Сын Спарды.

Прошло три недели с того момента, когда появился Вергилий, но в бывшем "Ордене" всё еще царила тишина. Это сильно напрягало Данте, он не знал зачем вернулся его брат, не знал, что ему нужно и это сильно щекотало нервишки Нефилиму. Что очень странно, тишина была совершенно обычной, а не как говориться - затишье перед бурей. Данте предпочел сидеть у себя в комнате и напиваться, чтобы не видеть брата, впрочем, как и Верджи, но всё же, они иногда встречались. На кухне, когда выходили покушать или по пути в ванную комнату, к выходу из Ордена. Они молчали оба, не желая разговаривать друг с другом, у каждого было что-то своё на уме, иногда, они бросали краткий взгляд друг на друга, но уже спустя пару секунд, кто-то из них опускал глаза, а то и оба сразу. Было трудно разобрать, обида это или же страх, смущение... Вина? **** Подходил конец четвертой недели. Данте вернулся в Орден поздно вечером, настрой у него был нейтральный, не хороший, но и не плохой. Он много выпил, очень много, ибо старался напиться, а Нефилиму это оказалось сделать очень трудно. Пройдя до зала и запнувшись об какой-то старый хлам, сын Спарды упал на пол с грохотом, сопровождая это отборным матом и шипением. Вергилий мирно сидел на диване и читал какую-то книгу, но он быстро отвлекся от неё, когда до его ушей дошла волна мата. Старший Нефилим отложил книгу и усмехнулся, повернув голову к брату, он был первым, кто заговорил за четыре недели. - А еще громче можешь? Уверен, твои "друзья" демоны захотят зайти к тебе и узнать, что стряслось. - Ехидство само срывалось с груб Верджи, а иначе и быть не могло в данной ситуации. - Чего вдруг решил открыть свой ебальник? Ты ничего не сказал за четыре гребанных недели, а сейчас вдруг такое длинное предложение. Знаешь, мне это надоело. - Данте резко встал с пола и положил ладонь на рукоять Мятежника. Его злила эта обстановка и он был слишком пьян, чтобы предаваться глубоким мыслям. Проще было надрать зад Вергилию и выкинуть его на улицу, если вдруг что-то пойдет не так. - Следи за языком, Данте. - Немного грубо и настойчиво произносит блондин, встав с дивана, он медленно подходит к брату близнецу, продолжая говорить. - Не один я молчал все четыре недели. Мог бы и первый что-нибудь сказать. В конце концов, ты мне должен. - Должен? Тебе? С какого хуя? Что я тебе должен? Нихуя я тебе не должен! - Нефилим возмутился, в его глазах сверкала звериная злость, ярость, но он всё еще сдерживал себя, ведь Вергилий не нападает пока что. Старший сын Спарды промолчал, он решил показать. Тихо и медленно подходя к брату, он расстегивал свою рубашку, в упор смотря на Данте. Возможно, со стороны, это выглядело чутка странно, но Вергилий хотел показать, ибо до Данте не всегда доходили слова. Темноволосый смотрел на Верджи и не понимал, что тот делает и зачем. - Я задал тебе...- Данте не смог договорить, он заткнулся и немного завис, когда блондин снял с себя рубашку. У Вергилия был шрам на сердце и оба Нефилима знали, откуда этот шрам, в особенности Данте. Это было странно, ведь обычно у них быстро заживали раны и ничего не оставалось, а этот шрам, он выглядел таким свежим, будто совсем недавно затянулся. - Ты сам виноват. Я говорил, что мы можем остановиться.- Было неприятное чувство, будто ком в горле застрял, Данте злился на себя, он раньше должен был понять, что задумал Вергилий и возможно, драки не было бы, но так же, он злился и на брата. - Ты должен был убить меня, Данте.- Вергилий видел, что рука Данте лежит на Мятежнике и он знал, что может получить, но всё равно, он подошел очень близко к брату, так близко, что можно было услышать, как беспокойно бьётся его сердце. Старший Нефилим берет свободную руку брата и кладет его ладонь себе на шрам, накрывая его руку своей. - Вергилий, я... - Данте словно пластилиновый, конечности не слушаются его, ему трудно что-либо сделать, он не знает почему и это его пугает, а этого засранца мало, что пугало в жизни. Он чувствует ладонью прохладную кожу брата и сам шрам. - Ты должен был, Данте...