Жизнь в ритме танца

Черноволосая девушка, облаченная в красный топ в черную крапинку и такого же цвета шорты облокотилась о стену в небольшом коридоре. Ехидная улыбка не сходила с ее симпатичного личика. Красивый парень в спортивной одежде совершал порывистые движения, плавно размахивая руками и передвигаясь по светлой комнате, названной залом для тренировок. Освещенный лучами утреннего солнца, парень остановился, бросил мимолетный взгляд через плечо в зеркало и провел пятерней по слегка лохматым золотистым волосам. Склонил голову и продолжил безмолвный танец. — Так это ты мой новый партнер? — эхом разнеслось по комнате. Блондин вздрогнул и обернулся. Изумрудно-зеленые глаза заискрились. — Ты Маринетт? Здравствуй, красотка. Девушка кивнула и прошла в зал, зажмурившись от чрезмерно яркого света. Скинула с плеча сумку. Однако через пару секунд глаза привыкли, и Маринетт, моргнув несколько раз, окончательно осмотрелась. Окна от пола до потолка вместо двух стен. Третья и четвертая были скрыта зеркалами. Вдоль зеркальных стен тянулись невысокие диванчики. Маринетт отвернулась от парня, но через секунду уже об этом пожалела, оказавшись в его объятьях. Чертыхнувшись, она попыталась вывернуться, но руки блондина были сильнее. — Я Адриан, — прошептал он ей на ухо и расслабил руки, позволив ей повернуться к нему лицом. — Отпусти меня! — возмутилась Маринетт, но силу применять не спешила. — Нам стоит приступить к репетиции, — вкрадчиво проговорила она, снизив голос. — Через неделю выступление на балу. — Ну, — усмехнулся Адриан, — это, может, ты не сможешь выучить элементарный вальс за семь дней. — Будто ты у нас такой восприимчивый, — Маринетт наконец высвободилась и встала напротив Адриана, пытаясь прожечь в нем дыру взглядом кристально-ледяных глаз небесного цвета. — Я-то? Да, — горделиво, но больше наигранно вскинул голову парень, от чего на его лоб упали несколько золотистых прядей, а брюнетка вздохнула и закатила глаза. — Давай все-таки приступим, — примирительно проговорила она, а Адриан, не дожидаясь и не предупреждая, взял инициативу в свои руки и повел танец. Музыка играла в голове, движения были отточены и красивы. Шаг вперед, в сторону. Вперед, поворот. Распущенные черные волосы веером взметнулись вверх от резкого поворота, оголяя тонкую изящную шею. — Двигайся плавнее, — шикнула Маринетт, сдавив плечо партнера пальцами. — Слон здесь не я, — состроил гримасу Адриан и продолжил вести девушку. — Да что ты говоришь, — пробурчала девушка, но уже через секунду сменила гнев на милость: — Танцор ты, да? — игриво спросила брюнетка, когда парень случайно толкнул ее бедром. — Именно, — ухмыльнулся он и резко наклонил ее вперед, предварительно перед этим повернув. От неожиданности девушка забыла все прозвища, которыми хотела наградить Адриана, и весь сарказм, которым она была пропитана, мигом выветрился. — Музыку включи, — вдруг потребовала брюнетка. Парень не стал сопротивляться и подошел к музыкальной установке. Инструментальная музыка мгновенно заполнила помещение, проникла в каждый его уголок. Виолончель, которой аккомпанировали скрипка и фортепиано, продирала до дрожи. Блондин подхватил девушку и быстрее прежнего закрутил в танце. — Не сбивайся, — задыхаясь от долгого танца, сделал замечание Адриан, дернув Маринетт за руку. — Это ты меня сбиваешь, — прошипела брюнетка. — Ты где танцевать учился, «не слон»?! — негодующе спросила она, когда парень случайно наступил ей на ногу, облаченную в черную джазовку. Девушка едва не споткнулась и, не найдя иной опоры, буквально упала на партнера. От неожиданности парень едва не свалился вместе с брюнеткой, но нашел баланс и остановился. Маринетт вырезалась ему в грудь и подняла глаза. — Эй! Ты чего? Мы не на полу валяться сюда пришли! — Я бы не отказался с тобой поваляться, — одним уголком губ улыбнулся парень, наклонившись над девушкой. Блондин сглотнул, тряхнул головой, отгоняя непрошеные и неуместные мыслишки, закравшиеся в его голову, преимущественно из-за чересчур вызывающего внешнего вида партнерши. Красно-черный топ больше показывал, чем скрывал — Маринетт обладала очень и очень неплохой фигурой спортсменки. Красивые движения лишь добавляли соблазна и шарма. Адриан дернулся и отвернулся. — Давай закончим на сегодня. Танец все равно уже готов. — Странный ты какой-то, Адриан, — усмехнулась девушка, отошла на пару шагов и подняла забытую сумку. Поправив слегка растрепавшиеся волосы, она последний раз взглянула на Адриана, — Ауфидерзейн, — бросила она и, дернув голым плечиком, вышла. — Пока, — поражённый, Адриан остолбенел и смог лишь прошептать прощание.

