Black Grease

Some useful stories.

      На долю секунду напрягшийся от тяжёлого взгляда Уэстона Адам подумал, что не стоило задавать интересующий его вопрос так рано. Возможно, тема была для Найта слишком щекотливой.       — Видел, как ты пару раз тёрся с этим скользким типом в курилке, — бросил Найт бегло, отведя взгляд, — в том, что Стиви не будет держать язык за зубами, я не сомневался.       — На самом деле он не особо разговорчив, — признался Адам, — если бы меня не заинтересовала эта история, я бы о ней не узнал.       Отчего-то недобро прищурившись, Найт выпустил изо рта струю дыма.       — А ты, Блэйк, всё-таки заинтересовался?       Прикрыв глаза в знак согласия, Адам легко кивнул. Пожалуй, это был честный ответ.       — Что ты услышал от Вайса? — с наигранным любопытством спросил Найт.       Казалось, всё хорошее настроение Уэстона бесследно улетучилось.       — Если вкратце, только то, что многие считают, что ты без особой на то причины попытался поджечь отдел, в котором работал до того, как тебя перевели в Ирвайн, — ответил Блэйк быстро и отчего-то взволнованно окинул взглядом мрачное лицо Уэстона.       — Я ничего не делаю без особой на то причины, Адам, — поджав губы, ответил Найт, — если ты хотя бы немного понимаешь ход моих мыслей, я не совсем обезумевший ублюдок, не так ли? Может характер у меня и дерьмовый, но я не психопат… По крайней мере, довести меня до такого состояния может не каждый. У тебя, кстати, неплохо сегодня получилось.       — Лишь по той причине, что я знаю, что ты не идиот, я прошу тебя рассказать правду, — серьёзно произнёс Блэйк, ожидая слушать.       — Хорошо, — вдруг согласился Найт и затянулся ещё раз, — дело было в Сан-Хосе. Я работал точно также в криминальном отделе, а попал туда исключительно благодаря своим мозгам. Однако, в силу того, что моя семейка обладает нехилым финансовым капиталом, тамошние придурки сразу же принялись хуесосить меня по причине того, что я имел богатых предков. Да что уж там, я и сейчас их имею. Но к их услугам, чтобы попасть в их прогнившую насквозь помойку, я не прибегал. В общем-то, с этого начался наш поганый конфликт. С того, что идиоты, каждый из которых был чуть ли не в два раза старше меня, долгом своим считали поговорить о том, как охуенно меня якобы пропихивает по карьерной лестнице папаша. Но это, само собой, было только первой половиной беды.       Чувствуя, как воспоминания о напряжённой обстановке в отделе Сан-Хосе заставляют злиться, Уэстон напряжённо выдохнул и со злой усмешкой потушил окурок о дверь собственной машины.       — У меня было сложное дело, связанное с транспортировкой наркотиков в ёбаную Мексику. Ничего особенного, если бы в нём не был замешан один пидорас из отдела. Ему приплачивал главарь банды наркоторговцев, и этот чёрт успешно избавлялся от вещественных улик и тащил на себе расследование уже несколько лет. Тут меня назначили быть его напарником и… Началось мясо.       Адам нахмурился и скрестил руки на груди.       — Грубо говоря, чтобы распутать этот тугой клубок дерьма, мне понадобилось меньше недели. Все вокруг дико бесились, а я бегал по отделу счастливый, аки лишившийся девственности старшеклассник. В конце концов, я никогда не скрывал своего триумфа и на тот момент почему-то не догадался, что даже работающие там люди были в курсе некоторых правил, связанных с этим расследованием. Я полез куда не надо. Стал выпрашивать ордеры на обыски минимум шестерых подозреваемых. Всё шло слишком гладко. Когда я заметил, что половина отдела уже почти что в открытую со мной прощается, в голову закралось подозрение о том, что кому-то я насолил. На следующий день я узнал, что к нам в отдел придут из УБН*. Охуев, я выстроил в голове логическую цепочку и стал рыться в своих собственных ящиках до приезда этих крыс…       — Сколько подкинули? — не удержался от вопроса Адам, который уже несколько минут просто не мигая, слушал речь Найта.       Уэстон лишь осклабился.       — Дохуя, Адам. Слишком много даже чтобы быть правдой. Я же не совсем придурок. Однако, завидев кучу этого дерьма у себя в столе и любопытные взгляды поглядывающих на часы… Коллег… Я, кхм, просто взбесился. Я пришёл в такую ёбаную ярость, Адам…       Замолчав на пару секунд, Найт непривычным для него резким движением потёр переносицу. Кажется, кроме всего прочего, на мозг стал оказывать влияние выпитый пять минут назад Сонапакс. Живот стало мутить, повысилось потоотделение, а слюна стала какой-то вязкой. Обещанного Блэйком облегчения боли пока что не следовало, и Уэстон чувствовал себя только хуже.       — По-моему, твоя дрянь мне не подошла, — пожаловался Найт, убрав руку от лица, — блевать тянет от неё.       — Это просто потому, что в первый раз, — пояснил Блэйк, — это пройдёт через двадцать минут.       Чуть нетерпеливо посмотрев Найту в глаза, Блэйк всем своим видом выразил желание выслушать рассказ напарника до конца.       — В общем, я разозлился. Назовём это так. Да нет, я… Как бы тебе это сказать, мне тогда словно пелена глаза застлала, и я вдруг осознал, в каком же гадюшнике всё это время въёбывал. Ты только представь: все вокруг были в курсе, что меня собираются загребсти, но ни одна сука не показала даже виду. Лишь ходили вокруг с довольными ебальниками, — стиснув зубы, Уэстон улыбнулся, — в общем, я пошёл к машине на обеде, а на горизонте уже засёк УБН, которые, о, надо же, мчались со всей скоростью по шоссе… Открыл багажник на автомате, достал оттуда пару канистр. С непроницаемым лицом занёс их в отдел и стал просто хуярить из них по всему, что видел вокруг…       Сглотнув, Адам осознал, что пульс его участился.       — А… О чём ты думал в тот момент? Что творилось у тебя в голове? Думал ли ты о последствиях?       — Последствия, — задумчиво повторил Найт, — да клал я тогда на последствия. Я знаю, ты посчитаешь меня просто ебанутым на голову, но я искренне возненавидел каждого хуесоса за каждой проклятой перегородкой в этом здании… Настолько у меня сорвало башню. Я лишь наслаждался мыслями о том, как они охуеют. Как бы поджарились их неповоротливые и жирные задницы в том адском пламени, которое я готов был им щедро предоставить. Просто сборище блядей, которым пора было понять, что пришёл конец их унизительному существованию в виде служителей закона… Чёрт.       — Что было потом?       — Ну, я так и не успел ничерта поджечь, потому что приехали ребята из УБН и скрутили меня. Я тогда вырывался, как сука, врезал парочке работников что есть сил, разбил кому-то нос, сломал челюсть. Короче, оказал нехуёвое такое сопротивление. Да я даже рад был, что оторвался на них как следует. Хотя, конечно, после этого ещё не раз мечтал отпиздить того самого «напарничка» где-нибудь в подворотнях.       — Весьма справедливо, — обронил Блэйк, за что тут же наткнулся на удивлённый взгляд тёмно-зелёных глаз Найта.       Недоумевая, Найт прищурился, стараясь выцепить взглядом каждую эмоцию на лице напарника и оценить, насколько она была честна. Блэйк выглядел задумчивым и спокойным.       — Значит, справедливо? — язвительно поинтересовался Уэстон. — А как тебе возможная смерть тридцати восьми сотрудников, которые были в здании? Я бы всю жизнь провёл в тюрьме, долбясь в жопу за сигареты, Адам. Самое смешное, что я не пожалел бы о том, что сделал. При этом всём ещё смешнее выглядит тот факт, что я считаю себя неплохим парнем. Забавно, да, Блэйк? Я как бы готов был убить несколько десятков людей, но рву жопу ради того, чтобы найти двух уёбков, которые убивают детишек. Загадочный детектив Найт Уэстон. Хороший-плохой-злой, блядь.       Поняв, что тон его срывается на совсем уж психованный, Найт решил заставить себя замолчать. Сжав руки в кулаки, Уэстон поспешно убрал их в карманы куртки, стараясь смотреть куда угодно, но только не в глаза наверняка охуевшего Блэйка.       Пауза, которая растянулась на несколько минут, стала слишком уж раздражающей. Адам опустил голову набок.       — Я скажу лишь то, что доволен услышанным, — искренне произнёс Блэйк, — я не могу пока объяснить тебе, что так волнует меня в этой истории. У меня сложилось такое впечатление, что я понял твои чувства на тот временной отрывок. Сомневаюсь, что стану когда-нибудь осуждать этот поступок, Найт.       Удивлённо вскинув голову на напарника, Уэстон нахмурился.       — Издеваешься или врёшь?       Помотав головой, Блэйк лишь пожал плечами.       — Зачем мне это надо, по-твоему?       — Откуда мне знать, что происходит в твоей голове. Ты вообще большую часть времени выглядишь так, словно не живёшь вовсе. Знаешь… Я поражён до глубины души, что вывалил это говно тебе вот так просто. С другой стороны, терять мне нечего. Я ни с кем никогда не говорил об этом, почему бы и нет…       — Разве тебе не стало легче? Быть понятым всегда приятно, — Адам выдавил из себя неестественную улыбку.       — Прости, но я не поверю, что ты меня действительно понял, — с лёгкой горечью в голосе заявил Найт, — я ни на что не жалуюсь, но нормы справедливости у меня весьма специфические.       Кивнув в знак согласия, Блэйк невольно потянулся за сигаретами. Язык, казалось, отказывался слушаться его, но всё же заговорил:       — Чудесное спасение Анкориджа, о котором так любят мне напоминать, было вовсе не чудом. Если рассматривать это событие с точки зрения морали, мне бы следовало гнить за решёткой где-нибудь рядом с тобой… Если бы тебя, конечно, всё-таки повязали. Но я куда осторожнее тебя, Найт. Да и спокойнее. Но с нормами и законом у меня тоже свои проблемы.       Опешивший от такого заявления Уэстон приоткрыл рот от удивления.       — А я думал, ангелок, что ты грешен лишь постоянным употреблением наркоты…       Хмыкнув, Блэйк принялся раскуривать очередную сигарету.       — Не думал точно также, как и ты, что скажу это кому-то, но я совсем не герой, Найт. Я всего лишь находчивый студент медицинского паталогоанатомического колледжа, который мечтал выбраться из своей захолустной северной дыры куда-нибудь в тёплые края.       Найт, не удержавшись, присвистнул.       — Патологоанатом, значит? Я же говорю, у тебя не все дома, Адам.       — Звучит как комплимент или мне показалось? — поднял бровь Блэйк, покуривая напротив Найта.       — Не показалось.       Адам сделал затяжку и ненадолго замолчал.       — Думаю, ты помнишь это дело.       — Несколько лет весь Анкоридж жил только этим. Родители встречали детей после школы, покупали оружие, запирали двери среди бела дня. В какой-то момент люди начали видеть маньяка в каждом втором соседе.       Он стряхнул пепел на землю.       — Следствие знало не так уж мало. Он был местным. Работал один. Умел расположить к себе детей. Скорее всего, имел отношение к медицине.       На последних словах в голосе Блэйка появилось что-то похожее на усмешку.       — А ещё он был очень терпеливым ублюдком.       Припоминая подробности из статьи, Найт запоздало кивнул.       — Джеральд Миллер, так звали того говнюка. И поймал его ты. Помню, что на фото у Джерри была замотана правая рука, и всё было в кровище, а газета писала что-то про твою самозащиту. Рожу этого дебила я не запомнил. Был главврачём при церковном госпитале. Верно?              — Про должность всё верно. Но Джерри был далеко не идиотом, Найт.       Адам сделал очередную затяжку и ненадолго замолчал.       — Именно поэтому его не могли найти.       Он пожал плечами.       — Люди почему-то любят представлять таких ублюдков психами, которые только и делают, что совершают ошибки. На деле Джерри был врачом. Уважаемым человеком. Нормальным настолько, что никто даже не думал смотреть в его сторону.       Уголок губ Блэйка едва заметно дёрнулся.       — Если бы мне не повезло, ФБР копалось бы в этом деле ещё несколько лет.       Замолчав, Адам почувствовал, как сердце ускоряет свой ритм. Началось. Действие капсулы, наконец, стало ощутимым. Найт, который понял, что пора прислушаться к своим ощущениям, решил, что быстрое сердцебиение пока что связано лишь с тем, что Адам сгустил краски над своей историей.       — Ты как? — поинтересовался Блэйк у напарника, криво улыбаясь.       — Намного лучше, чем пару минут назад. Продолжай, Адам, — быстро, словно скороговорку, выдал фразу Найт.       — Джерри учился с моей матерью ещё в колледже.       Адам сделал затяжку.       — Поэтому никто никогда не задавал лишних вопросов, когда он приходил к нам домой.       Он произнёс это спокойно. Слишком спокойно.       — А приходил он часто. Практически всё моё детство.       — Что? — выдохнул Уэстон и нервно закашлялся. — Хочешь сказать, тот самый человек, который разделал восемь ни в чём не повинных детей… бывал у вас дома?       Глаза Адама при свете луны казались потемневшими. Найт несколько раз моргнул, пытаясь прогнать видение, однако лицо Блэйка всё же как-то плавно стало изменяться… Да и вообще, следует сказать, что черты окружающих предметов стали более обтекаемыми. Пальцы рук Найта мелко подрагивали.       — Как ты понял, что убийца именно он?       Адам не ответил сразу.       Сделав затяжку, он ненадолго прикрыл глаза.       — У меня есть младшая сестра. Эва. Когда всё это произошло, ей было одиннадцать.       — Так… И? — вырвалось у Уэстона, которого, кажется, начинало шатать из стороны в сторону, хотя он был неподвижен.       Несколько секунд Адам молчал.       — Джерри учил её играть на пианино. Бесплатно. Пару раз в неделю приходил к нам домой после работы. Мать считала это невероятно благородным поступком.       Блэйк тихо усмехнулся.       — Наверное, так оно и выглядело со стороны.       Он повертел сигарету между пальцами.       — Однажды я вернулся домой раньше обычного. Они были в гостиной. Эва сидела за пианино, а Джерри — рядом с ней. И тогда… я впервые обратил внимание на одну очень странную вещь.       Адам прикрыл глаза, вспоминая тот важный день в своей жизни, когда в голове у него созрел не совсем стандартный… План.       — Бесплатно. Пару раз в неделю приходил к нам домой после работы. Мать считала это невероятно благородным поступком. Блэйк тихо усмехнулся.       — Наверное, так оно и выглядело со стороны.       Он повертел сигарету между пальцами.       — Однажды я вернулся домой раньше обычного. Они были в гостиной. Эва сидела за пианино, а Джерри — рядом с ней. И тогда я впервые обратил внимание на одну очень странную вещь.       На мгновение Адам замолчал.       — Помню, за окном был закат, — Он усмехнулся, будто сам не понимал, почему именно эта деталь осталась в памяти спустя столько лет, — Эва сидела за пианино. Что-то играла. Не очень хорошо, если честно. А Джерри сидел рядом.       Несколько секунд Блэйк смотрел куда-то перед собой.       — Слишком близко. Сначала я даже не понял, что меня смутило. Просто наблюдал за ними. Собирался подняться к себе, закинуться таблетками и забыть об этом вечере.       Голос Адама стал тише.       — Потом я заметил его руку, — Блэйк провёл большим пальцем по фильтру сигареты, — Она лежала у Эвы на пояснице. Ничего особенного. По крайней мере, так это выглядело со стороны.       Он замолчал.       — А потом начала двигаться ниже.       — И ты не остановил эту мразь? — сцепив зубы, спросил Найт. — Не заставил его убрать руки от своей… Сестры?       Адам лишь растерянно покачал головой. — Нет. Я ничего не сделал, - продолжил Блэйк, — Джерри услышал шум и обернулся. Увидел, что я на него смотрю. И убрал руку. Он поднял взгляд на напарника. — Вот что меня убедило. Не рука. Не слова. Не то, как близко он сидел. Его лицо. На несколько секунд повисла тишина.       — Он посмотрел на меня так, будто понял, что я всё понял.       Найт ничего не ответил.       — Возможно, нормальный человек решил бы, что ему показалось. К счастью для Анкориджа, я никогда не был нормальным человеком. И знаешь, что самое паршивое? Мне не было страшно. Ни за Эву. Ни за себя.       Он посмотрел куда-то в темноту за плечом Найта.       — Я ведь нашел его. Я ощутил триумф.       