Зарисовки. Драмиона

6

Гермиона Грейнджер шла по одному из многочисленных коридоров Министерства Магии. Мало кто знал, но этот коридор был для нее особенным, девушка всегда выбирала маршрут так, чтобы этот невзрачный коридорчик в него входил. А все потому что он соединял отдел правопорядка, в котором и работала гриффиндорка, и отдел международного сотрудничества. Каждый поход по этому пути был небольшим событием в рамках рабочего дня. Грейнджер говорила свое "Эми, я сама отнесу", спешно пудрила носик и с гордо поднятой головой шествовала по коридору, пытаясь найти знакомую фигуру. Жаль, эта "фигура" ее не замечала. Даже не здоровалась. Сегодня, совершив свой привычный ритуал, девушка искала глазами того, ради которого и был весь этот цирк. Драко Малфой шел под руку с очередной очаровательной девушкой. Интересно, он ведет список? Впрочем, неважно. Он смеялся. Искренне. Впервые Гермиона услышала его беззлобный смех, да еще и в этом коридоре и с этой девушкой. К горлу подступил ком. Коридор сразу показался длиннейшим из всех в ее жизни. Стараясь не дышать, девушка прошмыгнула мимо аристократа и его спутницы. Добравшись до своего кабинета, Гермиона дала волю чувствам. Слезы застилали глаза и уже скатывались по щекам. Грейнджер прекрасно понимала, что слизеринец ничем ей не обязан, что она ему, в общем-то, никто, но ничего не могло остановить этот ниагарский водопад. Тогда девушка решила воспользоваться чьим-то давним советом и написать письмо. Высказать все этому хорьку и сжечь пергамент. Спустя полчаса все было готово. Следы слез на бумаге почти исчезли, а вот послание было еще то. В нем девушка признавалась в своих чувствах, сравнивала глаза Малфоя с талым льдом и все в этом духе, правда, в последних двух абзацах высказала все, что думает о нем, его высокомерии, его трусости, боязни одиночества, выражающейся в количестве его пассий... Девушка запечатала письмо и указала адресата. А что, все как положено. — Мисс Грейнджер, Вас срочно вызывает к себе мистер Ричардс! — В обеденное время? — Он сказал, что это очень срочно! — Мерлин, скажи, что я сейчас буду. Девушка с помощью магии убрала покраснение с глаз и отправилась к боссу. Вернувшись, Гермиона мечтала лишь поскорее сжечь это дурацкое сентиментальное письмо. Посмотрев на стол, где и лежало ее послание, девушка, казалось, забыла как дышать. Стол был пуст. Выскочив в приемную, гриффиндорка направилась к секретарше и, тщательно взвешивая каждое слово, сказала: — Эми, у меня на столе лежало письмо, не могла бы ты сказать мне, где оно? — О, мисс, я все отправила, вы, видимо совсем забегались и... Дальше Грейнджер не слушала. Она думала о том, в какую страну ей переехать и сколько стоят пластические операции у мистера Айзека, он же как-то ей предлагал…

***

— Ну и дела, Драко! Заучка втрескалась в тебя по уши! — Блейз, я не для того дал тебе прочесть письмо. Скажи, что мне с этим делать, а не... Черт, Забини, это не смешно! Мулат не мог остановиться. С ума сойти, Грейнджер и Малфой! — Забини, либо ты успокоишься и дашь мне мудрый совет, либо я сотру тебе память! — Тихо, тихо, обольститель гриффиндорок, — слизеринец наконец начинал понемногу успокаиваться, — скажи ей, что она не в твоем вкусе, дело не в ней, дело в тебе, ваши прямые стали параллельными, да все, что угодно, Малфой! Я не понимаю, в чем проблема! Драко закрыл глаза и потер виски. Черт, как его раздражала эта ситуация, это дурацкое письмо. — Не могу, Блейз. Мне не то чтобы жаль ее, но я просто не понимаю, за что ей меня... ну, любить. Я не сказал ей ни одной фразы, не оскорбив при этом, а она... Не подумай, она мне не нравится, не дай Мерлин... Просто то, что она пишет, это так наивно, так искренне, даже как-то по-детски. Там есть даже разводы от слез, посмотри... — Эй, она уже не маленькая! По-твоему лучше водить ее за нос? Или, может, переспать с ней и бросить? Горькая правда, Малфой, вот и лекарство. Ты пытался поговорить с ней? — Нет, я получил письмо 2 дня назад и так и не придумал, что ей сказать. Мы с Грейнджер со школы не разговаривали, а тут это непонятное признание. — А может это чей-то розыгрыш? — Забини задумчиво прикусил губу. — Может и розыгрыш. В любом случае, единственный способ это узнать — спросить у нее. — Так иди и спроси, чего тянуть? Пусть Грейнджер боится и смущается, никто ее не заставлял отправлять это письмо! — А вот пойду и спрошу! — Иди уже, Дон Жуан! Ну надо же, на тебя повелась даже заучка Грейнджер...

