Шанс для Драко.

«…Пришествие дьявола случилось в пятницу. Рон считает, что это просто омерзительно — портить людям последний рабочий день недели, я склонен с ним согласиться. Малфой всегда отличался своей омерзительностью, ты же помнишь, Джин? Хоть убей, до сих пор не могу понять, как хорьку удалось удержать место в Совете? При всех злодеяниях его папочки то! Более того, этот белобрысый гад отстоял и мэнор, и большую часть своего состояние. А потом, вот смех, вложился в магловские акции! Малфой, этот аристократический до мозга костей ублюдок, стал работать с маглами, чью грязную кровь он презирал в Гермионе все школьные годы. Ты помнишь, как он ее изводил? Впрочем, что это я? Конечно помнишь. Интересно, как отреагировал Люциус на новую политику сынишки? Он, кстати, все еще жив и радует дементоров в Азкабане. Драко, говорят, периодически навещает папочку. Впрочем, сплетничают о многом… Последнее время персона хорька вообще стала любимейшей темой для пересудов, правда? Успешный, богатый, последняя надежда рода… И ничего, что он тоже был пожирателем. Ничего, что из-за него погиб Дамблдор. Везде этот пронырливый гад нашел оправдание. Впрочем, я давно знаю, как легко меняется мнение общественности. Уж этот урок я никогда не забуду. Хорошо, что со мной всегда была ты. И Рон, и Герми… Нам троим сейчас тебя так не хватает. Давай быстрее возвращайся, Джин. Кажется, я отвлекся, да? В пятницу министр нам объявил о коротком дне. Вообще, официально, каждая пятница была таковой, но такие трудоголики, как та же Гермиона (и чего уж скрывать, я сам, пока ты в отъезде), постоянно отрабатывали полный график. Сегодня же нас пообещали выставить ровно по окончанию рабочего дня. Проверять данное предупреждение мы с Герми благоразумно не стали и собрались уходить в четко обозначенное время. Грейнджер (впрочем уже скоро Уизли) все же умудрилась немного задержаться и мы с Роном ждали ее в коридоре. Гермиона выбежала из кабинета с кипой каких-то документов и только махнула нам, чтоб мы следовали за ней, что было для нее в порядке вещей. Мы и пошли. Рон, пока девушка была впереди и не видела, красноречиво закатил глаза. „Опять работа на дом“ — одними губами пожаловался друг. Я сочувствующе улыбнулся и именно в этот миг Гермиона резко вскрикнула. Развернувшись, обнаружил растерянную подругу, которую обнимал, как ты думаешь, кто? Хорек! Дальше я постараюсь передать тебе весь диалог, Джини. Уж не знаю, насколько хорошо у меня это получится: » — Отойди от нее! — Рон тут же вспылил, увидев подобную картину. Уизли? — о, этот манерный тон я не забуду никогда. Правда, в отличии от школьного Малфоя, этот выглядел более сдержанно и, как это не странно — достойно. — Рон, не нужно, Мал… Драко меня спас, вообще то, — мы с Роном одновременно вытаращились на Герми. Подруга смущенно отступила от хорька и поправила сбившуюся мантию, — спасибо. — Малфой насмешливо изогнул бровь, но кивнул, принимая благодарность. Затем неспешно прошел мимо Герми и всучил Рону стопку папок, которую еще недавно тащила Гермиона и которую, видимо, подхватил хорек при столкновении. — Если не хочешь, чтобы твою невесту обнимал другой, Уизли, учись быть хоть немного мужчиной, — Рон вспыхнул от такого замечания и хотел было что-то ответить, но Малфой уже продолжил свой путь. — И когда он успел так повзрослеть? — мы с Роном опять потеряли дар речи и уставились на задумчивую подругу. Гермиона же привычно тряхнула головой, стараясь избавиться от ненужных мыслей, и пошла дальше по коридору. — Как думаешь, мне стоит… — К Драко? — я состроил кислую мину, — не дури. Гермиона не за что не посмотрит на хорька.« Но, признаться честно, Джин, тогда я был в этом не уверен. Малфой и правда здорово повзрослел. С нетерпением жду твоего ответа. Г.П.»

Вырезано из письма Гарри Поттера.

