Ох... "Не жизнь, а сказка"

       Как только хрупкое тело девушки полностью отключилось, безликое существо подняло её на длинные руки с помощью векторов, бережно укладывая исхудавшую Джесс у себя на полу-оголённой груди. Её голова медленно опустилась на ворот серого плаща, а её руки заботливо были положены на живот. Безликий поправил длинные русые волосы жертвы, убирая надоедливые пряди с бледного лица. Уголки его губ растянулись от вида милой и красивой девушки.       Существо поглядело на комнату, откуда она только что вышла, и чуть схмурило брови, показывая явное недовольство. Ему не нравилось, что именно она находиться в руках безжалостного каннибала, но с другой стороны, это разожгло нездоровый азарт в голове. Попытаться украсть жертву у самого Безглазого Джека - всё равно, что оказаться на грани смерти. Зная, что ему это практически не грозит, существо ехидно оскалилось. Такого опыта у него ещё не было.        Подобрав красивую манящую розу, что лежала на полу, существо покинуло дом. Безликий двинулся глубоко в лес, с помощью щупалец убирая свисавшие хвойные ветки елей. Солнце едва освещало лес, лишь изредка пробивая яркие лучи сквозь густые ветки сосен. Девушка без колебаний лежала в руках существа, пока тот без каких-либо сложностей двигался по лесу, выучивая наизусть каждое дерево, куст или свисающую ветку, что так и наровилась сорвать его любимую шляпу с головы. Придерживая щупальцем головной убор, Безликий остальными гибкими помощниками расчищал себе путь, будто лес сам помогал ему плавно передвигаться по шелковистой траве, и казалось, будто деревья сами прибирали густые ветки, чтобы хозяин леса прошёл вперёд.        Двигаясь по густому тёмному лесу, Безликий завернул за огромную пышную ель, щупальцами поднимая большую пушистую ветку с земли. Она открыла обзор на огромный железный люк. Доставая ключи из-под пазухи плаща, существо быстро открыло замок, что закрывал вход для посторонних, и спустилось на толстую ступеньку, захлопывая крышку над собой и подперев её толстым шпингалетом с внутренней стороны подвала. Спустившись по крутой лестнице с крутыми ступеньками, Безликий нажал пару включателей на стене и комната озарилась ярким оранжевым светом.        Вновь оглядев свою любимую комнату, что показывала его истинные пристрастия, Безликий довольно улыбнулся, нарочно прижимая очередную жертву плотнее к себе. Стены, что покрашены в красный цвет, придавали не только уют, а также будоражили нутро хозяина комнаты, отчего его фантазии становились более красочными, и он хотел воплотить их в реальность.        Роскошная кровать стояла практически в углу комнаты, освещаемая бледным желтым цветом с помощью встроенных светодиодами на стенах, а тоненькие шторы мягко обволакивали пастель со всех сторон. Рядом с кроватью, в стороне, красовалась ярко-коричневая тумбочка, а на ней стояли тоненькие зажженные парафиновые свечи, что излучали приятный аромат туберозы. Этот насыщенный запах распространился по всей комнате, и Безликий учуял любимый аромат ещё издалека, при входе в подвал. Это заставляло его поторопиться, ибо возбуждение из-за эротического запаха свеч быстро начало пробуждаться внутри существа, и он почувствовал, как интенсивно твердеет его орган на бёдрах и как разжигается страстный огонь в груди.        Положив девушку на шелковистую кровать, существо обернулось, чтобы поглядеть на комнату задумчивым взглядом, и позволить фантазии проявить себя. Идея не долго приходила в его развратную голову, поэтому он быстро подошёл к шестам, стянув со стены пару кожаных ремней. С двух сторон находились железные бряжки, и Безликий быстро застегнул их к двум параллельным перилам, тем самым создавая некий "кожаный" мост. Приделав ещё пару таких ремней, получилось что-то на подобии качелей, что напоминали больше лежанку из ремней. Проверив на плотность и эффективность своего креатива, а именно обойдя качели по периметру, существо довольно покивало головой.        Удовлетворив уникальную идею и развратную фантазию, существо двинулось к постели, к спящей девушке, что так мило лежала на его кровати и мирно сопела в подушку. Безликий склонился к бессознательному телу, а после приблизил лицо к тоненькой шее, пытаясь уловить индивидуальный аромат девушки. Сначала он почувствовал мужской гель для душа, отчего он даже разозлился, но сквозь него пробивался такой приятный и нежный запах женского тела. Но среди сладкого аромата пробивался совсем иной запах. Тогда Безликий взял девушку за подбородок, чтобы рассмотреть её лицо получше. И тут он заметил, что на её тоненькой шее скальпелем выцарапаны инициалы Безглазого Джека.       Существо сжало губы в полоску, это уже совсем никуда не шло. Этот урод её пометил! Сначала он испытытал жуткое раздражение, отчего захотелось задушить девушку, но развратный азарт только прибавил острых ощущений, опасности и игры. Потому существо удовлетворенно улыбнулось и село на кровать, слегка дотрагиваясь длинным пальцем по впалой щеке жертвы. Ему не нравилось, что она настолько изувечена ещё свежими синяками и гематомами, но порой и он прибегал к насильственным мерам, ибо девушки не всегда хотят так, как хочет он. Но сейчас у него не злое и не принужденное настроение, поэтому он был недоволен, что девушка так исхудала за несколько дней в подопытной комнате каннибала. Но приходится довольствоваться меньшим.        Оглядев её элементы одежды, он так же испытал небольшое разочарование: мужская длинная футболка, предназначенная для этого мудака-каннибала. Существо недовольно фыркнуло, проклиная убийцу, а потом взяло нож, чтобы разрезать столь неприятную одежду, что соприкасается с его жертвой. Схватив воротник футболки, он резким, но аккуратным движением резанул шов, а после, чтобы отогнать надоедливое раздражение, сам рванул майку в стороны. И вместо того, чтобы увидеть прекрасное и сексуальное тело девушки, Безликий заметил огромный широкий шрам на весь живот, что начинался от груди и уходил вглубь лобковой кости. Он был шокирован, не отнимая взгляда от столь ужасного увечья. И ему стало жаль, не Джесс, а своё ожидание, что он не сможет испытать визуального наслаждение от жертвы.       Но когда он взглянул на грудь девушки, он похабно улыбнулся. А вот это уже другой разговор. Он положил руку на тонкую талию и стал поднимать ладонь выше, медленно проходясь пальцами по каждому торчащему ребру. Его это тоже не особо завело, но гладкая кожа девушки всё равно давала эффект нежности, и его это сильно возбуждало, а особенно маленькая аккуратная миниатюрная грудь, что завлекла всё его пристальное внимание и навязчивые мысли.       Хоть Джесс и была в отключке, её тело отозвалось на умелые прикосновения существа, и её соски заметно затвердели, и это не могло ускользнуть от внимания Безликого. Он хотел прикоснуться к ним, покатать горошинки между пальцев, но сейчас он не хочет делать этого, пока девушка во сне, поэтому он сдержал острое желание сжать маленькую грудь в огромных ладонях.        Тело Джесс вдруг неожиданно слегка дернулось, и девушка резко выдохнула, будто пыталась отогнать от себя приятные ощущения. Она стала потихоньку приходить в себя: девушка медленно перекатила голову на подушке, потом поерзала туловищем по кровати, после чего по её телу прошла дрожь, и появились мелкие мурашки. Безликий продолжал сидеть на кровати и наблюдать за её неконтролируемыми движениями. Он снова оглядел её тело, как маленькие мурашки покрыли ее руки, а после перебрались на туловище, охватывая живот, а потом грудь. От холода соски девушки окончательно затвердели, и это зрелище подстегнуло существо как можно быстрее начать действовать, ибо волна острого возбуждения накрыло и его тело, отчего он соскочил с постели, так как его член издал болезненный импульс.        Чтобы хоть немного унять жуткое возбуждение, Безликий подошёл к стене и отцепил пару жестких наручников. Сначала он хотел сразу нацепить их на запястья девушки, но потом резко передумал, остановившись рядом с качелями. Мельком глянув на своё изобретение, он подошёл к двум перилам и всё же застегнул наручники на них. Перестав медлить с действиями, он подошёл к кровати, ещё раз пробегаясь похабным взглядом по голому телу Джесс.       Девушка будто почувствовала, как её рассматривают, ибо резко дёрнула головой в сторону, пытаясь скрыться от пристального взгляда, что так и заставлял её тело неконтролируемо дёргаться на кровати. Безликий затронул её исхудавшее лицо длинным пальцем, чтобы убрать выбившуюся прядь волос. Голова Джесс снова дёрнулось, девушка совсем не понимала, что за странные ощущения она получает на данным момент, ибо то, чем её усыпили, не давало ей окончательно прийти в себя и осознать суровую реальность. Томно дыша над искалеченным телом, существо нервно поправило свой плащ, который стал сдавливать его разгоряченное тело.       