Our Hope. (продолжение скоро...)

Довольно быстрыми шагами я подхожу к семье Гарри и присаживаюсь на диванчик рядом с ним. Этот диван выглядит таким маленьким, когда на нем сидит Гарри. Я и не замечала, насколько большим он стал. Гарри двигается ко мне и приобнимает меня. В его руках я чувствую себя спокойно. Он целует мою щеку, и я смущаюсь, видя реакцию его родных. — Кэтрин, мы так скучали, — говорит Джемма. Гарри до сих пор не отпускает меня. Он одет в белую свободную водолазку и выглядит замечательно. Мне достался самый горячий парень. Я поправляю джинсовку. Живот Джеммы такой большой. Вот вот, и она лопнет. — Я тоже скучала, — говорю я правду, и прижимаюсь к Гарри. — Ребята, найдите комнату, — смеётся девушка и все остальные. Кроме Гарри, конечно. К нам подходит официант, и мы делаем свой заказ. Робин тянет руку к Энн и кладет её сзади её спины. Я чувствую, как напрягается Гарри, поэтому кладу свою руку на его ногу, немного сжимая. — Всё отлично, — шепчу я, всё ещё зачем-то смотря в меню, надеясь, что только Гарри услышит меня. — Не испорти ей вечер. Гарри проводит рукой по волосам и я знаю, что Джемма наблюдает за ним. — Я ненавижу его. Молю Бога, чтобы нас никто не слышал. — Я знаю, — улыбаюсь я, и смотрю в его глаза. Он сводит брови и поднимает уголки губ. — Я не узнаю тебя, — ухмыляется он, и я делаю то же самое в ответ. Смеюсь, наблюдая за ним. Гарри притягивает меня ближе, и нежно целует меня в губы. Боже, мы такие неприличные. Я краснею, а он ухмыляется. Все наши отношения проходят именно так. Я краснею, а Гарри ухмыляется. Джема заметно расслабляется. Мы начинаем есть и разговаривать о непонятных мне вещах, когда Гарри в очередной раз смотрит на свой телефон. Что с ним? — Что-то не так? — я тяну руку к его волосам, и провожу сквозь них пальцами. — Делай так почаще, — стонет он, и никто не смотрит на нас. Гарри тянется к моему уху. — Я хочу ублажить тебя прямо на этом столе, — говорит Гарри свои грязные вещи, и я чувствую ужасное желание. Гарри покусывает мочку моего уха, и я прикусываю губу, сводя ноги вместе. — Мне нравится твоя реакция, — шепчет он снова. — Кэтрин, очень приятно наконец познакомиться с тобой. В хороших условиях, — громко говорит Робин, и я буквально подскакиваю от неожиданности. Слышу смех Гарри и наливаюсь краской. Робин улыбается нам, и это делает Энн счастливой. — Я тоже очень рада, — заикаюсь я, и натягиваю самую искреннюю улыбку. Кладу руки снизу живота, и это успокаивает меня. Знаю, Гарри замечает каждое моё движение. Джемма отрывает всех от еды, стуча по стакану. — В общем, я не собираюсь ждать задницу Аарона. Приглашаю вас всех на baby shower* в эти выходные. Все узнают пол нашего ребёнка, — радуется Джемма, и её глаза горят. Я давлюсь водой. Гарри опускает голову, что разбивает мне сердце. Что его так задело? Я кладу руку на живот, будто защищая его от грусти Гарри, но потом резко убираю, понимая, что могу привлечь лишнее внимание. Интересно, о чем он думает? Он никогда не скажет мне. Боковым зрением вижу, как Гарри садится ко мне боком и пристально смотрит на меня. Все радуются новости Джеммы. Я рада, да, но я хочу умереть от того, что у нас не может быть всё так легко. — Я иду к доктору на следующей неделе, — говорю я тихо, чтобы меня никто не услышал. Кроме Гарри. — Хорошо. Мы пойдём вместе. — отвечает он. — Что-то не так? Я опускаю голову. Почему мне вдруг стало так грустно? Я знаю, сейчас не лучшее время, но мои эмоции вот вот меня подведут. Джемма извиняется и уходит в туалет. Робин и Энн начинают обсуждать их с Аароном, и говорить, как сильно они любят их и ребёнка, что вдвойне усугубляет ситуацию. — Мы можем уехать, пожалуйста? — шепчу я, и, наконец, смотрю на Гарри. Волосы Гарри как обычно разбросаны в разные стороны, несмотря на то, что теперь они короче. Его заинтересованно-озабоченное лицо удручает, но я пытаюсь натянуть улыбку. — Да, — понимающе отвечает он и трогает мое лицо рукой, расслабляя меня. Гарри приходится врать маме, что нам надо уходить, потому что мне надо готовиться к учёбе, хотя я сделала всю домашнюю работу. Он обещает позвонить Джемме и извиниться, что мы не попращались. По взгляду Энн я вижу, что она не верит нам, а подозревает что-то, но я не могу заставить себя волноваться об этом. Мы выезжаем на дорогу, и я до сих пор не могу избавиться от какой-то глупой грусти. — Останься у меня, — Гарри разрушает тишину. — Мне нужно в кампус, — я повожу рукой по волосам. Мои