Я смотрел на высокомерные рожи остальных членов Совета и едва сдерживал насмешливую улыбку. Они, правда, думают, что меня заботит их презрение? Да пожалуйста. Уже давно я научился смеяться над мнением окружающих. Оно столь же переменчиво, как настроение моей беременной секретарши, хотя в этом сравнении я бы поставил все же на Софи. Она хотя бы старалась быть последовательной. — Мистер Малфой, Вы выступаете против проведения очередного турнира в этом году? — Фиделиус Конти смотрел на меня так возмущенно, будто я не мнение свое выразил, а с его внучкой переспал. Впрочем, если учесть внешность этой самой внучки и ее положение старой девы, думаю при подобном раскладе Фиделиус сказал бы мне спасибо. — Я не считаю, что проведение Турнира Трех Волшебников сейчас хорошая идея. Позвольте поинтересоваться, почему? — Оливия Дож была на мой взгляд одной из самых спокойных и рассудительных женщин этой вселенной. — Мы, несомненно, хотели бы провести чемпионат в Англии, не так ли? — все, пусть и неохотно, но согласились со мной. — Это было бы очень кстати, учитывая, чем закончился предыдущий матч. — А готов ли Хогвартс к турниру? — Профессор Макгонагалл утверждала… — Разве утверждать место проведение турнира не должна комиссия из Совета? — По предварительным сведениям… — Почему мы голосуем до того, как провели осмотр места проведения? И молчание. Эти Мерлиновы старики даже возразить ничего не могут. Что за Совет? Одна насмешка. — Предлагаю, проголосовать за состав комиссии, — как всегда сдержанно отозвалась Оливия. — Всегда поражался Вашему уму, леди, — лаконичный кивок в сторону единственной симпатичной мне здесь магианы. Если бы не Дож на совете можно было бы ставить крест. — Хватит лести Малфой, все мы здесь знаем, как Ваш род в ней поднаторел, — сдержать жесткий взгляд я не смог. Защита чести рода, это одно из немногого, что осталось от меня прежнего. Толстый старый Фиделиус вздрогнул под моим взглядом. — Не бросались бы Вы такими словами, Фиделиус. То, что Вы все еще упорно величаете меня мистером и пытаетесь закрыть глаза на тот факт, что я уже Лорд, несколько не изменяет действительности. Я много усилий приложил, чтобы отбелить честь Малфоев и не потерплю очередной грязи в свою сторону. Мы друг друга поняли? Старик молча выпучил на меня свои глазки. Он судорожно пытался что-то ответить, но то ли от моей наглости, то ли из-за моей уверенности, коей я теперь мог располагать, Фиделиус молчал. В итоге приступили к голосованию. Я голосовал за Оливию. После собрания возвращаться в компанию не хотелось. Я знал, что меня ждет множество проблем, требующих решения, и вопросов, ожидающих согласования, но… Я устал! Дико устал от этого круговорота, в котором барахтаюсь уже несколько лет, пытаясь не утонуть. Иногда задаю себе один простой, но в то же время сложный вопрос. Зачем тебе все это, Малфой? Ты сохранил дом, который ненавидишь всем своим истлевшим сердцем. Ты остался с матерью, которая о тебе больше не помнит. Ты восстановил капитал, в котором не нуждаешься. Что из этого цепляет тебя настолько, что ты все еще здесь? Рвешь жилы, пытаясь держаться на плаву. А ответа нет. Ни сейчас, ни в прошлом, ни в будущем. — Драко? Мы снова встретились, — я вздрогнул от этого голоса. Он напомнил мне тот день, когда я слышал его в последний раз. — Здравствуй, Валерия, — глаза быстро нашли ее солнечную фигурку, стоящую неподалеку от книжной лавки, мимо которой я только прошел. — Можно просто Лера, — улыбнулась моя давняя спасительница и протянула ладошку. Я взял ее так осторожно, как только мог. — Приятно вновь видеть тебя в Англии. — Ваш туманный остров манит меня, как огонь мотылька. Главное теперь не сгореть. — Как насчет небольшой прогулки? — я не хотел ее звать. Точнее не так. Я хотел побыть с ней рядом подольше, греться в тепле ее улыбок и наслаждаться карамелью глаз, но я не должен был звать ее с собой. Такие девушки не для тебя, — Малфой! Там, где живешь ты только боль, разочарование и толика безумия, ее мир все еще полон чудес. — Это немного противоречит моему желанию не сгореть, да? — ее вопрос застал меня врасплох. Эта иностранка видела и понимала слишком много. Я не знал, что ответить, поэтому просто пожал плечами. Она же только улыбнулась. И в этой улыбке было столько понимания, горечи и сочувствия, что стало тошно, захотелось убежать подальше, но я уже не был тем капризным избалованным мальчиком, что прежде. Я больше не бежал. Я старался принимать мир таким, какой он есть, пусть этот мир так упорно отвергал самого меня, — я бы выпила кофе, и, возможно, съела бы пару шариков мороженого. — Не возражаешь против магловского кафе? — жить в магловском мире стало для меня привычным уже давно. Только среди толпы простаков, которые меня не знали, я мог побыть хоть немного один. — Согласна, если там есть вкусное мороженое, — и эта невыносимая девчонка взяла меня за руку, переплетая мои холодные со своими теплыми пальцами, — веди меня к моему любимому десерту.

* * *

«…Это самое ужасное, что могло только произойти, Джини! Я в растерянности! Вчера Кингсли вызвал к себе и сообщил, что меня переводят! Нет, ты не подумай, я не привередничаю. Ты же знаешь меня, я готова помогать министру, как и всему министерству. Я патриотка до мозга костей, но Джинни… Меня хотят сделать секретарем Драко Малфоя! Это ужасно. Я его не видела с тех самых пор, как он словил меня в коридоре. Помнишь? Я писала тебе об этом. Хотя, конечно помнишь. Ты так долго мучила меня потом расспросами, что просто не могла забыть (и да, я все еще не намерена рассказывать тебе, как пахнет Драко и что я ощущала в его руках). Так вот, буквально на следующий же день Малфой укатил в неизвестном направлении, по слухам с очередной девушкой, и я его больше не встречала. Даже пресса уже перестала упоминать его фамилию в каждом выпуске. А теперь он возвращается. При этом не на пост директора собственной компании (кстати эту должность занимает теперь Теодор Нотт, помнишь, они были однокурсниками с Малфоем), а возвращается он на пост начальника департамента расследования темных магических преступлений, представляешь? Малфой будет ловить темных магов. Кингсли сказал, что Драко не плохой проклятийник и разбирается в артефактах, а также он не раз сталкивался с темной магией, так что лучшего кандидата не найти. Ну, а мне предстоит помочь ему освоиться в министерстве. Я в ужасе. Мне, Гермионе Грейнджер, нужно будет нянчиться с Драко Малфоем! Джини приезжай скорее, ты мне сейчас так нужна… Твоя Герми.»