Безликий уставился на нижнее бельё, так как сейчас этот элемент одежды закрывал самое сокровенное, то самое, что он сильно возжелал. Поэтому он быстро сел на кровать, аккуратно отодвигая её худую ножку в сторону, а сам уселся между её бедер. Схватив края шортиков, он медленно стянул их, не сводя глаз с её сокровенного местечка. От одного только вида его член под плащом дернулся, давая понять хозяину, что больше не может терпеть такие издевательства и требует разрядки.        Отогнав от себя назойливые мысли, Безликий встал с постели. Он не хотел торопиться, хоть и понимал, что времени у него немного. Тот, кому навязали эту девушку под "опеку", скоро заявиться, и ему явно не понравиться, что делают с его жертвой. Существо аккуратно взяло девушку на руки и понесло к своему изобретению. Положив её почти невесомое тело на кожаные ремни, он поправил их, чтобы в будущем ей было удобно, и взял её руки, чтобы по обе стороны от головы застегнуть их в наручники. Голова девушки повернулось в сторону, и вновь волосы закрыли ее исхудавшее лицо. Безликий быстро откинул надоевшие пряди, и взяв девушку за подбородок, глянул на неё в упор. Возле носа красовались кровавые подтёки, что медленно сходили на скулы, а под глазами остались жёлтые фингалы от сломанной перегородки. И даже не смотря на изувеченное личико, в его голове всплывало знакомое лицо, что-то на подобие дежавю. Хмыкнув, безликий всё же оторвался от нее, выпрямив спину.       Неожиданно он вспомнил то, что ему на ум приходило кое-что ещё. Подойдя к стене, где стояла небольшая тумбочка с несколькими отделами, он открыл один из выдвижных ящиков и взял чёрную анальную пробку, самую маленькую, что у него есть. Она была покрыта специальной мягкой резиной, чтобы анальный проход не был подвержен грубому прикосновению. Пробка имела розовый камушек в виде сердечка. Представив, как она будет смотреть в попке девушки, эрогированный член существа ещё болезненнее дёрнулся, от чего безликий поморщился, стараясь сбавить острое возбуждение.       Быстро подойдя к ещё отключенной девушке, безликий выпустил векторы из спины. Обхватив ими ноги под коленями Джесс, он раздвинул их чуть шире, приподнимая её бедра выше, чем они должны быть. То, что он видел между её стройных ножек, завело его уже не на шутку, поэтому он не сдержался и дотронулся до худых бёдер рукой, поднимая ладонь всё выше к заветному месту.        Безликий чувствовал, как наливается жар по телу, а его ладонь буквально горела, особенно остро он почувствовал это, когда коснулся прохладной нежной кожи девушки. Дойдя до её ягодиц, он опять не удержался и коснулся пальцем её складок. От такого его член горел, пульсировал так, что готов был уже извергаться. Слегка лизнув пробку длинным языков, безликий поднёс её к аналу девушки, и не церемонясь, начал вставлять пробку внутрь, медленно продвигая её глубже. И когда он достиг самой широкой точки, мышцы сфинктера сами обхватили тугой наконечник. Камушек тут же украсил красивые худенькие ягодицы Джесс. Поняв, что возбуждение уже не уймётся, существо положили ладони на внутренние стороны бёдер и сам ещё шире раздвинул ножки девушки. Его член стал каменным, начал пробиваться сквозь складки кожаного плаща. Он понимал, что больше не может сдерживаться, поэтому Джесс нужно привести в чувство как можно скорее. ***       Джек стоял возле стены больницы во внутреннем дворе, в тени, что скрывала его полностью от посторонних глаз. Вслушиваясь в монотонные голоса полиции, парень старался из-за всех сил вникнуть разговор доктора и начальника, но его интуиция буквально заглушала его слух. Он никак не мог сосредоточиться на разговоре, ибо учащённое сердцебиение стучало в груди, глухие удары доходили до самой головы и заглушали посторонние звуки. Интуиция, как огненный хлыст, хлестала по напряженному телу, говорила, кричала уходить, бежать, возвращаться в дом. Но проклятое задание Главного лишали его повиноваться собственному голосу и ринуться прочь. Нельзя нарушить его, иначе последствия будут необратимыми, каннибал точно не может так рисковать. И сейчас он должен выяснить, что помнит раненная девушка. Чертов урод, если бы не этот больной псих, он бы сделал всё под чистую, никто бы не остался в живых.        Эмоции выводили его, интуиция бешено била по голове. Стукнув кулаком об стену, Джек смахнул капюшон, будто ему перестало хватать воздуха. "Чёртова шлюха, в какую передрягу снова попала эта дрянь? Вернусь и голову отрежу!" пронеслось в голове у каннибала. Когда он сдерживал себя от голода, кажется, его злость не была такой сильной. А теперь его распирает от гнева. Нет, сначала он расправиться с тем, кто на неё покусился. Но вот кто? Он нервно перебил рукав толстовки, будто наркоман, что остался без очередной дозы. Парня так ломало, что он готов был накинуться на кого угодно, оторвать голову, вспороть брюхо или же просто бежать со всех ног по дороге, лишь бы заглушить второй голос в голове.       Пытаясь привести в себя хоть как-то, он схватил себя за волосы, слегка натянув корни вверх. Оперившись о стену, он глубоко вздохнул, прислушался к себе и точно всё понял. От осознания он чуть не зарычал, но подавил в себе животный рык. "Мразь" - пронеслось у него в голове, но лучше не стало. Его сердце чуть утихло, слух снова вернулся и каннибал перестал поддаваться собственной панике. "Чему быть, тому не миновать" - попытался он успокоить себя. Но чертово послушание, некая зависимость от Главного заставляла его так злиться.       Прошло время, как убийца понял, что перестал вслушиваться в диалог. Тряхнув головой, парень попытался сосредоточиться. Он разберется чуть позже, сейчас главное - выжившая девушка. Эшли. Та самая скромняшка, что так испугалась вида его маски в комнате Джесс. Он обязательно её убьёт, но позже. Сейчас он хочет послушать лишь то, что она говорит, и как полицейские будут задавать каверзные вопросы, чтобы попытаться убедить саму пострадавшую, что она тронулась головой и испытала постравматический шок. Джека это даже повеселило, он слегка улыбнулся и это придало ему сил поскорее закончить данное задание. *** — Вам не стоит долго говорить с ней, она ещё не поправилась, да и у неё явные признаки шока, — говорил высокий доктор, когда заводил полицейских в палату девушки.       Стройный мужчина в круглых очках недоверчиво посмотрел на толпу полицейских, что так яро рвались к пострадавшей, прикрываясь вежливыми репликами и обещаниями, что не сделают хуже. Врач нервничал, перебирая пару листков бумаги на планшете. Исподлобья посмотрел на детектива, на Джона, что стоял в стороне всей толпы и с сочувствием поглядывал на доктора. Врач отвел взгляд от него и наткнулся на другой, весьма устрашающий и такой самодовольный. Скай, что стоял позади Джона, оскалил свою ехидную улыбку, отчего доктор дёрнулся, как от ослепившего света. Резко поморгав глазами, он снова глянул на агента. — Мы не долго, всего пару вопросов, — сказал начальник и поспешил войти в палату.       Слова Лема отвлекли врача, который ошарашено смотрел за спину Джону. Детектив заметил испуганный и застывший взгляд доктора, потому обернулся назад, ожидая увидеть приведение. Но не увидел никого, кроме Ская, что очаровательно улыбался доктору и пытался выглядеть высокомерно и одновременно дружелюбно. Ни минуты не мешкаясь, врач всё же отошел на шаг в сторону от прохода, чтобы позволить полицейским войти в комнату.       Врач сразу закрыл дверь в палату девушки, стоило только Скаю зайти последним. Джон медленно подошёл к кровати, на которой лежала раненная девушка. Увидев бледную, побитую и будто умершую подругу дочери, Джона будто снова накрыло ледяным страхом. Воспоминания снова болезненно врезались в голову, заставив мужчину вспомнить не только ужасающие картины убийств, но и чувства, что он испытал, когда пытался спасти жизнь Эшли.       Сердце Джона застучало бешено, отчего ладони вспотели, а на лбу пробилась испарина, будто мужчину положили под раскалённое солнце. Его дыхание сбилось, ему хотелось отвести взгляд, чтобы отогнать нахлынувшие эмоции, но он не смог. Его глаза впились в лицо девушки, ему на миг показалось, что оно не подаст никакие признаков жизни. Но глаза Эшли распахнулись, и сначала она будто не поняла, что произошло, но потом всё же поглядела на детектива, не выражая никаких эмоций.        