Острая неприязнь

— Джейс! Джейс, погоди! — Иззи пыталась докричаться до парня, который несся по улице, направляясь в сторону дома Моргенштернов, — Джонатан Кристофер Эрондейл! Остановись и послушай меня, немедленно!       Блондин в миг встал в ступор и медленно развернулся на пятках, смотря злобным взглядом на сестру своего лучшего друга. Он сделала пару шагов к ней на встречу и прорычал: — Зачем? Это тварь меня обманула, да и к тому же унизила. Ты даже не представляешь, что я чувствовал, когда она показала тест?! — Я знаю, но может ты не будешь врываться в её дом? Это как-то некрасиво всё-таки. — А говорить мне о липовой беременности красиво? — Иззи опустила глаза в пол и вновь их подняла, заметив, что Джейс снова спешит к своей благоверной, правда, чтобы убить её, а не замуж звать. — Ну, подожди. Ты сейчас ничего этим не решишь. — Хорошо, твои предложения, — он обернулся и начал расхаживать туда-сюда. — Значит, смотри. Мы поступим так…

***

— Ну, Клэри. Ну, пожалуйста, выручи меня, — в миллионный раз умоляла Лайтвуд, болтая второй час по телефону с рыжей. — Изабель, я не могу. Это на другом конце города. Как я туда доеду? — не понимала Моргенштерн, складывая черный вязаный свитер в чемодан. — Возьми мою машину. Ну, что тебе стоит? Я же тебя выручила, когда ты была в фиолетовой жидкости, выручи меня и ты, — взмолилась Из. Клэр тяжело вздохнула и кивнула сама себе. — Хорошо. Я заберу их. Назови точный адрес, — на той стороне послышался визг. Моргенштерн взяла карандаш и лист и принялась записывать. — Только давай побыстрее, а то они закроются. — Хорошо-хорошо. Пока, — рыжая бросила трубку на кровать и взяла брюки из шкафа.       Вещи почти собраны, вот только проблема в том, что чемодан теперь не закрывается. Вылет назначен на час ночи следующего дня. Сегодня утром она сказала родителям о поездки и они дали свое согласие, перед этим пообещав, что ничего никому больше не скажут. Она не хотела огорчать друзей и Джона, что уедет раньше, не получив диплом.       Завтра Моргенштерн последний раз придет в школу и заберет свои документы. Последний раз увидеть друзей перед отъездом. Завтра и скажет о том, что уезжает. После школы заберет чемодан и отправится в аэропорт. И вот, она уже в Сан-Франциско, заселяется в общежитие и идет учиться.       Натянув на себя джинсы и легкую майку с логотипом Beatles, она вышла из дома, прихватив ключи от машины Джона. Джонатан и Изабель пошли на свидание! Аллилуйя! Они поехали на машине Лайтвуд, а машина Джона осталась дома. Ох, она и получила тогда, за то что взяла его машину.       Хорошо, что вечер. Пробок нет и машин тоже. Обычно, к одиннадцати все сидят дома. Клэри доехала наверное примерно за час. Все-таки другой конец города. Выйдя из машины, она осмотрелась. Прямо перед ней была одна из высоток, чьи панорамные окна светились со всех её сторон. Свет горел только на первом этаже, куда она и отправилась.       Зайдя через крутящиеся двери, рыжая подошла к столу охраны. На стуле, посапывая, сидел пожилой человек с седыми волосами и бледной кожей, казавшейся в этом свете не здоровой. — Извините, пожалуйста, меня попросили забрать кое-какие документы, — охранник моментально проснулся и затуманенным взглядом поглядел на ночную гостью. — А Вы… — он открыл журнал посещений и начал искать имя девушки. — Кларисса Моргенштерн, — подсказала она. Мужчина внимательно искал это имя, но под конец замотал головой из стороны в сторону. — Нет, Вас нет в списках… — его прервал громкий, мелодичный голос. — Вы, Кларисса? — рыжая обернулась на работницу. Ею оказалась девушка лет двадцати с коричневыми волосами и насыщенно-карими глазами. — Да, я пришла за документами. — Ах, да, Изабель сказала мне, что ты заедешь и заберешь их. Пойдем, — девушка улыбнулась обворожительной улыбкой и последовала к лифту, подзывая идти за ней.       