Фан-чан или Ночь в Оккультном Клубе.

      Аяно Аиши впервые за этот год считала, что делает что-то не так.       Черные свечи освещали мрачную комнату Клуба Мистики, пока Аяно со всей своей прытью и усилием вырисовывала очередной неизвестный символ из «подаренной» членом клуба книги. Конечно, было глупо полагать, что это сработает. Определенно, очень глупо, но…

Тук-тук.

      Сердце Аяно забилось быстрее при мысли, что это может сработать. Ее никогда не увлекала мистика, да что тут, ее вообще ничто не увлекало до встречи с Семпаем. Сейчас же ее увлечения сводились лишь к нему одному, и мистика в том числе. А началось все до нельзя прозаично, как считала Аиши. Просто в один день она поняла, что на сердце ее Семпая покусилась эта… эта… Аяну до сих пор трясло от одной мысли, что эта рыжая шваль могла заполучить его.       Слава богу, что все обошлось, и она смогла успеть как раз вовремя. Крыша школы была как раз в двух шагах. И хоть Семпай не одну неделю плакал по своей почившей мертвой подруге, сердце Аяно было спокойно. Таро в безопасности, а значит все хорошо. Осталось лишь набраться сил и признаться ему, и тогда все будет хорошо.       Не прошло и недели, как у Сенпая появилась новая поклонница. С виду милая, добрая и заботливая — она сразу же располагала к себе, а ее умение готовить было фатальным для любого парня, но — Аяно как-то глумливо хмыкнула, — к сожалению, она позабыла про тот факт, что нельзя воровать чужие вещи. И поплатилась.       Подсыпать яд в ее «осьминожек», которыми она просто обожала угощать всех, было, на удивление, сложнее, чем скинуть с крыши Осану, но выполнимо. Она не могла не справиться. А дальше оставалось лишь зайти к методистке во время экстренного вызова скорой помощи и указать пальцем на «преступника». А исключение не заставило себя ждать.       Третья неделя ознаменовалась подготовкой к спектаклю Ромео и Джульетта, в котором — Яндере-чан покраснела сильнее обычного, — она хотела бы сыграть с Сенпаем. И тут ее охватил удар, подобно ведру воды. Она не первая подумал об этом, и, к ее глубочайшей ярости, кто-то успел это сделать раньше нее.       Высокомерная выскочка и юное дарование старшей школы — Кизана была гораздо популярней и что самое главное, настойчивей, чем она, и Таро мог просто не выдержать этого удара. Ее окружали поклонники, и тайно убить и подставить ее было очень сложно, как бы она ни старалась. Тогда она перешла к оружию страшнее. Слухи. В начале слабые, легкие и ненавязчивые, медленно, но верно портящие ее образ в глазах остальных, а после — Яндере-чан едко улыбнулась, — ее маленькая личная победа, тайно подслушанный разговор по телефону и такой кро-о-охотный секрет, который окончательно разрушил ее как личность. Толчки в коридорах, забитые туалетной бумагой шкафчики, грязные комментарии со стороны мальчиков и едкие клички от девочек в купе с пожеланиями смерти сделали свое дело даже быстрее, чем она думала. В день премьеры она просто повесилась, запертая старшеклассниками в женском туалете.       И вот, наступила эта самая неделя. В первые ее дни, впрочем, как и всегда, Яндере была спокойна, но более подозрительна, чем обычно. И как всегда не зря. В школу вернулась некая Ока Рюто, глава Клуба Мистики, которая с первой минуты начала приносить одни неприятности. С виду тихая, слабая и зашуганная, она постоянно встревала в неловкие ситуации с Сенпаем. Падение с лестницы в его руки, разбросанные учебники у его ног или встреча взглядами… Ее таинственность и загадочность все сильнее и сильнее завлекали Таро в капкан, а Аяно ничего не могла поделать. Ножи каким-либо образом тупились в самый последний момент, кирпич падал чуть левее головы, а странным слухам про нее уже никто не верил, глава Клуба Мистики, в конце-то концов. Аяно была в отчаяние. Все это казалось слишком подставным, слишком судьбоносным, слишком… мистическим. Последняя мысль натолкнула ее на эту странную и определенно не сработающую идею, но выбора-то и не было. Она должна была приложить все силы, чтобы удержать Сенпая, и пусть это попытка будет безуспешной, она должна попытаться.       Вскоре она стала почетным, это как посмотреть, членом Оккультного Клуба. Ей, честно говоря, даже тут нравилось. Все его члены были тихими и незаметными, при этом не лезущими ни в чьи дела. Чем-то они даже напоминали самую Аяно. Чуть-чуть.       