Краучи старший и младший: читаем канон внимательно

Так уж повелось, что второстепенным персонажам по сравнению с главными достается заметно меньше авторского внимания, и они обречены оставаться в тени основных. Это относится и к персонажам «на один сезон», которые, выполнив свою сюжетную функцию, либо погибают, либо уходят в небытие, и, хотя их активная деятельность принесла свои плоды и дала необходимый толчок сюжету, все же главные герои вспоминают о них крайне редко (если вспоминают вообще). Что, разумеется, несправедливо: истории некоторых из них по своему драматизму и насыщенности событиями не уступают историям персонажей ключевых. Отец и сын Краучи относятся к самым ярким сюжетообразующим персонажам этого типа. Несмотря на относительно небольшие отведенные им объемы текста, оба они сыграли значительные роли в обеих магических войнах, а их противостояние, несомненно, является одним из самых острых и напряженных конфликтов поттерианы. К сожалению, сведения о сути и характере этого конфликта весьма разрозненны и обрывочны, и для того, чтобы получить более внятное представление об отношениях обоих Бартемиусов Краучей, приходится обращать внимание на, казалось бы, мелкие и на первый взгляд не слишком значительные детали. Но эти детали, какими бы несущественными они ни казались, помогают сделать выводы на основании имеющихся данных о том, что же представляют собой оба персонажа и, заполнив пробелы, воссоздать более или менее цельную картину. Так ни канон, ни дополнительные материалы не дают прямой и конкретной информации о семье Краучей. Доподлинно известно лишь о чистокровности этого семейства – род Краучей был включен в знаменитый «Справочник чистокровных волшебников», опубликованный в 30-е годы XX века, и, по словам Дамблдора, это «одна из самых чистокровных семей». Также из диалога Бартемиуса Крауча с Артуром Уизли на Чемпионате мира по квиддичу мы узнаем об аксминстерском ковре-самолете на двенадцать персон, которым владел его дед до запрещения ковров-самолетов. К ключевой конструкции «до запрещения» мы еще вернемся, а сейчас обратим внимание на сам факт существования этого самого ковра в собственности Краучей. Вещь роскошная, дорогая, те же Уизли вряд ли могли себе такое позволить. Отсюда вывод – это богатая семья, очень богатая и очень уважаемая. И неукоснительно законопослушная, что весьма красноречиво подчеркивает Бартемиус той самой репликой о ковре-самолете своего деда. Законопослушность и следование четко прописанным правилам – самая яркая характеристика предков Бартемиуса Крауча, которую мы имеем, исходя из фактов канона, и, очевидно, эти принципы и правила повлияли на характер и мировоззрение Барти-старшего. Из всего этого можно сделать вывод, что такие не подлежащие сомнению черты характера Бартемиуса, как организованность, любовь к порядку и следование закону, были привиты воспитанием. Одной из важнейших характеристик героев поттерианы является также и отношение к полукровкам и магглорожденным волшебникам. Темных волшебников Краучи (за исключением своего последнего представителя - Барти-младшего) не поддерживали (ибо законопослушные). Бартемиус Крауч-старший по долгу своей службы защищает магглов и полукровок (работа такая), для Барти-младшего в делении на «своих» и «чужих» тоже главное совсем не это. «Предателями крови» их, в отличие от Уизли, не заклеймили, тогда как общественная позиция Бартемиуса Крауча намного активнее, чем позиция Артура Уизли, и заслуги его в Первую магическую войну в разы выше. Остается открытым вопрос – почему для чистокровных магов интересоваться маггловскими машинками большее преступление перед идеей чистоты крови, чем отправлять в Азкабан представителей древнейших и благороднейших семейств, защищая опять же, ненавистных грязнокровок? Вес в обществе? Страх перед древним семейством, представители которого не только чистокровны и влиятельны, но и умны? Сведения о предках Бартемиуса, предоставляемые каноном, тоже весьма скромны: так, помимо упоминающегося в тексте безымянного деда Крауча, мы можем получить некоторую