Время бури прошло

За завтраком Саид, Жади и Хадижа оказались только втроем. «Рания и Зулейка еще не спускались» - сказал Саид, не отводя взгляда от Жади, но его ожидания не оправдались – Жади просто кивнула, приняв информацию к сведению. Хадижа была откровенно рада. Еще и Мириам преподнесла маленький сюрприз, подав сначала фруктовый салат – яблоки были нарезаны мельчайшей стружкой, цедра апельсина и лимона делала салат ярким, даже праздничным, и разнесшийся запах цитрусов прекрасно сочетался со вкусом приготовленного лакомства. «Мириам, ты чудо! Как ты догадалась?» - хором ахнули сладкоежки. Служанке было очень приятно от таких явно выраженных восторженных отзывов – она была рада, что рано утром не оказалась втянута в распри «первых» жен хозяина, но успела понять, что хотела приготовить Жади. Саид поедал свою порцию, стараясь следить за мимикой, но думы его были тяжелы: «Что же делать с Ранией? Развестись, как и обещал? Но Жади всем видом дает понять, что НИЧЕГО не произошло. А Мунир? Останется без матери? Что делать? Что делать? Чем же все это закончится?». Так и не смог Саид прийти ни к какому решению. Он пока даже не представлял себе, будет ли выяснять у Рании подробности утреннего происшествия. И как сама Рания будет вести себя теперь? Ведь она действительно понимает, что, признавшись в ссоре с ГОСТЕМ Саида, сама себе добровольно обеспечит развод с мужем и потерю ребенка… Но все это можно отложить. Пока. Первоочередная задача – это обеспечение обследования Жади. Хадижа поможет, в этом Саид не сомневался. Только бы сама Жади не оказалась через чур подозрительной. Сегодня утром Саид понял, что совершенно не знает свою любимую женщину, не может даже предположить, что и в какой момент она сделает, как отреагирует на события. А ведь ему казалось, что за двадцать лет он изучил Жади. Как же он заблуждался. «Свободная Жади» – этой Жади Саид не знает. Поговорив после завтрака, бывшие супруги согласовали свои действия: Саид поедет договариваться в клинику, а Жади съездит за вещами домой, так как вчера совсем не смогла вдумчиво собраться, и еще вместе с Хадижей съездит к Латифе, чтобы потом не пугать родственников, если они внезапно узнают, что Жади и Хадижа в клинике. Сегодня день на подготовку, а завтра уже начнется обследование. Саид выделил бывшей жене и дочери машину с водителем, таким образом они всегда будут с транспортом, а Саид не будет за них волноваться. На этом и разошлись каждый по намеченному маршруту. Жади с Хадижей быстро собрались и поехали домой к Жади за вещами, так чтобы хватило на все время обследования. Вдвоем они управились быстро и к обеду были уже на пути к Латифе. По дороге Жади решила заехать к мужу на работу, предупредить, что не известно, как быстро она сможет закончить обследование с Хадижей. Оставив Хадижу в машине под присмотром надежного человека Саида и договорившись, что долго задерживаться не будет Жади вошла в здание офиса компании Ферраз. Время было обеденное и секретаря на месте не оказалось. Зато Жади сразу услышала голос мужа из-за двери кабинета в конце коридора, поэтому никого не стала искать, а просто вошла в нужную ей дверь. Сказать, что Жади была поражена – это не сказать ничего. Девушка оправляла юбку, Лукас заправлял рубашку…, и они улыбались, так как доставили друг другу не малое удовольствие. Девушка увидела застывшую Жади первая, но выбегать ей было некуда – Жади так и не сделала ни одного шага в кабинет. Обернувшийся Лукас все же ляпнул: «Жади, подожди! Ты все не так поняла…» - потом до него дошел смысл всего того, что только что произошло. У Лукаса хватило ума (или инстинкта самосохранения) не бросаться за Жади вдогонку. А Жади не бежала, она спокойно вышла из офиса, размеренным шагом подошла к машине, села и попросила водителя отвезти их с Хадижей в торговый центр. Дочь щебетала, заранее договариваясь в какие отделы они пойдут… Жади соглашалась с дочкой на все, она знала, что они сегодня не поедут к Латифе, а в отдел они могут зайти в любой. В голове Жади билась мысль: «Не успела… Не успела… Не успела…». Она не договаривала себе чего не успела, так как знала это точно – Жади не успела стать материально независимой. Она опять не смогла выиграть бой с СУДЬБОЙ. Внутри нее все замерло, словно покрылось снежной шубой, как в морозильной камере – плотным слоем мелких иголочек. Жади не помнила по каким отделам они уже прошли с Хадижей, не смогла бы ответить, что они примеряли и что купили… Неожиданно ее взгляд упал на блузку из тонкого полупрозрачного материала, но имеющего странную текстуру. На этикетке было указано название коллекции «Снег - голограмма». Эта блузка была нужна Жади. Образ будущего танца уже формировался. Наконец Хадижа устала, и сама предложила Жади поехать домой. Домой… У нее теперь нет дома. Теперь