Вырезано из письма Гермионы Грейнджер.

Идея работать в министерстве, по моему скромному мнению, не была такой уж удачной. Но Лера считала иначе. У этой девушки вообще на все было свое мнение, которое она, с упорством самой отчаянной гриффиндорки, доказывала остальным. Иногда я задумывался, на каком бы факультете училась Лера, поступи она в Хогвартс? И не мог определиться. В этой девушке сочеталось столько всего, что она с одинаковым успехом могла бы попасть, как и на гриффиндор, так и на слизерин. В итоге я решил потешить себя мыслью, что это был бы все же слизерин. — А это Ваша приемная и следом кабинет, — отвлек меня от размышлений голос Кингсли. Министр собственной сиятельной персоной решил проводить своего нового подчиненного к месту работы. Впрочем, уже в следующую секунду меня это перестало забавлять. — Грейнджер, скажи, что ты сюда забрела случайно. — Лорд, мисс Грейнджер будет Вашим секретарем. Вы просили умного, собранного человека, поверьте, лучше Гермионы не найти, — девушка от комплимента зарделась, а я только поморщился. Какого Мерлина?! — Министр, это, действительно, неудачная шутка. — Это не шутка, лорд Малфой. Вашим секретарем будет Гермиона, она справится с работой и соответствует Вашим требованиям. А теперь, извините, я удаляюсь. Не буду Вам мешать, — и Кингсли, как ни в чем не бывало, вышел, аккуратно прикрыв за собой дверь. Блеск. Я остался наедине с Гермионой Грейнджер, девушкой, раздражающей меня одним только видом. — Какие будут Ваши указания, лорд Малфой? — я скептически посмотрел на чопорно одетую, сосредоточенную гриффиндору. Она едва ли изменилась со школы. Повзрослела, конечно, но это была все та же заучка и зубрилка. — Называй меня по имени, Грейнджер, «лорд Малфой» в твоем произведении звучит, как ругательство. — Это неправда, я не ставила перед собой задачу Вас обидеть или оскорбить. — Ты бы и не смогла меня обидеть или оскорбить, Грейнджер, и давай-ка на «ты». Твое «Вы» для меня прямо как гром небесный, — Гермиона нахмурилась, но не возразила. — А как же профессиональная дистанция? Ты мой шеф. — Уверен, ты об этом не забудешь, — я прошел мимо задумчивой теперь уже секретарши к своему кабинету. Довольно просторный, но абсолютно безвкусный, — Грейнджер! — Ты звал? — она будто под дверью стояла. Так быстро отреагировала на мой оклик. — Вот тебе первое поручение. Я хочу, чтобы ты сделала здесь ремонт. — Ремонт? — тонкие брови скрылись под челкой от удивления. Мерлин меня уже начала раздражать эта челка. Зачем Грейнджер ее подстригла? Абсолютно ей не идет. — Да, ремонт, мне предстоит в скором времени тут чуть ли не поселиться, под завалами работы и я не хочу, чтобы меня окружало это серое уныние, понимаешь? — она неопределенно пожала плечами, но хоть не стала поучать, — дай бумагу и перо. — Вот, — оказалось мой секретарь держит при себе небольшой блокнот и ручку. Обычную шариковую ручку, вместо пера. — Это адрес хорошего дизайнера. Она знает мой вкус. Счет запиши на мое имя, все ясно? — Да. — С приемной тоже нужно что-то делать, но тут можешь все обустроить в своем вкусе. Здесь работать тебе. — Я думаю, что и так… — Грейнджер, я сказал сделать ремонт, — Гермиона упрямо поджала губы, но опять промолчала. Вот и хорошо. — Я могу идти? — Сразу достань мне все текущие дела, а потом иди, — девушка резко развернулась и вышла, а я уселся за старый стол и принялся сканировать кабинет. Все следящие, прослушивающие и прочие чары убрать было не сложно. А вот наложить защиту и особенно придумать, на чем эту защиту замкнуть, уже труднее. К возвращению секретарши не успел, а там взялся за изучение дел и стало не до защиты. Дел было много. Не просто много, а целая куча, но стоило расставить приоритеты. Разделить все на «обязательно сделать», «желательно сделать» и «еще ждет». Захватив все папки, отправился домой. Разгребать бумажки можно и в собственном удобном кресле, пока Грейнджер сделает мне нормальный кабинет. — Привет, — ко мне заглянула Лера. На ней было легкое голубое платье, которое мне тут же захотелось стащить, — когда ты на меня так смотришь, мне сложно мыслить. — Это ужасно опьяняюще, понимать, что я могу доводить тебя до подобного, — я привычно поднял руку в приглашающем жесте и Лера без колебаний ее приняла. Папки отправились на стол, чтобы я смог нормально обнять девушку. — Я уже по тебе соскучилась, хотя ты ушел всего на пару часов. — Возвращаемся в Россию? Или на Гавайи? Ты, я и больше никого. — Ммм, заманчиво, очень, но ты любишь Англию и твое место здесь, — мне достался сладкий карамельный поцелуй, — работай, я схожу к твоей матери, ей что-то передать? — Например? Моя мать не хочет ничего обо мне слышать. Она меня боится. Я удивляюсь, как ты нашла к ней подход? Даже лекари здесь оказались бессильны. — Просто я волшебница, Драко. — Фея, — я не сдержал улыбки. Рядом с Лерой я часто улыбался. — Она самая, и я познакомлю вас с Нарциссой заново, вот увидишь. — Я уже об этом даже не мечтаю, — меня опять поцеловали, а потом Лера отстранилась. — Все, я побежала, а ты дерзай. К ужину, чтоб освободился. Буду ждать тебя в мэноре. — Ладно, — с Лерой спорить было бессмысленно, к тому же я отчаянно желал обрести вновь мать. Мне не хватало ее. Сама мысль, что единственный родной мне человек, оставшийся более или менее невредим после войны, просто меня не помнит, угнетала. Что ж, может у Леры получиться. Она и правда похожа на мою личную фею.

