Ох... "Не жизнь, а сказка"

//Pov//Джесс//       Я лежала на полу. Не знаю, сколько прошло времени, но у меня не было сил даже вздохнуть. Наверное, так я провалялась час. Всё, что могла сделать — открыть глаза и оглядеть эту паршивую комнату, в которой мучилась уже несколько часов. Медленно сглотнула. Противный вкус во рту вызывал тошноту, но я не обращала внимания, и могла думать лишь о том, как перестать чувствовать ноющую боль, что сковывала всё тело. Медленно втянув воздух носом, ощутила невыносимую болезненную пульсацию в черепе. Голова гудела, и этот гул был настолько низкий, что заложило уши. Я выравнивала дыхание, стараясь хоть на немного заглушить боль.       Оглядывая комнату, боялась увидеть этого урода снова, но его тёмного силуэта не было. Может он сзади? Прислушалась, но никаких посторонних звуков не уловила. Я попыталась поднять голову и сменить положение тела, но у меня не получилось. Мышцы онемели, кости ломило, руки затекли и не хотели двигаться, а правая так вообще потеряла чувствительность.       Я глубоко вздохнула и медленно покрутила своими конечностями. Правая нога не шевелиться, но зато левая целая. Подняв правую руку и вытащив её из-под головы, я опрокинулась на спину. Холодно. Плитка пола ледяная, отчего по моему телу прошлась волна мурашек. Мне нужно присесть. Дрожащими руками я приподняла своё ослабевшее тело. Каждое движение удавалось с трудом, руки тряслись от бессилия, из-за этого вновь свалилась на холодный пол. Когда я дотронулась рукой до своего носа, то однозначно убедилась, что он сломан. К нему было очень больно прикасаться, а опухоли вокруг глаз и на верхней губе стали только больше. Глаза слезились, скорее всего, у меня нарушено слёзотечение.       Я всё лежала на ледяном полу и набиралась сил. Мне следует хотя бы лечь на кушетку, она помягче. Я начала замерзать, поэтому мне пришлось пошевелиться, чтобы разогнать кровь по телу. Сделала ещё одну попытку сесть, и в этот раз у меня получилось. Согнув спину, я положила ладони на голову. Череп всё гудел, в висках бил болезненный пульс, кажется, моя голова сейчас взорвётся от такого давления. После смены положения тела началась тошнота, мне хотелось чтобы меня вырвало, так ещё распластавшаяся по всему горлу кровь только усиливала рвотные позывы.       Я вновь вспомнила этого урода, который избил меня, вспомнила девушку с часами в глазу, и ещё одного парня с топорами. А это кто был? Ещё один псих? Его внешность не была настолько ужасна, как у девушки, но его дырка в щеке вызвала у меня явное негодование. Как это возможно? Или ему недавно проткнули щеку? Или он сам себе сделал такую рану? А эти топоры, что висели у него сзади? Когда он вошёл, я успела попрощаться с жизнью, думала, меня решили убить или отсечь пару конечностей. Или же захотели казнить, отрубив голову, а потом повесить её где-нибудь на стене, как трофей.       Я не знаю, сколько просидела с этими безумными размышлениями и догадками, но боль в теле чуть утихла. Я смогла подняться на ноги и в этот раз увереннее держалась. Правая нога не отзывалась такой болью, но противное чувство в переломе ещё давало о себе знать. Мышцы безостановочно тряслись, ноги еле держали вес тела, поэтому я плюхнулась на измазанную кровью кушетку. Пугающая комната стала мне отвратительна, особенно этот белый фон, а размазанная кровь на полу давила на психику. Нужно что-то делать, надо как-то защититься от урода, найти что-нибудь, чем я смогу его ударить. В голову полезли мысли о побеге. Вдруг я смогу убежать? Если буду аккуратной, смогу найти выход и выберусь отсюда. Но куда дальше? Где я нахожусь? Сколько здесь ещё сумасшедших убийц? Маленькое окошко в комнате стало озаряться светом, наверное, уже светает. Вот бы взглянуть в него и осмотреться.       Я попыталась сообразить, как могу добраться до окна. А если вылезти в него? Да, наверное, нужно попытаться сбежать через окошко. Я окинула комнату взглядом, судорожно соображая, что мне делать. Мои глаза остановились на деревянной тумбе. Теперь нужно найти в себе силы и храбрости, чтобы подкатить её к стене. Главное, не наделать шуму. Я прислушалась, пытаясь уловить посторонние голоса или шаги, или хотя бы присутствие одного из маньяков. Но всё было тихо.       Мысль о побеге, что у меня есть возможность прямо сейчас убежать из этого ада, возрастала во мне с каждой секундой. Я не спешила радоваться раньше времени, но начать действовать так и не решалась. Мне страшно. Вдруг маньяк зайдёт и увидит мою попытку бегства? Тогда он не только мне ноги переломает, но вообще их отрубит. Это было страшно осознавать, но сидеть здесь взаперти и дрожать от страха я не хочу.       Просидев ещё минуту, я нашла в себе смелость встать и попытаться сдвинуть тумбу. Она не была особо тяжёлой, но с ослабленным состоянием это было трудно. Я отталкивалась здоровой ногой, помогая себе тащить этот мини-груз. Она издавала тихий звук, будто кто-то скребётся за стеной, отчего я пару раз судорожно оборачивалась. Этот звук играл со мной как хотел, так как сейчас я чуть не вскрикнула от ужаса, думая, что идёт этот самый урод. Но осознав, что это всего лишь тумбочка, всё же подкатила её к стене. Осталось забраться на неё и взглянуть в окно.        Я прислушивалась к тишине ещё некоторое время, прежде чем решиться встать на тумбу. Если он скоро явится? Как я скрою свой замысел? Придётся сквозь боль прыгать на пол и толкать тумбочку обратно к кушетке. Чёрт… мне страшно, сердце опять стало учащённо стучать, меня бросило в жар. Но я, возможно, смогу убежать, так что надо попытаться.       Я схватилась за дерево руками, настраивая себя на этот шаг. Тело трясло, но я должна попробовать. Закинув левую ногу на тумбу, я медленно завалилась на полку, подтягивая сломанную ногу к себе. Это больно, но я уже сделала первый шаг. Собрав все свои силы, оттолкнулась и встала на поверхность. Да, получилось. Развернувшись к окну, поглядела сквозь стекло.       Чёрт! Оно маленькое! И как я, чёрт возьми, сюда вообще пролезу?! От злости и разочарования мне захотелось разбить это окошко. Зачем оно вообще здесь находится, если от него никакого толку?! Это был такой хороший шанс! Я собиралась слезть обратно, как обратила внимание, что за окном находится не город, нет никаких зданий или домов. Я взглянула ещё раз. Рассмотреть, где я нахожусь, было сложно, так как окно грязное, в пыли, но если судить по оттенкам цветов, а точнее зеленоватым, то я нахожусь в лесу. Стоп, что? В лесу?! Нет, нет, но где именно? В каком именно лесу?       Я запаниковала! Не может быть, какой, к чёрту, лес? Как же я тогда смогу убежать, если здесь кругом деревья? Они найдут меня в два счёта! И как я могу бегать от них, если у меня сломанная нога?       Вопросы свинцовыми пулями вонзались в голову, принося лишь боль, словно меня расстреливали из автомата. Разочарованиее испортило мой настрой пытаться предпринять хоть что-нибудь. Думай, думай, есть же выход. Выход есть всегда! Судя по тому, насколько низко находится это окошко, то я, скорее всего, нахожусь на уровне подвала. Значит, я должна найти лестницу, подняться наверх и найти выход. Это звучит так просто, но это нереально страшно! Придётся идти через дверь.       Медленно спустилась вниз на пол и присела на кушетку. Я не совладала с эмоциями и тихо заплакала. Как же так? Мне страшно, обидно и досадно от этой ситуации. Меня убьют, если поймают — заставят мучиться от невыносимой боли, а я уже пережила нечто подобное. Представить, что я вновь лежу на том проклятом столе, связанная и беспомощная, всё равно, что встретиться лицом к лицу со смертью. То, что этот маньяк вытворял со мной последние несколько часов, отсеивало моё желание сбежать. Любое непослушание — и вновь избиение. Почему он не может меня просто убить?       Меня вновь била лихорадка. Трясло так, будто температура стремительно взлетела вверх. Я не могла ровно дышать, выдохи были прерывистыми, будто меня заперли в тесном чулане. Слёзы потекли в два раза сильнее, паника вновь меня захлестнула. Мои мысли сводили меня с ума. Казалось, будто я действительно смогу сбежать отсюда, но какие последствия я получу, если попадусь? Я не знаю, что мне делать. Не хочу вновь сталкиваться с этим уродом.        