Угольки

-А ты что сказала?-Я пытаюсь посмотреть на нее, но "Сталин" только отворачивается. -Согласилась.-Произносит она на выдохе. -Ясно.-Отвечаю я, но вдохнуть не получается. В висках начинает дико стучать. Я не знаю, что делать сейчас, в этой комнате и с этим человеком.-Я пошла, короече.- Но у двери меня что-то задерживает, вернее, кто-то. "Сталин" крепко схватила меня за локоть, ее черные глаза покрыты не льдом, а чем-то иным. Она хочет что-то сказать, но молча. -Прекрати драматизировать, говори.-Начинаю я, нелепо пытаясь высвободиться из жесткого захвата, но хватка у вождя что надо. "Сталин" только крепче сжимает руку, сохраняя молчание. Я понимаю, что мы затеяли какую-то игру, что же, давай. Я в очередной раз пытаюсь понять немой язык, но безуспешно. А хотя, поняла: она сама не знает, что хочет сказать, все ее действия на бессознательном уровне, типичная недотрога. -А ты бы согласилась встречаться с Татьяной Аркадьевной?-Сухим голосом произносит Мироша. Сейчас она похожа на удава, который при малейшем неверном действии покажет свою натуру, а я, практически вжатая в угол, вынуждена идти по минам. Но осознав всю бредовость вопроса, меня бросает в смех, Мироша некоторое время молчит, но потом тоже поддается веселью. И через несколько мгновений мы хохочем уже вместе. -Боюсь ее муж будет расстроен.-Через смех доношу я, Мироша почти выпустила меня из плена, но после этой фразы она опять атакует. Так кончается весь кратковрменный диалог, продолжать который интроверт-злючка-"Сталин", видимо, не собирается. -Сколько ты меня еще так продержишь? Надо же, свершилось, друг спас жизнь друга! Мироша молча отходит, с каким-то разочарованием посмотрев на меня. -Ты сама напросилась...-Каким-то не своим хрипящим голосом говорю я и буквально кидаюсь на "Сталина", валя ее на кровать. Таких поворотов она явно не ждала, но что же. Знаем одно уязвимое место вождя, пользуемся этим. Я приподнимаю край ее майки, Мироша только наблюдает с определенным страхом в глазах- теперь она мой мышонок, лучше б ей лежать смирно. В следующую секунду комната наполняется диким хохотом, Мироша усердно пытается скинуть меня с себя, но ослабленные щекоткой, все усилия тщетны. -Кто там кого убивает? -Доносится из зала по-своему тревожный голос мамы моей "жертвы". Я мгновенно спрыгиваю со "Сталина". -Никого, анекдоты просто читаем.-Запыхавшимся голосом произносит Мироша, принимая сидячее положение. -Ладно-ладно.-Доносится оттуда же. -Какая же ты шальная... -Грозно говорит "Сталин", приводя себя в порядок. -Ты первая начала свою ролевую.-Оправдываюсь я, вполне справедливо. -Я не знаю как это сказать и стоит ли...-Начинает что-мямлить девушка, из вождя превращаясь в того мышонка, которым была минуту назад. -А ты делай.-Вырывается у меня, и я беру на себя ответственность за все дальнейшее. Мы сидим совсем рядом, и я начинаю чувствовать это. Какую-то пылкую неопределенность, уникальность случая, почти вседозволенность. У Мироши все еще сбито дыхание, которое небольшим вихрем проносится по моей шее. Что-то щелкает. -"Ленин" кажется влюбился.-Как-то хитро шепчу я, вызывая недоуменный взгляд черных в мою сторону. -Иди к ней.-Напыщенно-раздраженно кидает куда-то в меня она фразу, но осекается. -А "Сталин"? Я все же задам вопрос. Ты влюблена в Стаса? "Сталин" медленно приподнимается. Ее губы только слегка касаются моей щеки, но что-то тот час обрывается, там, внизу живота. -Я влюблена в нашу революцию.- Шепчет она. А на улице подымается свист, который разносит все снежинки в пыль, слышится через приоткрытую форточку. -Ты уроки сделала?- Совсем кстати спрашиваю я. -Да, а что, списать дать?-С щепоткой язвительности интересуется "Сталин". -А ты думала зачем я тебя склеить пытаюсь?-Последнее, конечно, было сказано зря. Увидев некоторое смущение со стороны девушки, к которому я вполне привыкла за минувшие события, я попыталась выкрутиться.-Может у меня поночуешь, а завтра вместе в школу пойдем, мама в ночную. -Можно.-Без раздумий ответила "Сталин".-Только у мамы спрошу.-Добавила она, направляясь к двери. Мама "Сталина", по ее словам, дала согласие. И вот, мы уже вдвоем топали по вечерней улице. Что-то в нас менялось, на протяжении последней недели, то, чего мы так сторонились все эти годы. Теперь все было проще. Фонари обливали улицу желтым приятным светом. "Сталин" аккуратно подхватила меня под руку.