Часть 1
20 октября 2016 г., 23:46
Средняя школа Тейко. 19:44.
— Когда это закончится, — простонал Кисе, падая на пол спиной вниз. Его грудь бешено вздымалась, сам он лег звездочкой, притворяясь, что его тут нет. Хотя получилось это или нет, уже другой вопрос.
— Не думал, что соглашусь с тобой, — Аомине сильно хмурился, что никак не вязалось с его обычным солнечным, хоть и ленивым, выражением. Тяжелый форвард осторожно опустился рядом с легким, подавая ему бутылку воды. Блондин вяло кивнул и прикипел к горлышку. Оба тяжело и устало вздохнули. — Уже неделя прошла.
— Аомине-чи, что нам делать? Еще немного, и я свихнусь, — у Кисе был та-а-акой вид. Уверяющий, что он не шутит.
— Только ждать, — безаппеляционно выдал номер 5. — Не подливай масла в огонь.
Рёта взвыл, плюхаясь обратно на пол.
— Мидорима-чи, ты как? — но тут же приподнял голову и жалостливо посмотрел на снайпера. Тот стоял по середине зала, низко опустив голову.
Дайки покачал головой.
— Держись, друг.
Кисе хотелось плакать. На Шинтаро было больно смотреть. Весь его образ излучал траур, а очки грустно отсвечивали от ламп. Мурасакибара молча подошел, кладя руку на плечо зеленоволосого. Они выдержали минуту молчания.
— Ты знаешь, что нужно делать, Мидо-чин.
Тот медленно кивнул, беря из рук Атсуши веник и совок. Осколки стеклянного дельфина забавно переливались в свете спортзала.
Сам гигант с тоской смотрел в окно. В сторону магазина.
— Мурасакибара, — синеволосый окликнул центрового. — Ну что? Ты ходил на разведку? — так как эти двое были очень уставшие, а Мидорима — подавленным, фиолетововолосый пожалел их и пошел сам за инвентарем для уборки. И как после этого можно называть его страшным и жестоким?
Заодно он заглянул в женскую раздевалку. Остальные смотрели на него, будто ждали приговор, вроде "казнить, нельзя помиловать!" и "казнить нельзя, помиловать!"
Тут центровой оживился, будто вспомнил что-то хорошее. Он кивнул.
— Помирились.
Все расслабленно выдохнули. Может быть, они бы и станцевали, и порадовались более экспрессивно, но слишком устали. Зеленоволосый лишь вздыхал. Его талисман дня все равно не вернуть.
Все-таки когда капитан ссорится с призраком, страдает вся команда. Еще Широганэ оставляет им час для самостоятельной тренировки...
Злой капитан несет разрушения. В прямом смысле.
Особенно после размолвок со своей ненаглядной.
Особенно, когда сам виноват.
Особенно, когда не знает, как извинится.