информацию с семейного гобелена Блэков. Есть предположение, что родителями Бартемиуса являются некий Каспар Крауч и Чарис Блэк (1919-1973 гг.), и, что характерно, с семейного древа Блэков их не выжгли. Стало быть, с позиции чистоты крови Каспар Крауч был более чем подходящей партией. Возможно, Чарис Блэк была не худшей представительницей «древнейшего и благороднейшего» семейства. Трудно сказать, какую позицию заняла бы Чарис, если бы вышла замуж за фанатика вроде Рудольфуса Лестрейнджа, и была ли она адекватна изначально или приняла нейтральную позицию Краучей вынужденно, но того, за что могло бы быть стыдно законопослушному сыну, на ее совести по всей вероятности нет. В противном случае мистер Крауч не имел бы оснований говорить о добропорядочности и законопослушности своих предков. Принципы и власть. Бартемиус Крауч-старший и его система ценностей Если принимать за родителей Бартемиуса именно этих людей, то год его рождения варьируется между 1939 и 1942 (с учетом того, что Чарис вступала в брак после 17 лет и к моменту рождения Бартемиуса у них с Каспаром уже были две дочери), приходясь как раз на то время, когда в Европе творил свои бесчинства Геллерт Гриндевальд. Разумеется, основные события этой войны протекали на материке, но вряд ли прогрессивная часть магического сообщества Британии осталась в стороне от этих событий. И уж само собой, минувшая война была у всех на слуху, когда Барти-старший учился в Хогвартсе (ориентировочно 50-е годы). В таких условиях и формируется мировоззрение юного наследника чистокровного семейства – возможно, отсюда и берет свои корни знаменитая ненависть Бартемиуса Крауча-старшего к темным волшебникам. Род деятельности Каспара и Чарис Крауч неизвестен, и даже не исключено, что они, как многие представители благородных семейств, не работали - материальное положение позволяло. И вот одаренный молодой волшебник, блестяще окончив Рейвенкло – факультет интеллектуалов – и, вероятно, не получив ни одного замечания (дисциплина и законопослушность – предмет особой гордости Бартемиуса), решает посвятить себя правопорядку. Что и говорить, эта профессия вполне соответствует его характеру. Годы относительно спокойные – Гриндевальд уже сокрушен, а Темный Лорд о себе еще не заявил, и департамент магического правопорядка пока что занимается решением «дежурных» проблем. Разумеется, сразу на руководящую должность вчерашнего выпускника не возьмут, и Бартемиус, как и все его коллеги когда-то, начинает свою блестящую карьеру рядовым сотрудником Министерства. Почему же богатый чистокровный волшебник, не имеющий необходимости зарабатывать деньги самостоятельно, выбирает именно такой путь – бесспорно, более сложный? Положение в обществе? Богатство? У него и так все это есть по праву рождения. Но у него есть и активная гражданская позиция: спокойная и размеренная жизнь аристократа не принесет ему удовлетворения. Сириус Блэк отмечал, что Бартемиусу Краучу «нет равных в волшебстве и жажде власти», и если опустить предвзятую позицию Сириуса (трудно быть объективным к человеку, виновному в твоих несчастьях, пусть и косвенно), то с этой самой «жаждой власти» все не так уж просто. Жажда власти в чистом, первозданном виде (опять же в сочетании с огромными магическими возможностями) – это лорд Волдеморт. Разумеется, амбиции у Бартемиуса есть, но когда чувство собственной важности подкреплено способностями и реальными возможностями, то желание быть оцененным по достоинству вполне нормально и естественно. В нашем случае к амбициям прилагаются еще и принципы, четкий свод жизненных правил, от которых Крауч не отступится ни при каких обстоятельствах. Да, он желает продвижения и повышения, но он никогда не станет угнетать и убивать ради удовлетворения собственных амбиций ни в чем не повинных магглов и полукровок. Он враждебно настроен по отношению к темной магии и желанию Темного Лорда установить свои порядки, при которых правящая «элита» может безнаказанно угнетать и убивать более слабых. Проще говоря, Крауч, в отличие от других явных и теневых лидеров магмира, умеет работать