Я с укором посмотрела на дверь, будто она была виновата во всех моих страданиях. Неужели мне и правда придётся это сделать, открыть дверь и выйти? Я даже не помню, что находится за ней. Я встала. Собрав всю свою волю в кулак, подошла к двери. Я опасливо взялась за ручку, и кончики пальцев ощутили иллюзию странного пощипывания, будто сквозь кожу прошёл маленький электрический разряд. Отдёрнув руку, развернулась спиной к выходу. Нет, дурная эта затея. Я почувствовала, как ладони вспотели, а пальцы заледенели, сердце стучало так бешено, будто я уже встретилась с маньяком. Меня берёт ужас от этой затеи. Но всё же я должна попытаться. Буду надеяться, что если меня кто-нибудь увидит, то сразу убьёт.       Я недоверчиво посмотрела на выход. Золотистая ручка так и манила, чтобы я открыла дверь и покинула эту проклятую комнату. Но все же я схватилась за неё и аккуратно потянула на себя. Дверь предательски скрипнула, поэтому вновь отдёрнула ладонь. Испарина пробила по всему телу, как резкий поток воды, казалось, будто меня засунули в баню.       Я застыла на одном месте, фокусируя взгляд и разглядывая следующую комнату. Я на дрожащих ногах зашла в неё. Это та самая комната, где он вправил мне ногу — операционная, вот только выглядела она не как в больнице. Всё вокруг было сделано из металла и дерева. На поношенных деревянных тумбах, стояли медицинские принадлежности, такие как железные миски, какие-то вещества в бутыльках. Посередине распологался железный стол, над которым возвышалась огромная лампа. Я помню, как лежала там. Воспоминания вновь врезались мне в голову, именно эта лампа светила мне в глаза. Маньяк приковал меня к этому столу и заставлял терпеть все его пытки.       Медленно подходя к краю стола, я увидела, что на нём были прикованы железные кандалы, которые сковали мои запястья так, что на них до сих пор виднеются небольшие синяки. Эта комната была настолько жуткой, что внутри меня нарастал страх. В ней было темно и только маленькое окошко давало немного освещения. В углах комнаты я увидела неизвестные мне аппараты, возможно, это аппараты ИВЛ, или какие-то аппараты для обеспечения жизнедеятельности. Для чего он их хранит? Неужели этот парень действительно может так издеваться над людьми?       Я не хотела что-то ещё пытаться рассмотреть, поэтому поспешила к другому концу комнаты. Там тоже была дверь. Надо быстрее уйти отсюда. Я потянулась к ручке, но прежде чем затронуть её, прислушалась. Тишина. Я не слышала абсолютно ничего. Тогда открыла дверь и та распахнулась. Теперь передо мной красовалась другая комната, очень похожая на кухню, причём она тоже была из металла. В нос ударил запах сырого мяса. Этот аромат настолько отвратительный, что мне стало плохо. Почувствовала, как тошнота становится всё сильнее, но я не могла позволить себе блевануть прямо тут.        Я ступила в зловонную комнату, пытаясь делать вдохи как можно реже. Эта комната была меньше предыдущей, и в ней находился деревянный обеденный стол, пару холодильников и плита. Неужели здесь он питается? Почему здесь такая вонь? Непроизвольно вспомнила подслушанный мною диалог, где говорилось, что этот парень, возможно, каннибал. Возрастающая во мне паника заставила меня ускорить шаг. Слёзы катились ручьём. Этот урод сумасшедший! Надо бежать как можно дальше отсюда. Я попыталась быстрее подойти к следующей двери, но споткнулась об железную палку, отчего та упала и создала металлический шум. Чёрт!       Внутри меня всё сжалось. Хотела же быть аккуратной! Я уже пользовалась не разумом, а паникой, поэтому быстро подбежала к углу, где и находилась эта дверь. Остановившись на минуту, прислушалась к звукам снаружи. Вроде всё тихо, но вероятность того, что убийца услышал меня, очень велика. Только я открыла дверь, чтобы выскользнуть из комнаты, как краем глаза обнаружила, что на противоположной стене от меня висит топор и мачете. Недолго думая, я подошла к ним, чтобы разглядеть.       Топор был большой, и его лезвие заржавело. Тёмное дерево было обшарпано, вероятно, это оружие уже старое. Я не смогу воспользоваться им, оно выглядело увесисто, да и я ходячий труп. А вот мачете было поменьше и выглядело лучше, чем топор. Правда на лезвии виднелись места коррозии, но зато это уже какая-то защита. Я дотронулась до ручки оружия и попыталась снять его со стены, но это оказалось не так просто. Мачете было тяжёлое, а закрепка, что была встроена прямо в стену, обволакивала ручку. Вспоминая, что времени у меня уже и так осталось немного, я отдёрнула руку от попытки овладеть оружием. Быстро отошла от стены и вышла за дверь, закрывая её за собой.       Где я оказалась — не понимаю. Я оглянулась. Передо мной был коридор, который растянулся горизонтально по положению ко мне. Он был достаточно длинный, что я даже не понимала, где именно находится его конец. Звуков никаких не слышно, отчего мне стало немного легче. Осталось аккуратно найти выход наверх, а там найти дверь на улицу.       Моё тело дрожало. Меня будто парализовало, мне не хотелось никуда идти. Может всё же вернуться? Я совершенно не знаю это место и это может обернуться против меня! Одумайся, Джесс. Нет, я уже решилась, значит надо идти. Убедившись, что закрыла за собой дверь, я заметила небольшую вывеску, на которой было написано: «Комната пыток Б. Д.».       Мои глаза вытаращились от прочитанного. Меня отхватил ужас. Всё время, что я тут была — в комнате пыток?! Кто такой Б.Д.? Это тот урод? Его сокращённое имя? Под напором страха и паники рванула в какую-то сторону, чтобы попытаться унести ноги подальше от комнаты пыток. Мои инстинкты сами вели меня в неизвестном направлении. Хромая, я пыталась отдалиться, стараясь бежать как можно дальше и быстрее. Мне было больно ступать на правую ногу, мышцы в голени перенапряглись, отчего их свело судорогой и я упала на колени. Подавив крик, втянула воздух сквозь зубы. Правую ногу атаковали схваткообразные боли, будто кто-то бил молотком по моей кости. Я перевела дыхание, но дышать глубоко и быстро тоже было больно, особенно в носу, в котором бурлила запёкшаяся кровь. Продолжая сидеть на одном колене, я стала массировать четырёхглавую мышцу бедра, чтобы хоть как-то облегчить боль.       Я обернулась посмотреть, заметил ли меня кто, но коридор был пуст. Он был плохо освещён маленькими лампочками, встроенными в стену. Они горели очень тускло, отчего создавалось впечатление, будто надвигается ночь. Они распологались вдоль стен и лишь изредка мигали. Наверху, почти у самого потолка, находились маленькие окошечки, которые едва пропускали дневной свет. Это атмосфера нагнетала. Я глянула на бетонные стены подвала. Они тоже были ледяные, поэтому тут холодно. От приоткрытых окон постоянно витал сквозняк, забираясь ко мне под майку. Я и так тряслась от страха и ужаса, в котором находилась, так ещё холод заставлял моё тело дрожать с большей силой. Теперь я была похоже на того, из кого изгоняли дьявола. Мышцы постоянно сокращались, было трудно дышать, поэтому тошнота стала невыносимой. Голова опять загудела, понадобилось время, чтобы гул прекратился.       Просидев так несколько минут, я встала. Привыкнув к холоду, медленно пошла вдоль стены. Голова болела, мне хотелось зайти в жаркое место и уснуть. Положив руку на голову, я придерживала её, чтобы не напрягать мышцы шеи. От этого голова смиловалась, и я смогла вновь продолжить путь. Но резкий женский крик заставил меня дрогнуть. Я отскочила от двери, из которой донёсся этот душераздирающий вой. Похоже, не я одна, кто попался в такие условия. Вновь крик повторился, но уже более тихий. Я пригляделась к вывеске на двери, там тоже была аббревиатура, только буквы были другие: «Д.У».       