Плохие поступки

             Эмма потянула ручку двери на себя, другой рукой провернув в замочной скважине самодельную отмычку. Негромко щёлкнув, дверь открылась. Борясь с мерзким предчувствием, спасительница шагнула в полутёмный коридор.       Они осмотрели небольшую кухню, туалет и гостиную. Казалось, в доме давно никто не живёт: повсюду лежал толстый слой пыли, окно на кухне треснуло и сквозь небольшую дыру в стекле с тихим свистом просачивался холодный осенний ветер, перила лестницы, ведущей в мансарду, покосились.       Оставалась последняя комната. Открыв дверь маленького кабинета, Эмма удивлённо замерла на пороге. — Что это? — прошептал Крюк за её спиной.

***

      Длинный, похожий на дверь прямоугольник около камина, задрапированный угольно-чёрным шелком, смотрелся в этой комнате абсолютно неуместно. Подойдя, Эмма приподняла край покрывала. — Зеркало? — удивилась она, когда из-под ткани показалась тяжелая резная рама. — Не похоже.       Вряд ли кто-то держал это зеркало здесь, чтобы смотреться в него. Поверхность стекла не отражала окружающие предметы, а легонько светилась в полумраке, напомнив Эмме фосфоресцирующие наклейки, которые так любит Генри.       — Видимо, она приготовила себе пути к отступлению. Готов поставить вторую руку на то, что это портал в Зачарованный Лес. — Пират мягко отстранил Свон и потянул покрывало у неё из рук. — Не стоит это трогать.       — Но если это портал… — пальцы блондинки стиснули чёрный шелк, — то Кора с Генри могут быть уже там!       — А могут и не быть. — Он потянул сильнее, и она разжала пальцы. — В любом случае, сейчас он закрыт.       Тщательно расправив ткань, Крюк обернулся к Эмме:       — Не вешай нос, красотка. — Он ободряюще улыбнулся. — Вряд ли тот, кто прошел на ту сторону, смог бы занавесить за собой вход. Думаю, Кора по-прежнему здесь, а значит, нам нужно соблюдать осторожность.       Кроме зеркала, ничего необычного в комнате, на первый взгляд, не было. Шкафы оказались пусты, но зола в камине была сухой и тёплой. Тут чувствовалось чьё-то присутствие. Кабинет отличался от остального дома, как живой человек отличается от покойника.       — Я посмотрю, что там наверху. — Киллиан вопросительно взглянул на Эмму и, дождавшись ответного кивка, вышел в коридор.       Оставшись одна, она нерешительно подошла к письменному столу. Выдвинув верхний ящик, Эмма почувствовала, как по её спине пробежал холодок: черноволосая девушка смотрела на неё с оправленной в серебро миниатюры. Засушенная роза лежала рядом. Дрожащими руками Эмма задвинула ящик. Слишком много совпадений. Нужно отсюда уходить!       — Свон! — раздался из коридора голос пирата. — Тут ещё одна дверь!

***

      — Реджина! — завидев Королеву, Белоснежка бросилась к ней. — Слава Богу! Мы повсюду тебя разыскиваем! Кора похитила Генри.       — Генри? — брюнетка замерла, словно громом пораженная.       — Она напала на Эмму и Генри в парке. — принялась торопливо объяснять Мэри-Маргарет. — И забрала Генри с собой. Ты знаешь, где она может быть? — Она умоляюще взглянула на Королеву.       — Представь себе, не знаю! — огрызнулась та.       — Но может, ты знаешь как её найти? — взгляд Снежки растопил бы камень. — Мы должны помочь Генри!       — Думаешь, я хочу этого меньше вашего? — взвилась Реджина. — Эта стерва украла моего сына! Но я уже пыталась её найти…       — И как?       — Никак! Иначе не стояла бы сейчас здесь, любуясь на ваши физиономии.       — И что будем делать?       Брюнетка сжала кулаки. Гнев на мать клокотал внутри, но сейчас нужно было держать себя в руках и мыслить трезво. Реджина задумалась.       Предыдущая попытка разыскать Кору провалилась. Что ж, в её арсенале есть ещё один приём, который можно попробовать пустить в ход. Она перевела взгляд на Принца.       — В твоей машине есть карта?       — Карта Сторибрука? — переспросил Дэвид.       — Разумеется! — едко произнесла Королева. — Другая нам без надобности.       — Вроде была…       — Неси! — Реджина отперла входную дверь.       — Я сейчас! — Нолан бросился к машине.       — Что ты задумала? — спросила Белоснежка, входя в дом следом за мачехой.       Королева скрылась на кухне и вернулась с аптечкой.       — Хочу попробовать кое-что. — Она вынула из ящичка запечатанный шприц, разорвала упаковку и вытащила иглу в защитном колпачке. — Старую добрую магию крови.