и не боится взять на себя ответственность. Амбиции в сочетании с принципами и активной жизненной позицией и являются движущей силой поступков Крауча, направляющим вектором, который задает нашему герою курс. Он желает не потреблять события, а влиять на них самостоятельно, и потому красивая обеспеченная жизнь без реализации своих способностей не для него, его деятельная натура желает большего. Мы также знаем – Бартемиус Крауч перфекционист с огромным чувством ответственности, стремление делать все по высшему разряду также один из его жизненных принципов. Потому-то он так негативно настроен по отношению к недобросовестным и неисполнительным коллегам (вроде Людо Бэгмена). В то время, как Людо Бэгмен на чемпионате мира по квиддичу развлекает сам себя, Барти Крауч занят делом, для Людо чемпионат – занимательная игра, для Бартемиуса – работа, к которой он подходит со всей ответственностью. Здесь стоит остановиться на взаимоотношениях Бартемиуса Крауча с другим коллегой – Перси Уизли. Вначале создается впечатление, что Перси обожает своего начальника, уважает, восхищается («Не сегодня-завтра объявят о помолвке»), но с каким же рвением он поспешил занять его место и приступить к исполнению его обязанностей, когда мистер Крауч попадает в ловушку Темного Лорда! Даже не поинтересовался – а что же с коллегой по офису случилось? Заметно, что восхищение Перси неискреннее, это самое что ни на есть примитивное подхалимство, на которое Крауч даже внимания не обращает, концентрируя внимание на главном, то есть на самой собственно работе, и автоматически отсекая все лишнее – не имеющие отношения к работе эмоции и заискивание младших чинов. Он ни одобряет, ни порицает этого – он просто не замечает. Возможно, мистер Крауч для Перси – это то, каким он сам хотел бы стать в будущем и кем он, по его мнению, станет, если будет четко соблюдать порядок и выполнять инструкции. Не станет. Крауч – человек с убеждениями, Перси же – флюгер, не имеющий собственного мнения, у него никогда не было и не будет того, что свойственно Краучу – активной жизненной позиции. Первая война. «Белые плащи» и черная магия И тут начинается Первая Магическая война, которая и раскрыла по-настоящему основные черты Бартемиуса Крауча как лидера и как аврора. «Представьте себе, что Волдеморт силен, как раньше. Никто не знает его сторонников, кто на него работает, а кто нет. Известно только, что он полностью владеет своими слугами, они убивают и пытают и ничего с собой поделать не могут. Вам страшно за себя, за семью, за друзей. Каждую неделю приходят сообщения о новых убийствах, новых исчезновениях, новых замученных пытками… Министерство магии растерялось, там не знают, что делать, пытаются скрыть всё от магглов, а магглов и самих убивают. Никто ничего не может поделать, ужас, паника... Вот как оно было» Так описывает политическую ситуацию в стране Сириус Блэк. Если отбросить субъективность Сириуса, то из его разговора с Гарри можно получить немало ценной и полезной информации о личности Крауча. Разумеется, жестокость по отношению к преступникам и применение непростительных к Пожирателям Смерти не оценивались однозначно в магическом сообществе, и также не оцениваются однозначно среди читательской аудитории. Сторонники и противники эдакой раздачи долгов и ответа насилием на насилие никогда не сойдутся во мнениях. Что касается автора статьи, то, увы и ах, автор далек от всепрощения, нетолерантен и негуманен и считает, что прибегая к крайним мерам, Бартемиус Крауч был прав, ибо воевать Ступефаем против Авады – это все равно, что идти на войну с автоматом, заряженным холостыми. Да, разумеется, Сириуса посадили в Азкабан без суда и следствия, и сам он говорит: «И не одного меня без суда передали дементорам». Что ж, в это легко верится. Но стоит отметить, что случай Сириуса был из ряда вон выходящим: гадкая наглая крыса хитро обвела вокруг пальца (того самого, отрубленного) и следствие, и своего бывшего школьного друга. Хвост инсценировал свое «убийство» так, что ни у кого не возникло сомнения: выходец из скандально