глаза. Трудно было заметить, но он усмехается, он просто напросто смеется. Намджун вновь берет карты в руки и поочередно, в особенном порядке выкладывает на зеленую плоскость игрального стола. Сначала туз, затем король, дама, валет и десятка, все карты масти пик. — Флэш рояль. Пиковая масть стрит от десятки. — Крупье улыбнулся Киму и вновь собрал колоду карт в своих руках. — Ваш выигрыш. Намджун тушит недокуренную сигарету о дно пепельницы и улыбается крупье, подмигивая. он снова выиграл. Конечно, не без ловкости рук, но все же. Ведь все успешные люди в прошлом с чего-то начинали. Вот и Джун тоже начинал с самого низа. Он рос без семьи, но в 14 лет приюты были переполнены и от детей активно избавлялись. Вот так Намджун попал в бродячий цирк. В труппе его сразу невзлюбили, ведь его талант открылся почти сразу и он стал со временем гвоздем программы. Ким искусно выполнял любые фокусы. Самые стандартные и авторские в том числе. Но парень обожал больше всего именно карточные фокусы, он доставал карты из рукава, тасовал колоду и вынимал точно ту карту, которая была нужна. В их труппе очень любили азартные игры, нередко собирались в главном переносном шатре за большим столом и играли в шутку на интерес. Намджун уже с самых ранних лет знал все комбинации, правила, ход игры, сам выработал для себя стратегию на каждый шаг. Именно там он научился игре, но никак не мог выиграть ни у кого из труппы. Это порой так раздражало, что хотелось просто взять и уйти. И он почти сделал это, но ему один парень неожиданно, смеясь, потешаясь, подсказал выход или истину для него. — «Ты ведь фокусник, еще бы, ты искуснее всех, кого я когда-либо видел. Так используй свои навыки, не будь слабаком.» Именно с тех времен Намджун начал выигрывать подряд все игры. Он стал лучшим игроком города, хоть и брал шулерством. Он ловко вытягивал нужные карты из рукава и обыгрывал даже самых умелых игроков, зарабатывая миллионы за одну игру. Дальше пошла идея нелегального бизнеса, ведь ему всегда не хватало какой-то искры опасности в жизни. Он начал шикарную жизнь, выкупил полностью офисное здание и подкупил нужных влиятельных людей. Ким полностью обезопасил себя и теперь жил так, как не мог раньше. Не осталось больше и следа в нем от того маленького наивного юнца, который когда-то выступал с цирком, вытаскивал кроликов из шляпы и дышал огнем. Джун теперь влиятельный человек, гроза города, лучший игрок и у него все по плану. Пусть не сразу, но его жизнь определенно удалась. Намджун вздыхает и забирает выигрыш, вновь ловя на себе заинтересованный взгляд крупье. Для него это не редкость. Такие мальчики всегда засматривались на богатых с привлекательной внешностью, каких всегда и во все времена было очень мало. Ким переводит взгляд на того самого паренька за столом и усмехается.Тот настолько пьян, что даже и не думает останавливаться на этой неудаче, а может ему мешает гордыня. Возможно, он хочет даже отыграться и показать, что он не такой слабый. Намджун уже много раз встречал таких, как он. Они всегда проигрывали раз, два, три и уже не могли остановиться, они отдавали все. — Я хочу еще игру. Сыграй со мной еще. — Юноша хватает Джуна за руку и смотрит пьяным взглядом прямо в ему в глаза. Ким не может устоять, он нарочито небрежно стряхивает кисть и избавляется от навязчивых прикосновений. На самом деле Намджуну очень хотелось не такого невинного соприкосновения рук. Он хочет проследить путь той цепочки, под свитер, а затем спуститься взглядом ниже и увидеть никем не тронутую белоснежную кожу, услышать первый стон и заглушить его страстным поцелуем. Такой мальчик подходит только на один перепих, большим