уже совсем нет. Но у Хадижи ведь есть дом? Значит надо отвезти дочку к ней в дом и позаботиться об обследовании. Саид вечером расскажет, о чем договорился в клинике. О себе она позаботится позже. Теперь уже спешить некуда – она всюду проиграла. Единственное, что у нее осталось – это ее полная свобода. В доме Саида Хадижа и Жади появились позже хозяина. Саид попросил Мириам накормить путешественниц, так как все уже успели поужинать. Сам он составил им компанию за столом, попивая мятный чай небольшими глотками и рассказывая какие исследования им предстоят завтра с раннего утра. Помня о договоре с отцом, Хадижа пожаловалась, что боится вида крови и вообще у врачей ей страшно. «Мама, а давай ты первая сдашь анализы. Я буду на тебя смотреть и мне будет не так страшно, как одной» - попросила Хадижа. «А ты оказывается трусишка?» - смогла улыбнуться дочери Жади: «Хорошо, я буду первой, но только уж и ты не отставай. Договорились?» У Саида с души камень упал: «Хадижа молодец! Смогла. Все получилось. А потом я найду специалистов способных помочь Жади». Тем не менее, при удачном стечении обстоятельств Саид чувствовал, что Жади сегодня вечером совсем другая – очень тревожно смотрит на дочь, движения скованные, голос монотонный, хотя губами Жади улыбается. «Что случилось? Она опять за гранью понимания. Мне каждый раз кажется, что я вижу настоящую Жади и в следующий момент понимаю, что она уже другая». Жади попросила Саида позволить ей занять ту большую гостевую комнату, в которой она с Хадижей утром танцевала. Разумеется, Саид не возражал. Хадижа удивилась, что мама не хочет остаться у нее в комнате, но под строгим взглядом отца промолчала. Вещи Жади перенесли в гостевую, а сама Жади поднялась к Хадиже и повторила утреннюю просьбу «Хадижа, тебе не жалко будет мне дать несколько платков?». «Мама! Ты опять будешь танцевать? Опять «Пламя»?» - Хадижа уже дала название маминому танцу. «Нет, моя хорошая, если разрешишь, то я выберу оттенки голубого и синего. Мне нужно четыре платка» - определилась с выбором Жади. Хадижа очень хотела посмотреть, Жади не возражала: дочь – это единственное ее достижение в жизни, ее принцесса. «Пойди пока спроси у папы, мы ему мешать не будем? Поздно уже. Другие нас не услышат, они в другом крыле дома. А папе мы можем помешать» - попросила Жади. Хадижа подлетела к отцу даже не обратив внимание, что он делает и не занят ли: «Папа! Папа! Мама будет танцевать новый танец, мне она посмотреть разрешила и велела спросить у тебя – ты ведь не будешь возражать? Правда, папа, ну не будешь же?». Саид понял, что он может узнать о любимой что-то новое. А Хадижа не дожидаясь его намека сказала, что дверь оставит открытой. Когда Хадижа вернулась в комнату к маме, то даже ахнула – Жади была одета в шелковые брюки, цвет которых плавно перетекал от молочно-белого у пояса к темно синему ниже колен. На ней была новая блузка «Снег – голограмма» мягко мерцающая в искусственном освещении. Белый платок, вышитый серебром, повязанный кушаком подчеркивал узкую талию. На голове темно синий платок, вышитый жемчужной нитью, повязан также как красный утром. В каждой руке по светло-голубому платку. Тот что в левой руке имел широкую темно-синюю кайму. Жади нажала кнопку музыкального центра и зазвучала странная мелодия. То, что музыка не арабская и языка такого Хадижа не знает, девочка была уверена совершенно. Мама начала движения ритмичные, но только руками, не делая взмахов платками. В звучании музыки слышался вой ветра и … волчий вой. Ритм нарастал – Жади двинулась по кругу и вращаясь, поочередно взмахивала то левой, то правой рукой. То плавное, то резкое смешение цвета платков от белого до темно синего, мерцание блузки, проносящаяся лентой темная кайма, вращение и ледяное спокойствие лица Жади вместе со странной музыкальной композицией вызывали озноб у зрителей, которыми являлись Хадижа и незримый для Жади Саид. Музыка смолкла, Жади застыла в той же позе, что и начала танец. Мать и дочь молчали. Потом Жади спросила: «Тебе не понравился танец, Хадижа?». «Я не знаю, мама. Я замерзла» - тихо ответила дочь. Жади задумчиво сказала: «Что ж, значит получилось…» Хадижа быстро подбежала к маме: «Мама, ты хотела, чтобы так получилось? Этот танец называется «Лед»? «Холод»? Да?». «Как назовешь – так и будет называться» - тихо ответила Жади. «Мама, а что за музыка такая странная и какой это язык?» - вопросам Хадижи не было конца. «Венгерский. Песня называется «Русская зима». Группа Омега». Саид успел тихо отойти от двери гостевой комнаты и Жади его не видела. «Утром «Пламя», вечером «Лед»? Вот это переходы в настроении за день…» - оценивал Саид то что увидел. Да-а-а, совсем не знал он свою Жади. И уже который раз со вчерашнего дня в голове полыхнул вопрос «И чем же все это может закончиться?».