Звенья Судьбы

— Не иди туда! — Почему? — Там ждут проблемы! — Вот именно. Они ждут. Неприлично заставлять кого-то ждать.

      Этот день спешил уйти в небытие и стать одним из воспоминаний.       Солнечный диск медленно клонился к черте горизонта, оставляя после себя огненно-персиковый шлейф. Шлейф, подобно огню, окрашивал соседние облака, из-за чего начали появляться производные цвета, ласкающие глаза и греющие душу: лазурно-голубое небо Аризоны начало медленно темнеть, а на горизонте переходить в персиково-розовый, кремовый, огненный и карминовый цвета. Красивая палитра, за которой наблюдала темноволосая девушка, сидя в колеснице отца. Её отец являлся богом войны — Арес. Несмотря на свою жестокость, он разрешил дочери сесть и управлять его колесницей раньше своих сыновей. Все братья девушки могли удостоиться этой чести только после пятнадцати лет, и то не сразу. Клариссе завидовали не только в лагере (тут её даже уважали), но и два старших брата — Фобос и Деймос. Пожалуй, те боги, которых Ла Ру не переносила всей душой. С ними на одну ступень встал даже Перси Джексон. Хотя, этот парень в глубине души воительницы вызывал уважение, как к воину и товарищу в битве. На Джексона можно положиться. А вот на «спутников» бога войны — нет.       Но сейчас их не было, и жительница Финикса в полной мере позволила себе отдохнуть. Люди не обращали внимания на колесницу греческого бога войны, так как её скрывал Туман. Наверное, смертным он представлял что-то вроде мотоцикла или скутера вместо колесницы. На счёт этого Ла Ру не беспокоилась. Ближе к центру парка была шумиха, на которую девушка не обращала внимания. Возвращаться домой не хотелось, мало того, у неё есть шанс прокатиться на колеснице до утра. Мать волноваться точно не будет, так как Кларисса ещё с утра предупредила о грядущем мероприятии.       Даже воительнице нужен отдых, да? Дочь Ареса вздохнула. Сегодня отгремели последние занятия в школе. Через месяц выпускной. Наверное, это и есть счастье обычного подростка: сдать экзамены, набить морду одному идиоту из класса и свалить в закат. Так нет, Ла Ру ещё умудрилась троих парней из параллельного класса отправить в больницу с переломами. К отъявленной хулиганке уже перестал ходить директор, а монстры, чующие ауру ярости, обходили стороной школу, в которой училась Кларисса.       Когда солнце исчезло за горизонтом, шатенка всё-таки посмотрела на железных коней и усмехнулась. А почему бы сейчас не махнуть домой и в лагерь полукровок? В родной домик Ареса? Снова вернуться к тренировкам, а при лучшем стечении обстоятельств пырнуть Джексона копьём? Руки так и чесались сделать что-нибудь такое… Чтобы кровь пролилась на землю, чтобы запах железа опутал её, чтобы на тело снова легли доспехи. Хотя, куда торопиться? Скоро всё будет. Пока Лука пытается возродить титана Кроноса, его армия растёт, Кларисса успеет ещё не раз поквитаться с Кастелланом.       И ещё эта дочь Зевса — Талия… Девушка прикусила губу. Кто бы мог подумать, что Золотое руно такое сильное? Что теперь их, полубогов, и Олимп теперь ждёт? Пусть всё внутри и замерло в предвкушении битвы с Титанами, маленькие страхи всё равно давили на Клариссу. Всё-таки, не от неё зависит жизнь или смерть Олимпа и всего мира. Жалко, конечно.       От мрачных мыслей и ядовитых сомнений отвлекли рык и чей-то вскрик. Отведя взгляд с горизонта, девушка прислушалась. Рычание повторилось, и оно приближалось к дочери бога войны. Облизнув губы от предвкушения, Кларисса схватилась за поводья. Ствол дерева пролетел над девушкой, чуть не выкинув её из колесницы. Минотавр, яростно качая головой и отбивая копытом по земле, искал кого-то и рычал. Монстр был очень зол. Ла Ру стало интересно, кто же так разозлил эту тварь.       — Я здесь, тупица! — голос привлёк минотавра. Развернувшись, он бросился вглубь парка. Направив колесницу, девушка помчалась следом. Увиденная картина взбудоражила кровь воительницы. Люди носились по парку, крича от ужаса и страха, парковая дорожка была уничтожена одной хорошей вмятиной, около десяти деревьев было повалено на землю и все лавочки были разломаны на две части или полностью уничтожены. Среди этого шума, Ла Ру разглядела фигуру рыжеволосой девушки. Некогда белая футболка с логотипом Макдональдса была сейчас серой и грязной. Местами были видны бурые капли крови. На чёрных джинсах разодраны коленки. Но больше девушку привлёк хлыст в руках девчонки. Простой хлыст, которым усмиряют скот на фермах, вызвал у Клариссы смех. И с этим оружием против Минотавра? Тут скорее Рыжик тупой, а не монстр.       Видимо, монстр шутки шутить не хотел и реально был голоден, поэтому особо не церемонился с ужином. Церемониться не стала и Кларисса, когда монстр, перехватив в полёте хлыст и резко припечатав полукровку к дереву, оставив там вмятину. Перехватив копьё, девушка атаковала Минотавра. Рёв на весь парк оглушил людей. Отпустив вожжи, воительница на полном ходу проткнула насквозь грудь монстра.       Разлетевшись пылью, он исчез, оставив после себя разрушения и ужас.       «Надо сматываться», — проблемы Клариссе были не нужны. Найдя незнакомку, староста домика Ареса критично осмотрела её. Жить будет — таков был вердикт, но медицинская помощь точно требовалась. Правая сторона головы и лица была залита кровью. Волосы присохли к ране. Не рискуя проверять целостность рёбер, Ла Ру взяла девушку на руки и уложила в колесницу. Что-то ей подсказывало, что минотавр — только начало всех проблем.