ему не стать, разве что он будет так хорош и Ким предложит ему работу. — Хорошо, детка. Я сыграю с тобой, но только, если ты назовешь мне свое имя, прелестный малыш. — Намджун едва ли не облизнулся, вновь усаживаясь на стул. Он заказывает у подошедшего официанта виски и осушает бокал наполовину. Вместе с выпивкой ему приносят и пепельницу, местная прислуга привыкла, что здешние гости много курят. Это помогает отвлечься. — Ммм, умеешь делать приятное. Надеюсь, не только словами. — Юноша усмехнулся, складывая руки на столе. — Я Ким Сокджин, а ты? Алкоголь творил нечто иное с прежде скромным и гордым парнем. Говорят пара стопок водки или пара бокалов мартини выводят скрытые желания людей наружу. Но так ли это? Сокджин смотрит на парня перед собой и видит не только вполне состоятельного мужчину, но еще и соперника. Он до смерти хочет победить. Ким наслышан о его беспроигрышной карьере. Он никогда не проигрывает и имеет на сегодняшний день своего рода титул лучшего игрока в покер. Он за всего одну игру может выиграть миллионы. Вот только сейчас его желания далеко ушли от простого соперничества. Теперь ему стало интересно другое. Как туманятся его глаза в моменты возбуждения и многое другое. Но Джин просто уверен, что это не более, чем алкоголь. Это только его дурацкая идея напиться. — Я Ким Намджун. Редко кому я представляюсь этим именем. Тебе повезло, малышка. — Джун смотрит на того самого крупье, оглядывает как всегда оценивающе и получает от него свою первую «руку» на эту игру, но он просто уверен, что сможет победить этого простачка еще раз. Теперь только они вдвоем, один на один, а после… Он еще подумает, что ему с ним делать. Вновь напряжение за столом, вновь серьезность на лицах. По виску Сокджина скатывается капелька пота и тот уже жалеет, что одел вязанный, пусть и легкий свитер. Он касается широкой ладонью изгиба шеи и спускается на оголенную ключицу. Намджун следит за движениями его ладони медленно переводит взгляд на свои карты. Как всегда ему попалось какое-то дерьмо, но уж он подправит эту ситуацию и опьянение, пусть и не столь сильное, ему не помешает провернуть это тихо. Крупье снова выкладывает на игральный стол сначала три карты, а затем еще две поочередно. Намджун усмехается и переводит взгляд снова на Сокджина. — Джин, могу я тебя так называть? — Короткий кивок и Ким продолжает. — Джин, ты ведь это все не серьезно? Ты ведь не думаешь, что можешь победить меня? Ты же знаешь, кто я такой. Меня не обманешь. Сокджин переводит взгляд на своего оппонента и его зрачки немного расширяются, замечая, как Джун вновь, без сомнения напоказ, медленно, искусно выпускает дым изо рта, изображая кольца, пропуская одно сразу через два. Юноша выдыхает и только мельком просматривает свои карты. — Я как раз так и думаю. Я могу у тебя выиграть, ты многого обо мне не знаешь. Хотя прав ты в одном, я знаю, кто ты и мне не страшно. Совсем даже наоборот. Намджун хмыкает и выкладывает каре из четырех тузов и десятки пик. — Каре. — Крупье улыбается Киму и переводит взгляд на Джина, смотрит с явным ожиданием чего-то большего. Сокджин обреченно выдыхает и кидает карты на стол. Он прикрывает глаза рукой и это отнюдь не было блефом. — Каре. — Крупье вновь собирает карты в своих руках в полную колоду и произносит такие обыденные для Джуна слова. — Вы выиграли. Намджун забирает свой выигрыш и возвращается к Джину. Его заинтересовал этот парнишка слишком сильно. — Почему? Намджун, почему я не могу выиграть? — Сокджин поднял на него совершенно пьяные и вместе с тем грустные глаза. Ведь он обыгрывал в свое время всех, с кем играл. Джун стал первым, чьи мысли ему неподвластны