Я подошла чуть ближе, чтобы прислушаться к тому, что там происходит. Звуки были неразличимы, но там явно кто-то был. Присутствовали ещё какие-то голоса, скорее всего, мужские, но слова были непонятны. Меня вновь окутала паника, захотелось вновь убежать, но этот крик до сих пор стоял у меня в голове. Там тоже кого-то пытают, сомнений нет. Вдруг мне стоит помочь? Хотя какой из меня спасатель, когда сама еле как хожу. Я металась между дверью и проходом, и только хотела вновь прислушаться к звукам за стеной, как дверь распахнулась. Меня будто отдёрнули, я отскочила подальше от двери, к противоположной стене. Какое-то время я не хотела смотреть на того, кто стоял в проходе, но глаза сами впились в его лицо.       Напротив меня стоял высокий парень. Он держался за ручку двери и устремил свои безумные глаза на меня. Но какие это глаза… они ужасны! Они вылезли из орбит и пожелтели. Эти глаза таращились на меня так, будто увидели интересную игрушку. Я хотела отойти от него подальше, увеличить расстояние, но стена заблокировала путь. Его веки были чёрные, хотя их, возможно, вообще не было. Они выглядели обгорелыми, сожжёнными. Но когда я взглянула ниже, на его рот, судорожно вдохнула. Его щёки были разрезаны, раны на них открывали часть его зубов. Вдоль этого разреза была запёкшаяся кровь. Челюсть слегка отвисла в неестественном положении, но это не мешало ему двигать ею. Похоже, он улыбался, так как его сумасшедший оскал стал расширяться.        В нос ударил запах гнили и болота. От такой вони у меня заболел нос, что аж ударило в голову, а тошноту было уже невозможно сдерживать. Сглотнув всё, что хотел вытеснить мой желудок, сделала несколько попыток убежать, но шок, который вновь сковал меня, овладел всем телом. Я не могла отвести от его ужасной внешности глаз, поэтому пялилась на него так, как несвойственно человеку. Это самое страшное зрелище, которое я когда-либо видела. Скорее всего, мои глаза прямо сейчас вылезли из орбит так же, как и у него, потому что это был самый настоящий шок в моей жизни. Моя челюсть затряслась, это лицо надолго отпечаталось в моей памяти. — Джек! Тут твоя сбежала! — крикнул он. Его голос был похожий на расстроенный бас. Он хрипел, будто голосил во всё горло несколько часов. Я ни о чём не могла думать, как о том, что смотрела на его лицо не отрываясь.       Как такое возможно? Как он вообще жив? Почему он сделал с собой такое? Это хуже той самой девушки с часами в глазу! Да они все тут ненормальные, уроды и психи! По моим щекам потекли слёзы. Боже, как мне страшно. Я зажмурила глаза, игнорируя боль, надеясь, что то, что я вижу, развеятся, как мираж. Но к сожалению, этот парень стоял передо мной, продолжая безумно глядеть на меня. На нём была белая толстовка, и похоже, она испачкана кровью, а чёрные неровные волосы свисали до плечь, слегка закрывая весь тот ужас, что происходил на его лице. Если бы не его голос, я бы и дальше разглядывала его, хотя мне безумно хотелось отвернуться. — Советую бежать, — сказал он, и этот хриплый голос донёсся до меня как гром среди ясного неба. Я не сразу поняла, что он сказал, поэтому тупила ещё некоторое время, пока не услышала поспешные шаги за его спиной.       Я тут же бросилась подальше от него, стараясь убежать как можно дальше. Сил на ускорение не хватало, нога опять начала ныть, поэтому я бегло искала дверь, на которой не было бы всяких аббревиатур указывающих на то, что это очередная комната пыток. И слава богу, такая дверь мне попалась. Она находилась почти возле конца коридора. Времени не было на раздумье, поэтому я рванула ручку и забежала внутрь. //Pov// Автор//       Каннибал зашёл в дверь к тому, которого совсем не хотел навещать. Прикрыв входную дверь, он прошёлся вдоль комнаты. В помещении стоял невыносимый запах гнили, будто здесь жил водяной. Убийца скорчил нос, чтобы дать себе время привыкнуть к этой вони. В комнате было темно, но это не мешало ему разглядеть того, кто его ждал. Его дьявольская улыбка расползалась по всему лицу. Парень в белой толстовке сидел в кресле, которое было отделано шершавой старой тканью. Он медленно поглаживал подлокотник, будто рядом с ним лежало какое-то животное. Убийца устремил свой взгляд на гостя и явно обрадовался его приходу, он с нетерпением ожидал его.       Каннибал даже не обращал внимание на того, кто находился перед ним. Каждое его движение, взгляд или мимика выводили маньяка из себя, поэтому он оглядывал комнату, чтобы отвлечь своё внимание. Подопытная этого психа достаточно большая, пространства было много, чтобы погонять свою жертву по комнате. Каннибал разглядел пятна крови на полу: в некоторых местах был вымазан кафель, а на стенах красовались уже засохшие багровые пятна. Они были ещё свежие, кажется, его жертва совсем недавно была избита. Атмосфера была не из самых зрелищных, но хозяину комнаты не привыкать к такой обстановке. Он с наслаждением рассматривал парня, что стоял перед ним. Неуловимый запах крови жертвы витал где-то в воздухе, подавляемый вонью. Именно поэтому каннибал на секунду отвлёкся, принюхиваясь к этому прекрасному аромату.        Лёгкий смешок быстро добрался до слуха парня. Тот, кто сидел в кресле, начинал нервничать, пощипывая подлокотник кресла. Каннибал быстро оглядел его. Он просит его об услуге, так ещё и сидит в такой наглой позе, закинув ногу на ногу. Это начало раздражать. Убийца быстро подошёл к столу, на котором и лежала та самая похищенная девушка. Она была без сознания, это было понятно с первого взгляда. Каннибал схватил её кисть руки и стал искать артерию, чтобы проверить пульс. Он был медленным, вот только напрягало то, что ритм сердца был едва слышен, парню пришлось навострить слух, чтобы отсчитать удары.        Он медленно вздохнул. Не его работа — заботиться о чужих жертвах. Девушка уже была на грани смерти: её рваные раны по всему туловищу до сих пор обильно кровоточили, пропитывая её багровую майку; на скуле была большая ссадина от сильного удара, а левый глаз практически был выбит из глазницы; её ладони были изрезаны, это говорило о том, что она хваталась за лезвие ножа руками, дабы защититься; а также на правой ноге была изорвана ткань джинсов, а под кожей находилась сильная гематома. Каннибал ещё раз пробежался взглядом по ней, отметил про себя кое-какие выводы, после чего развернулся к парню, долго всматриваясь в его безобразное лицо. — Она умирает, вряд ли я тебе помогу, — каннибал всё ещё смотрел на него, пока не увидел, как его улыбка медленно становится меньше. Причём он приметил, что гноя на его разрезах нет. Всё-таки хоть какое-то чувство безопасности у него имеется. Этот же парень резко вскочил с кресла, будто кипятком ошпаренный. Такое заявление ему явно не понравилось, а видеть это разочарование в лице доставляло каннибалу редкое удовольствие. — Тебе что, блядь, так трудно?! — его голос понизился. Злость и разочарование захлестнуло парня в один миг.       Он подошёл к столу, вставая рядом с каннибалом. Маньяк безумно глядел прямо в его синюю маску, будто пытался рассмотреть лицо сквозь неё. Потом он резко схватил голову девушки, оценил повреждения, который нанёс совсем недавно, и грубо оттолкнул её на стол. Все эмоции внутри него смешались в один большой водоворот, именно это и вызвало вспышку злости, от которой некуда было спрятаться. — Ты всё равно в скором времени её убьёшь, в чём смысл? — каннибал, на самом деле, знал, почему этот псих просил его об этом.       На данный момент редко выпадает возможность поохотиться в лесу, а в город нельзя часто наведываться. Он невольно вспомнил, как пару часов назад вместе с прокси охотился в лесу. Завтрак знатно удался. К сожалению, одного человека было мало, поэтому каннибал сожрал его полностью, оставив только не любимые части тела валяться в траве как мусор. Но теперь каннибал хотел немного поиздеваться над ним, так сказать, отомстить за миссию, которую мог завалить благодаря этому уроду. Он наблюдал, как парень выходит из себя, поэтому улыбался под маской, наслаждаясь этим зрелищем. — У тебя до фига разной лечебной дряни, неужели так трудно, а? — злость парня раскатывалась по его телу, как жгучий металл, поэтому маньяк схватил нож, что лежал на тумбе рядом с креслом.       