известного чистокровного семейства Сириус Блэк – преступник, сдавший Темному Лорду Джеймса и Лили Поттеров, а жалкий и невзрачный (вероятно, нечистокровный) Петтигрю – невинная жертва. Что называется, на горячем поймали. Видимо, приспешников Темного Лорда, застигнутых на месте преступления, чья виновность не вызывала сомнения, отправляли в Азкабан, минуя судебный процесс. Почему? Возможно, для особо опасных не было острой необходимости в судебном процессе, но не исключено и другое. Крауч мог опасаться, что особо опасный преступник, взятый за жабры, успеет сговориться с кем-нибудь из его коллег по Министерству и найдет себе лазейку, через которую можно ускользнуть на волю. Бартемиус Крауч - не Альбус Дамблдор, который якобы верит в лучшее в людях, и вряд ли он безоговорочно доверял всем своим коллегам без исключения. И не без оснований – вспомним Августа Руквуда, сотрудника Отдела Тайн и по совместительству Пожирателя Смерти. И наверняка Руквуд был не единственной «темной лошадкой» в Министерстве Магии, просто остальные лучше прятались. Итак, Барти Крауч ведет успешную борьбу против темных волшебников, используя своих агентов в штабе Пожирателей. Как мы знаем, одним из таких агентов стал Игорь Каркаров, выдавший немало верных сторонников Волдеморта – есть основания предполагать, что Руквуд был не единственной «крупной рыбой», которую аврорат сумел подцепить на крючок благодаря сотрудничеству Каркарова, и вот почему. Вспомним сцену суда над Каркаровым из Омута Памяти. После судебного процесса перебежчика снова отправляют в Азкабан – для помилования Августа Руквуда оказалось недостаточно. Следовательно, это была не единственная и не последняя встреча бывшего Пожирателя с главой департамента правопорядка – либо Каркаров «вспомнил» еще энное количество неизвестных Министерству магии «плохих волшебников», либо же «вернулся» в ряды Темных уже как засланный казачок Министерства. В любом случае, его взаимовыгодное сотрудничество с авроратом подписало Каркарову смертный приговор – он больше, чем Снейп, боялся возвращения Темного Лорда, и в конце концов был убит своими же бывшими соратниками. Охота на черных магов продолжается, пока не наступает решающий момент, который и приводит Бартемиуса Крауча к роковой развязке. На скамье подсудимых оказывается его сын. Еще один Бартемиус Крауч Что же представлял собой этот человек? Некоторые хэдканоны рисуют Барти Крауча-младшего эдакой жертвой необъяснимой жестокости, едва ли не с рождения нелюбимого и угнетаемого высокопоставленным отцом-тираном, который в силу своего мерзкого характера всячески подавлял и притеснял его, заставляя жить по своим правилам. А что говорит на этот счет канон? Поспешим разочаровать сторонников версии с «бедным невинно обиженным няшечкой Барти» - в каноне очень мало информации об отношениях отца и сына Краучей до суда, но отдельные обрывки информации все же обрисовывают эту картину в общих чертах. И от той, которую обычно представляют сторонники этой версии, она куда как далека… «Вот уж не ожидал, Барти, так не ожидал. Надо было ему побольше времени уделять семье. Нет, чтобы хоть изредка приходить домой пораньше, а то не знал, что за сын у него растёт» Картина маслом и сыром. Глава семьи – трудоголик, фанатик своего дела, отдающийся работе не только по расчету (ибо зарплата у руководителя аврората наверняка хорошая, да и сверхурочные не бесплатны), но и по любви. Дома бывает редко, об интересах сына представлений не имеет (тем более, что и сын больше времени в школе, чем дома проводит), и мальчишка растет как лопух под забором: с кем поведется – от того и наберется ума-разума. Повелся с Пожирателями. Результат на выходе. Впрочем, несмотря на предоставленность самому себе, парень этот очень умный и одаренный, как минимум не глупее освоившего огромное количество (по версиям разных персонажей оно варьируется в пределах от 150 до 200) иностранных языков отца. Обратимся к сцене безумия мистера Крауча, где бывший глава мракоборцев вспоминает о 12 СОВ, сданных Барти. И гордится успехами сына. Стало быть, не совсем