и чьи ходы он даже предугадать не может. — Ты слабее меня, вот почему. — Ким хмыкнул и положил руку на плечо пареньку. — Давай, я угощу тебя выпивкой и поговорим. — Давай… За мои же деньги. — Сокджин грустно усмехнулся и встал из-за игрального стола. Такая ирония. Тебе покупают выпить за твои же деньги. В этом есть нечто скрытое и даже довольно грустное. — Нет, я принципиально заплачу из своих. Человек я не бедный, так что уж это я смогу для тебя сделать. — Намджун держал руки в карманах и посмотрел на Джина. Еще может острить, значит он не до конца пьян или не до конца сломлен. Странное чувство одолевает лучшего игрока города, когда он берет почти что бессознательное тело под руку и ведет к барной стойке. Он усаживает паренька на специальный высокий табурет и присаживается рядом. — Два Bacardi и побыстрее. — Ким делает заказ и пододвигает к Сокджину его бокал с медового цвета жидкостью. — Выпей, тебе полегчает. Намджун сам одним махом осушает свой стакан и с ожиданием смотрит на Джина. Еще одна способность Джуна — он не пьянеет. Такая ирония. Джин же с подозрением смотрит на медового цвета жидкость в своем бокале и так же выпивает сразу все. Они разговаривают, смеются, почти как друзья. Вот только Намджун понимал, что стоит дурману рассеяться, как они снова станут врагами. В перемешку с жаром в желудке от такого количества выпитого алкоголя в теле Джина стремительно растет еще и нечто другое. Намджун обнимает его за плечи, он смеется вместе с ним, выпытывает о проблемах и все внимательно слушает. Ким слишком поздно понимает, что в его теле растет тяжелое сексуальное возбуждение. Он просто хочет того, кто выиграл у него все деньги, а теперь настойчиво предлагает выпить еще. Он шумно выдыхает от легкого соприкосновения их бедер и выпивает последний стакан крепкого джина. Он чувствует, как его член уже начинает больно упираться в ткань узких штанов, и понимает, что все плохо. Он быстро вскакивает со стула и едва не падает от сильного опьянения. В глазах троится, плывет и покачивается мир. — Я отойду в туалет, потом выпьем еще. — Джин поворачивается быстро на каблуках и идет в сторону темного закутка в этом помещении. Именно там и находятся уборные. Намджун не успевает ничего сказать, но его исключительная догадливость ему подсказывает почему его так скоропостижно покинули. Он допивает свой последний стакан джина и так же встает из-за барной стойки. Парень кидает на столешницу деньги вместе с чаевыми для бармена. Ким идет вполне уверенной походкой до помещений туалета и заходит в мужской, тут же защелкивая дверь на задвижку. Он заходит в кабинку, где находится Сокджин и закрывает дверцу, так же задвигая задвижку. Джун смотрит в совершенно пьяные глаза напротив и видит в них только безумное желание большего. Джин смотрит на него и начинает еще быстрее водить рукой по стволу напряженного члена. он опирается на стену кабинки и не сводит взгляда с зашедшего парня. Намджун чувствует, как его член начинает увеличиваться в размерах и больно давить на ткань боксеров. Парень не раздумывает и делает шаг к Сокджину, он впивается в мягкие по блядски розовые губы страстным поцелуем, он кусает и терзает их, грубо проникает языком внутрь, скользя по влажной мягкости. Он прижимается к нему своим телом и давит слегка коленом на возбужденный член. — Хочешь, чтобы я тебя трахнул, детка? — Джун говорит хрипло, прямо на ушко и проводит языком по мочке, горячо выдыхая. — Выеби… — Сокджин поворачивается к Киму спиной и стягивает с себя штаны вместе с бельем. Он опирается руками о стену и выгибается в спине, будто предлагая себя… И Намджун понимает, что Джин в сущности та еще шлюха…