Он пока не понимал, что хочет с ним сделать, но его неуравновешенное поведение не могло больше находиться под контролем. Но маньяк не сдавался, он старался держаться в нормальном состоянии, чтобы окончательно не получить отказ от убийцы. — Тут обычные лечебные дряни не помогут, нужно переливание, — каннибал не хотел помогать ему, всей своей душой не желал даже делать одолжение. Но его желание «подлатать» человека становилось сильнее его. Ведь это даже, в какой-то мере, успокаивало. Маньяк который раз оглядел тело девушки, прислушиваясь к сердцебиению. Всё такое же слабое. — У тебя есть кровь? — маньяк застыл на месте. Его злость отступила на задний план, теперь он надеялся, что парень всё же согласится. Каннибал перевёл взгляд на него, подавляя желание разразиться истерическим смехом.       «Всё же этот придурок может быть покладистым, двуличный идиот». Иногда, каннибал восхищался его быстрой сменой настроения. В какие-то моменты это всё же необходимо, а у него не всегда так получалось. — Обижаешь, — каннибал не стал долго оставаться в комнате, особенно с тем, кто не умеет контролировать себя, поэтому резко развернулся и вышел, направляясь в свою подопытную, чтобы взять всё необходимое оборудование.        Его путь не занял много времени. Он открыл дверь, и не захлопывая её, ворвался в операционную. Как только он подошёл к шкафчику с лекарствами, каннибал прислушался. За следующей дверью лежала Джесс, и кажется, она уже в сознании. Притаилась… он ухмыльнулся, взял несколько бутыльков с собой и вышел на кухню. Его терзало желание заглянуть к своей жертве, и вот он уже сдвинулся с места, как всё же остановился. Что-то подсказывало ему, что ей нужно дать время, после чего может начаться что-то весёлое. Парень некоторое время глядел на дверь, обдумывая некоторые детали. Потом он выхватил из холодильника один пакет с кровью и всё это сунул в глубокие карманы своей кофты. На выходе из подопытной взял штатив для переливания и направился в другую комнату, к своему «лучшему другу».        Притащив всё необходимое, маньяк подошёл к столу, где всё так же лежала измученная девушка. Парень вновь схватил её руку, чтобы попытаться найти вену и как следует провести процедуру. Её руки были изрезаны ножом и исполосованы ударами этого психа. Убийца недовольно глянул на него. Тот опять уселся в своё излюбленное кресло и наблюдал за процессом. Только теперь он тёр свой отвисший подбородок рукой, будто раздумывал, что очень ему не свойственно. Почувствовав злой взгляд каннибала, он приподнялся и подошёл ближе к столу. — Что-то не так? — спросил он, подходя ближе к девушке.       Он посмотрел на её изгиб руки, как каннибал поглаживал большим пальцем крупный порез. Парень совсем не понимал, что от него сейчас хотят. Оба стояли недовольные, особенно псих, который всегда бесился, когда не понимал претензий. Он проследил за рукой маньяка, как каннибал стал прорываться пальцем прямо в рану, пытаясь найти ту самую вену, которая бы оказалась не тронута ударами ножа. Артерии были слегка повреждены, из них пульсацией вытекала светлая кровь, а мелкие капилляры уже потеряли свою функцию обмена веществ между кровью и тканями, поэтому тело девушки было совсем бледное. Каннибал просунул палец под кожу и всё же почувствовал ту самую не тронутую венку. Прощупывая её вдоль руки, он удостоверился, что прав, после чего закончил своё обследование. — Ты изрезал все её вены, но благодари себя за то, что я всё же нашёл неповреждённую, — каннибал поднёс руку к лицу, нюхая запах крови. Это вновь стало пробуждать аппетит, но он не стал слизывать её с пальца, чтобы вновь не видоизмениться, поэтому просто вытер её об свою чёрную толстовку. — У тебя же есть «волшебное зелье», — сказал вдруг псих, который так яро наблюдал за процессом каннибала.       Это зрелище очень сильно возбудило его, он вдруг захотел так же залезть под кожу девушки. Его улыбка вновь стала шире, открывая его зубы. Он представлял, как может сделать это после того, как всё закончится. Какое-то время он глазел на тот самый порез и улыбнулся своим ехидным мыслям. Заметив недовольный взгляд каннибала, он отошёл на метр от стола, делая вид, будто совсем не думал о чём-то подобном. — Это «волшебное зелье» не предназначено для твоих жертв, — резко отрезал парень и отвернулся от психа, подходя к своему штативу для капельницы. Как же он его раздражал. Но сейчас убийца приступит к одному из своих любимых дел, и тогда сможет немного успокоиться. Парень в белой толстовке нахмурил брови, вглядываясь в синюю маску маньяка.        Каннибал достал из кармана пакет с кровью. Её было не много, даже крайне мало для подобного случая. Приходится идти на крайние меры, и тогда маньяк достал перочинный нож из кармана и сделал совсем маленькую дырочку в полиэтилене. После открытия крышки бутылька, он влил туда немного чёрной жидкости, которая быстро размешалась с кровью в пакете, а после вставил в проделанное отверстие тоненький шланг капельницы.       Дождавшись, когда тёмное вещество растворится, он подкатил штатив к столу. Осталось вновь обнаружить вену и найти самое подходящее место для иглы. Вновь просовывая свой длинный палец в рану, он уже без труда находит ту самую нетронутую венку и прощупывает её под кожей девушки. Нагнувшись ближе, убийца медленно ввёл иглу в изгиб руки. — Почему именно в вену? — вдруг спрашивает парень, который наблюдал за всем этим процессом.       Он заметил, как каннибал сосредоточен для этого дела и как профессионально он может сделать то, что кажется уже невозможным. Когда парень мучил её несколько часов назад, он понятия не имел, что уже изрезал её почти до смерти, именно поэтому ему и пришлось просить об одолжении каннибала, дабы не распрощаться с девушкой столь быстро. Он мысленно осознал, что не отличается особой терпимостью, и при любой вспышке злости готов убить свою жертву, не забыв перед этим помучить её. Исходя из этого факта, он бы не осилил задания Главного. И именно поэтому всю ночь он не мог унять свою злость.       Тем временем каннибал был вовлечён в процесс. Как только он вставил иглу и пустил кровь, он наблюдал, как реагирует тело девушки на такое резкое изменение. Она смирно лежала на столе, всё так же не подавая никаких признаков жизни. Убийца схватил её руку, отсчитывая удары сердца. Всё такое же слабое, но более умеренное. Это уже хорошо. Бросив руку на стол, он схватил её за подбородок, разглядывая глаз, который лопнул от сильного удара. Глазное яблоко треснуло в уголке и из него вывалилось немного плоти. Потеря зрения и открытая рана для инфекции… — Я ввожу это в вену, чтобы процесс был быстрее, — сказал тихо каннибал и готов был закончить диалог с парнем, но его непонимание отчётливо отразилось на его лице. Он хмурил брови и пристально глядел на маньяка, будто тот заговорил с ним на непонятном языке: — Ты всё равно не поймёшь, — отрезал убийца и продолжил дальше наблюдать за девушкой. Парень же напротив него почесал затылок, хмыкнув что-то про себя, и отошёл от стола на небольшое расстояние.        Каннибал вновь вернулся к выбитому глазу. Наклонившись к лицу девушки, он внимательнее осмотрел глазное яблоко. Оно начало желтеть. Неужели инфекция? Убийца медленно надавил на глазную мышцу, и из лопнувшей раны выделился жёлтый гной. Каннибал вновь уничтожающе посмотрел на парня, который скрючил своё лицо от увиденного. Он и сам знаком с такой проблемой, когда гной скапливается в открытой ране, после чего возникает угроза заражения крови. Он неосознанно провёл пальцем по своим надрезам на щеках, будто пытался удостовериться, что на данный момент у него ничего подобного нет, и он тщательно обработал свои разрезы. — И что ты будешь с этим делать? — резко спросил псих. Такая ситуация стала очень сильно напрягать его. Появилось острое желание убить девушку прямо сейчас и перестать что-то предпринимать, чтобы спасти её никчёмную жизнь. Он не хотел иметь дело с заражённой, и вообще ему противно осознавать, что у неё в глазу гной. Его передёрнуло как от неприятного прикосновения, после чего он поглядел на каннибала так, будто перед ним стоял волшебник с палочкой. — Удалю глаз, — быстро ответил каннибал и достал свой скальпель из штанов. Он не видел смысла медлить. Это стоит сделать как можно быстрее, пока у неё не началось заражение. И это стало очень сильно возбуждать. Он покрутил железный инструмент в руках, проверяя, годен ли он. Убедившись, что им можно работать, он приоткрыл её веки и навёл инструмент на мышцы глаза. — Погоди секунду, хочешь сказать, она будет одноглазой? — с расстановкой спросил парень. В его голосе слышалось недовольство и отвращение. Он не хотел, что бы его жертва была без одного глаза, так ещё с заражением крови. А если он подхватит что-то подобное? Каннибал убрал скальпель от лица девушки и устремил свой взгляд на парня. Он не понимал его возражение и столь удивлённого лица. — Есть другие предложения? — каннибал развёл руками в стороны, готовый в любой момент отказаться от своих услуг. В конце концов, это будет не его утрата.       