Её глаза выглядели уставшими, сонливыми, будто потеряли весь интерес к жизни. Её тело было накрыто белой простыней, чтобы укрыть девушку от любопытных взглядов. Казалось, она будто не узнаёт отца Джесс, но потом её пересохшие губы дернулись: то ли она пыталась улыбнуться, то ли просто разлепила их, чтобы начать диалог. Но из её уст не вышло ни одного звука.       Девушка вдруг обвела всех взглядом, будто пыталась понять, почему эти люди пришли к ней. Когда она попыталась пошевелить головой, она вдруг дернула рукой, в которой стояла игла и в вену вводила лекарство, точнее антибиотики от предотвращения инфекции. От резкого движения её рука заболела, отчего она скорчила нос, будто выпила горький напиток. Она шумно выдохнула, терпя мимолётную боль. Как только тишина в палате стала оглушающей, Эшли посмотрела на Джона, пытаясь сказать ему молящим взглядом, чтобы ей пояснили, что тут происходит. Детектив приподнял уголки губ, имитируя поддерживающую улыбку, после чего посмотрел на начальника, что стоял в стороне и наблюдал за девушкой. — Эшли, нам нужно, чтобы ты помогла нам, — начал из далека Лем, пытаясь как можно меньше упоминать про убийства и ранение девушки. Начальник даже сам растерялся, но позже на его лице появилась жесткость, что показывала его серьёзные намерения задать девушке как можно больше вопросов: — Нам нужны Ваши показания… — но он вдруг остановился, как бы прерывая свою просьбу. Упоминать про убийства было опасно для морального состояния девушки. Ему, как начальнику, было необходимо выведать как можно больше информации, но пристальное внимание детектива останавливало его, ибо понимал, что если спросит лишнее, то существует большая вероятность того, что они уйдут ни с чем. — Ты сможешь нам помочь? — аккуратно спросил Джон у девушки, что наблюдала за всей ситуацией. Она посмотрела на него непонятливым взглядом, но сообразить с чем именно она может помочь так и не успела. Но всё же ее брови дернулись, будто она хотела покивать, но вместо этого лежала смирно, будто её тело парализовано. — Вы...? — девушка попыталась произнести слово, точнее задать вопрос, но тут же зажмурилась, слегка откашливаясь. Её голос хрипел, будто её легкие пропитал густой дым и сжег всю слизистую глотки. Её лицо схмурилось, а глаза слегка побагровели. Левая рука, что смирно лежала по другую сторону, потянулась к перевязанной ране. Ей было больно шевелиться, даже произносить какие-либо звуки, всё напряжение отдавало в живот, к ране. — Мы зададим вопросы, просто подтверждай, хорошо? — спросил опять Джон, вымучено глядя на бедную девушку, на подругу её дочери. Эшли кивнула головой. Детектив увидел, что она заволновалась, ибо сжала мягкую простынь возле себя. Её глаза забегали от одного полицейского к другому, будто не ожидала, кто начнёт задавать вопрос. — Если станет невыносимо или плохо, скажи сразу, — попросил её Джон, и тогда только осмелился присесть на стул, на котором стояла железная миска с использованным шприцом. Взяв ее в руки, мужчина переставил ее на тумбочку, чтобы при следующем визите медсестры, девушка не забыла унести и утилизировать использованное оборудование. — Скажи, вы собрались у нас дома, чтобы провести время? — спросил Джон, аккуратно, как бы слегка напоминая о событиях той ночи. Может раньше ему было бы неприятно осознать, что друзья Джесс собрались у них дома, когда они отсутствовали, но сейчас, это казалось такой мелкой шалостью. Эшли встревоженно посмотрела на Джона, на отца Джесс, а после опустила взгляд вниз, как бы показывая, что ей не ловко, или ей стыдно, что так всё произошло.  — Эшли, я не ругаться собрался, - вновь сказал Джон, вновь привлекая её внимание. Девушка снова посмотрела на измученного мужчину, у которого вокруг глаз образовались темные круги от недосыпа. Девушка вдруг поняла, для чего он пришёл с этими людьми.       Девушка ещё некоторое время вглядывалась в него. Её лицо вдруг стало краснеть, а глаза наполнились влагой. Сейчас она поняла гораздо больше, чем в начале их встречи. Она тут же быстро закивала головой, как бы давая ответ на его вопрос. Джон кивнул, посматривая на остальных полицейских, что так внимательно наблюдали за их полу немым разговором. — Джесс жива? — быстро спросила девушка с хриплым голосом. Джон также приободрился, когда услышал ее голос. Хотел бы он знать ответ на ее вопрос. Эшли вглядывалась в мужчину, будто читала его как открытую книгу. Он молчал, что навевало на нее очень плохие мысли. Не может быть. - Её похитили, - досадно ответил Джон, расслабляясь на стуле. Он держался как мог, чтобы не психануть и не выйти из палаты, его эмоции перерастали в жуткую тревогу. Он не может потерять самообладание, ибо его холодная голова нужна как никогда. Девушка поникла от его слов, точнее затерялась где-то в пространстве. Она взвела глаза к потолку, будто смогла бы увидеть местоположение Джесс. - У нас остается всё меньше времени. Эшли, - сказал Лем, чуть ближе подходя к её кровати, - Нам нужна твоя помощь. Чем больше ты расскажешь, тем больше ты нам поможешь, - серьезно проговорил начальник, слегка поджав подсохшие губы. Он мог надавить так, что у потерпевшей не оставалось выбора. Либо помогаешь, либо жалеешь себя и молчишь. Девушка не дурочка, потому она снова кивнула, давая свою готовность к вопросам. — С чего всё началось? — спросил вновь Лем. Его брови опустились, он хмурился, ожидая тяжелого рассказа от Эшли.       Но девушка вдруг растерялась, хотела что-то сказать, но не могла из-за боли, что сопровождала ее каждый раз, стоило ей начать говорить. Она взмахнула рукой, как бы прося время на ответ, но настойчивое лицо Лема заставило ее паниковать, потому она повернула голову в сторону Джона, что недовольно наблюдал за жесткими мерами начальника. - Она не расскажет так много, ей тяжело, - Джон вдруг поднялся со стула, подойдя к кровати. Он встал напротив Лема, взглядом приказывая ему закончить задавать такие вопросы.       Начальника вдруг пробрала такая злость, что он был готов начать отчитывать Джона прямо сейчас, но потом передумал. Не сейчас, точно не в палате пациентки. Мужчина агрессивно вскинул руки, отошел и сел обратно на стул, вальяжно развалившись на нём, ожидая бесполезных попыток выведать у девушки полезную информацию. - Успокойся, - сказал Джон, требовательно смотря на Эшли, что благодарно смотрела на мужчину, который избавил её от сурового мужика. - По порядку, - Джон опять присел на стул, пододвигая его к краю койки. - Судя по нашим уликам, в подвале мы обнаружили, что щиток с электричеством повредили. Скажи, у вас были перебои со светом? - спокойно спросил Джон, настороженно глядя на девушку. Эшли тут же замотала головой, подтверждая очередную теорию. - Кто-нибудь ушёл в подвал, проверить что случилось? - снова задал вопрос детектив.       Он продумывал каждый вопрос, исходя из логики. Он старался размышлять как подросток, и представлял себя на месте жертв. Конечно, они захотели проверить, что случилось с электричеством. Кто-то подрезал провод и весь дом резко обесточился. Коварный ход. Переведя темные глаза на Эшли, та снова закивала. Её губы оживились и она смогла произнести имена первых смельчаков. — Джесс и Метт, — она прохрипела, слегка корчась от не зажившей раны. Услышав имя дочери в сердце Джона что-то кольнуло. Сделав глубокий вдох, он постарался вернуться в чувство, которое помогало ему сконцентрироваться на более важный деталях, а именно на рассказе Эшли. Времени оставалось немного, поэтому мужчина заставил себя переключиться на историю, посмотреть на ситуацию со стороны постороннего человека. - Они не вернулись, так? - вновь спросил бывший детектив, строго посмотрев на девушку. Она снова кивнула. Эшли будто взбодрилась, она видела, что мужчина понимает её, она старалась произносить какие-то слова, но Джон одним взглядом заставлял ее не напрягаться. —Джесс..., она вернулась испуганная, — девушка постаралась говорить ровнее, без рваных вдохов, хоть и давалось это совсем тяжело. Но она понимала, что полицейские должны найти тех уродов и наказать за содеянное, потому перестала жалеть себя, и даже попыталась оторвать руку от живота, чтобы она не мешала говорить. Взглянув на мужчину, она увидела, что он вновь пытается её успокоить, но девушку было уже не остановить. Она мотнула головой и посмотрела на начальника, который с нетерпением наблюдал за их диалогом. — Потом Джесс ушла с Уиллом… больше они не вернулись, — сказала она, оглядывая всех со страхом в глазах. Вспоминать состояние Джесс совсем не хотелось, она впервые видела свою подругу в таком диком страхе. Но и пойти с ней тоже не решилась. Трусиха. - Что с ними? - вдруг спросила девушка, в упор глядя на отца Джесс, который стоял возле её койки и о чем-то усердно думал.       