***

— Маринетт, — Алья, закончив разминку, подошла к подруге, — ты на карнавал-то придешь? А то ты так заморочилась с этим балом, что думать больше ни о чем не можешь. — Чтобы я пропустила карнавал? — искренне изумилась девушка, наклонившись для растяжки. — Мы же костюмы за полгода придумали и сделали! — Так ты все-таки согласна на маску и все остальное? На божью коровку, все дела? — у Альи даже на шпагат сесть получилось от изумления. — Я тебя месяц уломать не могла! — А я сама уломалась, — прыснула Маринетт. — Классно получилось! — оценила она зрелище и встала. — Давай репетировать. Мы же не просто так на карнавал идем! — А кстати, — хитрая улыбка появилась на лице Альи, — как там твой новый партнер? — сощурившись, спросила шатенка. — Да-да, тот самый. Агрест, кажется? — Ой, да отстань, — отмахнула брюнетка. Парень как парень, ничего сверхъестественного. — Мне говорили, он танцует просто божественно! — мечтательно закатила глаза Алья. — Дурочка, — опять рассмеялась Маринетт, — у нас карнавал завтра! Давай танцевать уже. — Ну, так же неинтересно! — возмутилась шатенка, подошла к компьютеру и подсоединила один из проводов к колонке. Зазвучала громкая музыка, но последние слова Альи были вполне различимы: — Ты со своим вальсом еще брейк танцевать не разучилась? Ответом послужила впечатляющая стойка на голове. Музыка завладела разумом девушек. Выписывая немыслимые кульбиты под быструю и резкую музыку, никто из девушек не заметил, как в зал вошла тренер. Покачивая в такт музыке головой, женщина внимательно смотрела на прикрывших от блаженства глаза юных танцовщиц. Едва музыка стихла, как по залу разнеслось эхо от аплодисментов. Девушки обернулись и увидели улыбающуюся во все тридцать два тренера. — Вы точно готовы к фестивалю! — К фестивалю? — недоуменно переспросила Алья, а Маринетт, чье дыхание уже пришло в норму, пихнула подругу в бок локтем: — К карнавалу! — рассмеялась Маринетт, а вслед за ней и шатенка.