Убийца сконфузился так, будто каннибал предложил ЕМУ удалить глаз. Он почувствовал злость и безысходность, опять эмоции стали подкатывать к его груди, как тяжёлый груз. Это вновь начало перерастать в гнев, именно поэтому он продолжал держать нож в руке, как за спасительный рычаг. Но он всё так же с неодобрением поглядывал на жертву, потом вновь посмотрел на маньяка, медленно качая головой. — Разве твоя жижа не поможет это исправить? — он указал пальцем прямо на глаз девушки, потом отдёрнул руку, как от огня, боясь, что этот гной перейдёт к нему.       Каннибал злобно усмехнулся. Его начала раздражать нерешительность, ребячество и эта заносчивая игра, которую он так любит разыгрывать. А сейчас же он смотрит на него и ждёт ответа на вопрос. Убийца сжал кулак, представляя, как бы он ударил по его уродливой роже, но в дальнейшем сдержался от подобных мыслей. — У неё началась инфекция, мне надо удалить источник заражения, пока это не перешло в кровь, а моя «жижа» инфекции не лечит, — сдержанно ответил каннибал, поглядывая на лицо парня.       Тот вновь нахмурил брови, и маньяк стал злиться из-за его глупости. Он уже знает это всё, зачем вновь переспрашивать? Столько раз он выручал его, лечил от заражения, которое постоянно появлялось из-за того, что этот придурок любитель порезать себя не дизенфицированным ножом. Он использует его, как орудие для убийства, а потом режет самого себя, своё любимое лицо, даже не ведая того, что на ноже может находиться такая зараза, отчего тот может получить разные заболевания, которые даже и не вылечить. Идиот. И сейчас вновь эти тупые вопросы. — Ладно, делай, — бросил парень, воткнув свой нож в деревянную дряхлую тумбочку. Он громко выдохнул, а потом опять повернулся к каннибалу, который уже склонился над девушкой, готовый начать свою любимую работу. — А откуда у неё взялась инфекция? — спросил он. После секундного молчания послышался медленный и раздражённый выдох каннибала. Он чуть ли не зарычал от такого тупого вопроса этого психа. Если бы под рукой был тяжёлый топор, он бы с радостью запульнул его прямо в него. — Пораскинь извилинами, идиот, — каннибал решил, что сейчас он наконец-то отвяжется от него, соизволит оказать услугу и заткнётся. Но он никак не мог начать думать, эмоции подавляли его состояние размышлять. Маньяк увидел, как он подошел ближе и выпрямился. — Не понимаю, — каннибала раздражала его наигранная тупость.       Маньяк готов был воткнуть скальпель ему в горло, только чтобы он перестал его донимать, или же он сейчас же всё бросит, и пусть урод разбирается с этим сам. Челюсть психа поджалась, он сжал свои разрезанные губы. Это было уже не остановить, либо он сейчас же должен прийти в себя, либо он вновь начнёт свои приступы истерики. Каннибал обошёл его, схватил воткнутый им нож и покрутил в руке. — Ты безмозглая тупица, — он резко взмахнул рукой в сторону и полоснул ножом по руке парня, отчего тот резко отскочил от каннибала. Его покосило назад и тот почти столкнулся с бетонной стеной. Он яростно смотрел на рану, которая быстро заполнялась кровью и стала пропитывать рукав белой толстовки. Псих оглядел убийцу напротив. Тот стоял неподвижно и с наслаждением наблюдал за недоумением этого идиота. Взгляд раненного психа говорил о том, что тот был готов наброситься на каннибала, несмотря на то, что его нож у него. Он уже было поддался вперёд, но каннибал сам воткнул оружие в тумбочку. — Это твой источник инфекции, — он указал пальцем на лезвие ножа. Парень остановился и некоторое время тупил взгляд прямо в ту сторону, пока не почувствовал злость, которая яростно затуманила его голову. — Ты охуел?! Ты меня так заразишь и… — Джефф, ёбанный идиот, заткнись! Ещё одно слово и с этим будешь разбираться сам! — каннибал ударил ногой деревянную тумбу, чтобы выплеснуть всё раздражение, что скопилось за несколько минут рядом с этим психом. Тумбочка отъехала от своего места, прокатившись ближе к стене. Если он издаст хоть какой-нибудь шорох, маньяк убьёт его прямо на месте в его же чёртовой комнате.        Джефф осёкся и отступил на шаг от разъяренного каннибала, при этом не забыв одарить его гневным взглядом. Челюсть поджалась, отчего скрипнули его зубы. Убийца держал руку на ране, чтобы хоть как-то унять небольшое кровотечение. Каннибал же стоял напротив него, сжимая кулаки. Он хотел расквасить его морду, но моментально отвернулся от парня, возвращаясь к девушке, которая уже приобрела розоватый оттенок кожи. Такое улучшение состояния жертвы радовало каннибала, поэтому он быстро залюбовался своим делом, совершенно позабыв о маньяке, который стоял позади него.       Джефф, не долго думая, подошёл к одной из своих полок и взял оттуда чистый спирт в бутылке. Откупорив крышку, он сразу полил жидкость на рану, издав тихий стон от щипучей боли. Этот звук привлёк внимание каннибала, и он обернулся, разглядывая спину маньяка. И был полностью счастлив, что хоть сейчас он не включил истеричку и соизволил вспомнить, что делать при ранении. Каннибал ухмыльнулся, радуясь тому, что теперь он точно от него отстанет, поэтому склонился над девушкой, достал скальпель и приготовился к работе.        Схватив верхнее веко за длинные ресницы девушки, он оттянул его как можно дальше и завернул его во внешнюю сторону. Парень вновь надавил на глаз, но гноя уже не было, вытекала только тёмная кровь. Медленно выдохнув, он подвёл скальпель к уголку глаза, прямо к началу глазодвигательной мышце, и стал медленно отсекать эту мышцу от глазницы. Пробитое место стало медленно опускаться всё ниже и ниже, а струйки крови нетерпеливо потекли по бледному лицу девушки. Маньяк резко дунул на место разреза, отгоняя ненужную кровь, которая закрывала обзор операции. Убийца медленно и сосредоточенно продолжал отсекать, пока не добрался до самого главного.       Он прошёлся по всей площади слизистой скальпелем и только потом отсёк глазное яблоко от самого зрительного нерва. В итоге хрусталик глаза опустился вниз, это означало, что глаз совсем перестал контактировать. Каннибал воткнул скальпель рядом с лопнувшем местом и вытащил яблоко из глазницы. А ведь он даже для еды не годится, придётся только сжечь. Или вновь поиздеваться над идиотом.        Когда каннибал закончил операцию, он с глазом на скальпеле повернулся к Джеффу. Тот сидел на своём кресле и разглядывал свою раненную руку. Он будто не заметил маньяка, который смотрел на него. Только спустя несколько секунд почувствовал пристальный взгляд и поднял голову. Он увидел, как пробитое глазное яблоко было насажено на кончик металлического прибора, и психа чуть не вывернуло на изнанку. Парень вскочил с кресла, чтобы уже вновь что-то съязвить, но почему-то замолчал. Не хотелось ему бесить каннибала, чтобы ЭТО не прилетело прямо в него. — Не хочешь оставить в качестве сувенира? — каннибал помахал скальпелем с глазом перед психом, открыто демонстрируя свой результат работы. Он от души улыбался, наблюдая за лицом убийцей, как его челюсть немного отвисла и забавно качалась вместе с глазом. Каннибал чуть не рассмеялся, пока парень пытался щурить свои обгорелые веки, но его глаза выдавали его с потрохами — ему очень противно. — Да пошёл ты, себе на завтрак оставь, — Джефф опять сел в кресло, оставляя каннибала стоять рядом со столом. Убийца же просто пожал плечами, на самом деле плевать на это никчёмное заражённое мясо. Он тряхнул скальпелем над столом и глаз плюхнулся на поверхность рядом с головой девушки.        