Она нажала на кнопку и посмотрела на своё отражение в блестящих панелях около лифта. Клэри встала около неё и поняла, какая она всё-таки красавица. Брюнетка легко могла посоревноваться с Изабель, ведь та была «Мисс Великолепие», победительница ежегодного конкурса красоты в Ню-Йорке.       Рыжие волосы мягко лежали на плечах, струясь к тонкой талии. Веснушки четко выделяются на молочной коже, а зеленые глаза переполнены вселенской усталостью. Двери лифта медленно открылись и девушки прошествовали внутрь. Брюнетка нажала на самый последний этаж, и механизм, обеспечивающий подъем кабины, пришел в действие. Они поднимались быстро, но плавно, явно наблюдая работу мастеров, знающих своё дело.       Девушки вышли из кабины и пошли прямо по коридору. Вокруг не было никого, только одинокая лампочка горела за самым дальним столом у окна. Брюнетка подошла к железной двери и, открыв её, стала подниматься вверх по лестнице. Моргенштерн недоверчиво посмотрела на неё, но всё же молча направилась следом. Тут было наверное около сотни ступеней.       И наконец-то показалась еще одна железная дверь, которая вела на крышу, скорее всего. Брюнетка повернула защелку и отрыла дверь на распашку, пропуская Клэри вперед. Та очень недовольно на неё посмотрела. Ей уж очень не нравилась такая альтернатива. Но запихнув всё недоверие куда подальше, она сделала несколько шагов вперед, оказываясь по другую сторону от лестнице.       Вдруг, дверь быстро захлопнулась, послышался звук, закрывающейся защелки. Рыжая кинулась к ней, долбя кулаками по железу. Но всё было тщетно. Прекрасно, теперь она тут застряла! — Неужели боишься остаться тут на вечность, Моргенштерн, — Кларисса замерла на месте, не смея пошевелиться. Она никак не ожидала его тут увидеть. — Что, не ожидала? — блондин будто читал её мысли. — Я убью тебя, Лайтвуд! Обещаю! — прошипела рыжая, мысленно ругая себя за такую глупость. — А вот я помогу ей, если она ненароком шибанет тебя по голове. Помогу ей, если что закопать труп, — Эрондейл ухмыльнулся, делая еще один шаг к девушке. Та резко развернулась на пятках и злобно посмотрела на парня. — Что тебе от меня надо?! — её голос выражал глубокое раздражение, сидящее где-то внизу живота. — Что мне надо?! Да так, всего лишь объяснения, а лучше месть, — Эрондейл сделала еще один шаг, оказываясь почти в притык к рыжей. Та хотела отойти назад, но уперлась спиной в стенку. — Разве ты не знаешь, что месть подается холодной? — она хитро сверкнула глазами. — Кто бы еще говорил. Та, которая заявила о липовой беременности в полымя? — он шагнул вперед и расставил руки по обе стороны от лица рыжей. — Заметь, хорошо я тебя проучила. Одним выстрелом двух зайцев, — она откинула голову назад и заглянула в пылающие золотые глаза. — Тогда будет разумно, если я тебя проучу за твой поступок. Ведь, нельзя убивать зайцев, они ничего не сделали, — Джейс положил руку на талию девушке, скользя ей по всему телу. — Нет! — воскликнула она, отталкивая его и выходя из тупика. — Что, боишься меня? — он подходил медленно, словно хищник на охоте. — Хватит с меня, — Клэри достала телефон и собиралась позвонить кому-нибудь, чтобы они вытащили её отсюда, но не судьба. Джейс забрал мобильный и, размахнувшись, кинул телефон с крыши. Рыжая поражено смотрела на парня не веря своим глазам. Шестьдесят тысяч на ветре! Просто класс! — Ты никуда не уйдешь, пока мы не поговорим, — рыкнул парень. — Мне не о чем с тобой говорить! — крикнула она, делая шаг назад, не понимая, что движется к краю. — Нет, есть. Скажи, скажи мне прямо, почему ты решила проучить именно меня просто за