***

— А теперь… — диджей выдержал эффектную паузу, — поприветствуем долгожданных танцоров! Вам предстоит выбирать между двумя танцевальными группами, поэтому запаситесь терпением и… зажигайте вместе с ними! Встречаем! Толпа взорвалась. Несмолкаемый грохот аплодисментов заглушил первые аккорды песни. Стоя за кулисами, Маринетт поправила дрожащими пальчиками красную в черную крапинку маску и, услышав о том, что ей пора на сцену, выдохнула, затянула покрепче оба хвостика и сделала первый шаг. Яркий слепящий свет софитов. Рев толпы. Оглушающая музыка. Все это было у Маринетт в крови. Каждый раз она танцевала, как последний, вкладывая в каждое движение душу. Наверное, именно поэтому ее считали лучшей. Просчитанные и выверенные движения девушки были целиком и полностью основаны на эмоциях. Танго — страсть, ревность, вальс — нежность и романтика в розоватых тонах, ну, а брейк… Брейк-данс был для Маринетт крышесносящим безумием. Злость, смешанная с радостью. Любовь вперемешку с ненавистью. Вынос мозга. И это шло ей лишь на пользу. Она была всеми любима и считалась непревзойденным мастером, особенно современных уличных танцев. Брюнетка боялась лишь отстранения от танцев — они помогали разуму сохранять контроль над эмоциями, и при этом люди не переставали считать ее адекватной. Ну, или почти. Сходу придумывала движения, подстраивалась под любой ритм, в совершенстве импровизировала. Но, как говорится, хорошая импровизация — это хорошо подготовленная импровизация. Маринетт часами и днями не вылезала из танц зала лет так с пяти. Танцы стали её жизнью, частичкой самой её сути. Музыка стихла так же резко, как и началась. Маринетт замерла в картинной позе и попыталась восстановить дыхание. Зрители кричали невероятно громко, но сердце Маринетт стучало громче, эхом отдаваясь в ушах. Уже за кулисами к девушке подбежала Алья и обняла. — Это было невероятно! Ты была невероятна! Господи! — Откуда ты знаешь? — рассмеялась Маринетт, — ты же и сама на сцене была! — Знаю. Потому, что нас, по крайней мере, не освистали, — засмеялась в свою очередь и Алья. Диджей в это время объявлял второй коллектив — соперников девушек. Танцоров было больше. Они вышли на сцену и встали на заранее продуманные точки. Для большей интриги приглушили свет. Колонки загрохотали. Один из фонарей направили в самый центр сцены — на юношу в черном обтягивающем костюме и с чёрной маской на лице. Золотистые волосы небрежно разделены на пряди. Он тряхнул головой, замер. Подчиняясь нарастающему темпу музыки, он двигался быстрее и быстрее. Маринетт ахнула. Сцену осветили полностью, показав других танцоров в карнавальных костюмах. — Эй, подруга, — ткнула её Алья, — похоже, у тебя наконец появился достойный соперник. — Брось, — будто от назойливого насекомого отмахнулась брюнетка. Что-то неуловимо знакомое было в каждом движении парня, что-то притягивающее и одновременно отталкивающее, колючее. А эти глаза… Девушка замерла. Он смотрел на неё. Песня закончилась, но он все равно смотрел на неё. Зависшую Маринетт растормошил истошный крик диджея: — Вау! Итак, я предлагаю… Устроить баттл! — завопил он под одобрительные возгласы из толпы. — И из каждого коллектива я попрошу выйти на сцену по одному представителю! — Давай, Маринетт, — толкнула её в спину Алья, — никто не справится с этим лучше тебя. — Что?! — округлила глаза девушка, — не-е-ет! Одной? — Давай же, это твой шанс доказать всем, что ты действительно чего-то стоишь, что ты больше, чем просто симпатичная девочка из подтанцовки. Быстро, я сказала! — шутливо прикрикнула Алья. - Тем более, что твой противник очень даже ничего! — Маринетт повиновалась и вышла на сцену. Там уже стоял, размахивая руками и улыбаясь во все тридцать два, зеленоглазый парень в черном. Маринетт пошатнулась. — Ох, чувствую, напряженная будет борьба! — проорал мулат-диджей и поставил первый трек. — Черный кот против Божьей Коровки! Мозг Маринетт среагировал не сразу, в отличие от тела. Ноги сразу понесли её, а руки повиновались включившемуся сознанию. Маринетт постаралась его отключить и ей это удалось — с этого самого момента она танцевала, руководствуясь лишь душой. Она забыла о существовании зеленоглазого блондина. О новом партнере по танцам. Об Алье. Да вообще обо всем. Сейчас была она, непрерывно играющая музыка и сцена. Может, именно