Они оба пробыли в комнате ещё некоторое время. Каннибал внимательно наблюдал за кровью, что скопилась уже в пустой глазнице и медленно вытекала, скатываясь каплями по шее. Эта жидкость гипнотизировала убийцу и он понимал, что очень сильно хочет крови, хотя бы крови. И не обычной, а той самой девушки, которая лежит у него в подопытной. Никогда он так прежде не мучил себя, если хотел — брал, а тут приходится воздерживаться. Это чувство некого запрета, постоянный запах именно этой плоти — как деликатес, которым не так просто насытиться. И эта терпеливость стала угнетать, постоянно вызывая голод и жажду, а плоть другого человека не на долго приглушало это желание. Мысль о том, чтобы впиться в её тело и высосать немного крови — так сильно возбуждали, что ему хотелось прямо сейчас сорваться и пойти сделать это.        Также в его груди медленно зарождалось непонятное чувство. Должно что-то произойти, отчего будет и хорошо и плохо одновременно. Но он не особо понимал, к чему это. Почему его чувства так сильно взбударажились? Парень отошёл от стола, чтобы перестать смотреть на девушку, но она не позволила так быстро её покинуть, так как издала какой-то протяжный хрип. Оба парня повернулись на звук и подошли к столу.        Девушка едва ли пошевелила головой, после чего задвигала челюстью, будто хлебала воду. Казалось, что она хочет что-то сказать, но не может. Глотка пересохла, а её тело сдавливала сильная боль. Она находилась ещё в некотором пространстве, не совсем пришла в себя. Девушка медленно повернула голову в сторону, отчего кровь в глазнице быстро скатилась по её скуле. Голос вновь стал хрипеть, слова были непонятны, но второй глаз она всё ещё не открывала. — Долго она ещё просыпаться будет? — Джефф стоял рядом с её головой и внимательно наблюдал за её пробуждением.       Каннибал ничего не ответил, только задрал её футболку до груди, проверяя раны. Они медленно, но верно затягивались, откликаясь на такое своеобразное «лечение». На животе был разрез, оставленный ножом психа, и сейчас он срастался, почти не оставляя на теле видимых следов. Фингал на лице тоже белел, а глазница уже не так сильно кровила. Остальные разрезы не заставили себя долго ждать, поэтому действовали точно так же, как и другие — медленно заживали. — Если вновь доведёшь её до такого состояния — помогать не буду, — каннибал просверлил взглядом лицо парня, отчего тот уменьшил свою кровавую улыбку. Не понравилось ему такое заявление, ведь справляется он со своими вспышками агрессии очень тяжело. Именно поэтому убийца в основном импровизирует и делает всё быстро и беспощадно, совершенно не давая себе времени на раздумье.        Джефф выпрямил спину и серьёзно задумался. Он и сам это понимал, но эта жертва его так сильно раздражала своей слабостью, что он просто не мог держать себя в руках. Именно поэтому, в глубине души ему хотелось как можно быстрее прикончить её, и чтобы живое тело больше не мельтешило перед глазами. Парень отошёл на некоторое расстояние от стола и заглянул на свою тумбочку. Где-то там лежали таблетки, которые ему дала медсестра Энн. Может стоит вновь попробовать?        Но не успел Джефф хоть немного поразмышлять, как девушка уже открыла глаз и стала что-то бормотать. Парень подошёл к столу, внимательно вгляделся в её запуганное лицо. Казалось, будто девушка в бреду, её оставшийся глаз бегал по комнате, а бормотание становилось всё громче. Она вцепилась в запястье каннибала, будто он был её спаситель, но маньяк лишь откинул руку от себя. Тогда Мери перевела взгляд на Джеффа, который стоял прямо за головой и одаривал её своей бесподобной улыбкой. Так они смотрели друг на друга ещё некоторое время, пока лицо девушки не изобразило испуг. — Доброе утро, — сказал Джефф и стал растягивать свою разрезанную улыбку шире. Девушка резко закричала, одновременно присаживаясь на столе.       Но реакция психа оказалась быстрее, поэтому он схватил её за шею сзади, и сдавив ей трахею, вновь уложил её на стол. Удар черепа об дерево был приглушен и не слишком сильным, но это заставило Мери замолчать и потеряться в пространстве. Девушка попыталась убрать руку маньяка, но убийца держал её достаточно крепко и смотрел на каннибала, будто ожидал его приказов для дальнейших действий. Но маньяк даже не обратил внимание на это представление, он развернулся в сторону двери и прислушался. Но Мери продолжала мычать и предпринимать попытки освободиться, мешая каннибалу сосредоточиться на звуке. — Проверь дверь, — быстро сказал он и подошёл к Джеффу со стороны. Парень отпустил шею девушки и поглядел на убийцу весьма недоуменным взглядом. Как только Мери почувствовала облегчение, предприняла ещё одну попытку закричать, но каннибал не стал с ней возиться, ударив её голову об поверхность стола. Она быстро заткнулась и обмякла, а каннибал подошёл к её руке и выдернул капельницу из вены.        Тем временем Джефф открыл дверь своей подопытной комнаты, и его взор упал на девушку, которая стояла посреди коридора и испуганно смотрела на него. Парень окинул её внимательным взглядом, пока та ошарашенно шагала назад подальше от него. Он улыбнулся и с восхищением смотрел на её реакцию, но девушка лишь вжалась в стену и не смогла ничего вскрикнуть. — Джек, тут твоя сбежала! — раздался голос Джеффа, но каннибал так и не услышал шагов, которые бы отдалялись. Неужели стоит? Ошарашена?        Убийца прислушивался к той ситуации, которая приобрела такой неожиданный поворот. Два чувства слились в один унисон: злость и задор. Прекрасный шанс немного поиграть. Он замотал шланг от капельницы и повесил его на штатив, а сам отправился к двери. Только он приблизился к выходу, псих посоветовал его жертве бежать и как можно быстрее. И только после этого он услышал, как Джесс убегает. Он моментально выскочил в коридор и обернулся. Каннибал увидел, как мелькнула её фигура возле входа на лестницу. Маньяк посмотрел на парня, который тоже провожал девушку взглядом, выглядывая из-за косяка входа. Они переглянулись, обмениваясь некоторыми мыслями, после чего Джек двинулся по коридору.        Пока он не спеша шёл вдоль большого коридора, его нюх обострился и учуял кровавый запах, который распространился по всему помещению. Аромат этой девушки сводил с ума, и парень чувствовал, как просыпается азарт в груди. Он едва сдержался, чтобы не видоизмениться, так как кровь провоцировала его на голод, а его жертва только и истощала этот запах, который вновь просочился в лёгкие. Так он дошёл до той самой двери и вошёл в неё, быстро поднимаясь по ступеням вверх. Открыв большие двери в холл, он оглядел гостиницу, в которой никого не было. Его взгляд внимательно прошёлся по каждой мелочи, по каждому предмету, подмечая, что Джесс в этой комнате нет.        Тихие судорожные вдохи выдавали девушку с потрохами, поэтому Джек быстро оглянулся на кухню. Расправив плечи, он медленными шагами стал приближаться к той самой стене, за которой стояла его жертва и так отчаянно пыталась скрыть своё нахождение. Каннибал чувствовал, как та боялась, как дрожит её хрупкое тело и как тяжело ей давались попытки не выдавать своё рваное дыхание. Он остановился в метре от входа, играясь с её страхом и паникой. Улыбка всё же расползалась по его лицу, как бы он не старался относиться к этому серьёзнее. Всё же это великолепное чувство — знать, что ты уже в выигрыше.        Маньяку надоело ждать, поэтому он пересёк вход. Но признаться, он не ожидал, что Джесс сделает такую быструю, но бесполезную попытку напасть на него с ножом. Он моментально перехватил её руку, которую она занесла для удара в бок. Убийца посмотрел ей в глаза, в которых читался отчаянный страх. Она на секунду онемела, не зная, что ей делать дальше, поэтому девушка пнула его, и к счастью, не промахнулась, так как попала прямо в пах каннибалу. Инстинкт парня, которого бьют прямо между ног, среагировал, и убийца поджал колени, слегка склоняя туловище вниз. Этого отвлекающего манёвра было достаточно, чтобы Джесс вырвала руку из захвата и с лёгкостью воткнула лезвие ножа прямо в плечо каннибалу.        