Все казалось на первый взгляд весьма глупо и бессмысленно. Темные талмуды, обычные ритуалы-поклонения неизвестному богу, пока Аяно, в первый раз в своей жизни почувствовав любопытство, не украла некую книгу, с которой Ока никогда не расставалась. И все стало донельзя просто и понятно. Все эти странные неудачи и проблему имели лишь одну причину. Чертову магию этот тихой твари, посмевшей заворожить его. А уж члены клуба, которыми она воспользовалась, чтобы усилить эффект, были ее отличными помощниками, не задающими лишние вопросы. Самая Аяно неосознанно помогала ей с этим все это время.       «Да как… да как она только посмела!» — Аиши со всей силы стукнула своим кулаком по разрисованному пентаграммами полу, — «Считаешь, что Таро твоя судьба?! Я покажу тебе…» — кровожадно зарычала она, — «что есть твой смысл жизни».       И чуть покопавшись в этой книги, она смогла найти то, что должно было помочь. Магия призыва. С помощью ритуала она попытается связаться с потусторонним помощником, который сделает все за нее. За определенную плату, разумеется. Но Аяно даже не считала это за проблему. Сенпай был для нее всем. Она и так была готова отдать за него все, что угодно. Так в чем сложности?       Закончив дорисовывать последний символ, она утомленно стерла пот со лба. Уже сейчас она ощущала, как один рисунок стал для нее утомительным, а что же будет с ритуалом? Не было смысла об этом думать, а потому Аяно встала на ноги, чтобы осмотреть результат своих трудов.       Большая витиеватая спираль, разрисованная неизвестными буквами, обрывалась ровно на середине, оставляя место для какого-то последнего знака, которого… она не знала. Это раздражало и злило, но в книге даже намекала не давалось что-либо подобное, что лишь усиливало чувство досады. Но, разве она остановиться на половине пути? Нет, конечно. Тут нужно было подумать. С чем у Аиши ассоциировались ритуалы? Пентаграммы, жертвы, кровь… Вот оно! Аяно схватилась за ритуальный нож в черепе, не жалея себя, полоснула им свою руку. Только лишь успела упасть одна капля, как символы засветились каким-то потусторонним белым светом и перед глазами Аяно предстали список демонов с их титулами.       Демон Огня. Ранг: Африт.       Хм, интересный вариант, но она все же посмотрит дальше.       Демон Боли. Ранг: Хорл.       Охох, а названия ей нравились все больше и больше.       Демон Похоти. Ранг: Суккуб.       Аяно посетила интересная мысль, что она могла бы с помощью нее заполучить…       Встряхнув головой, она отогнала эту мысль. Что-то в этих именах было не то. Что-то склизкое и неприятное, как горечь в горле. А потому она листала дальше. Перед глазами представали имена все новых и новых демонов, совершенно неинтересных ей, пока она случайно, одним глазком не увидела чуть правее Демона Пространства странную надпись:       ???       И ее сердце как-то странно всколыхнулось, будто говоря ей: Да, это оно! Бери, бери быстрее!       И Аяно, даже не успев подумать, нажал на нее, и воздух будто… затих. Свечи, сделав последний всполох, дружно зажглись под тихий смешок. Перед ее глазами предстала странная дымка, которая, несколько раз облетев ее и как будто попробовав на вкус, вернулась к ритуальному рисунку, материализовав руку с одним поднятым пальцем и молча указывая в центр, который до сих пор остался не тронутым, казалось, какая-то невидимая стена не позволила ему окраситься кровью, которая покрывала все остальное.       После Аяно услышала лишь детское хихиканье, а в воздухе начал летать цифра один. «Оно хочет, чтобы я… вписала это число?» — неверяще выгнула одну бровь, — «Что же, хуже от этого все равно не будет».       Аккуратно огибая все символы, Аяно опустилась на колени и, интуитивно, намазав пальцы своей же кровью аккуратно вывела цифру один.       Ее глазам предстала какая-то молодая девочка в школьной матроске, как у нее. Серая, как у мертвеца кожа и черные глаза и рот, из которых, подобно крови, выливалось темное-темное нечто, говорили яснее слов, что она, как бы не была похожа, не человек. Хотя эти детские хвостики и милая улыбка на губах забавляли и делали ее более невинной на вид, Аяно не обольщалась. В ней чувствовалось что-то неправильное, будто ее просто не должно было существовать. Она лишь сильнее насторожилась.       Необычная гостья лишь весело потрясла своими хвостиками, открыв рот:

