"Тайна среди тайн". История об одном расследовании.

      - Чем господин профессор изволит заниматься сегодня?       Аронакс встрепенулся, рассеянно глядя на помощника.       - Понятия не имею, друг мой. Думаю, это будет зависеть от того, какие тайны раскроет нам сегодня капитан Немо... то есть, я хотел сказать, "океан".       - А сам капитан? Его тайны не менее интригуют Вас, ведь так? Извините, коли лишнего болтаю.       - Нет, всё в порядке. Боюсь только, они гораздо опаснее. Но, безусловно, так же притягательны.       - Как и он сам для Их чести?       - К сожалению, так. Иногда я не понимаю сам себя в его присутствии. Заранее готовлю речи, но стоит лишь увидеть его, и голова вмиг пустеет, - профессор прикусил язык, не имея желания делиться потаёнными страстями сердца, стремительно сплетавшими незримую прочную нить между двумя, казалось бы, совершенно чужими людьми, постепенно сближая их, открывая новые горизонты познания. Иногда почтенному учёному чудилось, будто эта ниточка, обвившись вокруг него, превратилась в стальную цепь, будто неведомые путы разорвать невозможно, а железные витки сжимают тело всё сильнее, и только один человек на свете способен снять эту боль...       - Кхм... - учтиво кашлянул Консель, привлекая внимание. - С господином профессором вправду всё хорошо?       - А? Да-да, разумеется.       - Мы говорили о тайнах. У Вас ведь тоже они есть, верно?       - Конечно, у всех есть.       - Говорят, сколько бы ни было у человека секретов, среди них всегда найдётся самый личный и сакральный. Подумать только: так много лет я верно служу Их чести, но так и не смог приблизиться к разгадке ни на шаг. Похоже, не все слуги умеют хитрить, сплетничать и выпытывать чужие секреты.       - Что ж, - Аронакс встал и искренне улыбнулся, - По-видимому, так. К большому счастью для меня.

***

      - Уверяю Вас, Нед, господин профессор явно что-то скрывает от нас!       Гарпунёр в ответ только фыркнул, пожимая плечами.       - Ну, подумай ты сам, Консель, что такие учёные, как наш Аронакс, могут скрывать? Строение очередной подводной твари? Или может, эликсир бессмертия, выделенный из каких-нибудь непонятных водорослей? Хотя лучше бы он в тайне составлял безупречный план побега из этой железной бочки! Рассказав о нём нам, разумеется.       - Ах, Нед, опять Вы за старое. Как можно думать о побеге, когда прямо перед нашими глазами разворачивается столь увлекательный детектив!       - Стало быть, ты намерен разгадать его? - взгляд канадца выражал крайнюю степень скептицизма.       - Именно. Когда Их честь что-то тревожит, я обязан не оставаться в стороне. Мы непременно докопаемся до истины, друг мой!       - Я не ослышался? "Мы"?       - Верно, Нед. Вдвоём действовать удобнее и быстрее.       - Небось, у тебя уже и план действий созрел?       - Да, господин напарник. Изволите выслушать?       В тот же час друзья уговорились внимательно следить за Аронаксом. К удовольствию новоиспечённых сыщиков, помощнику профессора был известен довольно чёткий ежедневный распорядок объекта наблюдений, что в разы упрощало задачу.