Выговорив последнее слово так, словно смаковал каждый слог, Адам швырнул окурок в сторону и хрустнул шеей. Найт оцепенело молчал, не в силах оторвать взгляда от плавных и нерасторопных движений напарника. История, которую рассказывал Адам, захватила его с головой, словно он нырнул в ледяное озеро чужих воспоминаний.       — Джерри ушёл почти сразу.       Адам тут же потянулся за следующей сигаретой.       — Думаю, он что-то заметил. Или решил, что заметил. Не знаю, - детектив щелкнул зажигалкой, — Несколько дней я просто наблюдал. В полицию не пошёл. Мне бы всё равно никто не поверил. Зато у меня была Эва.             Блэйк сделал затяжку и ненадолго замолчал. Лишь произнеся это вслух, он едва заметно поморщился. — Если я оказался прав, Джерри рано или поздно заинтересовался бы ей всерьёз. Тогда мне пришла в голову идея. Я решил не ждать. Я попросил Эву сказать ему, что родителей не будет дома и что ей хочется погулять. Остальное Джерри сделал сам.       — Твою мать, Адам, — невольно вставил Найт, — ты грёбаный эгоист…       — Эва согласилась почти сразу. Она всегда мне доверяла. Я сказал ей, что готовлю сюрприз. Что нужно просто уговорить Джерри сходить с ней на прогулку, - он снова затянулся, - Потом я стащил из дома отцовский обрез и отправился в лесополосу.тДальше оставалось только ждать.       Он говорил об этом так спокойно, будто пересказывал чужую историю. События, которые происходили не с ним.       — Самое паршивое заключается в том, что я ни секунды не сомневался, что он придёт, Адам опустил взгляд, - И он пришёл. Минут через сорок. Я держался достаточно далеко, чтобы меня не заметили. Снимал происходящее на телефон и просто ждал. Джерри повел её в лес. Эва не сопротивлялась по-настоящему. Она думала, что это часть моего плана.       Адам пожал плечами.       — Потому что так оно и было. Когда вокруг не осталось никого, кроме них, Джерри повалил Эву в снег. Не бил. Не угрожал. Просто повалил и начал поспешно раздевать. До этого момента Эва ещё не понимала, что происходит. А вот потом начала кричать, Джерри закрыл ей рот рукой... И вот потом...       Словно на мгновение задохнувшись, Адам растянул губы в довольной улыбке.       — Я вышел из-за деревьев с пушкой наперевес. Сказать, что Джеральд был удивлён — значило бы не сказать ничего, Найт.       Округлившиеся глаза Уэстона не выражали ничего, кроме полнейшего шока. Брови Найта, казалось, вот-вот покинут его лоб.       Адам приблизился к напарнику на один аккуратный шаг и понизил свой голос до шёпота.       — Эва тут же выскользнула из-под него и отбежала в сторону. А Джерри поднял руки. Начал что-то говорить. Про недоразумение. Про снежки. Про то, что я всё не так понял. Честно говоря, я уже не слушал. Помню только, как прицелился.       На несколько секунд повисла тишина.       — Потом выстрелил.       Адам посмотрел на свои руки, будто вспоминая тот день во всех подробностях.       — Я целился в кисть. И попал. Даже лучше, чем рассчитывал.       Он поднял взгляд на Найта.       — До сих пор помню выражение его лица.       — Что дальше? — заворожённо и отчего-то тоже шёпотом спросил Найт.       — Убивать его я не собирался, поэтому второй раз выстрелил в ключицу, - блондин произнёс это так буднично, будто рассказывал о погоде, — Потом отправил Эву домой и вызвал полицию. Джерри всё это время сидел на снегу.       Блэйк задумчиво посмотрел куда-то в сторону и выбросил очередной окурок.       — Странно, но именно это я помню лучше всего. Не кровь. Не крики. Не оторванные пальцы после выстрела пальцы. Он даже не пытался сбежать. Просто смотрел на меня. Как будто наконец понял, что произошло. Думаю, в тот момент до него дошло, что всё это время охотились не только на детей.       Он усмехнулся без тени веселья.       — Через пятнадцать минут приехали копы. Дальше всё было довольно скучно. Запись с телефона. Обыск. Улики. У него была коллекция. Несколько вещей, принадлежавших жертвам. После этого уже никто особенно не сомневался. Пара заколок, детский розовый носок, клок светлых волос...       — Охуеть, Блэйк. Охуеть. Оху-еть, — тихо произнёс Уэстон, судорожно ища по карманам пачку с сигаретами, — я так понимаю, таким образом ты оказался на службе у полиции? Но как ты оказался именно в Калифорнии?       — После этого пару месяцев весь город пытался решить, кто я такой: герой или психопат. Потом приехал губернатор. Вручил какую-то побрякушку, пожал руку, сфотографировался для газет. На c ним интервью я попросил место в полицейской академии. И он согласился. У него не было особого выбора. Да ещё и гордость из этого изобразить. Вокруг стояли журналисты. Так я оказался в полиции. Честно говоря, медицина никогда особенно меня не привлекала, ведь перед глазами была парочка неудачных примеров. Моя мать, к примеру. К тому же меня всегда тянуло в какой-то степени к… Решению головоломок, к интересным обстоятельствам… Убийств. Я думаю, ты знаешь, о чём я говорю. Раскрыв за месяц два весомых дела, я неожиданно для себя получил повышение до детектива. Не знаю, что происходит тут с уровнем раскрываемости у вас в Калифорнии, но несколько хороших ребят и меня перевели в течении нескольких месяцев сюда. В Ирвайн. Так я и оказался в этом пекле. Наслаждаюсь солнцем, налогами Калифорнии и твоим обществом.       — И ты никогда нигде не был, помимо Аляски, да? — понимающе спросил Найт, который, побледнев лицом, неотрывно слушал захватывающий рассказ напарника.       — Верно. Выбраться в другой штат было моей мечтой долгое время. А Джерри стал неплохой возможностью… До сих пор не понимаю, как мне так повезло. Когда думаю об этой истории до сих пор… Удивляюсь.       Тяжело выдохнув, Адам закрыл глаза. Столько слов. Слов, которые он никогда не произносил вслух. История, которую никто не должен был знать, вдруг стала озвученной вслух. На блондина накатил лёгкий приступ паники. На кой чёрт он решил всё рассказать Найту? Уэстон, казалось, утонул в своих размышлениях. Несколько машин с шумом пронеслись где-то в отдалении, словно ехали наперегонки. Адам взглянул на экран телефона. Часы показывали половину третьего ночи.       Найт медленно сполз вниз по машине и уселся прямо на землю. Голова кружилась, а в мозгу то и дело вспыхивали визуальные образы того, что он услышал. Найт вспоминал лицо задержанного Джерри и его кисть с отстреленными пальцами. Уткнувшись взглядом в ноги Адама, обтянутые тканью чёрных узких джинс, Уэстон лишь молча покуривал. Сонапакс делал весь рассказ Адама приемлемым, несмотря на всю его ебанутость. О ебанутости рассказа или Адама шла речь, Найт для себя ещё не решил.       Настороженно поглядывая вниз, на опустившегося на землю Найта, Блэйк лишь потоптался неловко на месте. Найт молчал уже несколько минут, и Адам всё больше подвергался сомнениям о том, что историю стоило рассказывать…       Подставив лицо лунному свету, Найт поглядел вверх на блондина. Зрачки Уэстона были аномально расширенными, и выглядело это, мягко говоря, красиво и зловеще одновременно.       Стряхнув пепел дрожащими пальцами, Найт вдруг резко поднялся на ноги, швырнул сигарету в сторону и жёстко обхватил плечи испугавшегося было Адама руками.       Прижавшись похолодевшим лбом ко лбу напряжённого блондина, Уэстон заглянул в прозрачные глаза напротив себя. Брюнет словно пытался найти в них нечто, что дало бы ответ на все его немые вопросы. Не понимая реакцию Найта до конца, Блэйк аккуратно положил прохладные ладони на руки Найта сверху, осторожно их поглаживая.       — Кажется, мы давно должны были встретиться, Адам. Я это чувствую, — неразборчиво пробормотал Уэстон, закрывая глаза, в которых уже плясали наркотические вспышки, — я не могу объяснить, что чувствую сейчас, но, чёрт… Как же ты прекрасен… Блэйк.       Адам ошарашенно почувствовал прикосновение горячих губ к своим щекам. Найт елозил ртом по его лицу так, словно совсем не ориентировался в пространстве. Жар, который исходил от тела Уэстона, заставил Блэйка издать беспомощный вздох вперемешку с тихим стоном. Этого стало достаточно для того, чтобы Найт крепко и грубо обхватил талию напарника обеими руками и уткнулся носом в его ключицу.       