* * *

«Джин, тут такое дело. Ты знаешь я не мастак писать письма и прочее… Но ты никак не возвращаешься, а мне нужно с тобой поговорить. Знаешь, я всегда считал, что недостоин Гермионы. Она должна была выбрать Крама или кого-то, столь же успешного, но выбрала меня и сделала самым счастливым человеком в мире (только учти, если ты это кому-то расскажешь, я перестану с тобой разговаривать!). Так что я недолго раздумывал, когда делал ей предложение. Это ведь так просто, да? Мы прошли через многое, логичным было бы продолжить наши отношения свадьбой и далее по списку… Но она все тянет и я уже начинаю волноваться. Сразу мы отложили свадьбу из-за траура по ее родителям. Герми была разбита и я это мог понять. Затем ты вышла за Гарри и вы укатили в медовый месяц, а какая же свадьба без лучших друзей? Я понял и эту причину, потому без вопросов отложил дату торжества на более позднюю. Но вот, вы вернулись, а у Герми было много работы… Много работы! Это разве причина, Джин? Но я продолжал послушно кивать и ждать того часа, когда смогу назвать ее женой. Мы все так детально спланировали. Скоро заканчивается твой матч и ты с командой снова в Англии. Можно сыграть свадьбу. Уже можно… Но у нее опять есть какие-то причины. Знаешь их сотни, тысячи… И у Гермионы все так логично и понятно, что когда она начинает мне объяснять, почему мы никак не поженимся, я чувствую себя тупицей. Ведь это просто. У нее все просто. И все бы ничего, но появился Малфой! Ты будешь смеяться надо мной, как и Гарри, но я чувствую, что Герми относится к этому хорьку с симпатией. Не верю, что пишу это, но я дико ревную к Драко Малфою! С тех пор, как Гермиона стала его секретарем (Мерлинов год уже!) она только и говорит, что об этом хорьке! Драко то, Драко это… Она не называет его больше Малфоем. Только по имени! И я боюсь, Джинни. Боюсь, что он уведет у меня невесту. А я без нее не смогу… Джин, что мне делать? Только не пиши мне, что я все себе напридумывал. Может я никогда и не отличался особым умом, но я вовсе не идиот! Я вижу, что Герми отдаляется от меня. И с каждым днем все дальше и дальше. Теперь большая часть ее мыслей об ублюдочном хорьке-Малфое! Напиши мне скорее Джин, а еще лучше возвращайся. Тебе тут очень не хватает. Твой брат Рон.»

Вырезано из письма Рона Уизли.

День был удручающе суетлив. Казалось всем вокруг что-то резко от меня понадобилось. Нет, то что начальник мракоборцев давно понял, как хорошо меня можно использовать чуть ли не во всех операциях, я понимал уже давно. Но вот от Кингсли я не ожидал… Свалить на меня столько «висящих» заданий! И все срочно, и все важно, и все совершенно секретно. Я в который раз посетовал на Грейнджер, оставившую меня одного. Гриффиндорка была вот уже третий день в отпуске, что приводило в бешенство. Потому что я, в отличии от нее, не отдыхал. Я пахал, как проклятый. Залетев в собственный кабинет, только успел свалить пиджак на кресло, как в двери вспорхнули маленькие, сложенные в виде птичек, послания. Началось. Обычно практически всей документацией занималась именно Грейнджер, а в ее отсутствие приходилось мне. А я терпеть не могу бумажную волокиту! Но ничего не поделаешь. Я начал разбирать послания, по мере прочтения отвечая на них и отсылая адресатам. После дрянных записочек настал черед документов, затем сортировке дел. Когда я уже готов был взвыть, в приемной послышалась возня. Неужели Грейнджер сорвалась? Я бы не удивился, если бы эта сумасшедшая женщина приперлась на работу в середине отпуска, потому что вспомнила, что не положила на место какую-то супер нужную папку, или забыла что-то дописать в отчете. Вполне в ее духе. Вообще, нужно признаться, за этот год я хорошо узнал Грейнджер и даже смирился с ее частым пребыванием около себя. Более того, я мог оценить ее трудолюбие, дисциплинированность и усидчивость. Все то, что непременно взбесило бы меня в школе, сейчас сыграло на руку. Грейнджер была отличным секретарем. За это я мог простить то, что порой она вызывала во мне раздражение. В приемной опять что-то стукнуло. Я нахмурился и все же вышел посмотреть, кто там? Увиденное обрадовало мало. — Уизли, каким ветром твою маленькую персону занесло сюда? Грейнджер в отпуске, Поттер явно тоже не здесь. — Я, вообще то, уже не Уизли, Малфой, — рыжая бестия, ничуть не изменившаяся со школьных лет, ехидно ухмыльнулась, разглядывая меня хитрыми глазищами. Красивая девчонка. Помнится в школе даже Блейз подумывал за ней приударить, несмотря на то, что она училась на гриффиндоре. — Действительность от этого не меняется. Ни Грейнджер, ни Поттера… — я театрально развел руками, а Джинни рассмеялась. — Ты стал жутко сексуальным, знаешь? — недоверчиво смотрю на девушку, но она только пожимает плечами. — Поттер не обрадуется. — Переживет, — отмахнулась рыжая, — я, кстати, к тебе, можно? — Заинтригован, — я галантно отступил в сторону, пропуская девушку в кабинет. Когда