Так ты хочешь веселья? Я тоже

      И тут же замолчала, снова указав рукой на круг. Аяно, смутно догадываясь, что ей нужно, аккуратно стерла цифру один, заменив на следующее число — два.

У меня есть место в этом мире. Ну, должно быть.

      Ответ прозвучал как-то грустно и потерянно, гостья будто сама не верила своим же словам. Аяно, уже зная, что делать, вписала за место двойки тройку.

Моя вселенная идентична этой… … с одним отличием.

      Как-то кокетливо нагнувшись демон подняла указательный палец. Аяно вписала четверку.

В этой вселенной мой отец изобрел много вещей. В моей же он имеет на одно изобретение больше.

      Поза гостьи сменилась на напряженную и более… серьезную что ли? Аяно лишь сильнее навострила уши и заменила число на пятерку.

Его машина должна была изменить все. Это случилось, только не так, как он хотел.

      «Что за машину она имела ввиду? И какое это отношение имеет ко мне?» — Аяно ничего не понимала, но продолжила, написав шесть.

Инвесторы хотели убедиться в том, что она безопасна. Что бы продемонстрировать это, он поместил туда свою собственную дочь

      Интересно… Аяно заменила число на семь.

Эту машину испытывали на многих животных… …, но она еще не была испытана на человеке.

      Аяно поняла второй смысл слов в ту же секунду. Дочка того изобретателя, или это демон, умерла. Аиши вписала новое число.

Быть разбросанной во времени и пространстве не самая худшая учесть. Самая худшая учесть — это быть забытой.

      Аяно удивленно вылупила глаза, а после досадно хмыкнула, поняв, что ее выводы секундой раньше были ошибочны. Новое число не заставило себя ждать.

В этой вселенной у моего отца всего одна дочь. Она никогда не узнает, что когда-то имела сестру.

      Горько закончила призрак, отведя глаза в сторону. Конечно, Аяно эта история показалась весьма занимательной, но… причем здесь она? Следующее число.

Я все вижу. Все слышу. Но никто никогда не узнает, что я существую.

      Ее образ начал медленно таять, оставляя после себя лишь дымку, которая подобно вихрю, устремилась в ритуальный рисунок, пока окончательно не исчезла в ней, осветив всю комнату белым светом. А после свечи снова загорелись и Аяно осталась одна в расстроенных чувствах.       И на что же она надеялась? С самого начала у этой затеи не было никакого смысла. Вместо того, чтобы следить за Таро или разрабатывать новый план убийства, она послушала разговор какой-то жалкой девочки-призрака, который не дал ей абсолютно ничего.       Аяно едва-едва мазнула глазами оставшуюся вязь знаков, а после будто вся замерла, медленно, как готовый броситься на жертву хищник, повернула голову обратно к ней. За место тех самых необычных символов она увидела обычные японские иероглифы:

С тобой было действительно весело. Думаю, я смогу тебе помочь… В качестве благодарности.