***

      Узкая дверца под лестницей была почти незаметна на фоне стены. За дверью обнаружился чулан, заставленный барахлом, которое предыдущие хозяева не сочли нужным забрать с собой. Оставив пирата в коридоре, Эмма юркнула в тесную каморку.       Оглядев захламлённые полки и ничего примечательного не обнаружив, она уже хотела уйти, когда заметила что-то в дальнем углу, там, где скошенный потолок чулана упирался в пол. Из груди спасительницы вырвался тихий вскрик.       Протиснувшись в каморку, Крюк обнаружил Эмму стоящей на коленях.       — Генри был здесь! — Обернувшись, она что-то ему протянула. — Она заперла его в чулане!       Киллиан осторожно взял находку. Это оказалась фигурка, изображающая мускулистого человечка в странной одежде. Из головы уродца торчало колечко с обрывком цепочки.       — Я купила ему этот брелок на ярмарке месяц назад. Он знал, что я буду его искать, и оставил его здесь!       Он отдал ей фигурку.       — Значит, мы на верном пути.       Выпрямившись, Эмма случайно толкнула его, и пират тихонько зашипел от боли.       — Извини! — Она подняла на него глаза.       — Ничего, красотка! — ответил Джонс с кривоватой улыбкой. — Тут так тесно, что невольно становишься ближе друг-другу!       Свон сглотнула.       «Слишком близко».       Внезапно ей показалось, что его улыбка заполнила собой всё вокруг. Даже тревога и напряжение отступили, поглощённые её светом.       «Может хватит лицемерить? — вкрадчиво шепнул внутренний голос. — Признай это, наконец! Признай, что хочешь прикоснуться к нему. Провести ладонью по мускулистой шее, запустить пальцы в волосы…»       Эмма перевела дыхание. Заметив, как она напряглась, Крюк осторожно взял её за руку и почувствовал, как дрожат тонкие пальцы.       — Не волнуйся! Мы найдём его, слышишь? Всё будет хорошо!       «А что, если…»       — Свон? Эмма, что с тобой?       «Как там сказал Голд? Жертва ни о чём не вспомнит?»       — Поцелуй меня, — тихо попросила она.       Во взгляде пирата мелькнуло смятение, словно он не поверил своим ушам. А затем он склонился к лицу блондинки и коснулся губами её приоткрытых губ осторожно, будто пробуя на вкус. Где-то глубоко в душе спасительницы шевельнулся червячок раскаяния, но муки совести были недолгими. Эмма провела ладонью по колючей щеке и почувствовала, как мужчина осторожно обнял её.       Его поцелуй кружил голову. Он обвил её шею искалеченной рукой, и Свон ощутила на левом плече хватку крюка. Её затылок лежал на сгибе его локтя, а ладонь Джонса гладила её спину.       Он словно взял её в плен, и Эмма таяла в его объятиях. От его сдержанности давно уже не осталось и следа. Горячие губы на её губах, дразнящие прикосновения языка, щетина, покалывающая её подбородок,  — поцелуй длился и длился и, казалось, само время замедлило бег, не поспевая за бешено колотящимся сердцем.       Неожиданно пират резко отстранился, и Эмма услышала шаги на крыльце.       — Дверь! — прошипела она. Киллиан едва успел закрыть кладовку, как входная дверь отворилась.

***

      Лёгкие шаги прошелестели по коридору, скрипнули петли. Спустя некоторое время, слух Эммы уловил шорох ткани и невнятное бормотание.       — Что тебе нужно? — Внезапно донёсся из кабинета знакомый мужской голос. — Я несколько занят сейчас.       — Хотела узнать, подумал ли ты над моим предложением? — ответила Кора.       — Делай, что хочешь! — сварливо ответил голос, и Эмма сразу же узнала его обладателя. — Меня это больше не касается. Завтра я покидаю город.       — И лишишься своей магии?       — Отнюдь!       — Но я думала, это невозможно.       — Как оказалось, всего лишь нелегко. Если в общих чертах, я создам двойника и передам ему частицу своей памяти и толику магии. Он станет проводником, из которого я смогу черпать силу, находясь во внешнем мире. Немного правда, но в этом мире даже фокусник одурачит кого угодно.       — Ты всегда умел выкрутиться из любой ловушки!       — Пришлось повозиться. Сама знаешь, как непросто создать качественного двойника.       — Вещь недруга, угадала? — протянула Кора. — А ты ещё потешался над моей привычкой собирать безделушки! Сам видишь, это порой бывает очень полезно.       — Неважно! — перебил её Румпельштильцхен. — Теперь, благодаря мисс Свон, недостающий ингредиент, наконец, у меня. Осталось дождаться полуночи, чтобы завершить ритуал, и уже завтра я смогу уехать. Городок в твоём распоряжении. В конце концов, притащив пирата в Сторибрук, ты невольно оказала мне услугу.       Эмма оцепенела. Над её ухом Джонс со свистом втянул воздух. Она оглянулась.       — Так вот оно что! — едва слышно прошептал он.       На секунду Свон забыла о грозящей им опасности, о том, что они прячутся в каморке злой ведьмы и эта ведьма легко может их обнаружить. Она не вспомнила даже о том, что, когда заклятие рассеется, пират обо всём забудет. Её охватило жгучее чувство вины.       Он смотрел на неё, как мальчишка, который, развернув долгожданный подарок, обнаружил, что коробка пуста. Неверие, разочарование, боль и уязвленная гордость слились в этом взгляде в гремучую смесь из которой вспыхнула ярость.       — Киллиан… — выдохнула Эмма, поворачиваясь к нему.       «Что происходит? Он не может разозлиться, он заколдован!» — в панике вопил внутренний голос.       — Что ты ему отдала? — звенящим шепотом спросил Крюк, отшатываясь от неё.       На беду, под ноги ему попалось жестяное ведро. С грохотом опрокинувшись, оно покатилось по полу.       Оба замерли. На несколько секунд повисла оглушительная тишина, а потом голос у самой двери произнёс.       — Так-так! Кажется, в моём доме завелись крысы.