то, что я с тобой переспал?! — Джейс всё надвигался на неё, повышая каждый раз голос. — Я хотела тебя проучить! Ты даже не представляешь, что я чувствовала, когда поняла, кто стал у меня первым! — Но ты сама этого хотела! А если бы это был не я, а какой-то левый тип, ты бы просто собрала вещи и убралась из его дома?! Да, ты бы так и сделала! Но, по счастливой случайности, это был я, и ты решила, а почему бы не поиздеваться над ним, раз представился случай?! — Ты используешь девушек! Попользовался одну ночь и выбросил, даже не задумываясь, что с ними будет! Ладно еще, если это какие-то шлюхи, но девочки, с которыми мы учимся, это слишком! Они просто наивные дуры, которые видят лишь идеал снаружи, не задумываясь о гниющей душонки внутри! — И ты, как мать Тереза, решила им помочь, отыгравшись на мне?! — Да, возможно и так! И что с того?! — А то, что эта гниющая душонка жаждет развлечения и пошлости, чтобы забыть обо всех проблемах в семье! — Но это не выход, Джейс! Нельзя отыгрываться на других людях, только потому что тебя самому плохо! Это эгоизм! — И это ты говоришь мне об эгоизме?! Да ты и доли не знаешь о моих проблемах, мыслях, плохих ситуаций, и решила судить меня?! Ты сначала разберись в себе и своей семье, а потом лезь к другим в душу! Ты понятие не имеешь, что значит чувствовать ежедневную душевную боль! — Хаха! Я не знаю?! Это ты слепец! Столько раз был у нас дома, столько разных ситуациях видел, когда родители ругали меня, когда отец бил меня! Ты просто закрывал на всё это глаза! Ты даже не представляешь, какого это, каждую ночь слышать ругань родителей! Не знаешь, как это, бояться собственной тени в своем доме! Не знаешь, какого знать, что любовь — это лишь миф, который пересказывают детям на ночь. Не знаешь, какого это, слышать от собственных родителей эти слова и в тайне мечтать, что это — ложь! — в полымя бросила Клэри. Джейс на время встал в ступор от таких заявлений. Он оказывается даже не знал, что творилось у неё в душе, — Ты думаешь, что ты у нас великий мученик и покоритель сердец?! Ты пользуешься девушками, даже не задумываясь, какой вред ты наносишь им. Какую боль ты им приносишь. Ты даже не задумываешь о том, что кто-то мог случайно от тебя залететь, а теперь боится рассказать об этом! Ты не представляешь как это, знать, что ты не родной своему брату, знать, что твой настоящий отец такой же как и ты! Воспользовался женщиной на одну ночь и пошел дальше, не зная то, что она беременна! Ты не знаешь, какого это, знать, что этот человек, зовущий себя отцом, бьёт тебя и унижает! Ты не знаешь, каково это, всё знать и бездействовать!       Крик разносился по всей округе, сокрушая безоблачное небо. Моргенштерн излила всю свою душу и теперь почувствовала мировое облегчение. Так легко ей не было никогда. Она упала на колени и закричала. Слезы градом стекали по щекам, в дребезги разбиваясь об холодный бетон. Рыжая обняла себя руками, в надежде защититься от всей этой информации, от всей этой жизни.       Эрондейл поражена стоял на том же месте. Для него это было за гранью. Теперь он её понимал, понимал, как они похожи. Они просто маленькие дети без детства и без любви. Он стоял, боясь вымолвить хотя бы слово.       Истерика понемногу прекращалась. Рыжие волосы скрыли девушку от окружающего мира. Она размеренно дышала, иногда всхлипывая. — Я тебя понимаю, — тихий голос блондина казалось прогнали через оратор, — Я знаю, какого это, быть лишним. Я знаю, какого это, сидеть на кровати, слушая ор родителей. Знаю, как это, знать, что любовь — это просто миф, ложь. Я понимаю тебя, — Клэри медленно подняла на него глаза. Золото превратилось в обычную сталь, излучая только холод. Его взор был направлен будто на другую планету, где обитал счастливый мальчик с золотыми волосами и любимой семьей.       