Джинни проходила мимо, я успел уловить легкий цветочный аромат. Очень нежный, подходящий для нее, — присаживайся и поведай мне, чем я заслужил честь тебя лицезреть? — Все просто, — Джинни умостилась в кресло для посетителей, я занял свое место за столом. Наши взгляды пересеклись и ее лицо стало серьезным, — я хочу поговорить о Гермионе. — И? — я невольно напрягся. — Ты ей нравишься, Драко, и это не нравится мне. Я, наверное, около минуты молча разглядывал эту поразительно наглую девушку, не веря собственным ушам. — Очень смелое заявление, Джинни, — я наклонился вперед, сложив руки перед собой на столе и внимательно вглядываясь в глаза собеседнице. Я знал, что сейчас мой взгляд заставляет ее нервничать. Я умел делать так, чтобы моим собеседникам становилось неловко. Джинни Уизли, точнее уже Поттер, оказалась крепким орешком, но в итоге и она начала смущенно ерзать на стуле и отводить взгляд. — Я знаю, что не должна была приходить сюда, но Рон… — Мне это не интересно, — Джинни замерла, — я имею в виду все это в общем. Включая Грейнджер. — Да брось, я помню, каким ты был ловеласом, Гермиона миленькая… — Джинни, я не буду тебе повторять несколько раз. Я знаю, что Грейнджер испытывает ко мне симпатию. Довольно давно, должен признать. Но это не мои проблемы. Она работает на меня и на этом все. — Но ты не мог бы… — Что ты хочешь? Чтобы я сказал ей, что у нее нет ни одного шанса? Что мне глубоко плевать на всю ее персону и я даже в ее сторону не посмотрел бы, если бы не работа? — Нет, я… — Ты лезешь туда, куда не стоит. Я понимаю, ты подруга и по-своему заботишься о ней, но давай проясним сразу, меня это не касается. Откровенно говоря, Грейнджер не первая и думаю, не последняя женщина, которая испытывает ко мне не взаимные чувства. Я не подписывался объясняться с ними всеми. — Очень скромно, Малфой. — Не вижу ничего хорошего в ложной скромности. Я трезво оцениваю свою жизнь и все что в ней происходит. — Возможно ты прав, просто я не знаю, что с ней делать, — Джинни грустно вздохнула, — извини, что задержала. — Это было интересно для разнообразия. — Работа? — Джинни кивнула на гору папок, возвышающуюся на моем столе. — Она самая. — Тогда, пожалуй, мне пора, — я встал, вслед за девушкой. Все же отец в свое время здорово вбил в меня правила этикета. — Было забавно снова встретится, Уизли. — Я Поттер, — улыбнулась рыжая, — не верю, что говорю это, но заходи в гости, Малфой. — Серьезно? Твоего мужа хватит удар. — Ему будет полезно немного меня поревновать. Ты для этого идеально подходишь, — Джинни мне подмигнула и протянула руку, — до встречи? — Я подумаю, — едва ощутимо поцеловал тыльную сторону ее ладони в знак прощания. К своему удивлению понял, что действительно задумался о ее приглашении. Встряхнул головой. Это была не лучшая идея. Наверное… Чтобы перестать размышлять о всякой ерунде пришлось опять с головой окунутся в работу. Очередные дела полностью отвлекли мое внимание и визит Джинни затерялся на задворках памяти. Когда я освободился было уже очень поздно. В окно задувал холодный ночной ветер, обещающий скорый дождь. Небо заволокло тучами, которые выглядели такими темными и тяжелыми, что, казалось, они уже не в силах нести в себе всю ту влагу, которой были наполнены. Пора было закругляться. Мне еще предстоял ужин в мэноре, где мы с Лерой должны были объявить матери о нашей помолвке. Уверен, Нарцисса будет в восторге. Она души не чает в Лере. Впрочем, в последнее время, мать стала теплее относится и ко мне. Моя карамельная фея творит чудеса. Я вышел из кабинета и привычно поднес левое предплечье к определенному месту около двери. Считав мою метку, защита кабинета захлопнулась. Теперь сюда, кроме меня, никто не зайдет. Помнится, в свое время я здорово поломал голову над данным закреплением охранных чар. Я никак не мог придумать, на что завязать волшебство, чтобы максимально обезопасить свое рабочее место. Мне помогла Лера. Она одним вечером, валяясь со мной на диване, водила своим тонким пальчиком по метке и задумчиво кусала губу. Лера всегда так делала, когда о чем-то размышляла. Когда я поинтересовался, что такого привлекательного она видит в моем клейме, девушка поразила меня ответом. «Ты последний, кто может с гордостью носить подобное. Остальные либо мертвы, либо в Азкабане», и это навело меня на мысль. Я ведь, действительно, единственный, клейменный Лордом, но свободный. На следующий же день я настроил охранку на метку, под изумленным взглядом Грейнджер. — До свидания, лорд Малфой, — меня отвлек от воспоминаний голос Тимми, охранника, сидевшего в атриуме. — До завтра, — вежливо ответил мужчине и направился к выходу. Я не использовал сегодня камин. Настроение было как раз для небольшой прогулки. Я решил пройтись немного по магловским улочкам, а потом найти какую-то подворотню и трансгрессировать прямо к менору. Мыслей в голове не было. Абсолютно пусто, что приводило