мысли не дают мне радости. Почему мы не можем быть счастливы так, как Джемма с Аароном? Почему ребёнок принёс нам проблемы, а не счастье? Почему мы даже не рассматриваем вариант оставить его? Я просто не понимаю. Мой ответ обижает Гарри, но его защитная реакция — злость. Он терпит, потому что уважает моё положение, но мне было бы легче, если бы он наорал на меня, нежели молчал. Дорога до кампуса ужасно напряженная, и всё, что меня отвлекает от молчания Гарри — дождь, стучащий по окнам. Надеюсь, Тори нет в комнате. Гарри пойдёт провожать меня, я уверена, но я не хочу, чтобы ему было неловко от неё. Точнее, не хочу, чтобы он грубил ей. Как я и думала, Гарри выходит из машины и открывает дверь для меня. Что больше всего удивляет, так это то, что он берёт меня за руку. Мимо проходят студенты и смотрят на нас. Гарри абсолютно плевать на них, ведь он привык к вниманию. Но это всегда заботит меня. Я иду буквально за его спиной, и это успокаивает меня. Он защищает меня. Во всех смыслах. И я знаю, он любит это. Однажды он сказал мне, что хочет защитить меня от таких придурков, как он сам. Я посмеялась от его слов, ведь я не нуждаюсь в этом. Я люблю такого придурка, как он. Только его. Мы доходим до комнаты, так ничего и не сказав. — Что, чёрт возьми, происходит? — Гарри захлопывает дверь, и я вздрагиваю. Слава Богу, что Виктории нет. — Всё нормально, — пытаюсь успокоить его я, и убираю прядь волос на ухо. Я снимаю джинсовку и остаюсь в своей облегающей майке и лосинах. Сразу же ловлю взгляд Гарри. Он должен привыкнуть к этому. Как и я. Вижу, как его взгляд смягчается. — Не надо делать вид, что всё нормально, Кэтрин. Я знаю тебя слишком хорошо. Ты никогда не молчишь просто потому, что «всё нормально» — он показывает в воздухе ковычки, и проводит рукой по волосам. Он прав. Я не должна притворяться. Не с ним. Я опускаю голову и поглаживаю живот. — Мы не счастливы, Гарри, — выдавливаю я из себя, и смахиваю слезы, которые начинаю идти мгновенно. — Эй. Перестань, — подходит он ко мне, но я делаю шаг назад. — Нет. Посмотри на нас. Почему мы не можем радоваться всему этому? — рыдаю я и показываю на свой живот. Гарри смотрит на меня непрерывно. Он явно не был готов к такому вопросу. — Именно. Это не то, что мы хотели, — я вытираю щёки. — Я ненавижу, что это делает тебя…разбитым. Меня ранит то, что ты несчастен, Гарри. — хнычу я. Он безмолвно меняется в лице. Гарри садиться на мою кровать и опускает голову. — Ты права, — тихо отвечает он. — Что? — совсем не ожидаю такого ответа. — Ты права, — он поднимает голову и смотрит в стену. — Я не счастлив. У нас нет времени не на твою беременность, не на то, чтобы быть счастливыми, — говорит Гарри, и я вижу, как его глаза наполняются слезами. — Ты шутишь? — шепчу я. — Нет, Кэтрин. Мы не готовы к этому. Я не готов к этому. Совершенно, — разбивает он моё сердце. Я качаю головой. — Но ты говорил мне, что всё будет хорошо! — кричу я, почти пугая его. Какого чёрта он несёт сейчас? Руки начинают трястись от нервов. Гарри поднимается и потирает глаза. — Я врал, — говорит он. — Я хотел успокоить тебя, — он смотрит куда-то мимо меня. Пытаюсь собраться с мыслями. Нет. Поверить не могу. Он врал, что всё нормально. Он врал, что мы решим всё. — Уходи, — шепчу я, и не смотрю на него. — Нет, Кэтрин, — что-то в его голове щёлкает. Гарри пытается взять мою руку, но я толкаю его, как могу. — Уходи, Гарри! Я не хочу видеть тебя, — рыдаю я. — Всё это время ты говорил, что мы сможем пройти через это вместе, но сейчас ты ведёшь себя как грёбанный эгоист! Мой голос вот-вот сорвётся. Гарри нервничает, очень. Он боится, что я брошу его. Я знаю, что это его большой страх. Он говорит мне это неоднократно. — Нет, я не имел это в виду, — начинает он, но я снова не слушаю его. — Просто уйди, — плачу я, и пытаюсь не упасть в обморок от переизбытка эмоций. Дверь сзади Гарри открывается и мы видим Викторию. Она выпучивает глаза, когда замечает мой живот. Девушка видит, что я на грани нервного срыва, и поэтому она берёт всё в свои руки. — Давай, друг, тебе пора, — она прикасается к плечу Гарри, и он показывает ей свой самый ужасающий взгляд. Я отворачиваюсь от них, и прикасаюсь руками к голове. — Правда, дай ей остыть, — тихо говорит она, и я слышу, как хлопает входная дверь. Начинаю рыдать так громко, что это пугает меня. Чувствую руки вокруг себя, и пытаюсь успокоиться. — Ты чего, девочка? — успокаивает меня Виктория, и я тону в её объятиях.