Джейс подошел к Моргенштерн и сел рядом, облокачиваясь спиной на холодный кафель. Она перекатилась с колен назад и села так же. Они просто молча смотрели друг на друга, раскрывая скрытые секреты. Они не знали, сколько здесь просидели, вот так, молча смотря друг на друга. Эрондейл снял с себя кожаную куртку и накинул на хрупкие плечи. Рыжая завернулась в неё, точно в спасательный круг утопающий. Куртка хранила тепло хозяина, делясь с рыжей. — В детстве меня часто унижали и называли «Помойной крысой» за то, что я часто приходила в школу в той же одежде, грязной, в синяках. Они кидались в меня остатками еды и кидали в мусорку. Я училась хуже всех в классе, поэтому со мной приходилось часто заниматься учителям. Они все ненавидели меня. После нескольких ударов головой об пол, я уже не могла нормально думать и запоминать. Мама отвела меня к врачу, и тот сказал, что у меня сотрясение мозга. Нас с Джонатаном перевели в другую школу, на Джона часто кричали, а он за это кричал на меня. Я вспомнила это после нашей ночи. Проснулась и в голове всплыли воспоминания, — Клэри повернула голову и посмотрела на Джейса. Его взгляд излучал понимание и сочувствие. — Почему Джонатан не отгонял тех ребят в прошлой школе? — Ему было противно смотреть на меня. Валентин не мой отец, и Джонатан знал это. — Но ведь это не дает повода издеваться над тобой! — запротестовал Эрондейл. — Да, не даёт, — прошептала рыжая, наклоняясь вперед. — Ты размазала Джонатану, про то, что вспомнила всё? — Нет, я его видеть даже не могу, — в горле стоял ком, размером с кулак, но Моргенштерн, как боец, держалась.       Блондин протянул руку и обнял девушку за талию. Клэри уже не сопротивлялась. Она не видела в этом парне преграду, наоборот, видела помощь и поддержку, поэтому она наклонилась и положила голову ему на плечо. Джейс резко отклонился и зашипел. — Прости, — Моргенштерн приподнялась и внимательно посмотрела на его майку, — Что у тебя там? — Ничего, — Джейс не хотел, чтобы она это видела. Но рыжая была очень упорной и очень шустрой, к сожалению блондина. Немного оттянув рукав, она ахнула. — Господи, Джейс. Кто тебя так? — он молча, как партизан. Но под тяжелым взглядом подруги сдался. Раз уж и открываться, то полностью. — Отец. — Отец?! Он тебя избивает? Джейс, почему ты всё это время молчал? Надо что-то сделать, — рыжая собиралась встать, но сильные руки потянули её обратно. — Сядь и успокойся, — скорее приказал парень.       Клэри опрокинулась на его грудь, когда он потянул её на себя. Его тепло грело её, а запах черного перца и вина сводил с ума. Она смотрела только на него. В его золотые глаза, чувствуя, как смущается. Её запах одурманивал его. Корица и яблоко. Такой нежный, но такой вызывающий. Никто бы не рискнул его использовать, но только не она. Он всегда ей восхищался. Восхищался её внешним и внутренним миром, восхищался её стойкостью.       Джейс медленно потянулся к ней, желая поцеловать. Клэри доверчиво наклонилась и прикрыла глаза. Блондин еле до коснулся губами до её губ, будто спрашивая разрешения. Она неопытно ответила. Мурашки заходили по всему телу. Их первый настоящий поцелуй. Такой нежный и трепетный. Джейс притянул её ближе к себе, а маленькие ручки запутались в блондинистых волосах.       Но хорошее всегда заканчивается. Дверь моментально открылась и из неё выскочила взволнованная Изабель. Ну, как обычно. Пара быстро отскочила друг от друга, не решаясь перевести взгляд. — Господи, я подумала, что кто-то из вас с крыши шуганул. Видела, как телефон упал.       Моргенштерн ничего больше не слушая, быстро поднялась и побежала на выход, оставив ничего не понимающего блондина.