***

      — Мам, где аптечка? — с раздражением захлопнув шкаф, Кларисса посмотрела на тёмноволосую женщину. Мисс Ла Ру отложила марлевую тряпку и посмотрела на дочь.       Мишель указала на ключи от машины:       — В бардачке или в багажнике посмотри.       Несколько секунд, и входная дверь захлопнулась. Вздохнув, женщина укрыла незнакомую девушку покрывалом и посмотрела на семейное фото. Кларисса так редко бывает дома. Учиться со смертными она не любила, часто дралась и нередко были случаи в средней школе с угрозами выгнать или, ещё лучше, отправить младшую Ла Ру к психиатру, а её мать лишить родительских прав. Два года назад до этого чуть не дошло, и дочь Ареса умерила пыл. Возможно, проблем не хотела, или чувство вины перед матерью взыграло. Правда, в этом девушка не признается даже себе. Посмотрев на незнакомку, Мишель покачала головой: появление этого полубога в Финиксе означало одно — Кларисса не будет ждать выпускного вечера. А ведь матери так хотелось пройтись с дочерью по торговым центрам и выбрать платье. Неужели опять одной?..       — Нашла! — Кларисса появилась в гостиной спустя пять минут, держа в руках белый чемоданчик с красным крестом. Открыв его, она достала йод и вату. — У неё ничего не сломано? — поинтересовалась воительница, рассматривая «труп». Слишком бледной была эта рыжая. Переломы Кларисса не боялась. Но вот закрытые переломы вызывали некоторую трудность — не сразу видно.       — Только сильные ушибы и вывих колена, который я вправила. Желательно ей у врача показаться.       — И быть убитой, — хмыкнула Ла Ру, потеснив мать на диване. Замазав царапины на лице, она злорадно улыбнулась. Рыжик начала морщиться и с громким чихом открыла глаза. Мутно-зелёные глаза несколько секунд смотрели мимо Клариссы, а после закрылись. — Очнулась.       — М-м-м… Больно как, — пробормотав это, девушка попыталась отодвинуть руку дочери Ареса от себя.       — Я пойду и разогрею чай, — оставив Клариссу наедине с полукровкой, женщина вышла из комнаты и прислушалась к себе. Не отпустить дочь она не могла. Задержит, окажется в беде не только девушка, но и люди.       — А ты что ожидала, когда с хлыстом пошла против минотавра? Глупее битвы я ещё не видела, Рыжик.       Сара, поджав губы от боли, промолчала. В самом начале пути у неё не было выбора оружия, поэтому слова Клариссы задели её. И, вообще, какое право эта девушка имеет так отзываться о ней, битве и что там ещё было упомянуто? От новой порции боли она зашипела и зажмурилась. Ла Ру только присвистнула, когда увидела загноившуюся рану на бедре. Неаккуратно зашитый порез представлял собой омерзительное зрелище. Только оставалось удивляться, как Рыжик не умерла от заражения крови ещё.       — А теперь терпи, — мрачно произнесла девушка, доставая скальпель, иглу и нитки. Обезболивающего не было в аптечке. — Делать всё буду на живую.       Несмотря на свою жестокость и гордыню, Кларисса была идеальным стратегом и лидером. Как лидер, она заботилась о своей команде и помогала. Иногда приходилось с поля боя утаскивать раненых и самой же перевязывать раны или вправлять кости. Всем остальным занимались лекари из домика Аполлона. Однако, сейчас выбора не было. В больницу обращаться было нельзя, а этот дом был единственным безопасным местом благодаря благословлению Ареса.       — Что?       — Косяки исправлять буду. Зажми зубами. Немного больно будет, — Ла Ру бросила в руки девушки полотенце.       Сара убедилась в том, что шатенка отличается чёрным юмором. Левую ногу пронзила острая боль, и это полотенце было весьма кстати. Зажав его в зубах, как потребовала воительница, Сара посмотрела в потолок и попыталась отвлечься от боли.

***

      Ла Ру довольно улыбалась и любовалась своей воистину тонкой работой.       — Ай да я, — посмотрев на девушку, которая вытирала слёзы и улыбалась через силу, усмехнулась. Под конец операции девушка засмеялась. Нервный и истеричный смех, который напугал саму Рыжую. — Как звать?       — Сара… Сара Герман. А тебя?       — Кларисса Ла Ру. Будем знакомы, Рыжик.