из-за этого, а может, из-за чрезмерно яркого света софитов, Маринетт не заметила, как Алья подошла к Нино — диджею, и что-то прошептала ему на ухо. Брюнетка не заметила, как на его лице расползлась улыбка и как он кивнул. Затуманенное сознание распознало лишь одну фразу, вырвавшуюся с общим потоком музыки из колонок: — А сейчас будет не-е-е-ежданчик! — объявил Нино. Резкая современная музыка сменилась оркестровой. Вальс. Да быть не может! — Наши конкурсанты просто обязаны станцевать вместе, не правда ли? Люди одобрительно загудели. Сделав глубокий вдох, Маринетт подошла к неожиданно образовавшемуся партнеру. Он тоже ещё не до конца вник в происходящее и на автомате подхватил брюнетку за талию. Виолончель в паре со скрипкой. Фоно. Да это же та самая мелодия! Видимо, она была знакома и блондину — он уверенно понёс девушку по сцене, каждый раз рискуя либо свалиться прямо в толпу, либо упасть на шторы, игравшие роль кулис. Девушка блаженно прикрыла глаза, отдавшись властным движениям парня. Он будто заворожил её своим танцем. Ведь это было и его искусство тоже. — Мы не знакомы, — срывающимся голосом проговорил парень, — но… — Тебя не учили, — выдохнула ему в лицо, прикрытое черной непроницаемой маской, — что-о-о-о, — он резко развернул ее, — ой, во время танца разговаривать нельзя? — А тебя не учили, — в тон ей ответил блондин, — что невежливо танцевать вместе не познакомившись? — Ха! — иронично усмехнулась брюнетка — сознание снова пускалось в зажигательный танец безумия. — Я сказал что-то смешное? — вдруг посерьезнел блондин. Соло скрипки прервал гром. Примерно через полминуты блеснула молния. Некоторые девушки закричали, кто-то начал ломиться к выходу. Пара на сцене замерла, стоя лицом к лицу, тяжело дыша и глядя друг к другу в глаза. Начался ливень. Будто из ведра. Люди покинули место проведения мероприятия. Они не видели, как Нино с помощью Альи прятал под навес аппаратуру. В эту минуту в мире их было лишь двое, никого больше не существовало. Юноша взял девушку за руку и крепко ее сжал. Заглянул в васильковые глаза. Наклонился и накрыл ее губы своими, обвив сильными руками талию. Маринетт мгновенно обмякла под его напором и ответила на поцелуй. Снова прогремел гром. Макияж на лице девушки размылся, волосы и одежда у обоих промокли насквозь. Маринетт отстранилась первой и рассмеялась. Блондин недоуменно посмотрел на нее и тоже засмеялся. Их смех гулким эхом разносился под дождем по пустой площадке. Внезапно Маринетт будто ото сна пробудилась. Очнувшись, она захлопала глазами и огляделась. — О, Господи… — прошептала она, приложив пальцы к губам и осознав, что только что произошло. Девушка вздрогнула развернулась и сбежала с помоста, чуть не поскользнувшись на одной из ступеней. Она бежала не оглядывая и боясь, но новый «знакомый-незнакомец» бросится вслед за ней. Она успокоилась лишь тогда, когда добежала до дома и захлопнула дверь, прижавшись к ней спиной и крепко зажмурившись под обескураженные взгляды родителей. — Мам… Пап, прив-в-вет… — от холода стучали зубы. Сабина тут же подбежала к дочери с теплым пледом, Том поспешил заварить ей чай с медом. — Доченька! Что же делаешь? Зонт не могла взять, что ли? Заболеешь ведь, — ругаясь, суетилась возле дочери Сабина, заталкивая девушку в ванную. Стоя под горячей водой, Маринетт распустила хвосты, закрыла лицо руками: — Черт, черт, черт! Как же можно было так подставиться! Уже сидя в своей комнате на кровати, Маринетт, закутавшись в одеяло, воспроизводила в памяти события минувшего вечера. В дверь постучали и, не дожидаясь ответа, в комнату влетела Сабина с подносом, на котором дымился в огромных размеров чашка, на тарелке лежали два шоколадных круассана и маленькая ёмкость с медом. — Как ты себя чувствуешь? — заботливо спросила Сабина, присаживаясь на краюшек кровати. — А, танцовщица-катастрофа? — заговорщически улыбнулась она, поставив поднос на тумбочку. — Мам, — серьезно спросила девушка, — вот если бы ты… скажем… Влюбилась в того, кого не знаешь? — Как это? Маринетт, что случилось? — Ничего. — спокойно ответила Маринетт, отвернувшись к стенке и натянув одеяло до подбородка. — Точно все хорошо? — осторожно уточнила Сабина и, получив в виде ответа утвердительный кивок, успокоилась и вышла, оставив Маринетт наедине со своими мыслями и терзаниями.