Дикий рык раздался на всю кухню, отчего девушка ошарашенно отбежала назад, быстро оборачиваясь на парня, который смотрел на неё с огненной яростью. Она не стала выжидать дольше, поэтому вновь побежала к тем дверям, из которых недавно забежала сюда, в гостиную. Джек наблюдал, как она опять убегает. Он выпрямился, посмотрел на плечо, из которого торчала рукоять, и быстро вынул его. Это было не больно, но неприятное чувство, что ей удалось его обыграть, раскатилась по телу, вызывая нескончаемую злость. Чёрная толстовка впитала тёмную кровь, а рана стала быстро затягиваться. Сжимая нож в кулаке, маньяк томно выдохнул и двинулся вслед за Джесс. //Pov//Джесс//        Меня жутко трясло. Рука, которая недавно держала нож, будто онемела. Никогда в жизни я бы не сделала подобного, что учудила несколько секунд назад! Это самооборона, чёрт её возьми! От этого дыхание спёрло так, что его стало очень сильно не хватать. Ноги сами несли меня к большим дверям, даже сквозь острую боль перелома я выбежала из комнаты. Звериный рык этого маньяка застрял у меня голове, и продолжался на протяжении всего моего побега. Он невероятно зол, это было логично, именно поэтому я бежала, совершенно не обращая внимания на боль.        Я перестала чувствовать всё тело, когда забежала на второй этаж. Возвращаться в подвал было самоубийством. Только я преодолела последнюю ступеньку, как споткнулась и упала ничком на пол. И только после этого поняла, как всё болит: голова, череп, нос, живот, нога — всё тело. У меня не было сил даже вздохнуть, в висках бил назойливый молоток. Я бы так и осталась лежать, если бы не услышала, как хлопнули двери внизу, на первом этаже.        Преодолев себя, я встала и быстро пошла вдоль коридоров. Второй этаж казался огромным, с различными поворотами, а двери были расположены так, что они практически находились друг напротив друга. И это помещение было более опрятнее и уютнее, нежели те стены подвала. Светил яркий свет, поэтому мои глаза болели, так как не успели привыкнуть к такой резкой смене освещения. На наружных стенах здания были встроены большие окна, за которыми красовался ночной лес, а из-за гор медленно вставало солнце. Первые лучи уже пробились сквозь густые ветки деревьев и врезались в стекла, ещё ярче освещая этот лабиринт из коридоров. Было бы неплохо выпрыгнуть из них, но если я это сделаю, то просто не переживу.        Приближающие шаги вынули меня из раздумий, поэтому сразу двинулась прямо. Хромая, я стала всматриваться в двери. На них располагались цифры и имена каких-то людей. Вот только это были не имена, скорее прозвища. Я остановилась у одной из дверей, судорожно оглядывая коридор, чтобы никто не смог увидеть меня. Стояла тишина, слышны только размытые шаги, которые явно следовали за мной по пятам. Паника вновь стала набирать обороты, я позволила себе расслабиться хотя бы на минуту, думала, что если я смогу ранить того урода, то он отстанет от меня, тогда почему он так уверено шагает ко мне? Я присмотрелась к надписи, которая гласила, чья эта комната — «Бессердечный Лу». Кто это? Я быстро прошлась дальше: «Тим Маски», «Тики-Тоби», «Стив Потрошитель»…        Шаги становились громче и чётче, поэтому я попыталась возобновить бег. До поворота осталось несколько метров, но лампочки, которые расположены на стенах, выдали мне тень, которую я не успела разглядеть. Она быстро приближалась, поэтому я резко остановилась и оказалась зажатой с двух сторон. Мне некуда было бежать, поэтому я отворила первую попавшуюся дверь и зашла туда. Сделав шаг назад, я наступила на что-то эластичное, казалось, это было что-то живое.       Но стоило мне сделать ещё несколько шагов, как я замоталась в каких-то жёлтый ярких нитях и упала на пол. Они обвили моё тело, будто змеи. Казалось, они специально делали так, чтобы я вообще не смогла пошевелиться. Тогда я попыталась снять их с себя, но это было бесполезно. Только когда я замерла, нити ослабли хватку и у меня получилось освободить руки. Поглядев на свои ноги, я заметила, как на перемотанной ноге заструилась кровь. — Чёрт, — еле слышно прошептала я. Поэтому нога так болела, она кровоточила. Схватившись за ляжку, попыталась старым методом успокоить боль. Пока я сидела некоторое время без движений, нити окончательно расслабились и практически сами развязали моё тело. Аккуратно сменив позу, попыталась медленно присесть на одно колено.       Вдруг возле двери кто-то бесшумно остановился. Быстрое дыхание чего-то живого не дало мне понять, кто именно стоял за стеной. Подняв голову, я заметила в щели под дверью, что это был явно не человек. Существо прошлось вдоль прохода, будто раздумывая над чем-то, но вскоре остановилось. Оно заскулило и принялось царапать дверь, чтобы как-то её открыть. Я была спокойна, зная, что дверную ручку ему точно не повернуть, но существо было умнее, чем я предполагала. Оно встало на дыбы и начало предпринимать попытки отворить дверь.       Я как можно быстрее попыталась выползти из кома нитей, что находились вокруг моего тела. Вскоре последняя жёлтая верёвка отстала от меня, и я смогла быстро доползти до входа. Только я коснулась деревянной двери, как увидела, что она в итоге приоткрылась и из щели вылезла большая красная лапа. Оперевшись о косяк, существо хотело толкнуть препятствие и войти, но я тут же навалилась спиной на дверь и прижала пушистую лапу между стенами. Существо сразу заскулило. Оно предприняло ещё одну попытку войти, вновь задёргав ручкой и скребясь об дерево, но вскоре затихло.       Облегченно выдохнув, я бессильно завалилась на пол. Тело адски ныло, я устала и очень сильно хотела спать. Ко всему прочему ко мне прибавилась жажда, моя глотка сильно пересохла, а привкус крови стал моим спутником. Тошнило, голова кружилась. Расслабившись на пару минут, я обвела комнату взглядом, подмечая, насколько же она странная. В комнате было светло из-за светящихся жёлтых ниток, которые просто свисали с потолка помещения. Они медленно извивались, готовясь обвить живое тело, как удавы. Рядом со мной болтались эти чертовски-красивые верёвки, но меня они не трогали, бессмысленно двигаясь прямо надо мной.        Мой взгляд перешёл на окно. Я не могла толком увидеть, что за ним находиться, но, скорее всего, там опять лес. Спустя пару секунд моего лица коснулся луч солнца. Он медленно проскользнул по моему телу, будто накрывал меня невидимым одеялом. От этого мне стало так хорошо, будто вся боль на мгновение отпустила меня. Казалось, из-за этого слабого света я сейчас проснусь в своей кровати, на кухне мама готовит завтрак, а в скором времени прозвенит будильник, напоминая, что мне пора идти в университет. Осознав, что мои веки непроизвольно закрылись, я их открыла. И эта реальность вновь навалилась на меня, больно вернув меня в этот кошмар, а блёклые лучи уже не спасали ситуацию и моё состояние.       Мой покой прервали шаги, которые всё ещё преследовали меня. Существо, которое, видимо, сидело там, снаружи, куда-то побежало, и больше я не слышала бег больших лап. У меня нет сил, я не могу подняться. По лицу покатились горячие слёзы, вновь и вновь напоминая, какая же я сейчас слабая. Тяжёлые шаги приблизились. Был выбор — вновь зажать дверь собой или всё же открыто принять своё поражение. Мой план побега не удался, я не смогла. Понимая, что такая как я ему не помеха, просто еле как поднялась на ноги, прошлась в дальний угол комнаты и притаилась в нём, ожидая скорейшей кончины. //Pov// Автор//       Джеку не составило труда найти свою жертву, сильный аромат вёл его сквозь эти большие коридоры, которые он уже заучил наизусть. Медленно шагая по помещению, он вслушивался в каждый её шаг, давал ей фору, чтобы у неё была обреченная надежда на спасение. Перед тем как завернуть в один из коридоров, каннибал услышал хлопок двери, а следом донеслись скулящие звуки. Выглянув из-за угла, он увидел большую собаку, которая царапала деревянную дверь своей массивной когтистой лапой. Хозяину этой комнаты точно не понравятся такие узоры на его двери.       