безразличен мистеру Краучу сын – его учебой Бартемиус-старший все же интересуется, дневник смотрит, табель подписывает (или какие там у волшебников свидетельства об образовании?), что добавляет в нашу картину новую интересную деталь. Надо сказать, папенька нисколько не заморачивается вопросом – а зачем мальчику нужны аж 12 (!) СОВ? Ни одна из легальных магических специальностей такого количества сданных предметов не требует. Ну мало ли зачем... может, парень собственные заклинания мечтает изобретать: Барти с его способностями это вполне по силам. Или великим ученым станет. Итак, у нас есть отец - трудоголик и фанат своего дела. И есть сын – отличник, светлая голова и звезда Хогвартса. О миссис Крауч в каноне информации мало: известно лишь, что она искренне привязана к своей семье, очень эмоциональна, добра, но – увы! – крайне болезненна. Но речь не о ней. Отец вполне предсказуемо гордится успехами сына и, видимо, полагает, что, поскольку учится Барти великолепно, то никаких проблем с ним быть не может по определению. Ему просто в голову не приходит, что ребенок-отличник тоже может давать поводы для беспокойства. И напрасно. Вот, собственно, и все. Ситуация обычная, жизненная, и никакого трагизма и надрыва в их отношениях до поры до времени не наблюдается. «Темная мечта» Барти Крауча-младшего А теперь послушаем, что говорит на этот счет сам Барти-младший. Как он характеризует свои отношения с отцом до суда и характеризует ли их вообще как-нибудь? В этом смысле весьма показательна его речь под воздействием сывороткой правды. Зелье это очень коварно и действенно – хочешь не хочешь, а выложишь все тайны против своей воли, и, разумеется, наиболее сильные эмоции тоже не подлежат контролю и выходят на поверхность. В случае Барти наиболее сильные эмоции - это любовь к Темному Лорду, ненависть к тем, кто недостаточно предан ему, а также желание быть самым-самым, первым после бога, то есть, после Лорда («фамильная» краучевская амбициозность и жажда признания, однако у Барти свобода творчества и самовыражения магическим аналогом Уголовного Кодекса не ограничивается). Об отце он упоминает только в связи с текущими событиями и говорит о нем только как о препятствии к своей Темной Мечте. Барти не считает, что отец был к нему жесток, плохо относился, пренебрегал его интересами, давил на него. Если бы он действительно причинял сыну моральные страдания, Барти не замедлил бы об этом упомянуть. Есть еще одна деталь – под сывороткой правды человек рассказывает то, что сам считает правдой, - значит, до суда отец не был для Барти ни обидчиком, ни врагом. И мнимая жестокость отца к сыну – факт не более и не менее достоверный, чем хэдканон, что Снейп – биологический отец Гарри Поттера. Единственная слабая зацепка в пользу хэдканона с «пострадавшим» Барти: «Он любил её так, как никогда не любил меня» (о миссис Крауч). Но если вспомнить, что миссис Крауч была смертельно больна, то неудивительно, что слабая и больная женщина нуждалась в несоизмеримо большей доле внимания. Да и то – в устах Барти это выглядит не столько как претензия к отцу, сколько как объяснение, почему отец решился на подмену после просьбы жены. «У нас с Тёмным Лордом много общего, — Грюм нависал над Гарри, беспрерывно скалясь, и выглядел совершенно безумным. — Нас обоих разочаровали наши отцы… совершенно разочаровали. Мы оба, к сожалению, носим их имена, Гарри. И оба мы получили огромное удовольствие… неизъяснимое удовольствие… убив наших отцов, чтобы обеспечить наступление Тёмного Порядка!» Барти не говорит ни о травмах, ни об обидах. Он говорит о разочаровании. Разница очевидна. Что он под этим понимает? Неподобающая чистокровному волшебнику толерантность и способность жестоко наказать чистокровного из-за убитого маггла? Вряд ли. Анализируя речь Барти, можно отметить его ненависть к недостаточно преданным Темному Лорду Пожирателям – таким, как Люциус. О магглах он говорит исключительно в контексте и совершенно без эмоций(«они просто развлекались с магглами», «он поспешил на помощь магглам»). О полукровках и магглорожденных