Yes or no?

У Хосока с Юнги были достаточно странные отношения. Сначала они были ярыми соперниками и просто горели желанием начистить друг другу рожи, потом это было смесью полудружеских, полуненавистных и полуромантических отношений, а потом они были лучшими друзьями, которые буквально все делали вместе. А потом разошлись в разные стороны. Юнги продолжил рэпить, а Хосок хотел стать хореографом, но… — Как твоя мать? — вдруг перевел тему Юнги. — Слышал, она болела. — Она… Она не справилась, — Хосоку пришлось бросить учебу и зарабатывать на лекарства. Однажды на заправке его заметил один человек, который пообещал ему быструю и хорошую прибыль за короткое время взамен на его честь. А теперь он самая элитная проститутка Сеула. — Но она умерла красивой, как и хотела. — Воу, ты пугаешь меня, — рассмеялся Юнги. — Ты вообще не изменился, кроме рыжих волос, да. — А ты наконец-то подрос, мой тощий гномик, — начал дергать того за щеки Хосок. — А еще драться начал лучше, поэтому, убери свои руки, от греха подальше. — С каждым годом ты становишься агрессивнее и агрессивнее. Заведи себе девушку уже. — Я не могу так поступить. Слишком много девочек с хрупкой душой текут от меня — их сердечки не выдержат такого удара, — Юнги сжал кофту на сердце и скорчил печальную гримасу. — Ты либо очень самоуверенный, либо педофил, — скривился Хосок. — Боже, я тебя обожаю, — схватил того за руки Юнги и рассмеялся. — Либо пидор, — еще больше скривившись, Хосок аккуратно вытащил свои руки из рук Юнги. — Не пали, не пали, — Юнги резко привстал со стула и приблизился к нему. — Ты так похорошел… Когда успел? Сколько было пластических операций? Не думаю, что ты сам справился бы — ты был таким страшненьким. Я бы тебя пофоткал. — Я не думаю, что это лучший способ предложить работу. — Ты думаешь, я буду тебе платить? — А ты думаешь, мне нужны деньги? — Я пожалуй промолчу. — Вот и молчи, ты мне так больше нравишься.

***

Поскольку эти двое были ночными людьми, встретились они вечером, а распрощались вообще ночью. Когда Хосок вернулся домой, его ждал знакомый автомобиль, при виде которого у того дергался глаз и проскакивала нервная улыбочка. — Проваливай! — постучал Хосок в окно машины, тем самым разбудив Тэхёна, и хотел уходить. — Эй ты! — Тэхён дергается, еще сонный, и выходит из машины и чуть не убив того дверью. — «Эй ты»? — Хосок вскинул бровь и повернулся. — Ты это мне? Не зарывайся. — Где ты, чёрт побери, шлялся все это время? — Тэхён явно злился. — Ты серьезно спрашиваешь, где проститутки бывают ночью? Или ты думаешь, что я работаю только на тебя? — А тебя можно выкупить? — А тебе денег-то хватит? — Хосока дико бесило то, что Тэхён относится к нему, как к вещи, его вещи. — Я подключу свои связи. Буду устраивать уютные вечера в кругу друзей с первоклассным эскорт-обслуживанием, — Тэхён легко провел ему по скуле, задевая губу. — Убери свои руки, — Хосок оттолкнул руку Тэ своей, обдавая того резким холодным взглядом, и шагнул назад. — И убирайся. Если придешь еще раз, я вызову полицию. — Почему же ты такой холодный, я уже говорил, что ты мне больше нравишься в постели? — он подошел ближе, чтобы снова его поцеловать, но получил кулаком по челюсти. Он сделал пару шагов обратно и потрогал скулу, на которой выступила кровь, пребывая в легком шоке. — А ты сильный… Я думал, ты неженка. — Я на это не куплюсь, — Чон потирал поврежденные костяшки пальцев. — Повторюсь еще раз, убирайся, — он захлопнул дверь прямо у Тэхёна перед носом.