Адам поднял глаза к небу. Звёзды нервно подёргивались на тёмном покрывале небосвода. Сердце бешено отбивало ритм. Неужели Найт… Не презирает его за то, что он рассказал о себе?       С другой стороны, Найт был обдолбан.       Адам бережно отстранился от парня, чтобы заглянуть в его лицо.       — Как ты себя чувствуешь? — обеспокоенно поинтересовался северянин.       Сладко и обаятельно улыбнувшись в ответ на вопрос напарника, Найт лишь подмигнул, показывая, что всё прекрасно. Тело явно слушалось его не идеально, моторика была нарушена, однако Уэстон гордо вздёрнул подбородок, показывая полную боеготовность.       — Так. Сейчас я, кажется, как никогда сильно вдохновлён на поимку злодея. И знаешь что, радость моя? Я предлагаю прямо сейчас, не заходя в эту богом забытую больницу, вернуться в клуб…       — Есть одна проблема, Найт, — мягко возразил Блэйк, хотя и был заражён тем же самым нездоровым энтузиазмом, что и Уэстон, — этого парня не взять насильно, я даже думаю, не заставить. Если только не… Попасть к нему домой по его воле. Понимаешь, о чём я толкую?       Адам немного загадочно улыбнулся.       — Есть кое-что, что пришло мне в голову, друг. Мы бы с лёгкостью могли сыграть для Олли кое-какую роль. Это было бы охуенным приключением, где в конце этот мешок с дерьмом просто, раскаявшись, выдаёт нам местонахождение двух ёбаных троллей.       Потерев руки от азарта, Найт нервно рассмеялся и добавил:       — Так или иначе, руки пачкать мы не будем. Приедем туда. В гадюшник. Ты скажешь, что тебе в голову пришла мысль подзаработать, снявшись в порно… Со мной. Скажешь, что готов не брать бабла за какие-то дополнительные услуги, наговоришь ему там всякого, наобещаешь… Понимаешь, о чём я? Да? Такие люди, как Оливер… Они никогда не показывают путь к своему гнёздышку. Детская и подростковая порнография. Ты бы повёл людей, которым не доверяешь, к себе домой? А если бы тебя похитили, сказал бы ты, где у тебя залежи с фильмами, где есть педофилия? В любой тюрьме его бы вздёрнули на собственных кишках…       Адам многозначительно изогнул бровь и, выжидающе взглянув на лицо Уэстона, опустил голову набок.       — Я думаю, твоя идея просто шикарна.       Найт самодовольно улыбнулся и несколько раз кивнул.       — А потом просто… М-м-м. Наговоришь ему всякого, чтобы у него встал. Всякого такого, знаешь, грязного. Низкого. Возбуждающего, — тихо произнёс Найт, глядя куда-то в сторону шоссе, в его тёмно-зелёных глазах плясали сумасшедшие дьявольские огни, — чтобы Оливер не смог нам отказать. Я-то знаю, ты бы мог. Я видел, как он клюнул на тебя тогда, в баре. Ну, а потом… Думаю, придётся его вырубить, может, привязать к стулу или батарее… Судя по всему, он не совсем дебил, и жёсткий диск с записями у него спрятан в каком-нибудь совершенно неожиданном месте. Возможно, Олли придётся пытать…       — Придётся пытать, — как-то воодушевлённо повторил Адам и, проанализировав свой странный тон, неловко рассмеялся, повернув лицо к Найту, — ты прав.       Предвкушение от предстоящих событий совсем раззадорило кровь парней. Адам не мог унять рой мыслей в голове, то и дело ощущая близкую развязку их расследования.       — Прежде всего, я уверен, что он знает этих двух уродов, называй это как хочешь, шестое чувство или подобное, — Блэйк постучал пальцами по металлической крышке багажника, — он наверняка подогрел им тачку, а они, возможно, неплохие сюжеты для его кинематографа. Рука руку моет. В общем, обыщем его дом сами, скорее всего, найдём достаточно, чтобы охуеть. Но если не будет главных доказательств о связи с этими двумя, придётся изрядно помучать Оливера. И знаешь что?       Адам почувствовал, как не может обуздать свою мимику и прекратить улыбаться.       — Скорее бы до этого дошло.       Блэйк направился к своему пассажирскому месту. Недолго думая, Найт сел за руль и поглядел кажущимися чёрными (из-за расширенных зрачков) глазами на напарника.       — Кажется, я только что понял, почему меня так тянет к тебе, Блэйк.