      И надпись тут же растерлась, будто в нее налили воды. Аяно же оставалось лишь в двояких чувствах оттирать остатки мела и крови и, стараясь обойти охранника, поспешить домой, в котором уж четвертую неделю никого, кроме нее, нет. Следующий день встретил ее грустными членами клуба Оккультизма, а после новостью, что Ока Рюто умерла сегодня ночью от сердечного инсульта. Сначала Аяно не поверила своим ушам, но после, пробравшись вечером в морг, убедилась в обратном. Хаха, значит, все было не зря.       Следующие пять недель походили на остальные, становясь все сложнее и сложнее. Спортсменка, Медсестра, Учитель, Хулиганка, Сестра Сенпая — Аяно до сих пор не верила, что смогла справиться. Каждый раз ее руки лихорадочно дрожали, а глаза блестели от чистой безумной радости за то, что смогла. Удержала. Таро в ее руках.       Но только не в этот раз…       Пожалуй, это чем-то напоминало игру. С каждой неделей появлялась еще более сильная соперница, которую нужно было победить, чтобы пройти дальше. И если остальные соперницы были скорее чуть сильнее обычных мобов, то эта была Боссом. Глава Студенческого Совета, Мегами Сайко, наследница корпорации Сайко. У нее не было слабостей, она считалась самой красивой и самой умной, а главное у нее были деньги и почти абсолютная власть в школе. И самое ужасное — она знала о ней.       В первый день своего пребывания она на всю школу объявила, что их главным маньяком школы является поклонница Таро Ямады и что она, Мегами, обязательно его защитит. И к Сенпаю теперь было не подступиться. Она всегда держала его при себе, оберегаемая парой десятков человек в коридорах. Везде стояли камеры наблюдения и ее члены активно следили за порядком в коридорах. Она ничего не могла сделать, как!..       Не заворачивая в очередной угол, она прислонилась к одной из стенок, тихо, насколько могла, желчно захихикав.       «Оказывается, ты не настолько идеальна, Мегами Сайко. Ты далеко не первая, к кому я не могу найти подход. Но уверяю, к следующему утру тебя уже не будет живой!» — и Яндере-чан, стараясь выглядеть максимально естественно, поспешила в комнату Оккультного Клуба. Там ее встретила такая же мрачная атмосфера, как и всегда, на которую не смогли повлиять никакие школьные правила. Приветственно кивнув головой, Аяно уселась в одно из кресел, открыв первую попавшуюся в руки книгу. Она все еще состояла в Клубе и почему-то не особо горела желанием покидать его. Он ей не мешал, давал некую свободу и к слухам о ней окружающие относились более скептично и неверяще, что было лишь плюсом.       В течении пары часов Аиши наблюдала, как члены Клуба, один за другим собирают свои сумки и неспешно, погрузившись в себя, покидают Клубную Комнату. Когда нынешний Глава, предварительно передав ключи ей, ушел домой, Аяно смогла вздохнуть спокойно. Самое время начинать…       Тщательно проверив закрытые двери, Яндере принялась поочередно зажигать свечки и приступать к ритуалу, который четко отпечатался ее голове.       Та же самая вязь символов, пролитая кинжалом кровь и тот же мистический белый свет и список демонов. Автоматов листая до нужного ей, она нажала на так необходимый ей сейчас «???».       Но в этот раз было что-то не так…       Серая дымка вместо того, чтобы просто облететь ее, как и в прошлый раз, принялась со всей силы сжимать ее все сильнее и сильнее, пытаясь убить. Аяно, приложив все возможные силы, старалась освободиться из нее, нанося удары кулаками и ногами, но она будто пропускала все ее попытки сквозь себя, пока постепенно Аиши совсем не ослабла, почти не чувствуя воздуха в своих легких. Дымка приняла фигуру той самой знакомой ученицы, Аяно смогла почувствовать это лишь по четко очерченным пальцам женских рук на шее, глаза ее уже ничего не видели от болевого шока. Со всей силы сжав руки на шее, как перед последним ударом, она тихо прошептала ей на ухо:

Твоя идея о веселье Кажется Очень Очень Интересной.

      Оглушительный хруст шеи стал последним, что она смогла услышать.