***

      На рассвете следующего дня профессор по обыкновению поднялся на палубу, не подозревая, что за ним настойчиво следят две пары глаз.       - Доброго утра, господин Аронакс, - прозвучал рядом приятный низкий голос. - Как Вы находите сегодняшнее состояние океана?       Профессор чуть улыбнулся и, облокотившись на металлические поручни палубы, ответил:       - Он прекрасен, как и всегда.       В тёмных глазах капитана вспыхнули огненные искры.       - Вы правы, профессор. Однако сегодня он особенно великолепен: с виду веет величавым спокойствием и походит на мирно уснувшую кошку, но приглядитесь: под самой поверхностью перекатываются небольшие волны. Море не спит, оно лишь чутко дремлет, готовое в любой момент взволноваться и поднять гребни своих валов в небеса; оно умеет показывать свою силу, в то же время оставаясь благосклонным к путешественникам, как мы с Вами. Оно подобно чувствам, владеющим человеческими сердцами и душами - вечный океан страсти!       "Совсем как Вы, - с горьким отчаянием подумал Аронакс, внимая горячей и такой искренней речи собеседника. - И мою душу, охваченную Вашим штормом, уже ничто не способно освободить от грешных мыслей о Вас".       Судьба изрядно посмеялась, поместив две любящие души в тела одинакового пола, хотя даже это не могло бы остановить отчаявшегося обрести своё счастье человека. Никто из двоих не смог бы сказать, как давно это началось, но всё чаще в ночных фантазиях капитан видел профессора Аронакса, тянувшегося к нему в ожидании поцелуя, позволявшего ласкать себя до умопомрачения, шептавшего в темноте комнаты его имя - не тот псевдоним, что приходится ежедневно натягивать на себя, как маску, а родное, привычное с детства и такое по-семейному тёплое...       Профессор со своей стороны совершенно не поощрял подобные сновидения, хотя наблюдал их ничуть не реже. Оба упорнейше избегали любых случайных намёков на эту тему, касаний и знаков внимания, опасаясь выдать истинное расположение дел. И всё же порою очень хотелось пройти по самой грани приличия и немного полюбоваться объектом своего преступного увлечения. В такие минуты один из собеседников, как правило, умолкал и устремлял взгляд вдаль, краем глаза любуясь стоящим рядом. Но сейчас пауза тянулась уже непозволительно долго и требовалось немедля нарушить молчание. Проронив пару слов о собственной излишней задумчивости сегодня, рассказав несколько пришедшихся к месту фактов о море, капитан учтиво поклонился и сошёл с палубы, быстрыми шагами пересекая салон. Каким же было недоумение друзей профессора, когда несколько секунд спустя Аронакс спустился следом.       - А я был уверен, что Их чести по нраву долгие утренние прогулки, - шёпотом произнёс Консель, по-прежнему прячась за высокий пьедестал одной из статуй. - Одного только никак в толк не возьму - чего же он тогда столь быстро возвратился? Погода ведь хорошая.       - Ещё и вид у него довольно странный, мечтательный: гляди, Консель, он чуть не упал, пока топал к своей каюте. Скоро совсем под ноги разучится смотреть.       Помощник ненадолго задумался.       - Тогда всё прозрачно, друг Нед: стало быть, во время наблюдения за океаном, господина профессора посетила какая-то идея и он немедля решил её проверить. Итак, эта зацепка приводит нас к корабельной лаборатории, ибо, следуя логике, Их честь вскоре направится туда. После завтрака нам следует непременно заглянуть в научный отсек и проверить нашу гипотезу.

***

      Аронакс безучастно сидел на своей кровати, мысленно прокручивая в голове утреннюю сцену. Что тянуло его сердце к командиру корабля?       "Неравнодушие и уместный интерес к такой необыкновенной личности", - отвечал он сам себе, не дожидаясь, пока сознание насмешливо подскажет более правдивый ответ. И всё же мысль - неприятная штука: всегда умудряется выйти из строго установленных рамок и отправиться в свободный полёт воображения. Вот и в сей момент, профессору внезапно пришло в голову, что неплохо бы снова увидеть капитана Немо, хотя, конечно, две встречи с ним за день уже непомерная роскошь! Попытать судьбу стоило, и едва минуло время завтрака, торопливые шаги учёного раздались перед входом в исследовательский отсек, куда интуиция неосознанно привела его. Дверь распахнулась и...       - Профессор, как Вам удалось угадать моё местонахождение? - от знакомого тембра по спине пробежала стайка мелких мурашек.       - Я не... Это случайность. Я просто намеревался поработать над одним своим проектом.       - Вот как? - одна из бровей капитана хитро изогнулась. - Не составит ли Вам труда посвятить меня хотя бы в общую суть?       - ... - профессор чувствовал: ещё совсем немного, и лучше бы ему провалиться сквозь пол от стыда. Кого он пытается обмануть?       - Ну, - сказал, наконец, Немо, - Раз Вы пока не готовы представить тот проект на мой скромный суд, позвольте предложить Вам другое исследование.       Пока капитан описывал детали будущей работы, за дверью отсека происходил не менее интересный разговор:       - Ну? И что это, по-твоему, должно значить?       - Как же Вы не поняли, Нед? Должно быть, господин профессор совершил какое-то выдающееся открытие, раз так споро бросился в лабораторию, а потом...       - Сюда идут! - шикнул канадец, хватая друга за рукав и быстро покидая "место преступления".       По возвращении в их комнату Консель с видом заправского следователя произнёс:       - Итак, что мы имеем? Господин профессор ведёт себя крайне странно, весь день сторонится нас и настойчиво ищет встречи с капитаном. А при этой встрече, судя по неуверенному тону, держится так словно язык проглотил. А это значит, Их честь действительно сделал большое научное открытие, но очень стесняется рассказать о нём.       - Не пойму, какое нам до всего этого дело?       - Как это какое! Нужно обязательно помочь господину профессору высказаться, ибо, как показывает опыт, при коротких встречах с господином Немо он не может как следует собраться с мыслями, и разговор быстро уходит в сторону.       Гарпунёр иронично поднял руки вверх.       - Ладно, допустим, ты меня убедил. И каков теперь наш план?       - План? Устроить им деловую встречу, естественно.       - Н-да, чего уж проще!       - Вы же меня не дослушали, милейший. Это будет исключительно личная встреча, чтобы ни одна досадная мелочь не могла вмешаться и позволить избежать разговора.       - А ты уверен, Консель, что стоит такое делать? Может статься, и причины особой здесь нет: так, лёгкий приступ рассеянности нашего дражайшего учёного. Слыхал я, такое случается с чересчур активными сподвижниками науки.       - Если и так, мы в любом случае ничего не потеряем. Смелее, друг мой! - чуть насмешливо продолжил парень. - Куда же подевалась Ваша былая страсть к авантюрам?       - Эх, была не была! - воскликнул задетый за самолюбие Ленд. - Авось и оправдается вся задумка. Устроим, чего уж там!       - Отлично, - удовлетворённо хмыкнул помощник профессора. - Тем более, у меня уже появились некоторые полезные соображения на этот счёт.       Он склонился к уху соучастника и что-то быстро зашептал, подавляя несогласные возгласы слушателя.       - Шутишь, брат?! Я ещё пожить хочу, а ведь этот Немо нам шкуры спустит, если докопается до виноватых!       - Не докопается, уверяю тебя - я просчитал все возможные промахи. К тому же, нам не придётся действовать открыто. Волноваться совершенно не о чем. Лучше скажите мне, дорогой друг: Вы запомнили свою роль?       Проворчав что-то наподобие "забудешь тут с подобными фокусами", канадец хмуро кивнул. На том горе-авантюристы и разошлись в ожидании положенного часа.

***

      Лишь только часы пробили десять вечера, Консель тайно подкараулил профессора и немедленно приступил к осуществлению своей хитрой задумки. Дождавшись, пока Аронакс выйдет из каюты полюбоваться видами из иллюминаторов перед сном, помощник неспешно прошёлся по коридору, нарочито громко топая ногами по металлическому полу. Поначалу действие не возымело никакого эффекта, но спустя четверть часа подобных назойливых хождений профессор всё же поднялся с салонного диванчика и, надеясь выяснить источник надоевшего шума, последовал за хитрым слугой, не ведая о грозящей "ловушке во благо", как её окрестил сам инициатор. Любопытство и обострившийся в полутьме слух привели ничего не подозревающего учёного к дальнему отсеку корабля, где пассажиры "Наутилуса" провели первые свои дни на подводной лодке. Дверь в помещение была приоткрыта, изнутри доносились чьи-то приглушённые шаги. После недолгой борьбы страха и интереса к неизведанному, последний одержал победу в душе исследователя, позволяя шагнуть внутрь. Слишком поздно Аронакс вообразил свою ошибку: в следующую секунду за ним затворилась дверь и было слышно, как вентиль на ней повернули на два оборота. Мрак охватил профессора со всех сторон, заставляя внутренне сжаться.       - А Вы молодчина, друг Нед! - довольно произнёс Консель, с чувством выполненного долга заходя в свою каюту. - Даже со временем угадали как нельзя лучше.       - Пустяки, - ухмыльнулся его сосед, тут же растянувшийся на своей кровати. - Труднее поверить в то, что трюк с шагами и комнатой удался: ладно профессор - любопытство порою изрядно смягчает его бдительность - но каким образом капитан-то не заметил подвоха? Конечно, он был чем-то весьма опечален, когда я обнаружил его в библиотеке, но... Странно всё это. И подозрительно!       - Ох, право же, Нед, всё пройдёт великолепно. Господин профессор наконец поведает уважаемому капитану о своих научных выводах; возможно и мы впоследствии как-нибудь узнаем о них.       Звук неуверенных шагов растворился в непроглядной темноте помещения. Стало тихо. Настолько, что Аронакс слышал собственное частое дыхание, вероятно, сбившееся от осознания ловушки и липкого страха, свернувшегося в глубине души. В гробовой тишине прошла минута - казалось бы, целая вечность. Неужели чужие шаги ему всё-таки померещились? Нет... Вот снова их шорох...       Профессор чувствовал: он готов на что угодно, лишь бы не оставаться более одному внутри этой неуютной черноты, поэтому, недолго думая, метнулся в сторону звука, на всякий случай выставив вперёд руку. Буквально через три секунды пальцы нащупали перед собой мягкую костюмную ткань, а ещё через мгновение в комнате раздался щелчок выключателя.       - Ай! - отвыкшие от яркого электрического света глаза отозвались резкой болью; в висках застучало.       Внезапно болевые ощущения ослабли. С трудом собрав мысли воедино, учёный понял: его сомкнутые веки прикрыла чья-то прохладная ладонь. Вторая ладонь в это время крепко и осторожно придерживала его за лопатки, не позволяя упасть.       Когда освещение перестало доставлять неудобства, Аронакс решился аккуратно отстранить чужое запястье, но лишь только глянув на своего соседа по заточению, ошеломлённо замер на месте, не смея шелохнуться или произнести хоть фразу - слова застряли в горле тугим комком, ибо человек, которым он искренне восхищался; человек, очаровавший его своим благородством и таинственностью натуры, ставший причиной бессонных ночей и безумных горячечных фантазий почтенного француза, стоял сейчас рядом - растерянный и взволнованный одновременно.       - А-а, господин профессор, так это Вы, - Немо наконец взял себя в руки, - Не угодно ли Вам объясниться о происходящем?       - О происходящем? Сожалею, капитан, однако мне известно не больше, чем Вам. Не имею представления, что здесь творится. Меня всего лишь заинтересовал настойчивый и непрекращающийся стук шагов по коридору. В итоге звуки привели меня сюда.       - Так, - в лице напротив зажглась искра понимания, - Значит, Вас привели к этому отсеку подозрительные шорохи? Как это ни удивительно, но меня тоже. С той разницей, что звук шёл из библиотеки, совершенно в иной части корабля, прошу заметить. Из чего следует вывод, что шутников было двое. А подобные фокусы совсем не в духе моих товарищей.       По спине профессора пробежал холодок.       - Неужели мои друзья сыграли с нами такую злую шутку, заманив в это место?       - Злую шутку? - капитан усмехнулся, подходя к двери. - Это не злая шутка, господин профессор, - он с силой дёрнул за металлическую ручку, демонстрируя, что та не поддаётся. - Вот поистине злая шутка!       - Нас заперли? - упавшим голосом спросил Аронакс.       - Да, боюсь, что так, - "хотя на Вашем месте я опасался бы другого", - капитан чуть сглотнул, скользнув взглядом вдоль тела собеседника, к большому своему удивлению, заметив подобную же вольность и в свой адрес.       "Возможно ли такое? - вопросил он сам себя. - Возможно ли, что этот человек способен почувствовать мой секрет и ответить взаимностью? О боги, тогда бы я искренне благословил сей день!"       - Что же Вы молчите, профессор? - голос прозвучал несколько отстранённо, почти невозмутимо.       Тот вздрогнул и отвёл взгляд.       - Я... устал сегодня, а в это время обычно уже сплю. Наверное поэтому мысли в голове разбегаются.       - А, получается, причина в усталости... - задумчиво пробормотал Немо, скорее для себя. - Что ж, - добавил он уже с привычной уверенностью, - Время действительно позднее, нам пора укладываться на ночь. Жаль Ваши спутники не догадались заранее принести спальные принадлежности. Прошу извинить за столь некомфортные условия на грядущий сон.       - Ничего, капитан. Всякие курьёзы случаются в жизни. В конце концов одну ночь можно провести и на полу. Насколько я помню, здесь не очень холодно.       Через час, однако, выяснилось, что, вопреки прежним ожиданиям, профессор продрог. Тонкая циновка, покрывавшая весь пол отсека, практически не грела. Вздохнув, глядя на свернувшегося в клубок Аронакса, капитан расстегнул сюртук и укрыл им своего соседа, на слабый протест ответив:       - Вы можете простудиться, господин Аронакс, а у меня бывали ночёвки и похуже.       Как назло, в этот момент память подкинула бывшему революционеру воспоминания о холодных ночах в индийских горных селениях, где ему доводилось скрываться от преследований врагов. Одна мысль о тех мрачных временах заставила поёжиться даже наяву, что, очевидно, не осталась незамеченным.       - Придвиньтесь ближе, капитан Немо, так места хватит нам обоим, - Аронакс потеснился и приглашающе хлопнул рукой по полу. - Мне совестно, что Вы мёрзнете.       "Наверное, следует отказаться, но... если это моя единственная возможность прикоснуться к нему...", - Немо коротко поблагодарил за любезность и забрался под импровизированное одеяло, прижимаясь грудью к напряжённой спине перед собой, тихонько выдыхая от обволакивающего ощущения чужого тепла.       - Спите, Пьер, нам обоим нужен отдых.       "О боже, боже! Неужели это происходит наяву, - сбивчиво проносилось в голове смутившегося от этих слов учёного. - Ох, лучше бы мне было никогда не знать, как пленительно звучит моё имя из его уст! Теперь я точно не смогу забыться сном". Впрочем, существовала ещё, как минимум, одна причина, по которой сон никак не приходил к нему: отсутствие мягкой подушки, что так безуспешно пытался заменить собственный локоть. Жёстко и непривычно.       Внимательно оценив ситуацию, капитан вновь усмехнулся. А затем аккуратно перехватил голову профессора и расположил у себя на груди.       - Что Вы...       - Тише. Вам так будет удобнее.       Немо знал, что его "господин учёный" станет отрицать предложения о подобной помощи, поэтому попросту оказывал её как данность, не спрашивая разрешения. Сейчас это в очередной раз оказалось верным вариантом.       Профессор мало-помалу затих, утомлённый столь щедрым на события днём; капитан, зевая, ещё долго перебирал прядки цвета спелого каштана. Потом он неожиданно приподнял свою голову и с нежностью коснулся губами бледного лба рядом.       - Спите без волнений, мой дорогой. Я позабочусь о Вашем покое...       Настало утро. Конечно, в отсеке без окон это невозможно было утверждать наверняка, однако капитан вполне доверял своей давнишней привычке подниматься ни свет ни заря.       "Должно быть, нас выпустят, как только меня хватятся на утренней вахте, - с присущей ему логикой рассудил Немо. - А до того у меня есть шанс полюбоваться Им! Я буду совершеннейшим глупцом, коли откажусь от этого сейчас".       Во сне профессор выглядел моложе своих лет: мелкие морщинки разгладились, лицо приобрело невероятно мечтательное выражение. Таким он очаровывал капитана ещё сильнее. Поддавшись порыву чувств, ранее так успешно скрываемых за суровой внешней оболочкой, Немо склонился над спящим, бережно прижимаясь к его губам своими, стараясь навеки запечатлеть это волшебное мгновение в своём сердце.       В следующую секунду его прошиб холодный пот, ибо поцелуй явно стал взаимным!       Моментально отстранившись, почти отскочив, командир "Наутилуса" ошеломлённо замер, пробормотав какие-то невнятные извинения. Профессор медленно сел, опираясь на стену, затем так же неторопливо провёл по губам, словно осязая кончиками пальцев отголоски тающего послевкусия, и поднял взгляд.       - Я не должен этого говорить или представлять в своих фантазиях... Но прошу, поцелуйте меня ещё раз.       - Ещё раз? - точно в бреду переспросил Немо. - Вы действительно хотите ещё?       - Сейчас Вы разожгли во мне искру давней надежды, и прежде чем она потухнет, я бы хотел в последний раз ощутить этот восхитительный вкус. Истинно Ваш вкус...       Дальше Немо слушать не мог. Он в волнении присел, почти упал на соседнюю циновку и с упоением обнял Аронакса, пылко прижимаясь губами к его рту, блуждая ладонями по спине, скрытой тонкой виссоновой рубашкой.       - Ах... - тихо отозвался его партнёр сквозь ласки, - У меня голова кружится... Словно весь мир вертится перед глазами.       - Тогда закройте их, мой дорогой профессор, и держитесь за меня без опаски, - рука скользнула под ткань одежды, оглаживая стройный торс. - Вы позволите?       - Всё, что угодно, капитан!       - Как бы Вам не пожалеть о сих словах в самом ближайшем будущем.       - Не пожалейте Вы, а я не пожалею, - уверил тот. - Правда, в науке любви я не силён, поэтому лишь приблизительно представляю дальнейшее. Да притом в таком странном варианте...       - Никому это неведомо. Готовы ли Вы сделать такое удивительное открытие прямо сейчас?       - Определённо. С Вашего на то благоволения, разумеется.       - Об этом волноваться не стоит, - пальцы стали ласково растирать живот и грудь партнёра, помимо воли срывая с губ приглушённый стон.       - Боюсь только разум потерять слишком быстро.       - Ни за что не допущу подобного, - заверил Немо, впрочем, ни разу не уверившись в этом сам, ибо его тело также начинало явственно лихорадить, требуя немедленно обратить внимание на определённые из своих потребностей.       В этот момент профессор приподнял руку и, счастливо вздохнув, вплёл её в прекрасные чёрные локоны.       "Как крыло ворона", - подумал он про себя, проворно расстёгивая жилетку капитана, нежно дразня обнажившуюся кожу:       - Вам приятно, капитан?       - Стоит ли говорить, - мягкий шёпот на ухо заставлял лететь вниз, тонуть в бескрайнем океане страсти и порока, ощущая на губах разлившееся восхитительно-сладким сиропом счастье.       Открыв глаза, Аронакс, наконец, понял, что происходящее не оказалось игрой его богатого воображения или шальной иллюзией, являвшейся к его постели, доводившей его до исступления по ночам. Осознание действительной близости дорогого человека опьяняло; сознание всё меньше подчинялось воле разума. В какой-то момент потеряло значение всё: моральные устои, так тщательно привитые обществом, смятение от действий капитана, даже волнение, будто кто-нибудь может войти и увидеть двоих мужчин в весьма неприглядной ситуации.       - Вы окончательно решились, господин Аронакс? - пальцы Немо легко выскользнули наружу, а их владелец настойчиво заглянул в голубые глаза напротив.       - Да...- почти на пределе простонал профессор, приподнимаясь на локтях, - Ох!... Да. Прошу Вас, не медлите. Не могу больше...       - Как Вам будет угодно, - в глубине чёрных очей вспыхнул яркий, пылающий огонь, - Теперь и я не в силах остановиться...

***

      - Что-то завтрак сегодня долго не подают, не находите?       - Ещё как нахожу, Консель! У самого в животе оркестр симфонический на все лады струны дерёт!       - Что же, в кои-то веки поприсутствуем на подобном концерте задаром. Признаться, я люблю музыку, но у нас с Их честью редко бывают лишние деньги для культурных изысканий.       - Подожди-ка!... Мне мерещится или я слышу шум в коридоре?       Переглянувшись, друзья выглянули из каюты. Им не показалось: снаружи действительно творилось нечто неимоверное. Хлопали двери комнат, то здесь, то там раздавались торопливые шаги и отчаянные оклики матросов на неизвестном языке.       - Что же они все... - Нед не закончил. Вместо этого он вдруг ударил себя в лоб и воскликнул: - Консель! Какие же мы с тобой остолопы!       - А?       - Мы же капитана с Аронаксом вчера забыли выпустить! Теперь команда с ума сходит - начальника ищет.       - Надо срочно открыть отсек, пошли!       - Сумасшедший! Тогда у Немо будет неоспоримое доказательство нашей причастности, а не просто догадки! Ни в коем случае. Пусть сами отыщут своего командира. А мы спокойно дождёмся завтрака.       - Сдаётся мне, сегодня мы с тобой можем не поесть. А в худшем случае вообще никогда больше не сможем, - обречённо прошептал помощник профессора, закрывая глаза.       - Господин, господин, мы нашли Вас!       - Что-то долго вы искали, - лениво заметил Немо. - Но неважно. А сейчас приказываю: завтрак в столовую на двух человек. И побыстрее.       - Слушаюсь!       Через десять минут означенные двое уже с наслаждением поглощали принесённые кушанья, перебрасываясь довольными взглядами.       - Благодарю за сегодняшнюю ночь, профессор. Вы хорошо себя чувствуете?       - Довольно неплохо. Особенно когда наконец-то могу поесть, - он хитро прищурился. - А я и не ждал от Вас взаимности. Не предпринимал попыток узнать наверняка.       - Лишь одно можно знать наверняка, господин Аронакс. А именно, что ничего нельзя знать наверняка. Поэтому мне пришлось рискнуть, - капитан пригубил из стакана, затем внезапно перевёл взгляд на выход из столовой и властно махнул рукой.       - Не думайте, господа, что можете прокрасться незаметно мимо двери, я прекрасно всё слышу. Сюда, пожалуйста.       Под удивлённым взглядом профессора в помещение с самым пристыженным видом вошли его друзья. Стиснутые, чуть подрагивающие кулаки Ленда с головой выдавали его волнение; Консель же и вовсе был бледен как полотно, не пытаясь скрыть этого.       - Вы ничего не хотели бы нам сказать, джентльмены? - голос Немо звучал до пугающего спокойно, словно тигр, приноравливающийся перед финальным броском.       - Ну... мы... - пристальный прожигающий взгляд заставил съёжиться даже такого крепкого на противостояния канадца.       - Капитан, - не выдержал тут помощник профессора, - Не вините Неда, это была полностью моя идея.       - Консель, ты ли?       - В таком случае будьте любезны объясниться за свой поступок.       - За наш поступок, капитан, - гарпунёр придвинулся к соседу и положил руку на его плечо. - Как бы то ни было, мы оба виновны в случившемся инциденте.       - Весьма благородно с Вашей стороны, мистер Ленд, вступаться за товарища, - тон капитана несколько смягчился. - Однако я всё ещё жду объяснений.       - Дело в том, что мы...       - ...мы проводили одно расследование, - закончил помощник профессора. Потом встряхнул головой, собираясь с духом, и продолжил: - С некоторых пор мы стали замечать, что господин профессор странно ведёт себя в Вашем присутствии, - Аронакс от неожиданности вздрогнул и бросил тревожный взгляд в сторону Немо.       Тот одним только крохотным жестом призвал его успокоиться, вновь оборачиваясь к сконфуженной парочке:       - Продолжайте.       - Так вот. Наша гипотеза заключалась в том, что господин профессор совершил какое-то невероятное открытие и не находит случая сказать о нём, и...       - ...и решили организовать Вам личную встречу.       Несколько секунд длилось напряжённое молчание. Потом Консель осмелился поднять голову и посмотреть на капитана, узнать, насколько страшна будет неминуемая кара за дерзкое недоразумение, и замер неподвижно, не веря своим глазам: капитан искренне улыбался, едва сдерживая смех.       - Заперев нас двоих в холодном отсеке без одеял и пищи почти на половину суток? У вас необычное понятие о деловых встречах, господа!       Тут Нед Ленд осторожно добавил:       - По правде говоря, мы собирались выпустить вас через пару часов, но, видимо, сами заснули к тому времени.       Немо повёл плечами и, отложив столовые приборы, вытер руки белоснежной салфеткой.       - Что же мне теперь делать с такими непрофессиональными шалунами? Может запереть на два дня в нашем "зале для переговоров"?       - Капитан, прошу Вас, - подал взволнованный голос Аронакс, - Не держите на них обиды. Ведь если бы этого не случилось, мы бы до сих пор... сами понимаете.       - Понимаю, профессор и прощаю. Но только в честь Вас и Вашего знаменательного открытия.       - А-а! - Консель толкнул друга в бок. - Говорил же, всё-таки было открытие!       - Да, в этом, как видно, мы не ошиблись. Но о чём в нём идёт речь?       - Боюсь, этот проект требует изрядной доработки и не может быть представлен сейчас. Кроме того, при всей талантливости, господин Аронакс допустил в своём докладе один ключевой недочёт, который требуется немедленно исправить, - он встал и жестом пригласил удивлённого учёного следовать за ним. - А посему прощаюсь с вами и предупреждаю: впредь никаких подобных сюрпризов. Думаю, это ясно.       - Благодарю, что разрешили все их сомнения, капитан. Мне бы, право, ничуть не хотелось потерять всякое уважение в глазах окружающих из-за своей странности.       - Пожалуй, стоит назвать то, о чём Вы говорите, необычайностью. А касаемо остального... Я ведь не солгал: сегодня утром Вы действительно совершили уникальное открытие.       - В самом деле? Что же я тогда открыл?       - Мои сердце и душу, полагаю. Но, как говорилось ранее, это не помешало Вам допустить одну ошибку.       - Простите?       Немо вздохнул, проводя ладонью по щеке профессора, и неожиданно прижал его своим телом к дальнему краю стены, страстно прошептав на ухо:       - Вы сказали, что почувствуете мой вкус на губах в последний раз...