Здравствуйте, я-ваша доча!

POV Анастасии На новом месте мне не спалось. Кровать слишком мягкая, запахи не привычны и не привычно слишком все. Скучаю по дому. Про отца я узнала еще в пять. Тогда мама меня чуть не прибила за какую то пакость, причитая про то что вся в отца пошла. «А кто мой папа? Каким он был?» не винный детский вопрос, а сколько информации. Она рассказала, как с ним познакомилась, призвала его, по ошибке, влюбилась, и появилась я. Был отец шебутным, с шилом в одном месте, влипал в какие-то нелепые ситуации, пакостил по возможности богатырям, что за советами приходили. Бабушка моя, Ягой звали, когда мне 15 исполнилось, рассказывала, как выпорола их, когда застала за поцелуем. Мама тогда краской залилась. Еще бабуля научила разным премудростям ведьминским, да питомца перед ритуалом на перерождение подарила. Черный котенок с зелеными глазами. Зельеварение, ритуалы, магия природы и некромантия. Мама же пространственной обучала, некоторым своим разработкам, научила женским премудростям, давала уроки этикета, учила грамоте. Красивой была, алая коса, глаза цвета молодой травы, веснушки, аккуратные, плавные черты лица. Ее можно было принять за лесную фею, милую, добрую, но в тоже время опасную и веселую, как весна. Скучаю… Помню ее нежный голос, приветливую улыбку, вечные подколки и теплый взгляд. Ее пение подобно пению соловья. Помню, как любила заплетать ее волосы в причудливые прически, дотрагиваясь до мягких волос. Помню, как она чудесно готовила, всегда просила добавки. Помню ее чистый смех, словно перезвон колокольчиков. Помню ее нотации, как часто мы летали в ступах на перегонки. Помню наш последний день вместе. Мы прощались до следующей встречи, ведь жизнь не одна. Помню, как слезы катились по моим щекам, как держала ее за край платья, обнимая в последний раз, запоминая запах березы. Она гладила меня по волосам, желая найти свое место в жизни. Пятьдесят лет уже прошло, а воспоминания остануться со мной, в моем сердце, как сказала когда-то бабуля. Смотрю в окно, отмечая по внутренним часам, что уже полночь. Спать не хотелось вообще, хотелось есть. Так что повинуясь желанию, встала, переодевшись в штаны и рубашку, обула балетки и пошла оккупировать кухню. Для меня, в общем, ночной дожор что то обыденное. Ставя эксперименты, часто забывала о еде. Так что желудок уже привык. На кухне света не было, только одинокий силуэт и звук ложки о тарелку. Так что выудив свечу из пространственного кармана, зажгла ее с помощью простенького заклинания на древнерусском. Силуэт поперхнулся, обернулся и облегченно вздохнул. -Поделишся?- Лукавый прищур глаз, улыбка и черти в очах, явно сейчас отражалось на моем лике. Сиэль, если не ошибаюсь, от моей наглости явно обалдел, по глазкам вижу. Он только кивнул перед этим бросив: -Только Себастьяну не рассказывай.- Киваю, без лишних слов понимая, что лучше именно так, а не иначе. Сидим мы вдвоем. Я и Сиэль, поедаем тортик, очень вкусный надо признать. Потом рецептик спрошу как-нибудь. Доев тортик, прощаюсь с графом и ухожу. Все же правду мама говорила: «А животик то натягивается, глазки закрываются, да, чудо мое?» Всегда сном мой ночной дожор заканчивается. Утро встречала уже бодрячком, заправила постель и в шесть утра ко мне постучался, судя по ауре, отец. -Входи.- На мне была все та же рубашка с брюками и балетки. -Я тебе одежду принес.- Он вручил мне одежду как у Мэйлин.- Через час на кухне сбор персонала, не опаздывай.- И удалился. Что могу сказать, выгляжу мило. Сапожки, штаны черные облегающие и платье как у Мэйлин. Чепчик решила не одевать, просто завязав волосы в косу. Черные, густые, прямые и мягкие волосы пахли елью, достигая талии. Зеленые глаза, черты лица чем-то походят на отца в женской версии, нос чуть вздернут, от мамы досталось. Встрепенувшись, пошла в сторону кухни, поправляя платье по пути…