Он перевёл взгляд на Эшли, и его лицо изобразило такую горечь, что девушка за секунду побледнела. Её энтузиазм улетучился, стоило только прочитать горе любящего отца. Хоть она и не знала ответ, но на её глазах застыли слёзы страха в ожидании ужасного ответа. — Метт и Уилл убиты, — вдруг подал голос Скай.        Эшли моментально обернулась на того, кто ответил на вопрос, и её взгляд пересёкся с ледяными глазами, что так упорно смотрели на неё. Девушке совсем не хотелось разглядывать парня-альбиноса, потому что его стойка, лицо и осанка выдавали в нём в самоуверенного и загадочного парня. Хоть его внешность столь необычна, но почему-то от одного взгляда в его сторону в груди разжигалась огненная тревога. Демон вдруг очаровательно улыбнулся, но Эшли не почувствовала себя легче от его улыбки, стало только жутко. - Эшли, на вас напали? - спросил аккуратно Джон, чтобы не вызвать тревогу девушки. Она вцепилась глазами в мужчину, чтобы позабыть очаровательное лицо, что так обворожительно улыбнулось ей.       Девушка попыталась откинуть лишние мысли и страхи, и вспомнила ужасный момент. Её сердце забилось быстрее, будто она побежала по скоростной дорожке. Пальцы заледенели от ужаса, который она тогда испытала. Вцепившись в простынь на кровати, девушка попыталась выкинуть воспоминания из головы и говорить о них холодным голосом. — Да, — твердо сказала она. — К нам забежал парень, — её голос всё же дрогунл, девушка вновь окаменела и застыла, вспоминая образ того, кто забежал к ним первый, - Высокий, - она вспоминала, медленно, стараясь сконцентрироваться на внешности, вспомнить все детали. Но они были расплывчаты, будто перед ней стояла пелена. Страх. Из-за него она была не в состоянии запомнить все детали. - Он был в черной кофте, в капюшоне, - описывала она, смотря в одну точку. — Он бросился на Гарри, — сказала она. Девушка вдруг вспомнила, что именно он сделал с её другом и по её щекам потекли жгучие слезы. Она закрыла руками глаза, пытаясь скрыться от множества взглядов полицейских.        Губы Джона дрогнули от всхлипов девушки и он положил широкую ладонь на её голову. Медленными движениями он стал гладить её распутанные волосы, пытаясь успокоить. Он присел на край кровати, стараясь быть ближе к ней. Девушка содрогалась от беззвучного плача, старалась его подавить, но страшные картины перед её глазами всплывали неосознанно. Как этот парень потрошил Гарри прямо на ее глазах, как его кишки выпали прямо из тела и послушно сложились на пол, как спагетти. - Он был один? - спокойно спросил Джон, продолжая поглаживать девушку по голове. Она не сразу ответила. Вытерла руками слезы с раскрасневшегося лица, и не посмотрев ни на кого, замотала головой. - Был и второй, - ответила она, отчего начальник моментально взбодрился. Остальные тоже удивились, как оказалось, Джон был прав. Раннее выдвинутая им гипотеза оказалась абсолютно верной, ведь не мог один убийца унести сразу двух девушек. Лем покачал головой, наблюдал за детективом, как он старался успокоить Эшли, и в тоже время вытягивал с неё нужную информацию. - А он как выглядел? - тихо спросил Джон. — Ужасно, - тихо прохрипела девушка.       Вспоминать ужасающее лицо второго убийца оказалось ещё сложнее. Эшли даже подумала, а не в бреду ли ей померещился парень с разрезанными щеками до самых скул? Ведь она была так напугана, что её мозг мог сыграть с ней столь жестоко. Но она не поверила такой теории, потому что она видела его впритык, и когда она перестала чувствовать ноги из-за острой боли в животе, она продолжала смотреть на его выпученные пожелтевшие глаза.  — Его лицо, оно... изуродовано. Черные длинные волосы, - она показала рукой примерную длину, - Глаза большие, без век... а его рот... разрезан до самых скул, - говорила она, иногда показывая руками то, что рассказывала. — А ещё… он был в белой кофте, толстовке, — высказала она. — А дальше не помню, — проговорила Эшли и уперлась головой об руки. Она снова спряталась, вспоминать такое было сплошным мучением, это вызывало ледяной страх, ведь это лицо до сих пор мерещиться перед глазами, вызывая панику и ужас.       Подполковник записывал всё, что говорила девушка. Пока он записывал описание второго убийцы, он вдруг остановился. Он подумал, что девушка явно в бреду, ибо такого в жизни существовать не может. Как может человек быть живым без век и с разрезанным ртом? Он же не сможет спокойно функционировать. Тогда что за бред она несёт?       Райан вспомнил, что предлагал почитать Скай, агент, что так неожиданно прибыл к ним на расследование. Бросив едва заметный взгляд на демона, он увидел лёгкую улыбку на губах агента. Через секунду она ускользнула, и теперь его лицо выражало сосредоточенность и задумчивость. Что за странный тип? Улыбался на рассказ девушки, а теперь сидит и о чём-то думает? А может подполковнику показалось? Вдруг он так скривил губы от услышанного? Может это было и так, но всё равно нутро давало понять, что агент не так прост, как кажется. — Тот, что в черной кофте, у него была маска? — спросил Скай. Все вдруг посмотрели на него, как бы говоря, что он совсем идиот такое спрашивать. Ведь теория о Безглазом Джеке может и имела смысл быть, но как он может даже тут пытаться доказать свою правоту? Джон только посмотрел на Эшли, что явно задумалась над вопросом. — Да, у него была маска. Вроде тёмно-синяя, — сказала девушка. Эшли нервничала, но всё же она пыталась успокоиться, ведь она уже рассказала всё, что знает и помнит. Услышав про синюю маску, Джон чуть не задохнулся воздухом. Такого не может быть! Неужели действительно теория агента может оказаться правдой? И все слухи и видео в интернете тоже могут быть правдой?       Вдруг дверь открылась, на пороге стоял доктор. Он сложил руки в карманы халата и посмотрел на всех твердым взглядом. — Господа, вам пора, — он показал руками на выход. Полицейские, которые только выведали информацию, нехотя встали со стульев и пошли к выходу. Кто-то даже не успел задать корректирующие вопросы. Но все понимали, что время подошло к концу, да и Эшли разволновалась сильно. Джон ещё раз погладил девушку по голове, и сказав слова поддержки в пользу её здоровья, вышел вместе со всеми из палаты. *** - Сукин сын, - яростно прошептал каннибал, продолжая стоять под окнами палаты девушки. Сейчас его распирала такая злость, что кажется само нутро охватил самый настоящий пожар. Этот мудак решил подставить его, вывести полицейских на чистую воду. Безумная ярость захлестнула парня так, что он был готов не подчиниться разуму, броситься на выход из больницы и перебить всех к чертовой матери. Но нельзя вестись на поводу у гнева. Нужна холодная голова в данной ситуации. Ох, не поздоровиться же тебе, ублюдок.       Джек услышал то, что ему нужно. Сомнения Главного насчёт этого выродка подтвердились. Чёрт - он и есть чёрт. Ну ничего, раз убить его уже нельзя, значит будет страдать всю ночь. Только как жаль, что эта судьба палача достанется не каннибалу. Главный точно будет в ярости от подобных новостей, как бы и самому парню не попасться под его горячую руку. Джек был готов следовать за детективами обратно в участок, ведь его задание ещё не закончено, но вдруг сердце пропустило кульбит, а нутро будто ожило, говорило бежать, вернуться домой. От такого переживание каннибал почувствовал себя дурно, а потом резко вспомнил, что его жертва снова вляпалась в неприятности.       Вот же тупая девка!        Джек застыл на месте, не решаясь покинуть территорию больницу, но и не решаясь взять направление в дом. Главного и так ждёт неприятный сюрприз, так ещё покинуть задание без его дозволения может оказаться роковой ошибкой. Парень зарычал, метясь между двух зол. Спасти вновь эту девчонку, которая по своей же тупости вышла из его комнаты и ослушалась его? Выбор был очевиден, но его чувство собственичества не давало сделать правильный выбор, ведь он потом может не собрать себя по частям, но с другой стороны он предупреждал Главного, что может сорваться в любой момент. Хотя Хозяин сказал, что ему нет дела до его чувств. Джеку захотелось выть от безысходности.       