меня в неописуемый восторг. Я расслабленно шел по ночному городу, наслаждаясь свежим воздухом. В кармане завибрировал телефон. К этому магловскому приспособлению меня приучила моя бывшая секретарша — Софи, которая работала в моей собственной фирме. Софи была маглорожденной и это мне часто помогало, ведь я принялся вести дела именно с маглами. Мне пришлось научится жить среди них. Телефон — практически первое приспособление, полезность которого я оценил. И у меня, и у Леры были сотовые для быстрой связи. Конечно, в местах, переполненных магией, мне приходилось выключать аппарат, иначе он непременно ломался. А вот в городе работал исправно. Достав аппарат из кармана, я увидел сообщение от Леры и несколько непринятых. «Просто напиши, что ты задержался, а не валяешься в подворотне» — гласило сообщение и меня начала грызть совесть. «Скоро буду» — быстро набрал на сенсорной клавиатуре и отправил своей фее. «Жду», получил моментальный ответ. С прогулкой пора было заканчивать. Оглянувшись и примерно определив, куда успел забрести, я принялся искать ближайшее темное местечко, где можно было трансгрессировать. Долго ждать не пришлось, уже за вторым поворотом я натолкнулся на узкую темную улочку, между двумя массивными домами, куда и завернул. Чтобы окончательно минимизировать риск быть увиденным, я прошел вглубь этой «щели» и уже хотел трансгрессировать, когда услышал тихий женский вскрик. Только этого мне и не хватало! Не сказать, чтобы я был рыцарем (это прерогатива кого-то, вроде Поттера), но уйти не смог… Я прокрался вперед, осторожно ступая, чтобы не привлечь к себе внимания. Улочка вела строго прямо, заканчиваясь резким поворотом, который можно было обнаружить, только подойдя к нему впритык. До этого казалось, что проход упирается в стену здания. Когда я заглянул за угол, сразу просто не мог поверить своим глазам, как я и предполагал, женщина, действительно, попала в беду. Вот только она могла справится и сама. Потому что будь грабитель хоть трижды здоров и могуч, напал он явно не на ту. Гермиона Грейнджер пережила сражение с пожирателями, обычный магл был на этом фоне смехотворно ничтожен. Именно так я думал, глядя на разыгравшуюся картину и потому не спешил на помощь. Я просто прислонился плечом к стене и стал наблюдать. Не знаю, что помешало мне преспокойно удалится, пока я не был замечен, но я остался. И это стало тем, что спасло идиотку-Грейнджер. Потому что она застыла. Эта вся из себя храбрая гриффиндорка, одна из лучших выпускниц Хогвартса, просто застыла столбом перед надвигающимся на нее мужиком. Немного отступив в сторону я мог видеть ее бледное перепуганное лицо. Я окончательно понял, что Грейнджер себя спасать не планирует. Пришлось это сделать мне. Я не доставал палочку, не выкрикивал заклинаний. Невербальная беспалочковая магия уже который год была для меня доступна, потому мне стоило только немного пошевелить кистью, чтобы незадачливого грабителя здорово стукнуло о стенку, по которой он и сполз на землю. Я не стал проверять, что с мужиком. Грейнджер в этот момент меня волновала гораздо больше. Ее глаза были огромные, как блюдца и в них стояла паника. Увидев меня, гриффиндорка сделала то, чего я никак не ожидал, она разревелась. Я стоял и шокировано смотрел на Грейнджер по щекам которой ручьем бежали слезы. Ее лицо пошло красными пятнами, нос сморщился, а губы непрерывно дрожали. Не скажу, что она выглядела красиво, на самом деле, плачущая Гермиона — это достаточно жалкое зрелище и я не хотел его лицезреть, но оставить ее не мог. Несколько шагов и я приобнял рыдающую секретаршу. Ее тело доверчиво прижалось ко мне и я чувствовал, как она содрогается от каждого всхлипа. Ее слезы явно испортят мою рубашку, но это было не самое паршивое. Не я должен был ее успокаивать, не я должен был спасать. Мое место сейчас в мэноре с матерью и Лерой и я хотел быть там. И, мерлин всех подери, я буду! Тряхнув головой, быстро подхватил Грейнджер на руки и трансгрессировал к Поттерам. Я знал, где живёт Гарри, поскольку однажды мне пришлось вытаскивать его чуть ли не с кровати, когда мне передали дело, предварительно расследуемое Поттером. Так что с трансгрессией проблем не было. Вмиг я очутился на пороге обители Поттера и несколько раз с удовольствием ударил ногой в дверь. Грейнджер на моих руках затихла, но не проявляла ни малейшего любопытства, что меня напрягало, потому что явно означало, что с ней не все в порядке. — Какого черта? — своеобразно встретил меня Поттер, когда открыл дверь. — Наконец, — я вошел внутрь, заставив Гарри отскочить с прохода, — где ее можно оставить? — Что ты сделал с Гермионой? — на Поттера было смешно смотреть. Покрасневший от злости, глаза сверкают, руки сжаты в кулаки и правая уже тянется к палочке. Думаю, я не получил еще авату только потому, что на моих руках Грейнджер. — Я ее спас, Поттер, но дальше нянчиться не собираюсь, это вроде как обязанности