Время бури прошло

Выгнав Зулейку из своей комнаты, Рания больше не смогла спокойно сидеть рядом с любимым сыном. Ей необходимо было для себя принять очень серьезные решения, а еще и за эту дурочку Зулейку, та ведь пока еще не поняла всей серьезности ситуации. А ведь так легко упустить данные Саидом шансы остаться первой женой, хозяйкой и, самое главное, возможность быть рядом с любимым сыночком… Нет! Рания не допустит ни одного скандала в доме, никакой небрежности ни в своих обязанностях, ни в обязанностях Зулейки, ни в обязанностях прислуги. «А Жади? Она как себя поведет? О, Аллах, я совершенно выпустила из виду, что не от меня в первую очередь будет зависеть все, что произойдет…» - Рания заметалась по комнате. Но потом в ее голове появилась мысль, обозначившая ее дальнейшую дорогу жизни: «Саид просил организовать праздник – значит уже нужно действовать, иначе можно не успеть. А все что случится необходимо выдержать с достоинством – решением Саида я по-прежнему Первая жена, значит мне встречать всех гостей… и Жади встречать тоже мне…». Рания вышла из своей комнаты и работа по подготовке к празднику закипела. Странно, но Рания чувствовала себя спокойной и уверенной, ей не приходилось каждому напоминать, что она первая жена, все и так обращались к ней за подтверждением правильности выполненной работы или в случае необходимости принять решение, когда мнения работников разделились. *** Сид Али вместе с Зораидэ решили приехать в клинику к Жади, а не в дом Саида на праздник. Дядя Али хотел успеть расспросить племянницу, что она задумала сделать. В том, что Жади что-то задумала сид Али с женой не сомневались. Но ЧТО? Можно ли успеть повлиять на ее решение, пока не поздно? Жади к этому времени уже проснулась, так как услышала сквозь сон голосок своей принцессы. Какое это счастье, открывая глаза видеть улыбающееся личико своего ребенка! Улыбка Жади, не сходившая с ее лица во сне, стала ярче. Глаза лучились счастьем. Не поднимаясь, Жади протянула руки: «Хадижа, принцесса моя!» «Мама, мама проснулась!» - радостно взвизгнула Хадижа: «Мама, дядя Мохаммед сказал, что тебя сегодня выписывают из клиники и ты будешь жить у нас дома. Это правда? Мама, ты снова станешь папиной женой? Ты точно станешь первой женой!» «Хадижа, остановись, родная» - улыбаясь говорила Жади: «Да я действительно буду пока жить в вашем доме. Но женой твоего папы я не стану – у него уже есть две (по мне, так это уже много). Мы с твоим папой заключили договор – он будет моим консультантом в проекте, который мне заказали через Зейна. Ты же помнишь наш обед вместе с ним? Я согласилась на этот заказ, но помощь твоего папы в этом деле просто невозможно переоценить. Я же не вела дела с заказчиками, как твой папа или дядя Мохаммед, наш дядя Али или дядя Абдул». Объяснение Жади новых отношений с Саидом услышали входившие в палату дядя Али и Зораидэ. «Вот значит как? Ты теперь бизнес-леди? Это так кажется называется? И это называется «бури больше не будет»???» - преувеличенно возмущенно начал дядя Али вместо приветствия. «Дядя! Зораидэ! Как я рада вам» - Жади поднялась с постели и потянулась обнять родственников одного за другим. «Ну-ну, осторожнее… Ты уверена, что тебе уже можно вставать с постели?» - все возмущение дяди как рукой сняло. «Разумеется, можно. Даже нужно. А бури не будет, дядя. Я просто буду работать, зарабатывать на жизнь и пытаться сделать жизнь других людей лучше. Саид назвал такую работу «кризис-менеджер». Мне пока это легче называть просто помощью. Но у меня появился первый заказ – значит такая работа нужна» - мягко улыбаясь пояснила Жади. По разным причинам, но ни один из родственников не спросил о муже Жади, о Лукасе Ферраз. Но каждый из них надеялся услышать пояснения от самой Жади. Надежды родственников не оправдались – Жади обошла этот вопрос и посвятила родственников в некоторые подробности бесед с Саидом по поводу предстоящего контракта. Рассказ занял достаточно много времени, но никто не пропустил ни слова. Услышав, что заказ поступил через Зейна, дядя Али решил, что у него еще один источник информации о племяннице появился. Имя «Зейн», произнесенное голосом Жади, заставило Саида остановиться перед дверью палаты и постараться задавить чувство ревности, прежде чем войти. А вот то что Саид услышал в палате было целительным бальзамом давно раненному сердцу: «Папа-папа, а мама сказала, что без твоей помощи в проекте ей не обойтись! Ты же поможешь? Правда, папочка?» - защебетала подлетевшая к отцу Хадижа. И все взгляды, включая настороженный взгляд Жади, оказались направлены на него. «А Жади действительно хочет, чтобы помощь была именно от меня, раз рассказала об этом родственникам. Что ж – это ее добровольный выбор. А я постараюсь дотянуться до ее третьего мира, оставаясь в своем.» - с улыбкой подумал Саид. На все вопросительные взгляды и вопросы дочери он ответил одновременно: «Разумеется я ей помогу. Мы ведь заключили с Жади деловое соглашение. Все условия оговорены и вступили в силу с момента принятия договора обеими сторонами». Эту фразу Саид произнес абсолютно серьезно. «С врачом я уже все оговорил – Жади, тебе еще надо будет сюда приехать, но на консультацию. Это можно сделать, когда ты окрепнешь, через несколько дней. Сейчас нас ждут дома. Латифа, Мохаммед уже собирается с Самирой и Амином, так что приедем практически вместе. Да, исследования по поводу Хадижи закончены – ей просто нельзя так волноваться. Надеюсь, что она нам сейчас пообещает быть выдержанной и стойкой.» - фактически Саид подтвердил, что Жади выписана домой. И ей есть куда ехать… «Я обещаю, мамочка, папочка – я все сделаю, только чтобы мама была всегда!» - после взволнованной фразы Хадижи у взрослых на глазах появились непрошенные слезы… И только Жади не плакала – она тихо улыбалась, прижимая свою дочурку к себе и с нежностью оглядывая своих родных. Сид Али переглянулся со своей любимой Зораидэ и увидел подтверждающий кивок в ответ: «Похоже многие из наших родственников начали новую жизнь… И это мы еще не всех видели... А новая жизнь у человека начинается в тот момент, когда он об этом задумался.»