***

      Колеса инвалидной коляски едва слышно скрипели и ее пассажир с раздражением думал, что самое время их заменить на новые. Старик в традиционной японской одежде, а если точнее — Глава корпорации Сайко и один из знаменитейших изобретателей человечества, зарулив свою «машину» в необходимую комнату, тут же закрыл дверь на все возможные замки, приправленные десятками паролей и проверок на опечатку пальцев и сетчатки глаз.       Впервые за тридцать лет безнадежных попыток, он получил надежду на успех. Хотя он и считался одним из великих создателей разнообразный машин и приборов, было то, что он считал своей самой большой ошибкой. Когда-то давным-давно он… убил свою собственную дочь.       Вряд ли кто когда-либо об этом узнал или вообще услышал бы о ней, вот только он знал — он помнил ее. Сколько бы вселенных не было между ними, он никогда не забывал о ее существовании, никогда не забывал про свой грех и продолжал упрямо продвигаться вперед, изобретая все больше и больше, но все было безуспешно. Между ними было время и пространство, и хоть пространство, как выяснилось, не стало для него помехой, а время, увы, не способно быть подвластным человеку. Его перемещение в параллельный мир точно смогло показать это. А его дочь — всю рискованность всего этого дела в целом. Но он не сдавался и старался жить дальше, ради нее, ради своей семьи, которая у него осталась.       У него все еще была, пусть и не любимая, жена и двое чудесных детей: Мегами и Когоши. Его дочь была весьма способна в биологии, а сын подавал надежды как идеальный бизнесмен, но судьба распорядилась иначе. Мегами никогда не могла похвастаться хорошим здоровьем и вскоре умерла от затяжной простуды. И если бы не Когоши, который ни на секунду не покидал не утешаемого отца, тот не знает, что бы с ним стало. Через много лет Когоши женился и у него родилась чудесная дочка, один в один похожая на его почившую сестру, в честь которой ее и назвали — Мегами.       А сам же изобретатель наконец-то смог продвинуться в своих исследованиях. Его изобретение и перемещение в этот мир не прошли для вселенной бесследно. Что-то должно было измениться, чего-то не должно было быть. И он смог найти ответ, наблюдая за подозрительными событиями 1980-го года. На вид самая обычная японская школьница, которую обвинили в массовых убийствах в Старшей школе, которая смогла оправдаться и обвинить в клевете некоего журналиста. Но насторожило его в ней нечто другое — пустые, без эмоциональные глаза, будто не от мира сего.       И тогда его озарило. Он начал тщательно следить за ней и на свет начали вскрываться все более и более мрачные секреты. Она действительно была убийцей, совершившей все эти преступления ради своей любви, но было кое-что еще странней… Вселенная помогала ей. Да, это звучало странно и безумно, казалось, будто он притянул свои выводы за уши, но факты были сами на лицо. До сих пор он шпионил за ней и за все это время он не смог высчитать не одной проблемы, с которой она не смогла справиться. Казалось, будто все было на ее стороне. Любое начинаемое ей дело становилось успешным, любой человек, которому она хотела понравиться, воспринимал ее как добрейшего человека и многое-многое другое, а взамен отдавала лишь эмоции, который пробуждались при человеке, который, не смотря на везение, никогда ее не полюбит. Эта странная и слишком невероятная удача не могла быть простым совпадением. И тогда, спустя тридцать лет слежки, он решился…       Но удача снова сыграла на руку Риобе, и она, прихватив своего мужа, поспешила за границу, оставив в городе лишь свою дочь. И Главе Семьи Сайко пришлось впервые за свою жизнь частично открыть завесу тайны и рассказать о фантастичной удаче Риобе сыну, которая заинтересовала Когоши, только не так, как он этого хотел. Сын начал грезить мечтами сделать ее своим бизнес-партнером и с помощью ее фантастичной удачи заработать еще больше денег, а потому решил активировать всех возможных информаторов за границей, а Мегами отправить домой, ради ее же безопасности, кто знает, похожа ли ее дочь на мать. Как оказалось, похожа.       Убийства раз в неделю начали происходить одно за другим, пока спустя месяц его машина, над которой он работал всю жизнь, не начала излучать странные волны, которые продлились от силы пять минут, а после заглохли. И вот сейчас, спустя чуть больше месяца появился новый сигнал, в десятки раз превышая предыдущий. Вся машина гудела и ходила ходуном и Сайко боялся, что она скорее взорвется, чем у него хоть что-нибудь получиться, пока она постепенно не затихла, а сквозь жужжание моторов он не смог услышать полуметаллическое, но такое родное сердцу:       — Па-па…       — Аматэрасу.