Уизли, да? — Что здесь происходит? — в коридор выскочила Джинни и по ее взъерошенному виду я начал догадыватся, почему мне долго не открывали дверь. — И снова здравствуй, экс-Уизли. Куда мне положить твою подружку? — Давай в гостиную, — жена у Поттера более вменяемая. Я знес Грейнджер в небольшую круглую комнату в приятных пастельных тонах. Джинни указала на диван и я попытался сбросить свою ношу, но та вдруг ожила и крепко ухватилась за мою рубашку. Ее тонкие пальцы больно впивались в мою кожу, явно оставляя синяки. — Эй, Грейнджер, это жуть, как мило, но мне пора, — но она не слышала меня, только судорожно цеплялась, как утопающая. Пришлось заново поднять ее на руки. Грейнджер успокоилась и ткнулась мне носом в шею. Кажется, она опять начала реветь. Я досадливо поморщился и уселся на диван, устраивая секретаршу на коленях. Лера меня убьет и будет права. Я поднял взгляд и натолкнулся на ошарашенных Поттеров. — И что все это может означать? — спросил Гарри каменным безэмоциональным тоном. Было видно, что он едва сдерживает ругательства. — Ваша милая подружка загуляла по подворотне, где на нее попытались напасть, — мои слова заставили Грейнджер сжаться в еще более компактный комочек. Я поморщился, гриффиндорка прижалась ко мне теснее. — С ней все в порядке? — Поттер, она выглядит так, будто с ней все в порядке? — меня начинало все это дико раздражать. — Я не это имел в виду, я… — Все, мое терпение не безгранично, — я совсем не ласково встряхнул Грейнджер, которая тут же напряглась и изумленно на меня посмотрела, — пришла в себя? Я надеюсь, что да, потому что, откровенно говоря… Дослушивать меня не стали, она опять спрятала лицо, где-то в районе моей шеи. Я, конечно, мог ее грубо отцепить от себя и, возможно, я так бы и поступил, но мне представилось нахмуренное осуждающее личико Леры, узнай она о подобном. Пришлось тяжело вздохнуть и достать из кармана телефон, в надежде, что у Поттеров дома он будет работать. Не обращая внимания на круглые, от изумления, глаза Гарри, я обрадованно заметил, что сотовый в порядке. Набрав номер по памяти стал ожидать. — Алло, Драко? — Лера ответила быстро и в тишине поттеровской гостиной ее голос звучал достаточно громко, чтобы его можно было услышать не только мне. Я в очередной раз за сегодня досадливо поморщился, но убавлять громкость динамика не стал. Плевать на Поттера, а Грейнджер даже полезно послушать, может отцепится от меня, наконец. — Лер, я сильно опоздаю. — Ты уже сильно опоздал, Малфой. Что случилось? — я ясно представлял, как Лера задумчиво закусила нижнюю губу и немного сморщила свой носик от досады. — Я решил попробовать себя в роли рыцаря. — И как? — в голосе моей невесты послышались ехидные нотки, — понравилось? — Нет, явно не мое предназначение. — Я тебе говорила, ты «плохой мальчик», в этом твое обаяние. — Хм, возможно, — я не сдержал улыбку, — ты сильно злишься? — В бешенстве, но я все еще тебя люблю, Малфой. — Это воодушевляет, мы можем перенести ужин на завтра? — Да, но тебе придется мне все объяснить. Когда ты вернешся? — я чувствовал, как во время разговора Грейнджер напрягалась все больше. Она явно приходила в себя и начинала соображать где и с кем находится, либо же ей просто не нравилось то, что она слышала. — Я не знаю. — Ладно, я передам твоей матере привет, но знай, что ты ее расстроил. Она ждала тебя. — Спасибо, — я вновь улыбнулся, — не жди меня и ложись, ладно? — Только если пообещаешь разбудить меня, когда вернешься. — Обещаю, спокойной ночи. — Всенепременно, — и она положила трубку, а я все продолжал улыбаться. — Мир просто сошел с ума, — тяжело вздохнула экс-Уизли, чем нарушила установившуюся тишину. Я поднял на нее взгляд. — Тебе придется что-то придумать, чтобы привести в чувства Грейнджер, как ты понимаешь, мне нужно домой, — Уизли кивнула и повернулась к Поттеру. — Иди за Роном, только предупреди его, чтобы вел себя вменяемо, — рыжая взглядом указала на меня, — я не хочу скандалов и драк в своем доме. — Я быстро, — Поттер поцеловал жену в лоб и с облегчением трансгрессировал. Ему явно было неуютно находиться вместе со мной в одной комнате. Тем более тогда, когда он не мог обвинить меня в сволочизме. Неловкость Поттера немного примирила меня с ролью успокоителя для Грейнджер. — Гермиона? — Джинни села возле меня и попыталась достучаться до подруги, — дорогая, посмотри на меня. Уизли говорила мягким голосом, как будто обращалась к ребенку. Она потянулась к Гермионе и стала ласково поглаживать ее по руке, судорожно вцепившейся в мою рубашку. Постепенно пальцы Грейнджер начали расслабляться. — Герми, я знаю, что ты не хочешь сейчас говорить и опять спряталась, но ты нужна нам, — я удивленно приподнял бровь и выразительно посмотрел на Уизли. Что, Мерлин побери, значит «опять спряталась»? Рыжая отрицательно покачала головой. Сейчас ей явно было не до объяснений. — Герми? — в комнате с тихим хлопком