Ухмыльнувшись под маской, он спокойно приближался к той самой комнате, где затаилась девушка. Слегка присвистнув, чтобы обратить внимание собаки на себя, парень еле слышно щёлкнул пальцами, отчего пёс резко навострил уши. Встав на свои четыре, он поглядел на каннибала. Оставаясь в раздумьях, животное долго не решалось на определённые действия. Джек махнул ему рукой, давая понять, что псу здесь больше делать нечего. Собака не хотела уходить, но смотря на грозный вид маньяка, всё же быстро убежала в другом направлении.       Когда собаки и след простыл, каннибал остановился прямо перед дверью, вновь вслушиваясь в звуки за стеной. Девушка ушла вдаль комнаты. Медленно отворив ручку, Джек вошёл внутрь. Стоило ему сделать шаг за порог, как жёлтые нити тут же удлинились, быстро спускаясь с потолка. Несколько из них крепко обвили руки маньяка, зажали колени. Каннибал замер, ожидая, что эти верёвки наконец отпустят его. Спустя пару минут, когда «жёлтые змеи» не дождались сопротивления, они ослабли, медленно расплетая свои узлы. Убийца пошевелил конечностями, разгоняя кровь по телу, и медленно двинулся сквозь густые яркие лианы. Они болтались рядом, едва ли трогая его чёрную толстовку, перегораживая путь и путаясь под ногами.       Стоило парню чуть ближе подойти к углу комнаты, он сквозь нити увидел девушку, которая от страха вросла в стену и неотрывно смотрела на него, наблюдая за тем, как он двигается прямо к ней, зажимая большой нож в руках, тот самый, который она в него воткнула. Девушка жалобно всхлипнула, будто уже молила о пощаде, хотя он пока что к ней не притронулся.       Наблюдая за её эмоциями, за страхом и отчаянием, парень оглядел её, подмечая, что она совсем ослабла. Чувствуя её беспомощность, каннибал сделал ещё шаг, чтобы она потеряла контроль от ужаса. Джесс тряслась и плакала, постоянно закрывая глаза, и это начало раздражать каннибала. Раздражение сменилось злостью, а после злости пришёл ненасытный голод, который мучил его уже несколько часов. Сжимая нож в руке, он поднял его вверх, открыто демонстрируя девушке, насколько она глупа, и что она проиграла в этой схватке. Джек увидел, как Джесс медленно сглотнула, и как её гортань зашевелилась. Маньяк впился взглядом в это зрелище, обдумывая, что именно сейчас этого хочет.        Выронив нож из ладони, Джек подошёл к девушке почти вплотную. Он чувствовал, как его лицо начинается видоизменяться и этот процесс было уже не остановить. Слишком сильное желание перебороло всё его упорство. Каннибал видел, как напряжены её мышцы. Она ожидала удара. Улыбнувшись под маской, он всматривался в её ярко-зелёные глаза. Невольно вспомнив, что несколько минут назад он удалял глаз её подруги, его нутро ещё больше прогнулось, он был готов пожирать её прямо здесь и сейчас.        Главное — не переборщить и не убить, иначе он и сам будет мёртв. Учуяв тухлую кровь, маньяк оглядел её волосы. Они уже не были такими пышными, как на фотографии, или даже вечером в её доме, они слиплись от крови, марая светлую футболку. Но каннибала это ни за что не остановит. Он протянул к ней руку, отчего Джесс резко дёрнулась, закрывая голову руками и стараясь защитить себя от удара. Джек грубо схватил её кисти и откинул вниз, давая понять, что это ей не поможет. После чего он убрал кровавые локоны с её шеи и провел своими пальцами по сонным артериям, подмечая, как сильно бьётся её пульс.       Схватившись за подбородок своей маски, он оттянул её вверх, оголяя наполовину своё видоизменённое лицо. Несколько языков тут же задвигались в волнообразном движении, медленно удлиняясь и приближаясь к лицу девушки. Джесс будто по-настоящему онемела, глядя на этот кошмар такими безумными глазами, что каннибал едва ли сдержал злорадную ухмылку. Джек открыл рот ещё шире, чтобы до конца показать свою настоящую сущность. Оголяя свои острые зубы, он подвигал челюстью, чтобы девушка окончательно потеряла реальность и поняла, что она действительно попала в самый настоящий запоминающийся кошмар.       Ужас так и застыл на лице Джесс, она даже не могла издать звук, просто пялясь на это зрелище. Джек не стал давать ей время оправиться от шока и быстро вонзил свои зубы прямо в шею девушки, протыкая их всё глубже в мясо. Девушка закричала, пытаясь оттолкнуть его руками или пнуть ногой, но каждое движение отдавалось адской болью. Её мозг сконцентрировался на боли, которая была нестерпима, поэтому её тело быстро обмякло. Каннибал издал довольное мычание, будто тигр, который наконец поймал добычу и вонзил клыки прямо в тушу.       Чувства каннибала были неповторимы, так как он высасывал её кровь с такой ярой жадностью, что тело жертвы моментально ослабло и стало медленно скатываться по стене. Придержав её за плечи, он попытался ещё глубже впиться в неё. Именно это и послужило тому, что руки Джесс обвисли, ноги подогнулись и она окончательно потеряла сознание. Сделав ещё пару глотков прекрасной крови, Джек не удержался и оторвал кусок мяса от её шеи. Он зажевал её плоть, вновь рыча от удовольствия. И когда он проглотил этот деликатес, его тело покрыла сладостная волна. Томно дыша, он всё же отпустил тело девушки и оно с грохотом упало на пол, прямо к его ногам. Каннибал был в экстазе, совершенно забыв, что он находиться даже не в своей комнате.        Такое сладостное послевкусие было у него давно, и теперь он вновь испытывает это. Джек задрал голову, смотря на нити, которые умиротворённо свисали рядом с ним, разделяя яркий оргазм от утолённого голода. Каннибал ещё некоторое время не мог собраться с мыслями и вернуться в реальность, но всё же пришлось прийти в себя. Потихоньку принимая свой нормальный облик, он посмотрел вниз, на Джесс, которая лежала у него в ногах. Укус на её шее обильно кровоточил, поэтому кровь безостановочно текла.        Маньяк нагнулся к её телу, вглядываясь в лицо. Глаза девушки всё ещё были скошены, поэтому каннибал закрыл веки рукой. Он чувствовал, что сейчас сюда вернётся хозяин комнаты и будет очень не доволен данной ситуацией. Поэтому парень взял девушку на руки и поспешил покинуть комнату, по пути проклиная эти жёлтые нити, которые продолжали лезть к нему и путаться под ногами, застилая весь обзор.        Как только он шагнул за порог, перед ним уже стоял хозяин комнаты. Он нахмурил брови и злобно оглядел каннибала и девушку, которые так неожиданно и неприятно появились на пороге его комнаты. Укус на шее жертвы тут же прицепил внимание парня. Вглядываясь в кровь, которая всё ещё безостановочно стекала на пол, он медленно облизнулся. Голова девушки безжизненно висела, отчего захотелось привязать нить к её шее и подёргать это слабое тело. Почувствовав недовольный взгляд каннибала, он посмотрел на Джека. Его окровавленные губы говорили о том, что в его комнате произошло что-то интересное, но вот только его не устраивало, что данный инцидент произошёл именно в его чёртовой комнате. — Это что такое? — с агрессией начал было парень, но как только посмотрел на поджатые губы каннибала, ослабил свой пыл. Тот тоже начинал злиться и, похоже, сейчас он не настроен на какие-либо объяснения. Два парня уставились друг на друга, будто ожидали, что кто-то из них начнёт говорить и расскажет какого чёрта. — Забежала к тебе погостить, — вдруг сказал Джек, готовый пойти обратно в подвал, чтобы оставить девушку там, где её место. Парень проводил его очень недовольными жёлтыми глазами, которые сменили цвет на тёмно-оранжевый.       Поправляя свою шляпку на чёрных волосах, его взгляд устремился на царапины, оставленные кем-то совсем недавно. Судя по всему, это был тот самый пёс. Устало выдохнув, парень даже не почувствовал злости. Он лишь прикинул предположительное событие, которое произошло в его комнате. Но сегодня он был не в настроении вновь что-то обдумывать, потому он просто пошёл отдыхать.