Пока море не исчезло

      Урок длился мучительно долго. Стрелка часов издевательски едва двигалась. Маринетт сидела, как на иголках, — она должна была поговорить с Алей, даже если ей придется раскрыть подруге своё истинное «я». Но наконец, прозвенел долгожданный звонок и все двинулись к парте девушек.       — Маринетт, не подведи нас! — улыбнулась Джулика.       — Я не хочу опять слушать выступление Хлои, — произнесла Роуз, передёрнувшись после сказанного.       Все ученики покинули класс, и Аля хотела последовать за ними, но Маринетт схватила её за запястье.       — Маринетт, что случилось? — Аля уселась на своё место и обеспокоено посмотрела на подругу.       Маринетт достала свой черновик и стала там активно что-то писать. Через пару минут девушка протянула однокласснице исписанную страницу.       — «Я не простудилась, не потеряла голос, а онемела!» — Что?! Как это произошло? — Аля была в недоумении, но продолжила читать, — «Я — русалка, если не веришь, то после школы могу доказать. Это произошло из-за того, что родители не пригласили одну родственницу по маминой линии на мой первый день рождения, а потом, пару дней назад, я уже точно узнала, что мой папа русал и у него есть старший брат (это очевидно) Тритон, ну тот, из сказки и мультфильма. Я опять встретила эту колдунью и наехала на неё, почему она это сделала, и она отобрала у меня голос! И ещё, ты в это тоже можешь не поверить, но я — ЛедиБаг, если будут нужны доказательства, то я тебе их предоставлю».       Аля пару минут смотрела на содержимое письма, а потом выдавила:       — Допустим, что я тебе поверила. Но что тебе теперь делать?       Маринетт пожала плечами и чуть слышно сглотнула подступивший комок в горле. Остальное время девушки ничего не говорили и не писали, а только ждали конца уроков. Когда прозвенел звонок, означающий завершение урока, русалочка быстро запихнула тетрадки и учебники в портфель и потащила подругу в пустой переулок.       — Ладно, Маринетт, — вздохнула Аля. — Давай, показывай.       Русалочка кивнула и про себя произнесла:       «Тикки, трансформация!».       Через пару секунд на месте ученицы школы стояла ЛедиБаг и нервно смотрела на одноклассницу.       — Так это правда! — Аля была шокирована и рада одновременно.       — Правда, — улыбнулась Маринетт, а потом содрогнулась, услышав свой голос, — Я… Говорю?       Аля нахмурилась:       — Та колдунья ведь произносила твоё имя, а не псевдоним спасительницы Парижа. Может, поэтому ты можешь говорить в этом облике?       — Возможно, но я ведь не буду прямо так выступать! — ЛедиБаг ныла от досады.       — Я просто запишу песню на диктофон, а потом мы проиграем её на балу. Тебе нужно будет просто открывать рот и всё! — Аля достала свой телефон, чтобы приготовиться к съёмке.       ЛедиБаг выхватила телефон у подруги и отошла назад.       — Не здесь и не сейчас… — прошептала девушка. — Ты что, хочешь чтобы нас тут услышали и увидели?       — Тогда пошли в пекарню твоих родителей, — пожала плечами Аля и положила свой телефон обратно в сумку.       Героиня Парижа превратилась в немую Маринетт и она пошла вместе с Алей к дому родителей. Около дома была выстроена большая очередь из людей, желающих купить свежий хлеб или другие мучные изделия. Когда девушки хотели протиснуться через толпу, то один мужчина зло сказал:       — Куда это без очереди?       — Моя подруга здесь живёт! — Аля резко ответила на вопрос толстяка и протиснула Маринетт и саму себя сквозь двери пекарни. — Беспредел какой-то, просто ужас!       — Маринетт! — Сабин кинулась с объятиями на свою дочку. — Почему ты нас не навещала?       Русалочка на автомате начала рассказывать всё на языке жестов, но Том остановил её:       — Что с твоим голосом?       — Маринетт стала немой, — ответила за подругу Аля, — Одна ваша родственница забрала у неё голос!       Сабин и Toм переглянулись и хотели что-то сказать, но Аля перебила их, сказав, что у них за дверями целая толпа людей, желающая получить свежую выпечку. Девушки прошли в комнату Маринетт и уселись на стулья.       — Итак, — начала Аля, — Ты мне уже доказала, что ты ЛедиБаг, а вот как насчёт русалки?       Маринетт достала листок бумаги и написала большими буквами «ПОТОМ».       — Ладно, перевоплощайся! Нам нужно записать твою песню, — Аля достала телефон и нашла в нём диктофон.       Маринетт произнесла про себя:       «Тикки, давай!»       Маринетт немая стала ЛедиБаг говорящей.       — Вот это текст песни, который я исполню, — девушка протянула подруге лист со словами, а сама подошла к музыкальному проигрывателю. — Текст написала я совсем недавно, а вот музыку сочинили мои кузины-русалки.       Аля кивнула, когда начала записывать, и тогда ЛедиБаг включила музыку и запела. Песня была нежная и наводила на грусть. Аля понимала, что здесь выражены чувства её подруги к Адриану, и девушка даже прослезилась. Когда музыка закончилась и голос смолк, Аля громко захлопала в ладоши, предварительно выключив запись.       — Маринетт, это было так трогательно… — из глаз подруги потекли слёзы.       — Ты только не плачь, а то я заплачу и ненароком какая-нибудь слеза на ноги упадёт… — девушка поспешила успокоить подругу.       — Ты тогда превратишься в русалку? — спросила Аля и ЛедиБаг кивнула, — А ты можешь превратится в морскую пену?       — Если Адриан поцелует кого-то другого или меня поцелует тот, которого я не люблю, — ЛедиБаг печально вздохнула, — Ладно, мне нужно ещё платье сшить, так что пошли.       ЛедиБаг превратилась в Маринетт и девушки вышли из пекарни. Аля предложила проводить подругу до моря, потому что ей очень хотелось увидеть хвост Маринетт. Один и тот же путь для Маринетт, но новый для Aли. Девушки подошли к морю, ии спрятала свой портфель за скалой, а Аля только молча наблюдала за ней.       — А можешь и мне сшить платье? — спросила Аля, глядя в спину русалочки.       Последовал разворот и милая улыбка с кивком, а потом всплеск и что-то блестящее в воде. Из воды вынырнула Маринетт, но уже не в своей привычной майке, а с двумя раковинами, прикрывающие грудь. Русалочка помахала рукой и, всплеснув хвостом, скрылась из виду.       — Ну и дела… — пробормотала Аля, запоздало помахав рукой.       Маринетт быстро ворвалась в свою комнату, игнорируя крики Звёздочки. Русалочка открыла деревянный сундук и, доставая разноцветные ткани, нужные клала на специальный стол. Через пару секунд на столе возвышалась гора разных рулонов, тебе тут и с рисунками, и обыкновенные, и такие, которых нигде не увидишь (конечно, кроме дна морского). Девушка схватила ножницы и начала что-то усердно резать и сшивать.       — Ты со мной не поздоровалась! — Звёздочка вплыла в комнату, обиженно смотря на подругу.       Маринетт быстро махнула рукой и продолжила своё дело. Дельфин издала только ворчание и поспешила оставить русалку одну. Спустя нескольких часов долгой и усердной работы, Маринетт смогла создать два платья, соответствующие дресс-коду.       Все пришли в школу в удобной одежде для того, чтобы подготовить зал для бала.       — Эй, Маринетт, — Хлоя отпила свой коктейль, — Уверена, что твоё бальное платье просто поникнет, ведь моё просто загляденье!       — Ещё посмотрим! — Аля поставила руки в боки, — Маринетт просто потрясающий дизайнер и её платье будет роскошным, а на твоё я специально вылью тарелку пунша!       Адриан прислушался к разговору, а потом произнёс, обращаясь к русалочке:       — Ты и впрямь такой хороший дизайнер, как описывает тебя Аля?       Маринетт рукой показала, что она более или менее.       — Увидишь, — Аля взяла подругу за локоть и потащила её в сторону.       Бал начался с зажигательных танцев, которые Маринетт просидела на скамейке, смотря на лицо Адриана, танцующего с прилипалой Хлоей.       — Сейчас песню собственного сочинения исполнит Маринетт! Встречайте! — Бюстье произнесла слова, которые боялась услышать русалочка.       Все расступились и oжидающе посмотрели на одноклассницу. Послышался подбадривающий шёпот, а Аля подошла к подруге и, схватив девушку за руку, потащила её на сцену. Заиграла музыка и Маринетт начала открывать рот, губами повторяя слова:       

Высоко в небе Звёзды блестят. В лунном свете Улыбки горят. Луна скрылась За пеленой. Я закрылась, За скалой. Ты пытался высвободить, Но не судьба… Как луна выйдет, Снова вернусь я… Нас всего двое: Ты да я… Будем мы в горе, Ты да я… Будем и в счастье, Нежно любя… Будем и в грусти, Ты да я… Луна уже вышла, Я перед тобой! Но теперь это не ты, Перед о мной… Ты теперь цветочек, С тонким стебельком. У тебя один лишь листочек, С водой текущей ручьём… Нас всего двое: Ты да я… Будем мы в горе, Ты да я… Будем и в счастье, Нежно любя… Будем и в грусти, Ты да я…