***

— Адриан? Маринет, сидя по-турецки на мягком пуфе в углу танцевального зала, настраивала на ноутбуке, подсоединенном к колонке, микс для нового фестиваля уличных танцев, когда в дверь просунул лохматую голову Агрест. — Что ты здесь делаешь? — удивилась девушка, отставив ноутбук в сторону. — Где тренер ваш, партнерша? — поинтересовался парень, полностью показавшись в дверном проёме. — Сегодня ее еще не видела. — Маринетт не могла оторвать взгляд от стоящего Адриана и отметила, что парень отлично сложен и хорош собой. — А тебе-то она зачем? — Девчонку одну из ваших ищу. Маринетт вздрогнула, столкнувшись с глазами цвета молодой травы. — Ты же была вчера на карнавале? — Потанцуем? — неожиданно спросила девушка, запустив тот самый трек. — Что? А? Зачем? — Сегодня не репетировали ещё. Нам выступать, забыл? Маринетт подошла к Адриану и положила руки ему на плечи. Первый шаг. — Не в такт, — рассмеялся Адриан. — С начала. — Раз, два, три. Раз, два, три. — Вслух считала Маринетт, надеясь не встретиться с завораживающим взглядом. — Мы первый раз пришли, что ли? — удивился Адриан. Руки Маринетт дрожали, ноги не слушались и заплетались. — Ты в курсе, что надо смотреть в лицо партнёру? Ну, или хотя бы не в пол. — Д-да… Прости. Адриан резко остановился: — Да что с тобой такое? Маринетт перевела дыхание и прошептала: — Божья коровка… Адриан схватил её за руки. Отпустил, отошел на пару шагов. Резко обернулся, подбежал. Провел пальцем по бархатной щеке, тепло улыбнулся. Он все понял. — Я тебя-то и искал, — и вовлек в нерешительный поцелуй. А музыка вокруг все ускорялась, постепенно пропала скрипка, виолончель, сменившись заводным бандонеоном* на пару с барабанами. Адриан разорвал поцелуй и протянул девушке руку. — Продолжим? Поведя плечом и бросив взгляд, полный радости, на парня, Маринетт подала руку и Адриан завертел девушку в вальсе, постепенно перешедшем в танго. Страсть затуманила рассудок. Он двигался, повинуясь рефлексам. С силой прижал ее в себе. Выпад. — Что, не ожидала? — с обаятельной усмешкой спросил он. — Ты просто плохо меня знаешь, — сощурилась она и резко крутанулась на месте так, что Адриан кое-как удержался на ногах. — Это ты меня плохо знаешь, — он крепче сжал ее талию, приподнял над землей, немного пронес и наклонил, склонившись над ней. — То есть ты хочешь узнать меня? — спросила она, сощурившись. — Еще спрашиваешь! — Ну, раз мне не нужно разрешение… Он подстраховал ее за спину и снова поцеловал. И никто из них не слышал, как стихла музыка.               *Бандонеон — главный музыкальный инструмент для танго. Бандонеон является клавишно-пневматическим инструментом, разновидностью ручной гармоники.