***

Драко вышел из кабинета и закрыл глаза. Черт, почему Грейнджер не оставила эту влюбленность при себе? Она его совершенно не знает, напридумывала себе какого-то неземного Драко Малфоя, а ведь это не он. Ничего бы не получилось, ведь никогда он не смог бы дать ей той романтики и нежности, которой хочет эта неискушенная... Грейнджер. Но, при всем при этом, слизеринцу было приятно осознавать, что именно ему досталась эта любовь. Ему, а не какому-нибудь Уизли, или Краму, или кто у нее там еще был?! Неважно. Ему, а не им. Малфой остановился у приемной, сделал глубокий вдох и отворил дверь. — Добрый день, мне нужно поговорить с Гермионой Грейнджер. — Здравствуйте, она сейчас на больничном, но я могу дать вам ее номер телефона или передать ваше сообщение. — Хм... А когда она будет? — Этого я не могу сказать. Все было хорошо, но буквально два дня назад ей внезапно стало плохо. Может какая-то новая инфекция, кто знает. — А могу я получить ее адрес? — Извините, но я не могу вам его дать, не положено, мистер... — Малфой. Мистер Малфой. Секретарша задумалась и как-то чересчур вызывающе прикусила губу. — Хотя знаете, я помню, что мисс Грейнджер отправляла вам письмо прямо перед тем, как ее состояние ухудшилось. Думаю, она не будет против, если я дам вам адрес. У вас ведь что-то важное, так? — О да, очень важное. — Тогда вот, — Эми протянула бумажку, на которой был нацарапан адрес гриффиндорки и, на обороте, номер самой Эми , — передавайте ей мои наилучшие пожелания! — Да, конечно, спасибо. — Малфой покинул приемную, поймав себя на мысли, что стоит посоветовать Грейнджер сменить секретаршу.

***

Драко Малфой неуверенно топтался на пороге одной из квартир многоэтажного дома. Прежде чем прийти сюда, он решил сравнить почерк из письма и реальный почерк Гермионы Грейнджер на одном из документов ее отдела, но это только укрепило его предположения. Хотя, может быть, она была под империусом? Или это была амортенция? Но кому это может быть нужно? Малфой позвонил в дверь. Блейз был прав, вместо того, чтобы строить догадки, лучше просто спросить у нее. В конце концов, это она заварила всю эту кашу, и, признаться, эта ситуация начинала раздражать. Какого черта Грейнджер вторглась в его жизнь со своим идиотским письмом?! Звонок в дверь Гермиона услышала не сразу, но, видимо, этот доставщик пиццы был не робкого десятка: он просто держал руку на кнопке до победного. Неужели они начали доставлять пиццу вовремя? Хоть что-то хорошее за последние пару дней. Наспех одевшись, девушка достала кошелек и открыла дверь...Пару секунд она не двигалась, только глаза, казалось, расширялись, словно под каким-то заклятием. Малфой почему-то был удивлен не меньше, хоть и находился в более выгодном положении. Пока слизеринец думал, с чего начать, девушка захлопнула перед его носом дверь. К Гермионе вернулась способность дышать, а с кислородом и пришло осознание абсурдности ситуации. Малфой через несколько секунд тоже пришел в себя и начал барабанить в дверь. — Грейнджер, что за бред? Может ты забыла, но я не слепой, и знаю, что ты дома. Гриффиндорка зажмурилась и ущипнула себя. Очень жаль, это могло бы стать одним из самых страшных снов в ее жизни. Набравшись смелости, девушка снова открыла квартиру. — Малфой, — то ли вопросительно, то ли утвердительно. — Ну, здравствуй, Грейнджер, — в голосе было столько силы и уверенности, что у Гермионы подкосились ноги, — пригласишь в дом? Девушка совершенно бесшумно освободила проход. Дверь за парнем захлопнулась.