Парень простоял возле здания ещё минуту, наблюдая, как группа полицейских садиться по машинам, возвращаясь обратно в отделение. В глаза бросился белобрысый гад, который явно наточил на него зуб после происшествия в коридоре, и теперь вставляет палки в колёса самому каннибалу. Раз он теперь попался ему с поличным, значит пусть подвергается пыткам Главного, этого ему теперь не избежать. Плюнув на оставшееся задание, Джек рванул прочь от больницы совершенно в другом направлении от полицейских.        Каннибал натянул капюшон во время бега, после чего забежал во двор, пробегая мимо толпы людей. Из его головы никак не выходил образ Джесс, потому что ему нужно найти эту проблематичную дуру. Почему её нельзя просто убить? Она только раздражает, испытывает и портит все, включая задания Главного. В миг преодолевая расстояния от больницы до магистрали, Джек остановился возле трассы. Он не смог сориентироваться, в какую сторону леса ему бежать. Если она попала в какую-то западню, то она может быть как дома, так и за его пределами.       Сосредоточившись на ощущениях и прислушиваясь к своей интуиции, каннибал попытался нутром почувствовать, где может находиться девушка. Шум от автомобилей отвлекал, но он всё же смог уловить ощущение в теле, что подсказывало ему, куда следовать. Он не ощутил знакомого чувства надёжности, жестокости и хладнокровия, значит, Джесс не в доме. Но тогда где?       Каннибал чувствовал, что ему следует поторопиться, потому он ещё не определил, куда следовать, но зато он примерно уловил направление. Её не могли далеко отнести. Не долго думая, парень бросился через дорогу. Чувствуя приближение машин, он ловко уходил от скоростного движения транспорта, будто прозорливая змея, что преследовала свою добычу. Водители, что буквально ошалели от поступка ненормального парня, резко вдавливали тормоза прямо до пола, чтобы не сбить сумасшедшего до смерти. Послышался визг шин, как автомобили одни за другим либо экстренно тормозили, либо пытались объехать чокнутого парня. Машины начали засигналить, предвещая ДТП, в то время как каннибал продолжал бежать. Как только он преодолел одно направление машин, он тут же выбежал на другое, проделывая всё те же махинации.        Джеку оставалось всего пару метров, как его интуиция вдруг откликнулась с новой силой. Чувство отвращение накатили мощной волной, будто его облили горячей грязью. По телу пробежали мурашки, а чувство собственничества взлетело на такую высокую точку недовольства, что каннибала чуть не вывернуло от злости. Остановившись на трассе, каннибал оглядел гору, на которую ему ещё забираться. Мысленно подумав о своём питомце, он быстро соединился с ним. Убедившись, что он его услышал, Джек был готов продолжить путь.       Но синий джип резко завернул вправо, чтобы объехать вставшую на пути машину. Легковой автомобиль, который не увидел стоявшего парня из-за других крупных машин, стал резко тормозить, заворачивая на край дороги. И как только водитель легкового автомобиля увидел парня, который стоял по середине дороги, он засигналил, после чего ударил по тормозам. Но только было уже поздно, автомобиль сбил каннибала на большой скорости, отчего Джек отлетел на несколько метров по дороге.        Машина наконец-то остановилась, оставляя после себя смазанную черту от натёртых шин на асфальте. Благо другие автомобили не врезались в другие машины, иначе случилась бы глобальная авария. Лишь несколько легковушек остановилось рядом с лежащий каннибалом, который явно не собирался так быстро вставать. Джек даже не сразу сообразил, что его сбили. Открыв глаза, он увидел голубое небо, а на его маску падали раздражающие лучи солнца. Он не чувствовал боли, лишь странное ощущение в правом колене.       Парень присел, вглядываясь в свою ногу. Он совершенно не обращал никакого внимание на машины, которые затормозили из-за него, и не слышал, как водители спускали нецензурную брань в его сторону. Каннибал ловко поднялся на ноги, будто это не он отлетел на несколько метров после столкновения с машиной. Сделав шаг правой ногой, парень почувствовал, что его нога нестабильна, казалось, что вот-вот она сломается, подогнется как тоненький прутик. Пощупав своё колено, каннибал понял, что его коленный сустав выбит, он так и не встал на место.        В это время на дорогу вышел высокий лысый мужчина, агрессивно закрывая дверь своей белой лады и направляясь прямо к каннибалу. Убийца выпрямился, не успев даже помочь себе. На него двигался мужчина, который явно не собирался беседовать с ним по душам. Его нахмуренные густые брови не предвещали мирного разговора, а плечи вывалились вперед, что говорили о его готовности вмазать сумасшедшему парню прямо поддых. Джек бы мог уложить его в два удара, но на этой дороге было слишком много людей, слишком много свидетелей, особенно после того, как Скай рассказал полицейским об его существовании. Данная ситуация на дороге явно не пройдет мимо них, а значит нужно просто сбежать.       Мужчина подошёл совсем близко и толкнул Джека прямо в грудь. Каннибал едва не упал. Для парня толчок был не таким уж сильным, но из-за выбитого колена он чуть не потерял равновесие. Именно сейчас парень почувствовал неприятное ощущение в колене, будто кто-то тянул его за ногу, намереваясь оторвать голень от бедра. Чтобы окончательно заживить эту маленькую травму, ему нужно было вправить ногу, да только этот мужик не давал ему покоя, подходя слишком близко и каждый раз толкая его прямо на дороге. — Ты чё, мудак, не соображаешь, где бежишь? — агрессивно прокричал лысый мужчина, подходя к Джеку всё ближе, намереваясь глянуть в глаза сумасшедшего парня, чтобы окончательно убедиться, что он либо поставит всех решил, либо обдолбался тяжёлыми наркотиками, раз совсем не ведает что творит. Каннибал же поправлял свой капюшон, чтобы он ненароком не слетел с его головы.        Быстро оглядев зевак, что с удивлением наблюдали за их конфликтом, он заметил явные признаки испуга, сопротивления и непонимания. И каннибал понимал, почему люди так растеряны. Его сбила тормозившая машина на большой скорости, а он стоит почти невредим, так ещё бойко отстаивает свою сторону, не боясь скорой драки. Но убийца не мог оставаться тут долго и решать обычные дела глупых людей. Он резко наклонился, кладя руку на вывернутое колено, и тут же надавил в нужную сторону, отчего сустав противно хрустнул. Как только колено пришло в нужное положение, каннибал бросился прочь, перескакивая через одну тачку с помощью руки и отталкиваясь от крыши автомобиля, как голодный тигр.        Он чувствовал, как ему в спину устремилось несколько десятком удивленных глаз. Нужно быстрее скрыться. Добежав до горы, по которой он спускался, он пробежал вдоль неё, дабы найти не сильно крутой спуск. Как только он нашёл нужное место, он завернул за большое дерево, прячась в листве леса. Но каннибал не спешил ликовать, в его груди вертелся клубок негативных чувств, который всё больше наматывался: раздражение, злость, ярость, недовольство, тревога. Всё мешалось в одном стакане. Убийца бежал, полностью доверившись своей интуиции. Джек побежал на небольшой холмик, набирая большую скорость, а на невысоком обрыве прыгнул, приземляясь не на на траву, а на мохнатую спину зверя.        Животное не заставило хозяина долго ждать. Он слышал его команды, его твердый голос, что звучал в голове, как громкое наставление. Зверь набирал скорость, прыгал по холмам, перепрыгивая переплетенные корни мощных деревьев и через горные ручейки, которые сливались в небольших заросших болотах. Он несся так, что капюшон слетел с головы парня, обнажая каштановые волосы, что устремились назад под порывы ветра. Зверь будто летел, стараясь набрать необходимую мощь, а каннибал спокойно прильнул к мохнатой гриве существа. //Pov//Джесс//        Я стала приходить в себя. И это было не чувство пробуждение. Всё тело охватило странное чувство, а руки и вовсе не ощущались. Тьма в глазах рассеивалась медленно, и всё же я смогла приоткрыть веки, вновь окунувшись в те самые противные ощущение, когда ты приходишь в себя. Свет не сильно слепил, и всё же не давал мне полного комфорта для осмотра помещения. Кисти я вообще не ощущала, а руки болели так, будто их придавили огромные камни. Мне казалось, будто я в невесомости, от любого движение голова шла кругом. Кожа ощущала прохладные дуновения ветра, и это было не комфортно, потому что следом всё тело покрылось мурашками.        Попытавшись поднять голову, я вдруг поняла, что не узнаю место, в котором нахожусь. Бордовый потолок оказался зеркальным, и я увидела своё отражение. Сначала глаза подводили, ибо в них стояла сонная пелена, но потом я всё же разглядела себя. Моё тело не лежало и не стояло, оно будто парило в воздухе. Попытавшись повернуть голову, я увидела, как руки оказались буквально над головой, закованные в металлические наручники.       