***

      Капля крови упала на разложенную на столе карту и застыла, расплывшись по бумаге миниатюрной кляксой.       — Проклятье! — Реджина стукнула кулаком по столу. — Она явно не хочет, чтобы её нашли.       Мэр Сторибрука обошла вокруг стола. Чарминги молча наблюдали за ней. Опустившись в кресло, брюнетка в задумчивости уставилась в пространство. Спустя некоторое время её лицо прояснилось.       — Значит, её мы искать и не будем!

***

      В полутьме коридора лицо Коры казалось злобной маской. Окинув застывших пленников торжествующим взглядом, колдунья подошла к Крюку.       — И почему я не удивлена, увидев тебя здесь? Что, Капитан, прельстился смазливой мордашкой? Увы, мужчины частенько думают тем, что у них ниже пояса. — Кора презрительно скривила губы. — Думаешь, ей есть до тебя дело? Ты всего лишь разменная монета.       Королева Червей обернулась к обездвиженной Эмме.       — Подчинить себе пирата с помощью заклятья? Как-то не по-геройски, не находишь? — произнесла колдунья с издёвкой, заглядывая ей в глаза.        «Пусть это будет очередной кошмарный сон! Ну пожалуйста! Пожалуйста!»       — Как же ты наивна, спасительница! Румпель провёл тебя. Всё это время ты плясала под его дудку. О, да, он большой мастер загребать жар чужими руками!       Красная Королева отстранилась:       — Я бы с удовольствием с тобой расправилась, но ты пока нужнее мне живой. До скорого, Спасительница! А это мой прощальный подарочек! Катись отсюда! — Кора усмехнулась и взмахнула рукой.       Эмма провалилась во тьму… и упала на четвереньки, до крови ободрав ладони о гравий на обочине дороги. Вскочив на ноги, она с изумлением поняла, что очутилась около собственной машины. А по другую сторону «жука»…       — Крюк!       Обогнув машину, она упала на колени возле неподвижного тела.       Он открыл глаза. Рассеянный взгляд сфокусировался на её лице и вдруг в нём отразилось такое разочарование, что сердце Эммы болезненно сжалось.       Киллиан понимал, что не жилец, чувствовал, как силы покидают его, как кровь в жилах замедляет бег. Страха не было, напротив, в глубине души пират сейчас желал смерти. Несколько веков существования с разбитым сердцем и постоянными мыслями о мести утомят любого.       Зато была боль. Такая острая, что смерть казалась избавлением. Словно осколки сердца рвали душу на части. Даже видеть лицо проклятой спасительницы было для пирата пыткой, и всё же он не отводил взгляда.       — Крюк, держись! — голос Спасительницы дрожал, в нём слышалась паника. — Всё будет в порядке, слышишь? Ответь!       Он почувствовал, как она сжала его руку.       «Мне нечего тебе сказать…»       А ещё был гнев. Он умрёт, потому что размяк. Потому, что «думал тем, что у него ниже пояса». Потому, что позволил себе влюбиться.       «Ты снова ударила в спину».       — Киллиан, прости… — всхлипнула Свон. По её щекам покатились слёзы.       «Ты плачешь…»       Сцепив зубы так, что на скулах заиграли желваки, Джонс закрыл глаза. Сморгнув слёзы, Эмма увидела, как его черты разгладились, и вдруг поняла, что он перестал дышать.       Стиснув безжизненные пальцы, она разрыдалась в голос.