Утро перед охотой

      Уилл появился на кухне, когда сандвичи с мягким французским сыром и ветчиной уже стояли на столе, а аромат свежесваренного кофе успел распространиться по всему дому. Он машинально одёрнул футболку и сел напротив Ганнибала, внимательно изучающего свежий номер Diario de Mexico. В отличие от Уилла, он как всегда оделся к завтраку, и в своей бледно-голубой сорочке, небрежно расстёгнутой на две верхние пуговицы, выглядел просто и элегантно.       — Я думал, ты не читаешь за столом. — Уилл мельком взглянул на него, придвигая тарелку. — Нашёл что-то интересное?       Ганнибал отложил газету и усмехнулся.       — Не люблю есть один, ты же знаешь. Решил скоротать время до твоего пробуждения.       Он протянул к Уиллу руку, и когда тот сделал то же самое, мягко сжал его ладонь.       — И? — На губах Грэма появилась ироничная улыбка.       — «И» что? — насмешливо глядя в его глаза, Ганнибал всё ещё держал пальцы Уилла в своей руке.       — О чём пишут? — Уилл старательно пытался не отводить взгляда, но всё же не выдержал, отчего оба рассмеялись.       — Из-за твоего нежелания смотреть в глаза иногда я чувствую себя Медузой Горгоной. — Ганнибал явно нехотя выпустил его руку. — Не скажу, что это приятно, но ловить твой взгляд по-своему интересно.       — Ты знал, с кем связался, — Уилл хмыкнул и принялся за сэндвич.       — Напротив, я всегда заблуждаюсь на твой счёт — в этом твоя уникальность.       Ганнибал аккуратно отпил кофе из крохотной фарфоровой чашки.       — Отвечая на твой вопрос, — он сделал паузу, словно сомневаясь, стоит ли начинать разговор, но всё же продолжил. — Кажется, «Раскольников из Наукальпана»¹ снова начал убивать.       — Вот как. — Уилл нахмурился и на секунду поднял на него глаза. — Ещё одна зрелая дамочка?       Ганнибал промокнул рот салфеткой и, встав из-за стола, медленно обошёл его, остановившись у Уилла за спиной.       — Жертва Фелисия Морэль пятидесяти трёх лет. Симпатичная, ухоженная, имела взрослого сына и двух внуков, сын с женой живут в городке Монтеррей. — Ганнибал осторожно положил руки на плечи Уилла, после чего его пальцы начали легко скользить по коже, забираясь под ворот футболки. — Местный падре отзывался о ней как об очень жизнерадостной, общительной женщине. У Фелисии, как и у других жертв, были пластические операции. Убийца пробил ей голову молотком, а потом аккуратно срезал лицо.       — Он всегда так делает. — Уилл болезненно скривился, закрывая глаза. — Хочет подарить кому-то их красоту.       Поддавшись его рукам, Грэм запрокинул голову на спинку стула. Ганнибал склонился над ним, нежно целуя в губы. Его правая рука легла на пах Уилла, а левая сильнее обхватила плечи.       — Если хочешь, чтобы мы нашли его, — Уилл прервал поцелуй и выдохнул скороговоркой, не открывая глаз, — нужны фотографии жертвы, описание места преступления, хоть что-то, с чем я смог бы работать.       От прикосновения к мошонке его член напрягся, упираясь в плотную ткань боксеров, и Ганнибал не мог не почувствовать этого, поглаживая его через штаны. Уилл отстранился, чтобы рывком снять с себя футболку, в то время как Ганнибал, опустившись перед ним на колени, помог стянуть штаны и трусы.       — Как и её предшественницы, Фелисия сама открыла дверь. — Он крепко обхватил член Уилла рукой, быстро скользя по нему вверх-вниз. — Парень спокойно прошёл внутрь и убил её. Почему же она не сопротивлялась?       Ганнибал обвёл языком крупную красную головку члена Уилла и начал сосать, стараясь как можно глубже вобрать в рот. Дыхание Уилла участилось, он снова зажмурил глаза.       — Потому что синьора Морэль… его знала… Это кто-то свой…       Уилл положил ладонь на затылок Ганнибала, задавая нужный темп. Его мысли путались, а сердце бешено стучало, отдаваясь гулом в ушах.       — Весь вопрос в том… для кого он собирает эти лица…       Ганнибал выпустил член изо рта и, спустившись чуть ниже, притянул Уилла ближе, чтобы ласкать губами его мошонку.       — В доме Фелисии всё ещё работает полиция, — прошептав, Ганнибал коснулся языком ануса Уилла и принялся вылизывать. — Но мы могли бы рискнуть…       — Да. — Уилл вздрогнул и мучительно простонал, подавшись бёдрами ему навстречу. — Мы пойдём туда… а потом убьём его… если хочешь.       — Да, я хочу, а ты? — Ганнибал встал на ноги и протянул ему руку.       Поднявшись, Уилл тут же оказался в крепких объятиях. Пока длился их глубокий, безумный поцелуй, Уилл торопливо расстёгивал ремень и ширинку на брюках Ганнибала.       — Я тоже. — Прервав поцелуй, Уилл нагнулся и, взяв в рот его член, обильно смочил слюной.       Затем он встал у стола и, навалившись на него животом, широко расставил ноги. Подошедший сзади Ганнибал раздвинул ладонями его ягодицы. Почувствовав в себе его член, Уилл, закусив губу, судорожно вцепился пальцами в край столешницы. Ганнибал трахал его, постепенно наращивая темп. Уилл задыхался, его сердце выпрыгивало из груди, а яйца ныли в предчувствии скорой развязки. Почти упавший член снова стоял как каменный, потому что боль и удовольствие накрыли Уилла, точно огромная волна. Он уже видел, как они убивают этого парня, видел, как Ганнибал выхватывает нож, и за долю секунды азарт и ярость преображают его холодное отстранённое лицо. В такие моменты Уилл любовался им, любил его, становясь с ним одним целым.       «Рената Гарсия… Магда Сирго… Эдит Эскобедо… — чужой голос в голове Уилла настойчиво шептал их имена. — Фелисия Морэль. Мы убьём его уже очень скоро».