Мне невольно вспомнилось, как я лежала вот так на столе каннибала и буквально просила его о пощаде. А потом его страшная, внушающая ужас, синяя маска, а следом адская боль. Паника тут же подкатила к горлу, захотелось закричать, воздуха будто стало резко не хватать. В ничтожных попытках попыталась освободить руки, но всё было без толку. Тогда я попыталась осмотреться, неужели я опять в операционной, только в другом месте? Но я не успела, ибо заметила, что на мне вообще нет никакой одежды. — Нет, нет, нет, — прошептала я. Паника заполонила легкие, мне казалось, что я задыхаюсь. Я не понимаю где я, для чего меня сюда принесли и раздели. Подняв чуть голову, пыталась разглядеть, что за комната.       Она оказалась в тёмных красных тонах, некоторая часть стен обделана бордовым бархатом, до которого неосознанно хотелось дотронуться рукой. Не очень яркое оранжевое освещение придавала этой комнате какую-то романтику с нотками горячей страсти. Я даже растерялась. Я напрягла голову, чтобы охватить больше обзора, и тут увидела большую кровать, что занавешена розовыми шторками. Они закрывали её полностью, и только благодаря прозрачности ткани, можно было увидеть бордовый шёлк на матрасе. Другого мне не дано было увидеть, не позволяли скованные руки, да и тело находилось в шатком состоянии. Что всё может это значить? Неужели...? — Нет, — вновь вырвалось у меня. Но почему Джек притащил меня сюда? Неужели он собирается изнасиловать меня?       Холод пробирал всё тело вплоть до костей, я ощущала каждую молекулу воздуха. И только сейчас, принюхавшись, я ощутила тонкий аромат свеч, кажется тубероза. Он едва уловимый, я даже сначала не поняла, чем пахнет, то ли какими-то цветами, то ли экзотическими фруктами. Но сейчас запах почувствовала настолько остро, что защипало нос от предстоящего события. Что за романтическая встреча?        Сосредоточившись, я попыталась вспомнить, что произошло. Я была в комнате. А что потом? Чёрт, я не помню, что было дальше. У меня амнезия? Так. Должно же быть что-то. Попытавшись хоть немного расслабиться, я задумалась и напрягла мозги. Роза. Я помню красивую яркую розу, что лежала на полу. Но почему я не помню, что было между моими воспоминаниями? Меня похитили?        Прокручивая воспоминания вновь и вновь, я вспомнила, как я упала в руки к кому-то. Неужели каннибал меня усыпил? Он же ушёл на задание. Если не Джек, тогда кто? Я не видела, кто это сделал, но может тогда я смогу вспомнить ощущения? Если поверить себе и своим чувствам, то меня будто обволокли, будто что-то скользило по моему телу. Кто может дать подобные ощущения? И вот снова воспоминание, как я вешу над полом. Моё тело охватили мерзкие векторы, обвив моё тело и сдавив шею, и подвешали, как тряпочную куклу над землёй. Какой же страх я тогда испытала. Увидеть впервые такое чудовище, а потом и вовсе быть подвешенной на его мерзких щупальцах... Но раз ощущения похожи, неужели меня похитило то существо?       Когда я всё-таки осознала, кто меня похитил и для чего, меня охватила жуткая паника. Я непроизвольно начала дёргать руками, пытаясь как-то освободиться и помочь себе, но руки до того затекли, что я не ощущала своих пальцев. Тело раскачивалось на кожаных ремнях, а ноги не доставали до земли. Я извивалась как ужаленная змея, но всё было напрасно. Меня будто веревкой душили, отчего мой мозг подкинул ещё одно болезненное воспоминания, как я уже подвергалась попытке изнасилования, как набухший член одного из ублюдков встал прямо перед моим испуганным и распухшим лицом. Меня будто хлестали, тело само извивалась на подобных качелях. Мои мышцы сжались так, что непроизвольно сжался таз. И вдруг почувствовала что-то в своём заду, прямо в анальном проходе. Неужели я...? Замерев на месте, я пыталась прислушаться к ощущениям, но это было не то, что я подумала. Нет, я не обделалась. Но что-то явно мне сильно мешало и это что-то не давало сжать зад полостью. Это же не анальная пробка, так?        Дыхание спёрло, я больше не могла сопротивляться металлическим наручникам. Как бы не хотела, мне не выбраться. Страх заставил меня похолодеть, отчего руки стали затекать ещё сильнее. Попытавшись сжать пальцы, я не почувствовала ни одного мускула на ладонях. И что мне говорил Джек? Не выходить из комнаты. А я, дура, вышла. Он же меня на месте прикончит! Но я не помню, как вышла. В памяти чёрная дыра, всё будто как в тумане, и только алая роза разбавляет эту пелену. Почему цветок лежал на полу? Будто специально был адресован мне.       Тут я услышала быстрые шаги. Откуда они исходили, я не видела, но следом до моего слуха донесся протяжный скрип двери. Я вся застыла, леденящий ужас впился в меня как мерзкая пиявка. Неизвестный прошел до середины комнаты, что-то положил, и только тогда решил явить себя. Он был очень похож на то самое существо, чудовище, что я видела день назад.       Его рост был чуть ниже, практически как у высокого статного мужчины. Я не могла рассмотреть его лицо из-за большой шляпы, что краями закрывала его вплоть до подбородка. Он был одет в кожаный плащ, а воротник оголял его бледную грудь. Существо стояло прямо надо мной, и я всем нутром чувствовала его изучающий и довольным взгляд. Осознав, что я нахожусь голая, лежу на каких-то ремнях со скованными руками, мне стало так страшно, что мне кажется, я побледнела, и была похожа на живой труп. — Узнаёшь? — спросил он меня. Его голос был дразнящий, с нотками тембра, будто он ластился, как жаждущий любви кот. Он вдруг протянул мне красную розу, ту самую, что лежала тогда на полу перед дверьми комнаты. Он аккуратно повертел её в руках, после чего поднёс цветок прямо к моему лицу, отчего я непроизвольно вдохнула нежный аромат. — Я знаю, что она тебе понравилась, — вновь проговорил он, будто распел данный факт.       От его действий мурашки потекли по телу, стало опять холодно. Сердце начало наворачивать кульбиты, стучало как бешеное. Существо слегка ткнуло цветок прямо в мой нос, а после чего медленно повело бутоном по телу. Кожа будто отозвалась на нежное прикосновение, ибо я почувствовала каждый лепесток, что проходился от шеи до живота. Меня это так сильно напугало, что я дёрнула телом, чтобы отогнать его руку от себя, и чтобы оно перестало делать столь развратные вещи со мной. — Нет, — чуть ли не крикнула я, извиваясь на ремнях, лишь бы перестать ощущать эту розу, что явно пыталась настроить меня на то, чего я сильнее всего боялась. Неизвестный будто пошёл на уступок и убрал цветок от меня. Я взглянула на него, наровясь увидеть его лицо. - Не пытайся разглядеть меня, у меня всё равно нет лица, - проговорил он. Его голос был такой ласковый, что под ним невольно хотелось расслабиться, но всё же я была напряжена, как тетива, и не могла спокойно лежать на ремнях, пока надо мной стоит настоящий извращенец и видит моё обнажённое тело. - Перестань стесняться, тебе это ни к чему, - вновь пропел он как вальяжный кот, и всё же приподнял голову, чтобы я смогла увидеть его лицо.        А он действительно похож на то чудовище, с которым я знакомилась вчера. Он был точь-в-точь той же внешности, но всё же у него было явное отличие. У этого существа есть рот, губы которого искривились в пошлой усмешке. Я впервые сглотнула. От его вида меня вдруг начало трясти, и я не могла понять, от холода или от страха. Неужели именно он хочет изнасиловать меня в этой комнате? Судя по его одежде, все мои вопросы останавливались на нём. Выглядел он как самый настоящий извращенец, который только и хочет показать свои превосходства в сексе. Существо оскалилось, обнажая свои острые зубы. От ласкового кота остались только клыки, и я почувствовала, как дрожь в теле усиливалась. - Хочу быстрее познакомиться с тобой поближе, - пропел он, лукаво закусывая нижнюю губу. Я поняла, что он имел ввиду и постаралась повертеть головой в знак протеста, но он не уловил мою мольбу. - Дрожишь. От холода или предвкушения? - он резко опустился ко мне, прямо к лицу. От него пахло свежей хвоей и плавленным воском. Хоть у него нет глаз, я всем телом ощущала, что он смотрит, вглядывается в моё испуганное лицо и наслаждается моим страхом перед ним. - Пожалуйста, не делай этого, - попросила я, но внутри себя понимала, что он не послушает. Меня никто никогда не слушал, ни каннибал, пока резал мои внутренности и вытаскивал почку, ни извращенец, что собирается изнасиловать меня.       