Наследница Блэка

Трансгрессировав в Малфой-Мэнор, Саманта была едва способна сдерживать свои эмоции. Это поместье больше походило на замок, нежели на особняк: большое четырехэтажное здание с множеством башенок, двор был украшен живой изгородью, тисами и фонтаном, что зимой потеряли былую красоту. Люциус, заметив, как восторженно светятся глаза его дочери, довольно улыбнулся. Зайдя внутрь дома, Саманта про себя решила, что за всю свою семнадцатилетнюю жизнь она не видела еще ни единого родового поместья, в котором могла бы чувствовать себя уютно. Однако в отличие от площади Гриммо, в Малфой-Мэноре было чисто и убрано, но это — заслуга домашних эльфов, а не хозяев. Высокие стены и пол из черного мрамора, классический стиль интерьера и шикарная мебель — это все производило должное впечатление. Люциус провел Блэк в большой зал, который она из-за наличия камина и множества диванчиков окрестила гостиной. В комнате, кроме отца и дочери, пребывали еще двое человек. Распознать их было сложно, поскольку сидели они спиной к пришедшим, но Саманте не нужно было видеть их лица, чтобы понять, кто перед ней. В первой женщине, сидящей ближе к источнику тепла, Сэм узнала Нарциссу. Её мать что-то неспешно рассказывала своей собеседнице, даме с изящной копной черных волос.  — Нарцисса, мы вернулись, — окликнул жену Люциус. Она мгновенно обернулась и, увидев дочь, казалось, расстроилась.  — Так это все же правда, — огорченно промолвила Цисса, обращаясь к Саманте. — Ты решила принять Черную Метку.  — Будь у меня дочь, я бы гордилась ею за стремление содействовать Милорду, — самодовольно сказала высокая брюнетка, которая напомнила Сэм её саму.  — Тетя Белла, я так полагаю? — уточнила Блэк, глядя на миссис Лейстрандж. Пожирательница Смерти высокомерно вскинула подбородок и подошла к племяннице. Затем одернула её левую руку и провела ногтем линию по чистой и невинной коже на предплечье.  — Скоро здесь будет красоваться знак нашего хозяина. Ты ведь этого хочешь? — прошептала Беллатриса прямо на ухо Сэм. Девушка знала, что её тетя в совершенстве владеет окклюменцией, а легилименция — это преимущество Волдеморта, но испуг все равно сковывал разум Саманты.  — Да, — с остатками уверенности ответила Блэк.  — Тогда можешь смело называть меня тетей, — произнесла Беллатриса и засмеялась. В её смехе присутствовали истеричные нотки, что вызывали одновременно страх и восхищение.  — Оставь мою дочь в покое, Белла. Сэмми, ты, наверное, голодна? Идем в трапезную, через несколько минут эльфы подадут ужин, — сухо сказала Нарцисса, смерив сестру осуждающим взглядом. Не решаясь издать лишний звук, Блэк пошла вслед за матерью на ужин. За ней вальяжно следовали Люциус и Белла. Эта семейка пугала Саманту. У каждого здесь было множество скелетов в шкафу, которые они скрывали даже друг от друга. Обитатели Малфой-Мэнора, казалось, были такими же холодными и мрачными, как и само поместье. Сэм заметила, как лихорадочно Белла сжимает свою палочку, стоит ей только услышать незначительный шорох. Девушка дошла до вывода, что эти годы в Азкабане не прошли бесследно. В трапезной эльфы спешили сервировать стол до прихода хозяев, но, увидев мистера Малфоя, все, как один, мгновенно испарились. Зато на тарелках в ту же секунду начали появляться различные блюда, экстравагантностью которых Сэм была крайне поражена, но, опять же, не подавала виду.  — Угощайся, Сэмми, — призвала Нарцисса, — ты должна чувствовать себя здесь, как дома. Саманта послушно кивнула, ощущая на себе пронзительный взгляд Беллатрисы. Женщина неотрывно изучала племянницу и с каждым её движением понимала, насколько они похожи. Белла никому бы и никогда не позволила затронуть её сердце, заинтересовать её до глубины души, но у юной мисс Блэк это получалось, когда она даже не пыталась понравиться тете.  — Саманта, почему ты не используешь свои способности метаморфомага? — как бы невзначай спросил мистер Малфой, понимая, что вопросами на такую тему сможет вывести дочь из себя. — За все время, что я тебя встречал, твоя внешность не изменялась.  — Этот дар испоганил мне жизнь, Люциус, — не теряя собственной годности, ответила девушка. — Предпочитаю не использовать его, если на то нет веской причины.  — Темный Лорд найдет применение этому умению, — уверила миссис Лейстрандж. — Какие способности ты еще скрываешь? — обратилась она к племяннице.  — Я преуспеваю в Темных Искусствах. Но, к сожалению, больших результатов в этом деле мне достичь пока не получилось, поскольку из Дурмстранга меня исключили несколько лет назад, а изучать теорию по книжке — это совсем не то, что видеть и применять заклинания на практике, — честно ответила Сэм, пытаясь заставить свой голос не дрожать и звучать решительно.  — Я могу учить тебя, — предложила Беллатриса, закончив ужин. Глаза её озабоченно горели, словно у сумасшедшей, а губы расплылись в хитрой ухмылке. — Ты же не против, Цисса?  — Только попробуй навредить моей дочери, — сдержанно ответила миссис Малфой. В поисках поддержки она посмотрела на мужа, но тот усердно делал вид, что вообще не понимает, о чем речь и был увлечен едой в собственной тарелке. Понимая, что Люциусу плевать на судьбу Саманты, Нарцисса огорчилась еще больше, нежели до этого. Ей было жаль эту девочку, которая из-за нехватки родительской любви стала такой, какой есть: хладнокровной, эгоистичной, своенравной. — Не переходи допустимую черту, Белла.  — Я буду предельно осторожна, — закатила глаза женщина. — Твоей дочурке ничего не грозит. После этих слов миссис Лейстрандж направилась к выходу из трапезной, жестом позвав за собой племянницу. Саманта, не колеблясь, последовала за ней. Её трезвый ум вопил ей остановиться, но соблазн поучиться Темной Магии у одной из самых преданных Пожирательниц Смерти взял верх над здравым рассудком. Беллатриса миновала гостиную, несколько спален и ванн, а затем остановилась у большой, массивной двери. Несмотря на внушающие размеры, дверь легко открылась, как только Белла едва надавила на ручку. Она зашла первая, а Блэк следом за ней. Комната, в которой они оказались, выглядела довольно запущенной и неубранной. Мебель здесь вообще отсутствовала. Только три окна и деревянный пол, от времени почерневший и в кое-каких местах покрытый плесенью.  — Узнаешь эту комнату? — поинтересовалась Беллатриса, стоя лицом к окну.  — Я впервые попала в этот особняк в сознательном возрасте, так что нет.  — Когда-то эта комната была твоей детской, — произнесла женщина, краем глаза наблюдая за реакцией Саманты. Блэк попыталась не подавать внешних признаков удивления, просто еще раз осмотрела комнату, представляя, как когда-то делала здесь первые шаги и говорила первые слова. Но это было весьма сложно, поскольку комната была пустой и безжизненной очень долгое время, и создавалось впечатление, что она была такой всегда.  — Круцио! — неожиданно вскрикнула Беллатриса. К счастью, Блэк успела вовремя применить защитное заклинание и сейчас ошарашенно смотрела на тетю.  — Какого Мерлина? — возмутилась Сэм, забыв о своем настороженном отношении к Пожирательнице. — А если бы я не успела выставить щит?  — Ты такая чувствительная, а растрогать твое юное сердечко и вовсе не составит большого труда, — довольная собой, Белла расхаживала по комнате, держа палочку начеку. — Это, пожалуй, самая губительная ошибка большинства людей. Стоит им напомнить что-то чересчур сентиментальное, они сразу теряют бдительность. Поэтому, если у тебя есть что-то, к чему ты привязана всей душой, отпусти это. Забудь. Выкини из сознания.  — Да поняла я, — огрызнулась Сэм, вновь приобретая над собой контроль. — Так с чего мы начнем?  — Что ты знаешь о Непростительных заклинаниях?  — Знаю, что за их использование можно загреметь в Азкабан, — сказала Сэм и тут же осеклась, вспомнив, что её тетя провела там почти пятнадцать лет. Но Беллатрису, казалось, такой ответ удовлетворил.  — Азкабаном нас теперь не запугаешь! — Лейстрандж опять засмеялась в характерной сумасшедшей манере. — Хозяин собирается подчинить себе всех волшебных существ, включая дементоров! А если же они будут противиться, он уничтожит их, как жалких магглов и мерзких грязнокровок! Саманта не вслушивалась в дальнейший абсурдный бред Беллы касательно превосходства Темного Лорда. Она сосредоточилась, чтобы запомнить полученную информацию: Волдеморт собирает армию не только из чистокровных волшебников, но и из прочих существ, способных понимать и выполнять приказы. Тем временем Пожирательница, воспользовавшись секундным замешательством племянницы, направила в нее еще несколько заклятий. Сэм успела увернуться, но девушку все же поражала жестокость её родственницы. Блэк была уверена, что если Беллатриса попадет в нее очередным Круциатусом, то будет просто наслаждаться пытками и беспомощностью своей жертвы.  — Саманта, перестань только защищаться! Оставь это преимущество бездарям и ничтожествам из Ордена Феникса! — в своем духе подбодрил дочь пришедший Люциус. — Продемонстрируй свои навыки!  — С радостью, папочка, — прошептала Сэм и, резко направив палочку на отца, произнесла первое, что пришло в голову: — Экспульсо! Заклятие попало в двери, около которых стоял Малфой-старший, и они мгновенно разлетелись на мелкие щепки, создавая при этом жуткий шум и пыль. На звук прибежала Цисса и, оглядев место происшествия, без раздумий кинулась с обвинениями на сестру.  — Ты и так живешь в этом доме на птичьих правах, Белла! — повысила голос миссис Малфой. Все присутствующие были шокированы таким несдержанным поведением Нарциссы, обычно абсолютно уравновешенной и контролирующей себя. — Я пустила тебя в этот дом, взяв обещание, что ты будешь держать себя в руках! Хотя бы до прибытия Темного Лорда! Сэм опустила следующую часть разговора, включающую угрозы Нарциссы и оправдания Беллатрисы, а затем наоборот. Она выхватила из всего монолога матери фразу: «До прибытия Темного Лорда» и сейчас непонимающе смотрела на отца, что как раз вылез из обломков двери с помощью домовых эльфов.  — Люц, а Хозяин приедет сюда? — как бы ненамеренно уточнила Блэк.  — Я бы предпочитал, чтобы ты звала меня отцом, — отряхивая с себя пыль, сказал мистер Малфой. — Да, Темный Лорд прибудет в наш особняк завтра.  — Спасибо, что предупредил. И нет, ты мне не отец. А сейчас, если ты не против, может покажешь мне мою комнату? — окончательно обнаглев, попросила девушка. Почему-то Сэм была уверенна, что что бы она не говорила и как бы дерзко себя не вела, её отсюда не выгонят. И Люциус, в подтверждение её догадок, только сжав кулаки, выдавил натянутую улыбку.  — Ты, как и твоя тетушка, здесь обитаете на птичьих правах. Я вышвырну тебя отсюда за малейшую оплошность перед Милордом или как только узнаю, что ты докладываешь обо всем происходящем в этих стенах Ордену. Ты меня поняла? — прошипел мужчина, проводив Саманту к её комнате.  — Само собой, — ухмыльнулась девушка. — Жду не дождусь встречи с Темным Лордом.  — Опозоришь мою семью — не увидишь большего своего рыжего и блохастого.  — У людей есть имена, но если хочешь блеснуть богатым запасом эпитетов, то выбирай что-то не столь тривиальное, — съязвила девушка, испытывая последние нервы отца. — Хороших снов, Люциус. Саманта захлопнула дверь прямо перед носом отца, наложив на нее несколько защитных заклинаний. Затем, немного подумав, то же проделала с окнами. Первый день по возвращению в якобы родной дом выдался неплохим. Терпимым, по крайней мере. Приняв душ и натянув шелковую пижаму, приготовленную заранее, Сэм легла в кровать и, попросив Мерлина о том, чтобы Дэвис не забыл о данном обещании, заснула.

