Снимая маску и разрушая жизнь — о ведьме, способной полюбить

      Сторми с Дарси переглянулись, отчаянно надеясь друг на друга: Сторми думала, что Дарси уже придумала отговорку, а последняя, напротив, верила в обратное. — Мы просто проходили мимо, — изрекла самый «гениальнейший» ответ Сторми, заставляя Дарси вздохнуть и едва ли не ударить себя по лицу. Ну, или её по лицу. Кого-нибудь по лицу. — Надо же, — усмехнулась Айси, — а минуту назад я слышала такие смелые слова от вас, так что было понятно, что вы тут не случайно проходили. Что, испугались? — Айси сощурила глаза, которые недобро блестели, при всём этом улыбка её выражала сейчас насмешку над ведьмами. — Хватит! — вдруг сказала ведьма иллюзий. — Ты сама прекрасно понимаешь. Нам нужно кольцо, а ты тянешь. И прикрываешься тем, что ты наш лидер, а значит тебе можно делать так, как хочется. Как эгоистично, дорогая сестра. О нас подумать тоже стоит — мы устали ждать. Мы могли бы давно напасть на твою Стеллу, но… — Дарси внезапно остановилась, закусив губу. Она не знала, что ей сказать дальше. Действительно, почему они не напали на Стеллу сами, раньше? Правда ли они так сильно чувствуют превосходство Айси над ними, а оттого боятся делать что-то без её ведома? Или в этом виновата сама Дарси, которая, понимая истинную суть ситуации, почему Айси так медлит, не давала Сторми сорваться с места и сама более ничего не делала? Но… почему Дарси, которой, по сути, плевать на личную жизнь сестры, всё-таки помогает ей, постоянно давая ей время? Хотя… Можно ли назвать это помощью? Нет.       Ведьма иллюзий точно знает, что Айси всё же придётся достать кольцо, а, следовательно, ей придётся открыть правду перед Стеллой, разбить, сломать её. И это, Дарси точно знает, может сломать и саму ведьму льда — хотя она слишком сильна, так что не будет показывать этого, — и от этого Айси явно не выиграет; она только оттягивает смерть своей души. А значит Дарси, которая сдерживает Сторми и сама ничего не делает, давая больше времени, сама ведёт сестру к моральной гибели. Она бы смогла справиться с Айси и заставить её взять кольцо прежде, чем вспыхнули чувства, которые сейчас Айси прячет в себе. Или, в крайнем случае, она бы на пару со Сторми сами бы захватили кольцо и уж вместе они бы точно вправили мозги Айси, та бы согласилась, что была не права и не стала бы ссориться — сила Дракона нужна ведь и ей.       Почему-то всю эту цепь событий Дарси сознавала только сейчас, стоя перед Айси, которая так яро защищала Стеллу. — Но… что? Что, нечего сказать, да? — самоуверенно усмехнулась Айси. — Потому что ты умная, Дарси, и ты точно понимаешь, где мой уровень сил, а где — твой, и что мне перечить лучше не стоит! Я ведь не предательница, кольцо точно будет… — И не успела она договорить, как Дарси вновь подала голос: — Мне тебя жалко, Айси, — она посмотрела в глаза ведьмы льда, и та сразу, мгновенно, словно её пронзило стрелой, поняла, что Дарси всё уже известно. — И не смей ставить себя выше нас. Да, быть может, ты талантливее и сильнее, но ненамного, поверь. Ты сильно недооцениваешь нас. Сторми, — иллюзионистка посмотрела на неё, — пойдём. Айси ведь сказала, что кольцо будет у нас, так что не стоит волноваться; не будем ей мешать. — Что?! — возмутилась ведьма бурь. — Но… — Пошли, — твёрдо сказала Дарси, и Сторми уже не стала противиться. Она бросила последний сердитый взгляд на Айси, и ведьмы исчезли в фиолетовом сиянии.       Айси поняла, что она уже проиграла.       Она вернулась к Стелле заметно поникшая, что было абсолютно не в её стиле. Но сейчас её буквально разрывали всевозможные мысли, было невыносимо. — Адель? — Стелла обеспокоенно взяла её за руку. — Всё нормально, они ушли, я поставила их на место, — слабо улыбнулась Адель. — На тебе лица нет! — фея взяла лицо Адель в обе руки и посмотрела той в глаза. — Ну, знаешь, ведьмы умеют задеть за живое, — горько усмехнулась она. — Вот же… — начала злиться Стелла, но Адель, взяв её руки в свои, убрав их от лица, легко чмокнула ту в губы. — Извини за испорченное свидание, но, может, вернёмся в школу? — Тебе не надо извиняться! Всё хорошо. Пошли, — Принцесса взяла любимую под руку, и обе пошли на ближайшую остановку.       Айси решила, что всё должно закончиться завтра, иначе дальше будет только тяжелее.