волшебниках тоже не высказался ни разу. Стало быть, это не то, что его волнует. Так в чем же проявилось это разочарование? Обратимся к сцене суда. Как ведет себя на суде Барти в книге? Имеет смысл уточнить, что именно в книге, так как поведение персонажа в книге и в фильме существенно различается. Создатели фильма наделили Барти демонической красотой и вызывающим поведением, в книге же описания его внешности (а их два – флэшбэк с судом из Омута Памяти и сцена разоблачения лже-Грюма) создают впечатление миловидного, но не особенно выделяющегося из толпы молодого человека, это хищник, умеющий сливаться с окружающей средой. Возможно, поэтому он и не вызвал подозрений у отца, что искусно скрывал свою истинную сущность. Книжный Барти растерян, напуган, загнан в угол, он искренне боится Азкабана, боится дементоров. Начинающий Пожиратель Смерти вполне предсказуемо ведет себя не так, как прошедшие огонь, воду и медные трубы Беллатрикс, Рабастан и Рудольфус, которые встречают свою судьбу с гордо поднятой головой. Барти боится. Это первый серьезный провал привыкшего к успехам и триумфам молодого человека, и это выводит его из равновесия, деморализует. И юноша инстинктивно цепляется за близких ему людей, способных помочь. Сперва - за отца, а когда не находит у того поддержки (вот оно, разочарование!), то взывает к матери (мама, вправь ему мозги, объясни, что я хороший). Стал бы Барти просить помощи у человека, который заведомо равнодушно и враждебно к нему настроен? Стал бы он рассчитывать на заступничество отца-тирана? Вряд ли. Подводные камни Разумеется, отец и сын Краучи не были особенно близки, предпочитая вариться каждый в своем соку, и ни тот, ни другой не имели представления о принципах, убеждениях и идеалах друг друга. Но знали друг друга достаточно для того, чтобы чувствовать и признавать на интуитивном уровне свое кровное родство. Барти был уверен – папа-прокурор поможет ему выкрутиться из сложившейся ситуации. Не помог. Потому что для Бартемиуса Крауча все преступники равны - кем бы они ему не приходились, он судил всех одинаково беспристрастно. Lawful Neutral как оно есть. Не менее ошибочным представляется и утверждение, что Крауч-старший совсем не любил сына. Возможно, он был сдержан в проявлениях родственных чувств – но он искренне гордился его успехами, а судебный процесс над сыном дался ему тяжело: «Гарри поднял глаза на Крауча и увидел, что он выглядит ещё более мрачным и измождённым. Лицо приняло землистый оттенок, на виске билась жилка». Его эмоциональное состояние далеко от его обычной сдержанной деловитости (вспомним другие суды Крауча), напряжение вышло за грань, и Бартемиус даже не пытается сдерживать бьющие через край эмоции. Боль, гнев и тщетно скрываемая усталость. Его Барти, умница и красавец, его гордость – и оказался среди тех, кого он всегда ненавидел и презирал, против кого вел непримиримую войну. Пытал и убивал невинных людей во славу Темного Лорда. «У меня нет сына», - заявляет Крауч в пылу захлестнувшего его гнева, не замечая, что свидетелями их семейной разборки стали его коллеги по Министерству. Но вскоре Крауч совершает поворот на сто восемьдесят градусов и идет на подлог, подменяя сына смертельно больной супругой. Почему он пошел на это? Потому что жена просила? Последняя воля умирающего, конечно, дело святое, но уступка, мягко говоря, сомнительная – позволить ни в чем не повинному близкому человеку умереть вместо преступника в тюрьме. Возможно, он чувствовал свою вину в случившемся – что упустил сына из поля зрения и своим невмешательством косвенно «позволил» сыну встать на скользкую дорожку. Косяк в педагогике, издержки воспитания... И, должно быть, мистер Крауч, сохраняя сыну жизнь, хочет дать ему второй шанс, надеется, что ему удастся вправить парню мозги и направить его творческую энергию в правильное русло. И когда становится ясно – Барти не собирается изменять своему Лорду и завязывать с темной магией, Бартемиус-старший накладывает Империус на сына. А по сути и на себя, ставя свою жизнь в зависимость от социально опасного