***

Тем временем остальные жители Малфой-Мэнора и не думали о сне. Цисса и Белла сидели на диване в гостиной, то поглядывая на часы, то зевая. А Люциус заходился жаловаться им на непутевую дочь, и на то, как она обязательно испортит завтрашний прием Волдеморта. Нарцисса откровенно выказывала признаки равнодушия к разговору и даже Белла, будучи одной из самых ярых приспешников Темного Лорда, закатывала глаза на очередной аргумент Люциуса.  — Твоя дочь не так глупа, как ты, — в конце концов сказала Беллатриса. — Саманта не будет строить козни Милорду. Я за нее ручаюсь. Миссис Малфой ошарашенно посмотрела на сестру. С чего бы только что сбежавшей из Азкабана Пожирательнице Смерти брать опеку над семнадцатилетней девушкой?  — Зачем она тебе? — все еще недоверчиво смотря на Беллу, спросила Нарцисса. — Что ты задумала?  — По поводу твоей дочери — ничего. А вот твой муж познает всю мощь Авады, если сейчас же не прекратит этот цирк, — спокойно произнесла Лейстрандж. — Спокойной ночи. Брюнетка ушла из комнаты, напоследок одарив Люциуса убийственным взглядом. Белла пока не знала, как приручить племянницу и заставить её действовать в правильном направлении, но была уверенна, что эта девушка еще проявит себя.

***

Все обитатели гриффиндорской башни наслаждались пребыванием в плену в сказочном царстве сновидений, за исключением нескольких парней и одной девушки, сидящих сейчас возле камина и тихо, почти шепотом, что-то обсуждающих. Один из ребят привязывал письмо к лапке совы, а затем открыл окно и выпустил птицу.  — Есть еще разумные предположения, куда она могла отправиться? — поинтересовался Джордж, сосредоточено смотря в одну точку и нервно сжимая костяшки на руках.  — Может, просто забила на все и поехала на фермы в горы выращивать единорогов? — предположил сонный Рон. — От Сэм чего угодно можно ожидать.  — Что мы имеем, — взяла ситуацию в свои руки Гермиона, когда догадки парней становились все нереальнее. — Ты сказал, — обратилась пятикурсница к Джорджу, — что во время последней встречи Саманта очень извинялась перед тобой за то, что собирается сделать. Затем сообщила, что Грюм предложил ей работу. А сейчас Дэвис сказал, что она попросила его, чтобы он сказал нам написать письмо Бродяге, и предупредить его, что она может не вернуться домой на протяжении нескольких дней. То есть сама она не предвидела такой задержки. И ключевая деталь — после разговоров с нами Сэм спешила на встречу с Драко. Понимаете, какой вывод из этого следует? Грейнджер сияла, будто открыла вселенскую тайну, а парни все еще не уловили ход её мыслей, так что недоуменно смотрели на подругу. Она вздохнула, ведь опять ей придется все размусоливать и раскладывать по полочкам.  — Саманта чертовски упертая. Она бы не приблизилась к Драко после всех их ссор даже под страхом Поцелуя Дементора. А еще она всегда стремится что-то кому-то доказать и быть важной. Следовательно, работа, предложенная ей Грюмом, могла помочь ей почувствовать себя нужной. Это чувство у нее превыше остальных. Так что, наплевав на гордость и принципы, она отправилась к Драко, ведь только так она могла выполнить задание, порученное Грозным Глазом. Теперь посмотрим, для чего ей может пригодиться Малфой. Он — наследник древнего чистокровного рода, поддерживающего идеи Сами-Знаете-Кого.  — Ты думаешь Саманта…? — подхватил линию рассуждений Гарри.  — Скорее всего, — кивнула гриффиндорка.  — Может, прекратите выделываться и объясните? — рассердился Джордж.  — Мне кажется… — несмело начала Гермиона, наблюдая за реакцией близнецов, — что Саманта решила примкнуть к Сами-Знаете-Кому и стать Пожирательницей Смерти.  — Рон, что ты там говорил о фермах и единорогах? — дослушав подругу, сказал Фред. Предположения Грейнджер были полностью притянутыми за уши. В любом случае, парень пытался убедить в этом себя.  — Это логично и как раз в её стиле, — продолжал мысль Гарри. — Жертвоприношение и драматизм — Саманте такое по душе.  — И где она сейчас, умники? — еще больше разозлился Джордж. Он, в отличие от брата, поверил в догадку Грейнджер и воспринял это, как существенную проблему. Хоть и было сложно смериться с мыслью, что теперь твоя девушка — приспешница самого темного волшебника, даже если все это не по настоящему.  — Этого я тебе не скажу, — развела руками Гермиона. — Нет смысла сидеть здесь больше. Сову Бродяге мы отправили. Хотя, я думаю, что не следовало. Он ведь с ума сойдет.  — Он справится, — уверил подругу Гарри и ушел в свою спальню. Остальные последовали его примеру и вскоре в гостиной не осталось никого, кроме пушистого кота Гермионы.