              Первые две минуты, в зале была гробовая тишина. Маринетт зажмурилась. Неужели все заметили что-то неладное? Но девушка ошибалась.        Толпа разорвалась аплодисментами и восторженными выкриками. Маринетт, пунцовая от смущения, поклонилась и поспешила покинуть сцену. Её ноги стали ватными и девушка облегченно выдохнула, оказавшись среди толпы.       — Молодец, Маринетт!       — Это самая красивая песня, которую я слышал!       — У тебя шикарный голос! — доносилось со всех сторон.        Маринетт лишь улыбалась и кивала в ответ.       Немая девушка встретилась взглядом с Хлоей. Та нахмурилась, презрительно фыркнула и скрестила руки на груди. Это не столько было из-за выступления, сколько из-за платьев.        Платья Маринетт и Али выделялись своей пышностью. Свои иссиня-чёрные волосы девушка заплела в пучок и украсила заколкой с красивой жемчужиной. Её ярко-голубое платье, как лазурь моря волнами спадало на пол, а подол украшали морские звёзды и вышитые бисером русалки, воздушные рукава доходили до локтей, но обнажали плечи. Русалочка напоминала принцессу или прекрасную фею вод. Аля тоже выглядела не менее шикарно. Узкое, подчеркивающее её изящную фигуру золотистое элегантное платье, одно плечо обнаженно, а вышитый бисером и ракушками корабль будто плыл на закате, рассекая волны. Дорогое и покрытое блестками платье Хлои меркло по сравнению с такими королевскими нарядами.       «Эта девчонка ответит за то, что забрала все внимание! На меня должны обращать внимание больше всех, я же дочь самого мэра Парижа!» — Хлоя взмахнула волосами.        Гордячка подошла к Адриану, тихо стоящего в стороне. Он был одет в смокинг, который как нельзя шел ему. Он смотрел на Маринетт, пытаясь вспомнить, кто эта прекрасная девушка. Но увы, как он не пытался, ему даже не возможно было вспомнить её имя!        — Может, потанцуем, Адриан? — улыбнулась Хлоя своей фирменной приторной улыбкой.       Адриан вздохнул. Бесполезно. Он не знает, кто эта принцесса из его снов.        Он улыбнулся Хлое и кивнул в знак согласия.        Хлоя знала о любви Маринетт к Адриану, поэтому специально находилась как можно ближе к Мари. Она разговаривала с Адрианом самым приторным ласковым голосом.       — Если тебе нужно что-то от меня, Адрианчик, я все-все для тебя сделаю! — нараспев говорила она.        И Адриан улыбался ей и в его глазах даже промелькнула нежность.        Маринетт готова была разреветься от досады. Её Адриан, единственный шанс на спасение сейчас нежно улыбается этой эгоистичной и зацикленной на себе гордячке? Неужели он не увидел, как она смотрела на него, исполняя свою песню? Неужели им никогда не суждено быть вместе?        Аля заметила грустное выражение лица подруги. И сразу поняла, что происходит.       — Давай, Маринетт. Сейчас будет белый танец. Пригласи его!        Девушка испуганно замотала головой.       — Не бойся, Маринетт! Ты и так немая, так что ерунды не наговоришь! Пойди, поклонись ему и возьми за руку. Он поймёт тебя без слов!        Маринетт вновь отрицательно покачала головой. Аля закатила глаза.       Объявили белый танец. Девочки могут приглашать мальчиков.       — Потанцуем, Адрианчик? — сладким голосом спросила Хлоя.       — Давай! Без разговоров! — и Аля толкнула бедную Маринетт прямо на юношу.       Маринетт не удержалась на ногах и упала. Адриан подхватил её и их руки соединились.       — Ты в порядке? — спросил он.       Девушка первые пять секунд смотрела в его изумрудные красивые глаза, а затем кивнула.       Она не отпустила его руки, а прижала к груди. И закивала, давая понять, что хочет потанцевать с ним. И покраснела, как рак.       — Ты хочешь пригласить меня на танец?       «Да, да!» — ответили её глаза.       — Хорошо. Хлоя, ты не против?        Та надула губы и отошла, презрительно фыркнув. «Когда-нибудь она ответит за все это!».        Заиграл венский вальс. Адриан обнял девушку за талию и они закружились. И тут Маринетт почувствовала в ступнях сильную боль, будто она ступает по острым ножам и иглам. Маринетт сжала челюсти.       — Как тебя зовут? — вдруг спросил Адриан.       «Он что, не помнит меня?» — ужаснулась Маринетт и вдруг вспомнила. Тикки говорила ей, что юношу заколдовали!        Но Маринетт ничего не могла ответить ему. А он был заворожен её плавными движениями. Её ступни будто не касались пола! Никто, конечно, не знал, какую сильную боль испытывает при этом Маринетт. Они кружились в вальсе. И не заметили, как кружились уже в центре.       Они танцевали, точно снежинки на ветру. Полностью слились с музыкой, их сердца выбивали её ритм. Никого больше не было — только он и она. Его изумрудные добрые глаза и её синие, как глубь моря.        Адриан и Маринетт кружились, а девушка осознавала, что этот танец запомнит только она. А он его и не вспомнит.       А Адриан не мог понять, почему у прекрасной незнакомки блестят слезы на глазах.