субъекта, которого выпороть уже поздно, а заавадить жалко, ибо какой ни на есть, а свой, родной. Что выросло, то выросло. Преданный слуга Темного Лорда А теперь разберемся, какие же тараканы обитали в голове Барти-младшего, чем он жил и какие идеалы вели его вперед, к его Темной Мечте. Как нетрудно заметить, Барти, как и его отец, необычайно талантлив, у него блестящий ум, огромный магический потенциал и не менее сильная, чем у мистера Крауча, мотивация (все-таки, преодолеть Империус способны лишь единицы). Возможно, в юности Барти уважал своего отца и восхищался им, но так уж случилось, что их жизненные пути коренным образом разошлись, а идеалы, за которые они сражались, оказались диаметрально противоположными. Оба Крауча преданы своим идеалам, только отец предан своему делу, а сын – личности Темного Лорда. Наверняка Барти считает Волдеморта величайшим на свете волшебником, что так отчаянно рвется служить ему и – любопытная деталь – хочет быть для него первым приближенным, правой рукой, считая себя единственно достойным его слугой. "Я буду превознесен перед всеми Пожирателями Смерти. Я буду самым дорогим, самым близким его соратником… стану ближе ему, чем сын" Барти намного более амбициозен и честолюбив, чем его отец, и, в отличие от него, не ставит никаких преград осуществлению своих далеко идущих планов. Ни юридических, ни моральных. И потому имеет смысл предположить, что именно эта свобода самовыражения и толкнула Барти в ряды темных волшебников – в цивилизованном обществе не раскроется должным образом его потенциал и не получат должного развития его способности, которые молодой человек никак не склонен недооценивать, стремясь оттеснить на второй план, а то и уничтожить остальных соратников Темного Лорда. Они не выдержали испытания, не сохранили верность своему Лорду и потому недостойны находиться рядом с ним. Его ненависть к этим людям настолько сильна, что именно она способствовала преодолению Краучем-младшим заклятия Империус, сообщив ему такую мотивацию, какой он не знал за все годы своего пребывания под присмотром отца. «Я спросил тебя, простил ли он тех негодяев, которые даже не попытались отыскать его? Этих трусов и предателей, которые даже не смогли отстрадать за него в Азкабане? Этих грязных, бесполезных подонков, которые набрались смелости покуражиться в масках во время Чемпионата мира по квиддичу, но тут же в страхе разбежались, когда я запустил в небо Черную Метку?» У Барти есть повод чувствовать свое превосходство над ними всеми – он решителен, упорен и идет к своей цели, сметая все на своем пути. А еще он ни на минуту не оставлял своего хозяина, и даже тогда, когда тот был слаб и немощен, отчаянно стремился разыскать его и вернуть (тем более лживыми выглядят его вопли на суде о своей якобы невиновности). Он отстрадал за него в Азкабане, и теперь это уже не тот растерянный и напуганный мальчишка, в страхе взывающий к отцу с мольбой о прикрытии. Это – яростный фанатик, закаленный трудностями, это – воин Тьмы, готовый встать рядом с Хозяином и в случае необходимости закрыть его собой. И именно Лорда он считает своим истинным отцом – не по крови, а по духу, по убеждениям. Он – его духовный отец, его наставник, указавший юному Барти жизненный путь. Его идеал. И, подобно юному Риддлу, убивая своего отца по крови, Барти становится еще ближе к тому, кого почитает непревзойденно великим. Конечно, в момент самого убийства Барти вряд ли думал об аналогии с Лордом, все выглядело более прозаично – заавадив отца, Барти устранил опасного свидетеля, человека, который намеревался выдать его Дамблдору и снова помешать осуществить свою Темную Мечту. Потому что стоял вопрос ребром – один из двух Бартемиусов Краучей должен был пасть смертью храбрых. Они столкнулись на узкой дорожке – два великих волшебника, два сильных, цельных характера, яростный воин Тьмы и столь же яростный воин Света, и в этой истории нет ни тиранов, ни жертв, ни пострадавших. Есть два непримиримых врага, жестких, целеустремленных и по иронии судьбы связанных узами крови и носивших одно и то же имя.