***

 — Сними эту юбку, надень то платье и затяни вон тем корсетом, — командовала Беллатриса, подбирая наряд племяннице по случаю встречи с Темным Лордом.  — Тетя Белла, Вы хотите сделать меня второй собой? — спросила Сэм, глядя на свое отражение в зеркале и на отражение почти идентичной копии.  — Если тебе это так угодно называть, то пожалуйста. Милорд расположен ко мне относительно позитивно. Было бы большой удачей, если бы и тебе удалось завладеть его доверием, — поучительным тоном сказала миссис Лейстрандж.  — Это будет большой честью для меня встретиться с Хозяином, — соврала Сэм и сразу вспомнила о том, что Волдеморт прекрасно владеет легилименцией. Если он выведет Сэм на чистую воду, то вряд ли она сможет покинуть Малфой-Мэнор живой. Она постаралась не думать об этом, а положиться на собственное везение, однако страх с каждой секундой разрастался и разрастался, вскоре не оставив от былой смелости и капли. Беллатриса удалилась в свою комнату, оставив Саманту совершенно одну. Девушка разглядывала свое отражение, удивляясь своей схожести с тетей и думала обо всех вариантах развития событий, если Волдеморт все же решит прочитать её мысли. А он решит, в этом Блэк не сомневалась. Она была сейчас совершенно беспомощной. От раздумий Сэм оторвал стук в дверь, что эхом отразился в помещении.  — Войдите, — хрипло сказала девушка.  — Ты прекрасно выглядишь, Сэмми, — искренне сказала Нарцисса, любуясь дочерью. — Но я хотела спросить тебя кое о чём очень важном.  — Я слушаю, — невнимательно ответила Блэк, то распуская волосы, то опять собирая их в пучок.  — Тебе есть, что скрывать? Что-то, узнав о чем, Темный Лорд может посчитать тебя предательницей его дела? Саманта посмотрела на маму. Откуда она могла знать о том, что так сильно тревожит её дочь? Блэк сослалась на то, что Цисса просто догадалась о её внутренних терзаниях, поскольку верить в то, что между родителем и ребенком существует какая-то духовная связь, девушка напрочь отказывалась. В её душе загорелся огонек надежды.  — Есть, — честно ответила Сэм.  — Ты владеешь азами окклюменции? — спросила Цисса, но, услышав отрицательный ответ, вздохнула. — Тогда мне придётся изменить тебя память. Временно. Позже я верну все на свои места, вот только сейчас нужно убрать из твоей памяти воспоминания об Ордене Феникса. Ради твоего же блага.  — Только обещай, что вернешь мои воспоминания сразу же, как Волдеморт поставит мне Метку.  — Обещаю. Ты готова?  — Да, — решительно подтвердила Саманта, прокручивая в голове последние счастливые моменты, что случились в её жизни: знакомство с Сириусом, посвящение в Орден, встреча с Джорджем, помощь Гарри в Отряде Дамблдора.  — Обливиэйт! — вдруг промолвила миссис Малфой, направив палочку на дочь. На мгновение Сэм показалось, что она умирает. Вся жизнь будто пробежала перед глазами. А в следующую секунду некоторые воспоминания будто стирались из общей пленки, а затем их места занимали другие. Спустя некоторое время, Сэм пришла в сознание. Она сидела на диване, а рядом с ней мама, бережно держа её за руку. Несколько минут взгляд Блэк был отстраненный и отсутствующий, но вскоре все прошло.  — Милая, что ты помнишь о последнем годе? — заботливо спросила Цисса у дочери.  — Меня исключили из Салемского Института. Я вернулась в Англию. Затем тетя Меда выгнала меня из дома и ты забрала меня сюда, — будто робот проговаривала Саманта. — Потом я поступила в Хогвартс. Мы с Драко стали хорошими друзьями. А сейчас я здесь, поскольку профессор Дамблдор разрешил мне сдать экзамены экстерном. А почему ты спрашиваешь?  — Ох, милая, — Цисса обняла дочь. — Сейчас к нам пожалует Темный Лорд. Ты должна вести себя подобающим образом, чтобы Милорд наградил тебя Меткой и отец не разочаровался в тебе.  — Я не подведу нашу семью, несмотря на то, что лучше предпочла бы общаться с домовыми эльфами, нежели с Люциусом. Если бы не ты и Драко, вы бы меня в этом доме не увидели.  — Ну хоть что-то осталось прежним, — вздохнула миссис Малфой. — Я думаю, пора идти в гостиную, Хозяин должен прибыть с минуты на минуту. Саманта еще раз оценила свой внешний вид и, не найдя никаких недостатков, вышла в коридор под руку с мамой. По дороге им встретилась Беллатриса, как всегда гордо неся корону из темных кудрявых волос и победоносно улыбаясь. Женщины и девушка последовали в гостиную, где все было подготовлено к приему Волдеморта.  — Молчи, пока Милорд сам к тебе не обратится, — давала наставления Белла племяннице. — Прояви себя достойно, чтобы он не засомневался в тебе ни на минуту и сразу же принял в свои ряды. Как только Пожирательница Смерти договорила, дверь гостиной с грохотом распахнулась. В нее вошли Люциус Малфой и два внешне похожих мужчины, которых Сэм видела впервые. Один из них кивнул Беллатрисе, в знак приветствия, но женщина делала вид, будто его здесь и нет.  — Дамы, попрошу вас подняться и поприветствовать Милорда, — изрек мистер Малфой и отступился с прохода. Двое мужчин встали по обе стороны от дверей. Саманта мигом вскочила, желая как можно быстрее увидеть Его — человека, что уже второе десятилетие держит в страхе всю Англию. В комнату величаво вошел мужчина. Своими красными змеиными глазами он обвел присутствующих, задержав взгляд на Саманте. В комнате воцарилось такое гробовое молчание, что каждый мог слышать биение собственного сердца. Блэк нервно сглотнула. Она стояла ближе всех к Волдеморту и мысленно молилась Мерлину, чтобы он не обратил на нее внимание и не стал обращаться к ней. Девушка потупила взгляд в пол, подсознательно избегая зрительного контакта с Темным Лордом. Хозяин будто чувствовал её испуг и наслаждался этим чувством. Но, несмотря на все страхи Сэм, он медленно подошел к миссис Лейстрандж и провел тыльной стороной ладони по её щеке. Один из мужчин, стоящих у двери, нахмурился, однако ничего не сказал.  — Ты искала меня… — промолвил Волдеморт, а его голос Саманте больше напоминал шипение. — Искала, когда все остальные, словно побитые собаки, поджали хвосты и разбежались. Ты получишь свое, Беллатриса.  — Спасибо, Милорд, — поблагодарила женщина, падая к ногам своего Хозяина. Блэк стало противно от этого зрелища. Независимая и гордая Беллатриса Лейстрандж и вытворять такое?  — Поднимись, Белла, — строго сказал волшебник. Лейстрандж мгновенно исполнила его приказ. — Все, кто не оставлял попыток найти меня, будут вознаграждены. Но меня сейчас интересует другое, — прошипел мужчина и резко обернулся, таким образом оказавшись прямо перед Самантой. — Что делает здесь это дитя?  — Прошу прощения, Милорд, но я не дитя, — возразила Сэм, сразу будучи удостоенной множества осуждающих взглядов. — Я хочу служить Вам.  — Беззастенчиво. Но продолжай, — разрешил Хозяин, присаживаясь на большое кресло у окна, что было подобно трону. Возле его ног сразу начала виться появившаяся из неоткуда змея.  — Меня зовут Саманта… — девушка замялась, будто забыв свою фамилию. Будто помнила, что она — Блэк, но причины для смены фамилии не могла найти. Видимо, Нарцисса стерла из её памяти не только последний год. — Я  Саманта Малфой. Люциус и Нарцисса — мои родители. Я хочу служить для Вас, Милорд. Хочу помочь Вам в борьбе со всеми грязнокровными отпрысками.  — Подойди, — потребовал Волдеморт, и Сэм сделала несколько несмелых шагов в его сторону. Как только девушка приблизилась, змея настороженно подняла голову, но вскоре отползла, подпуская Блэк и своему Хозяину. — Почему ты не в Хогвартсе?  — Я экстерном закончила обучение.  — Очень способная, без сомнений. Полагаю, ты была на Слизерине?  — Разумеется, Милорд.  — Есть вещи, которые мне еще стоит знать, перед тем, как оставить Метку на твоем предплечье? — поинтересовался Темный Лорд, вглядываясь в глаза Саманты. Неожиданно она почувствовала жуткую, нетерпимую боль у виска и сползла по стене, ведь от этого ноги подкашивались, а руки дрожали. Пребывая в полусознательном состоянии, Сэм все равно смогла услышать, как вскрикнула её мать, но сразу же опять обрела над собой контроль. Волдеморт проник в сознание Саманты, но, не найдя там ничего стоящего его внимания, остановился. Блэк отпустило, и она еще несколько секунд просидела на холодном полу, приводя в норму сбившееся дыхание.  — Я метаморфомаг. Увлекаюсь Темными Искусствами. И хочу быть полезной, Милорд, — опомнившись, проговорила девушка на одном дыхании. — Это вся информация обо мне, что может быть для Вас интересной.  — Я знаю, что тебе предназначена значимая роль в предстоящей войне. Поэтому хочу, чтобы боролась ты на стороне, которая выступает за справедливые убеждения, которые помогут волшебникам превзойти жалких магглов. Помогут нам выйти из подполья и больше не скрываться. Я хочу, чтобы ты немедленно дала мне свою руку. Сэм сразу протянула Хозяину руку, оголяя предплечье. Она обернулась к родителям и увидела непонимающий взгляд отца, огорченный — матери и радостный — тети. Последняя одобрительно улыбалась, тем самым подбадривая племянницу и вселяя в нее уверенность насчет правильности этого решения. Вдруг, пекущее жжение пронзило кожу девушки, будто к руке приложили раскаленный метал. Саманта одернула руку, но та оказалась зажатой тонкими длинными пальцами. За несколько минут, что Сэм провела, сдерживая слезы, жжение и боль прекратились. Теперь на её руке красовалась Чёрная Метка. Девушка засмотрелась и аккуратно провела по ней рукой, чувствуя под пальцами разгоряченную кожу.  — Она… Прекрасна, — восхитилась Саманта. — Спасибо, Милорд. Обещаю, что не подведу Вас. Сэм отступила к тете, каждый раз оглядываясь, чтобы под ногами случайно не оказалось той змеи, которая теперь куда-то уползла. Несколько минут в комнате присутствовала тишина. Но не та тишина, которая возникает во время неловкости или когда нечего сказать. А тишина, проведенная в минутах раздумий. Волдеморт пытался рассчитать, как ему выгоднее использовать Саманту. Отправить её обратно в Хогвартс вербовать новых молодых Пожирателей? Несомненно, такая практика оправдала себя во время Первой Магической Войны, но сейчас это было слишком рискованно. Дамблдор пресечет под корень любые попытки Темного Лорда влиять на учеников, и Хозяин это знал. Сама же Саманта просто наслаждалась тем, кем теперь является. Она была рада вложить часть себя в такое масштабное дело и видела, что все это делается только на благо волшебной общины. Люциус испытывал смешанные чувства. Он был более чем уверен, что его дочь не пройдет проверку легилименцией и сейчас оставался в полном замешательстве. Белла не отрывала взгляда от Хозяина, а мужчина около двери — от нее. Вот тогда-то до Сэм и дошло, что этот мужчина — наверняка Рудольфус Лейстрандж, муж Пожирательницы, а тот другой человек — брат Рудольфуса, Рабастан.  — Начинается война, — разрезая тишину своим шипением, изрек Волдеморт. — И на этот раз вы должны быть куда более разумными и хладнокровными. Действовать только по моим приказам, без излишней импровизации, Белла. В этой войне решатся судьбы многих.  — Я обещаю служить Вам верно и преданно, Милорд, — вновь возникла со своими признаниями Беллатриса.  — Не перебивай! — рявкнул Темный Лорд, и женщина утихомирилась. — Лейстранджи и Малфои остаются моими самыми ярыми сторонниками, как и в прошлый раз. Только теперь задача немного сложнее. Ходят слухи, что существует некое пророчество, связывающее меня и… Гарри Поттера. В голове Саманты сразу возник какой-то нечеткий и размытый образ, который тут же исчез. Она знала о том, кто такой Поттер. Но помнила, что видела его едва ли не один раз в своей жизни. За время учебы в Хогвартсе она мало общалась со студентами с других факультетов, тем более с младшими, поэтому о Мальчике-Который-Выжил знала только из газет и рассказов брата.  — Пророчество хранится в Отделе Тайн, Милорд, — сообщил Люциус.  — Информация предсказуемая, но все же полезная, — одобрил Волдеморт. — Мне нужно услышать это пророчество. С того, о чем в нем говорится, можно предвидеть исход наших начинаний. Я не позволю какому-то никчемному мальчишке разрушить мои планы дважды.  — Будет сделано, Хозяин, — пообещал мистер Малфой. — Существует только одно значительное затруднение: пророчество может взять только тот, о ком в нем непосредственно говорится. То есть, только Вы или Поттер.  — Над этим следует поразмышлять, — согласился Темный Лорд. — Но думать — это, скорее, моя привилегия, а вы пока займитесь возвращением блудных Пожирателей и привлечением новых лиц к нашему делу. И постарайтесь негде особо не отличаться. Ты услышала меня, Беллатриса?  — Да, Милорд, — женщина закивала, пряча глаза.  — А сейчас оставьте меня, — попросил Волдеморт, но эта просьба больше походила на приказ. Все присутствующие начали стремительно покидать комнату. Выйдя из гостиной, Люциус сразу пригласил всех гостей в трапезную на обед. Сэм ушла далеко вперед с мамой, Люциус вовлек в беседу Рабастана, а Рудольфус решил выяснить отношения со своей женой. Самолюбие Беллатрисы после встречи с Хозяином и слов похвалы, сказанных им в её сторону, заиграло с удвоенной силой. Она напрочь игнорировала своего законного мужа, будучи целиком и полностью верной Темному Лорду. Саманте в какой-то мере было жаль этих людей. Все они соединились брачными узами не из-за любви, а из-за требования родителей, поэтому сейчас были такими несчастными.  — Саманта, хочу познакомить тебя со своим супругом Рудольфусом, — представила тетя своего мужа за обедом. — Это его брат — Рабастан.  — Приятно расширять свои горизонты и узнавать о своей семье все больше и больше, — улыбнулась Сэм Лейстранджам, чем очень удивила отца. Поведение дочери казалось ему странным, но он не собирался разбираться, в чем дело, пока она вела себя достойно и не создавала проблем.  — У вас очень талантливая дочь, хочу заметить, — обратился Рудольфус к чете Малфоев. — Будь у меня дети, я бы ставил её им в пример.  — Только не начинай опять обвинять меня в том, что у нас нет детей! — возмутилась миссис Лейстрандж, повысив голос на мужа. Сэм поняла, что сейчас последуют долгие и бессмысленные семейные разборки, поэтому, извинившись перед родственниками, ушла к себе. Минуя гостиную, до ушей Саманты донеслось непонятное ей шипение. Она заглянула в открытую дверь комнаты, где увидела Волдеморта, разговаривающего с собственной змеей. Он шептал что-то ей, а она будто отвечала ему. У девушки от этого зрелища побежали мурашки по коже. Боясь быть замеченной, девушка подобрала край своего платья и поспешила в свою спальню. Сколько страшных тайн хранят все эти люди? Сколько крови на их руках? Сколько предсмертных стонов они слышали? Саманте было страшно. Но она должна принять это. Ведь теперь она одна из них.