Save yourself

Сеульское метро. Вечер. Ярко-красный закат нежно заливает алым цветом полупустой серый вагон. Кто-то возвращается с ненавистной работы. Учащиеся засыпают под аккомпанемент любимой музыки, играющей в наушниках. И лишь одна парочка привлекает всеобщее внимание, пожалуй даже негодование. Девушка и парень, на вид студенты, выглядят влюбленными до тошноты. Они целуются, нашептывают друг другу не то глупости, не то признания в любви, посмеиваются и, казалось, ловят вечность, наполняя вагон феромонами и романтикой. Как всегда, люди отворачиваются от таких ласк, они ненавидят подобные публичные проявления чувств. Ненавидят счастливых. Угольно-чёрные, блестящие волосы Чонгука аккуратно уложены боковым пробором, прикрывая выразительные глаза, слегка подведенные черным карандашом. На парне полупрозрачная рубашка оверсайз, свободные голубые джинсы, подкатанные снизу и Timberland’ы. Просто, но на подтянутой стройной фигуре парня выглядит роскошно и даже в чем-то аристократично. Жаркий и влажный поцелуй, Чонгук продлил дорожкой невесомых касаний губами шеи густопокрасневшей девушки, которая, несмотря на алые щеки, совершенно не выглядела невинно. Короткая бархатная юбка изумрудного цвета, открывала доступ парню к длинным ногам, которые он нежно поглаживал ладонью. Черный кроптоп еле закрывал пупок, на плечах красовался огромный красный бомбер, которым Чонгук джентельменски укрыл девушку, дабы та не замерзла. На одной из остановок в вагон вошел задумчивый парень и занял место напротив влюбленных. Лишь через несколько минут он наконец вышел из собственноручно обустроенного астрала и взглянул перед собой. Омерзение. Тэхёну непонятен смысл всех этих публичных проявлений страсти. «Зачем заниматься этим на публике? Как будто хотят что-то кому-то доказать, а на деле выглядит просто отвратительно» - он искренне недоумевал, почему парочки всегда так ведут себя на людях и не могут подождать хотя бы несколько остановок метро, дабы не смущать людей вокруг. Ни разу так и не влюбившись за свои 22 года, Тэхен, сделав определенные выводы, назвал себя аромантичным асексуалом, и предпочел обходить стороной весь этот любовный бред и сфокусировался на рисовании, с которым в последнее время у него совсем не ладится и за невыполнение проектов его таки выгнали из университета. Парень достал из сумки скетчбук, автоматический карандаш, ластик и наушники, которые сразу вставил в уши и погрузился в свою ментальную утопию. Ему не нравится эта реальность. Скучная до безумия, однотипная и совершенно не интригующая. С ней все предельно ясно. Ты знаешь, как проживешь завтрашний день, следующую неделю, месяц, год, жизнь. Мелочи, отличающие сегодняшний день от вчерашнего в воспоминаниях все равно превратятся в серую массу под столь возбуждающим названием «юность», которую все без исключения обязаны провести ярко и незабываемо, но проводят одинаково, как под копирку, Ctrl+C – Ctrl+V: алкоголь и наркотики – помогают почувствовать нирвану, беспорядочные связи – свободу, ссоры с родителями – независимость, ночи, проводимые с мнимыми друзьями – собственную значимость. А что в конце? Ты пожалеешь, что расходовал бесценную молодость так глупо, растратив впустую каждую её секунду – потерял окончательно, она утекла сквозь твои собственные пальцы. Остался лишь никчемный пепел после всех напрасно сожжённых тобою мостов. Фантазия Тэхёна – другое дело, его реальность значимая, она будоражит своей необъятностью и неизведанностью. И в ней совершенно нет места для других людей. Влетевший на следующей остановке Чимин, жадно глотал воздух и материл преподавателя, который задержал его на целых полчаса. Как следует отдышавшись, он взъерошил алые волосы и поправил очки. Ища взглядом свободное место, он уставился на увлеченных ласками парня и девушку, и открыл рот от изумления – целовал шею этой шлюхи никто иной, как его Чонгук! Парень еще вчера клялся, что весь день проведет в университете занимаясь вокалом, что любит своего Минмина и жутко скучает. Минутный ступор. Как отреагировать? Парень мог бы расплакаться, устроить истерику, подойти и ударить изменщика, с которым они уже больше года встречались, делили постель и, как хотелось надеяться Чимину, чувства. Но почему-то желания и сил на громкие выяснения отношений не было совсем. Тем не менее оставить все вот так вот гордость не позволяет. Увидев свободное место напротив Чонгука, рядом с симпатичным блондином со скетчбуком в руках, Чимин поспешил его занять. Видит Бог, Чим сделал всё возможное, чтобы выглядеть милым и спокойным, несмотря на зияющую дыру внутри его. Чонгук не разбил его сердце. Эта пустота была внутри гораздо дольше. Но сейчас она была на грани, чтобы не затянуть остатки личности парня в себя, как черная дыра. Улыбнувшись как можно натуральнее, парень принялся пилить взглядом Чонгука, который был слишком занят шептанием каких-то пошлостей своей спутнице. Очнувшийся от того, что севшее рядом тело, судорожно трясется, Тэхён глянул вбок и увидел ангела – столь лучезарная и искренняя улыбка Мина обескуражила парня, но на глазах почему-то блестели слёзы. – Вам не нужна помощь?, - вытянув из ушей наушники, блондин обратился к Чимину. – Нет, котик, не надо, - как можно увереннее и громче ответил парень, продолжая впиваться взглядом в макушку «любимого». Услышав до боли знакомый голос, Чонгук медленно повернул голову и наткнулся на ледянной взгляд и неожиданно солнечную улыбку своего бойфренда. Не желая уступать, Гук растянул пухлые губы в хитрой ухмылке. – Минмин, что ты тут делаешь? - еле слышно спросил предатель. Чимин устал. Он просто дьявольски устал от наркотика под названием Чонгук. Устал унижаться и платить слишком высокую цену за очередную дозу. Отравленный наркотиком организм сломался. Густая кровь перенасыщена Чонгуком. Передоз. Давно стоило прекратить эту глупую игру в любовь. Чонгук отобрал у него все: окончательно разрушил хрупкий механизм под названием «душа», спутал мысли в узлы, сделав своей марионеткой. Чимин чертовски любит себя жалеть. Неудачник. Он знает, что завтра начнется ломка, послезавтра он ослепнет – яд Чонгука действует незамедлительно. А через несколько дней его легкие заполнит вода и он не сможет вздохнуть без дозы. Но в этот раз Чимин готов. Oн зубами выдерет свое сердце из рук Гука, собственными ногами сравняет его с землей, похоронит рядом с душой, окропит мечтами и воспоминаниями. И сожжет святыню именуемую любовью дотла. – Всё кончено, Чон Чонгук. Вали к хуям собачьим.