На мою просьбу он рассмеялся, непринуждённо и слегка глупо. Меня продолжала бить дрожь, глаза застилала пелена из слёз. По щеке всё же потекла слезинка страха и горя. Существо вдруг коснулось пальцем моей щеки, смахивая непрошеную слезу, отчего я дёрнулась как от удара током. - Не нужно плакать, иначе будет только хуже, - прошептал он и встал, оставляя меня лежать на ремнях.       Он куда-то отошёл, выдвинул какие-то ящики, потом прошёлся мимо меня, снова гремя какими-то вещами. Я ничего не видела, лишь поднимала голову в надежде разглядеть, что он делает. Но он не заставил меня долго ждать. Существо снова показало себя, только в его руке что-то было, но я не могла увидеть, что именно. - Это хлыст, - сказал он, демонстрируя мне тонкий хлыст, на кончике которого был кожаный лоскуток, который был предназначен для шлепков. Боже... Я неосознанно повертелась на качелях, будто это могло спасти меня. Тело дрожало, будто меня били током. Дыхание снова спёрло, от паники я не знала куда деться. Я стала чаще дышать, не зная, куда себя деть. Мне всё казалось сном, что я вот-вот проснусь.        Из подобного состояние меня вывело два удара хлыстом, сначала по животу, потом ляжке. Я вздрогнула, да так сильно, что руки чуть не вывернула. Жгучие удары по коже будто рассеяли мою панику, привели в чувство. Страх никуда не ушёл, всё так же сидел в груди и заставлял моё сердце стучать как бешеное. Я ошарашено посмотрела на безликое существо, что похабно улыбалось. Места, по которым ударили хлыстом, горели, но потом потихоньку стихали, жар медленно откатывал от разгорячённых мест. Я всё ещё часто дышала, пытаясь прийти в себя, в то время как существо наслаждалась моими пытками. — Ну что, отпустило? — издевательски спросил он, подойдя ко мне чуть ближе.       Он нанёс хлыст надо мной, отчего я сжалась, зажмурив глаза. Но вместо шлепка почувствовала кожаный наконечник на лице, что слегка постукивал меня по обеим щекам. Я распахнула глаза, скулы слегка горели, а моё удивление нельзя было передать словами. Я не могу сказать, почему меня так удивляли его действия. Я ожидала грубость, но никак ролевые игры.        Когда он увидел, что я чуть расслабилась, он хлыстом повёл вдоль моего тела. Кожаный кончик был слегка прохладным. Именно поэтому я только сейчас осознала, что мне уже не холодно, а наоборот, мне становилось жарко, сердце долбило так, что тело становилось влажным от испуга и адреналина. Только мне хотелось всё это закончить, подобные действия не вызывали сексуального желания. Пока я прислушивалась к своим ощущениям, безликий дотронулся хлыстом до моей груди и медленно провёл им по соскам. Они стали такие чувствительные, что по телу непроизвольно прошлось лёгкое возбуждение. Меня это всё безумно пугало, особенно моя реакция тела. — Прекрати это! — снова вырвалось у меня. Он подготавливал меня к этому, а это пугало ещё больше.       Мои глаза снова заслезились. Паника вновь нарастала, и это какое-то новое ощущение, когда сопротивляешься, совершенно не хочешь чувствовать и ощущать все действия, что существо совершает с обнажённым телом. Но физически это немного приятно. Меня опять застряло, слёзы вновь покатились по щекам. Но из этого состояния меня снова вывел шлепок по ляжке. Я промычала от боли. Это было сильнее чем предыдущие удары. Кожа горела, распаляясь как уголь в печке. Когда это всё закончиться? Почему бы просто меня не убить? — Даже не проси, — он вновь замахнулся кожаным хлыстом, что быстро с хлёстком ударил меня по другой ноге. Я вскрикнула и вздрогнула одновременно. Безликий похотливо ухмыльнулся и подошёл ко мне ещё ближе.       Вновь резкий удар пришёлся по сгибу локтя, отчего руки непроизвольно дёрнулись, а кисти заболели от наручников. Второй удар был сбоку от грудной клетки, отчего моя небольшая грудь качнулась в сторону. Я зажмурилась, чтобы хотя бы не видеть этого урода, и каждый раз вскрикивала, когда он хлестал меня хлыстом. Это больно, кожа горела в местах, куда приложился хлыст, и эти жгучие ощущения заставляли мои глаза слезится ещё больше. Ещё один удар оказался на ляжке, в том самом месте, где больше всего кожа горела, отчего я вскрикнула громче, и не сдержавшись, заплакала. — Если ты не прекратишь корчить из себя невинную, я буду хлестать тебя, пока ты не взвоешь, — он ударил ещё сильнее по ляжке. Мой визг, наверное, можно было услышать на весь лес. Запрокинув голову назад, я старалась совладать с эмоциями и сдержать слёзы, что уже безостановочно текли по лицу. Как же мерзко, и в то же время так больно. Закусив губу, я сконцентрировалась на злости, что вскипала во мне, на ненависти к этому подонку. — Наконец-то проявляется настоящая дьяволица, — вновь промурлыкал он. Издевается, урод.        Вновь коснувшись хлыстом моего живота, он провел кончиком прямо в ту зону, где непроизвольно скапливался жар от пыток. Низ живота сводило неприятными болями. Но существо ударила ниже, прямо по лобку, отчего мои ноги вздрогнули. Я попыталась закрыть место боли, скрещивая ноги вместе, но оно продолжало жечь. Хоть меня предупредили, чтобы я не плакала, слёзы всё равно текли от жгучей боли, что я испытывала от ударов хлыстом. — Прекрасно, — прошептал он, отчего я едва уловила его голос. Я даже не была уверена, что расслышала правильно его слово. Существо вдруг выкинуло хлыст, отбросив его куда-то в сторону, а сам подошёл ближе.        Казалось, я должна была обрадоваться, что он избавился от хлыста, но от неопределённости его действий стало только страшнее. Сердце только разгонялось, что его удары я чувствовала в глотке. Сглотнуть сложно, мои глаза впились в лицо незнакомца, что противно мне улыбнулся. Его рука вдруг легла на мою талию и стала подниматься выше.       Я снова начала брыкаться, чтобы попытаться скинуть его руку с себя. Как и ожидалось напрасно, это только распалило его. Его большая длинная ладонь накрыла мою левую грудь, а тонкие пальцы зажали сосок. Я дёрнулась, но не сильно. Приятное чувство резко ударила в низ живота, отчего на душе стало ещё противнее. Нет, это было не возбуждение, я не чувствовала пылких чувств или наслаждение. Тело предательски отзывалось на его ласки, будто он прекрасно знал, что делал. Неожиданно он оттянул сосок на себя, отчего я невольно вскрикнула. — Ай, — вырвалось у меня. Мне невольно хотелось зажать рот рукой, ибо издавать какие-либо стоны, будь то они от удовольствия или от боли, не хотела.       Моя нижняя челюсть затряслась от обиды и животного страха. Мне стало так мерзко и противно, что невольно хотелось задохнуться и умереть. От его ласк становилось жарко, хотелось спрыгнуть с этих проклятых ремней и бежать со всей мощи, лишь бы подальше от этого места. Безликий положил вторую руку на мою грудь и до боли сжал. Я услышала его томный и нервный выдох. Возбуждается сволочь. Он сминал мою грудь так, будто впервые видел женскую грудь, а соски медленно, но более ласкового, перекатывал между тонких пальцев. Непроизвольно всё внутри меня сжалось, а низ живота заныл от возбуждения. Нет, я не хочу. Пусть это прекратиться! От отчаяния я подняла ноги и, что есть сил, толкнула безликое существо прямо в грудь ногами. Он чуть пошатнулся, но нисколько не удивился, лишь выдавил из себя хитрую улыбку. — Грубая девочка, — проговорил он, после чего выпрямился.       Схватив свой пояс, что был повязан вокруг его торса, он развязал его, и скинул свой плащ с плеч. Его оголенное тело заставило меня шумно выдохнуть. Да, он был не плох, у него достаточно широкие плечи, слишком ровная осанка и подтянутое сухое тело. Его мускулы хорошо выделялись, перекатывались от малейшего движения хозяина, казалось, что на нём не было ни процента жировой ткани. Он остался в одних штанах, из-под которых невооруженным глазом была видна эрекция. Чёрт, только не снова! Мне стало опять страшно, я помню, как один из ублюдков направил моё лицо прямо к своему паху. И только тупой не догадается, что он хотел заставить меня сделать. — Сукин сын, — вырвалось у меня. И я сама не поняла, обозвала я того ублюдка, или этого извращенца, что так вынуждающе смотрел на меня. Его лицо вдруг изменилось, брови схмурились, а улыбка так и осталась оскалом. Чёрт. Из его спины стали расти векторы, такие же, как и у того чудовища. Мои глаза вытаращились от испуга, дрожь прошла, лишь леденящий ужас застыл в груди. Казалось, сердце перестало долбить в груди.        