появился встревоженный Рон. Он на мгновение застыл при виде своей невесты на моих коленях, но к моему удивлению, быстро взял себя в руки и не стал устраивать дебош. А Уизли вырос, — что с ней? — Шок, — просто ответила Джинни, не переставая при этом гладить руку подруги. Я тяжело вздохнул, ситуация была патовая. Я знал, что могу успокоить Грейнджер намного быстрее, чем это делает Уизли, но при этом понимал, что симпатия Гермионы ко мне окрепнет. А я не хотел этого. Грейнджер должна была любить свое рыжее безобразие, а меня оставить в покое. Но, разве я виноват в том, что она решила иначе? Тихо ругнувшись, я все же принял решение. Наклонившись ближе к Грейнджер я, жестко контролируя голос, стал выводить ее из шокового состояния. — Гермиона, просто дыши со мной. Слушай мое дыхание и старайся дышать вместе со мной, — я не обращал внимание на остальных, сейчас важна была только Грейнджер. И хоть мне было очень любопытно понаблюдать за несомненно взбесившимся Роном, я устал торчать в поттеровской гостинной. Потому важна была только Грейнджер, — ты успокаиваешься Гермиона. Вместе со мной. — Что он… — я злобно посмотрел на вмиг замолчавшего Уизли. Кажется его выдержку и разумность я переоценил. Печально… — Вдох и выдох, Гермиона, осторожно, медленно. Опять вдох, глубокий, наполняющий всю тебя, — Грейнджер послушно дышала, прислушиваясь ко мне и расслабляясь. Я плавно поглаживал ее спину и руки, подстраиваясь под наше дыхание, — ты в безопасности, Гермиона. Ты же знаешь это? Я рядом, я не дам никому тебя обидеть. Просто дыши со мной и позволь себе успокоиться. Ты устала. Я знаю, как ты устала от всего вокруг. Проблемы, кошмары, все навалилось на тебя одну и ты боишься. Я делал нужные паузы, контролировал голос, тон, и Грейнджер слушала. Она стала чутко реагировать на каждое слово, на любое изменение. — Ты справишься, Гермиона, — по тому, как напряглась девушка я понял, что пошел не туда. Нахмурившись, попытался угадать, что же ей нужно. Впрочем, о чем это я? Передо мной обычная девушка. Да, я забыл об этом, потому что имел дело с Грейнджер. Это и была ошибка, — я помогу тебе, Гермиона. Тебе не нужно быть одной, я рядом. Мы вместе выберемся. Ты можешь побыть слабой. Отпусти себя, — Гермиона. Дыши со мной. Вдох и выдох, глубже, спокойнее. Я не знаю сколько еще времени мне пришлось шептать Грейнджер, но она справилась. Девушка пришла в себя резко. Рывком выпрямилась, отстранившись от меня и непонимающе огляделась. В комнате осталась только Джинни. Придурок Рон все же сбежал, а Гарри ушел его успокаивать. — Что произошло? — Гермиона хлопала глазами, как будто только проснулась, что не было так уж далеко от истины. — С возвращением, Грейнджер, — не смог сдержать я сарказма. Девушку подбросило. Как только она поняла на чьих коленях сидит, ее тут же смело, как волшебством. Я недовольно разглядывал мятую рубашку в пятнах туши. — Ты опять выпала из жизни, Герми, — Джинни осторожно взяла подругу за руку, — и очень меня напугала. — Прости, — Грейнджер жутко смущалась и даже взгляд на меня не поднимала. Ну что ж, раз мы начали разбираться со всем этим… Я подошел к секретарше и поднял ее лицо за подбородок, заставляя смотреть прямо мне в глаза. Экс-Уизли, к моему удовольствию, вмешиваться не стала. — Во-первых, ты проходишь курс у психолога, Грейнджер и даже не начинай спорить. Считай это непосредственным приказом от начальства. Во-вторых, прекрати думать, что бессмертна и не шляйся ночью по подворотням. На месте Уизли, я запер бы тебя в спальне за подобное, как минимум на неделю. Впрочем, не жди от Рона подобного, — Гермиона при этих словах покраснела еще больше, — есть еще кое-что. — Да? — голос Грейнджер звучал хоть и смущенно, но достаточно твердо, что не могло не радовать. — Хватит откладывать свадьбу, Грейнджер, — Гермиона вздрогнула и недоверчиво уставилась на меня, я же выпустил ее подбородок и сделал шаг в сторону, — я не слепой. Твоя симпатия вполне очевидна, но она абсолютно бессмысленна. Мне жаль, Гермиона, но хватит. Даже твой идиот-Уизли понимает в чем дело, не так ли? — Я просто… — Пытаешься рассмотреть то, чего нет. У меня есть невеста, и сегодня я должен был объявить матери о нашей с ней помолвке. Не верю, что об этом говорю тебе я, Грейнджер, но когда любишь, не сомневаешься в желании быть рядом. Или люби, Гермиона, или отпускай. Все просто. — Спасибо, — девушка не смотрела на меня, но этого и не нужно было. Я перевел взгляд на Джинни. Рыжая мне улыбнулась и одними губами прошептала «спасибо». Я криво улыбнулся. — Считай, в гостях я у тебя побывал, Уизли. — Хватит называть меня Уизли, — к моему удивлению, Джинни быстро обняла меня, чем немного ошарашила, — приходи еще, можешь с невестой. Я хочу познакомиться с девушкой, покорившей Драко Малфоя. — Возможно, — дальше задерживаться я не видел смысла. Прощаться с Поттером или Уизли? Вот уж точно нет. Я трансгрессировал домой.