***

      Когда Стелла вернулась, в её комнате её ждала Блум. Рыжая явно волновалась: об этом говорили её пальцы, постоянно стучащие по коленкам; об этом говорило её постоянное постукивание ногой по полу. Об этом также говорили грудь, которая тяжело вздымалась, и голова, которая постоянно обращалась к двери. Словом, весь вид Блум так и кричал о том, что та волнуется. Но, видя это, Стелла действительно не понимала: чего, собственно, беспокоиться? — Стелла ведь просто полюбила. Ну, да, полюбила их учительницу, а что с того? Как будто на родной Земле Блум никогда не было романа между учителем и учеником! — Стелла! — Блум встала с её кровати, как только фея вошла. Она улыбнулась, но улыбка получилась натянуто-фальшивой. — Да, да, я знаю, зачем ты тут. Помню, что обещала всё рассказать, — сразу же сказала Стелла, улыбаясь подруге. Та заметно смутилась, чувствуя себя неловко — вдруг она поступает неприлично? — Садись и слушай, — продолжала Стелла, снимая с себя одежду. — Я помню, как однажды ты предположила, что я влюбилась в мисс Адель — я тогда только посмеялась, но теперь я понимаю, как же ты тогда была права. Она захватила моё сердце с самых первых секунд её появления. Этот танец, тогда, в самом начале учебного года, возбудил во мне к ней неимоверные интерес и восхищение, — фея Солнца и Луны улыбнулась, вспоминая те моменты. Эти воспоминания приятно грели душу. — Постепенно, общаясь с ней и узнавая её, я понимала, что что-то во мне начинает меняться. Всё меньше я думала о Принце Скае, всё больше о ней, пока однажды не поняла — я влюбилась. И, о счастье! — взаимно влюбилась. Вот и всё. Никаких секретов, супер-историй. Просто моё восхищение к ней переросло в любовь. Хотя, быть может, это восхищение с самого начала было любовью, я не знаю. Но сейчас я точно уверена в своих чувствах. И невероятно счастлива, — Стелла плюхнулась на кровать рядом с Блум, улыбаясь и смотря на подругу, которая, вероятно, пребывала в состоянии наивысшего удивления. Стелла так быстро всё рассказала, ещё и так поэтично, что, как отметила Блум, было вовсе не похоже на неё, — что теперь было даже труднее переварить всю полученную информацию. — Я… Я, конечно, так рада за тебя, — кое-как собравшись с мыслями, начала Блум, — но ведь она… девушка… — И что? — искренне удивилась Стелла. — У вас это нормально? — покраснев, спросила Блум и посмотрела на подругу. — Погоди, а как любовь может быть ненормальной? — недоумевала Стелла. Блум покраснела ещё сильнее и вдруг поняла, что даже отношение к любви здесь не такое, как у неё на Земле. — Просто… На нашей планете большинство людей не воспринимают любовь между девушками и между парнями. Однополую любовь, так сказать. Это считают мерзким, это считают грехом… Я думала, здесь точно также. — Что за бред?! — вспыхнула Принцесса, поражённая словами рыжеволосой. — Считать любовь — наивысшее из чувств! — грехом? Считать её мерзкой? — Ну типа с самого начала сотворения Земли было установлено только «парень-девушка», а однополая любовь считается отклонением от нормы. — Ужас какой, — поморщив нос, с отвращением сказала Стелла. — Не думала, что на Земле у вас так много ярлыков. Не думала, что вы делите любовь на виды какие-то, это смешно, — она усмехнулась. — Любовь ведь одна. И точка. В общем, у нас такой ереси нет — и хорошо! — Стелла рассмеялась.       Блум почувствовала себя намного свободнее и лучше. Она была безумно рада, что поговорила с подругой на эту тему. — Да, ты права! — рассмеялась в ответ она.       И пока подруги улыбались, смеялись, рассказывали друг другу интересные истории, Айси лежала на кровати, мрачнее тучи, и думала над завтрашним днём, ибо завтра должно всё решиться.       Завтра кольцо будет у неё. И у сестёр.       Было невероятно трудно, но Айси всё же окончательно решила, что хватит морочить девчонке голову — пора, наконец, завершить свою миссию. Айси, представляя то, каково будет Стелле, ненавидела себя до безумия. Никогда бы ведьма не подумала, что сможет полюбить и что эта любовь так сильно изменит её. Но… Надо было отбросить все эти сопли, все эти чувства и сделать то, что действительно было важно (по крайней мере, в этом Айси старалась себя убедить).       Дарси была права — не стоит недооценивать своих сестёр: они действительно сильны и, если захотят, то сделают что-то, не спрашивая Айси. А ещё Дарси была чертовски права, когда сказала, что ей жаль.       Айси понимала, что она действительно сейчас жалкая. Даже смешно.       Но скоро это всё кончится. Завтра Айси захватит кольцо, потом они с сёстрами проведут ритуал, и уже совсем скоро Айси обретёт силу Дракона — ту мощнейшую силу, которую так желала, о которой так мечтала. (Но мечтает ли она об этой силе до сих пор?)