Он быстро переместился ко мне. Я вновь заерзала на месте, ибо его векторы поползли куда-то под меня. После чего они обернулись возле моих бёдер. Они казались прохладными и скользкими, тело вновь похолодело от перепада температур. Я дёргала ногами, пытаясь как-то сбросить их, но оказалось поздно. Они медленно обволакивали мои ляжки, создавали упругую пружину вокруг них, после чего сжали их сильнее и резко дёрнули в сторону, разведя мои ноги как можно шире. Я резко вздохнула от неожиданности, а прохладный воздух обволок мою промежность, отчего стало так неуютно и не комфортно, что я пыталась сопротивляться силе безликого существа, но только ещё больше потеряла сил и концентрации.       Он встал прямо перед до мной, между моими ногами. Я могла видеть его только в половину роста. Я поднимала голову, мотала ею из стороны в сторону, только чтобы он отошёл от меня подальше. Его рука вдруг выдвинулась вперёд, резко хватая меня за шею и надавливая на неё так, чтобы голова сама опустилась на ремень. Я замычала, всё ещё сопротивлялась, отчего он вдруг влепил мне отрезвляющую пощёчину. Но не дал оправиться от неё, сразу же схватил пальцами за щёки и развернул мою голову прямо. Я испуганно захлопала ресницами, дыхания не хватало от подобных действий. Неожиданно он сунул мне два пальца в рот, раскрывая его так легко, будто я совсем расслабилась под его пытками. Он схватил ими мой язык и так сильно сжал, что я напрягла челюсть, пытаясь укусить его, но от боли только смогла зажмурить глаза. — Лучше молчи, иначе сам заставлю, — строго проговорил он, и вынул руку из моего рта, вновь хватая меня за шею. Его рука заставляла смотреть на него, подчиниться его власти. Щека горела, язык пульсировал, а сердце долбило в грудь так сильно, что казалось, оно могло отбросить руку существа на несколько метров.        Безликий продолжал держать мои ноги раздвинутыми с помощью векторов. Тут он обратил внимания на мою промежность, так как его голова опустилась, и я почувствовала его жадный взгляд. Господи, только не это. Слегка облизнув свой средний палец, он положил ладонь прямо к клитору. Я задергала тазом, пыталась как-то избежать этого, но его рука, что сжимала мою шею, не давала мне сопротивляться сильнее, ибо он каждый раз усиливал хватку, делал больно, разом пресекая все попытки как-то отбиться от него. Его движение сначала были медленными, его палец гладил мой клитор сверху-вниз. Стало слишком чувствительно, хотелось сбросить его руку, таз сам двигался из стороны в сторону, чтобы хоть как-то сопротивляться.        Но после существо приложило туда несколько пальцев и начал водить рукой по кругу, захватывая клитор пальцами и массируя его сверху-вниз. Сначала я терпела его издевательства, молилась про себя, чтобы это быстрее закончилось, но он только продолжал, наращивал темп, заставлял меня непроизвольно возбуждаться. Я чувствовала, как мои стенки сжимались от удовольствия, а потом резко расслаблялись, будто хотели вытолкнуть что-то. То, что стояло у меня в заду, отдавало приятным чувством в живот, отчего всё внутри снова сжималось, пока существо насиловало мой клитор, то поглаживая, то снова возвращаясь к круговым действиям.       Мои слёзы уже катились градом, мне тошно, хотелось сбежать и закончить это всё. МНе морально плохо, глаза закрывались от бессилия, но распахивались, как только тело предательски приносило мне удовольствие. Этот урод знает все тонкости женского тела. Но меня вдруг охватила неприятная боль, мои глаза расширились, ибо я не понимала, что со мной делают.       Взглянув на ублюдка, что похотливо улыбался, я вдруг поняла, что он засунул палец вовнутрь, слегка двигая им внутри, заставлял моё тело привыкнуть к этим ощущением. Его палец входил так легко, будто там я и вовсе не была девственницей. Я чувствовала влагу, что размазывалась по моим складкам, и как безликий использует её, поглаживая мой набухший клитор. Я вскрикнула, ибо всё это было так отвратительно и мерзко, что меня затошнило от паники. Безликий не обращал внимания на то, как моё лицо корчиться от ощущений, которые должны быть приятными, но вызывали только тошноту, и как мои глаза слезятся от нежелания иметь с ним сексуальную близость.        Он продолжал двигаться пальцем внутри, потихоньку наращивая темп и делая толчки рукой более грубыми. Ощущения становились приятными, и меня пугало, что моему телу это нравилось. Не должна я возбуждаться, тогда почему моё тело меня предаёт? Ощущение внутри обострялись, и помимо боли, прибавилось лёгкое наслаждение. Его большой палец вновь стал массировать клитор, а существо наклонилось ко мне ближе, заставляя меня смотреть на него. Слёзы текли, я плакала от бессилия и отчаяния, что захлестнуло мою грудь, как свинец. Существо вдруг что-то надавило внутри меня, где-то сверху возле мочевого пузыря, и из меня непроизвольно вырвался стон наслаждения.       Он снова ударил меня по лицу, но это было не больно, скорее вновь отрезвляющие. Его действия становились грубее, но эта грубость выражалась в его возбуждении. Он в ожидании смотрел на меня, его дыхание становилось тяжелее и прерывистый. Он будто горел, его губы сжались, а лицо становилось более яростным. Мне становилось ужасно тошно, от того, что меня насилуют рукой, и от горьких слёз я невольно всхлипывала, отчего мои стоны превращались в непонятный набор звуков. Я чувствовала себя измученной и ослабленной. Наверное, эта пытка никогда не закончиться, а ведь это только начало.        Лицо безликого вдруг оказалось слишком близко к моему, я надеялась, как бы он не постарался меня поцеловать. Он он, Слава Богу, не сделал этого, лишь опустил голову к моей груди. Вытащив длинный тонкий язык, он резко облизнул мой сосок. Как же это противно, ужасно противно! Но он продолжал водить им по моей груди, заставлял мои соски встать, после чего опять их облизывал. Делал он это вроде профессионально, потому что грудь стала ещё чувствительнее. После он обхватил соски тонкими губами и стал слегка посасывать, и снова облизывал их так яростно, будто голодный волк.       От этого приятные импульсы приходили прямо в промежность, и я непроизвольно сжимала его пальцы внутри. Его язык прошёлся по шее, укусив мышцу на ней. Противно, ужасно противно! Я услышала его протяжный, полный желания, стон. Я чувствовала, как он снова начал двигать рукой. Внутри становилось всё приятнее, его язык возвращался то к груди, то к шее, отчего я непроизвольно вздрагивала, но не оставляла попыток как-то сопротивляться его действиям.       Приятные ощущения стали овладевать мной, тело бросило в лёгкую дрожь. Внутри меня скапливалось очень приятное чувство. Я не хотела поддаваться этому, старалась переключить мозг, вспомнить что-то противное, но оно нарастало, как снежный ком. Тогда я попыталась не расслабить мышцы, а наоборот, сжать их, но почувствовала, что сделала только хуже, так как анальная пробка не давала заднему проходу сократиться до максимума, и это приносило ещё больше наслаждения. Клитор стал непрерывно пульсировать, мышцы таза сокращались, внутри живота нарастало сильное напряжение.        Как бы я не сопротивлялась, как бы я не хотела получать эти ощущения от извращенца, тело всё же поддалось на провокации, и на меня нахлынуло такое чувство эйфории, что в глазах потемнело, а внутренние стенки стали бесконтрольно сжиматься. Моё сердце остановилось на пару секунд, а потом резко драпануло, как гепард. Меня бросило в жар, тело будто раскололи на части. Распахнув глаза, я увидела, как существо довольно улыбается. Его палец всё ещё оставался во мне, поглаживая пульсирующий клитор.       Подождав, когда я приду в себя, он вытащил средний палец и тут же грубо засунул его в мой рот. Я замычала, ибо чувство тошноты нахлынуло с такой силой, что хотелось сблевануть. Но он специально надавил на мой язык. Я непроизвольно ощутила чуть солоноватый привкус, его палец был полностью в какой-то склизкой смазке. Я резко дёрнула головой и выплюнула его палец из-за рта, попутно сплевывая то, что он обмазал мне на языке. Меня сильно затошнило, хотелось перевернуться и срыгнуть всё, что во мне накопилось, выплюнуть всю эту ситуацию, вкус, запах, прикосновение. Всё безумно вызывало мерзкое чувство тошноты.       Безликий отошёл от меня, взял что-то с тумбочки и снова подошёл. Он не опускал мои ноги, который тоже затекли от такого положение. Он уперся своим пахом прямо в мой, начиная тереться своим членом об меня. Не пытаясь что-либо предпринять, я просто откинула голову назад и дала волю эмоциям. Я так сильно заплакала. Это мой ад. Он вдруг приподнял мою голову и ласкового улыбнулся, слегка грубо стирая мои слёзы с лица. После чего его руки потянулись к ремню на штанах, и он начал торопливо их расстёгивать. Боже, да за что мне это? — Ты готова Джесс?